Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

      Хозяйничающий на кухне тан Дарай при нашем появлении отчитался, что вокруг дома враждебных элементов не выявлено, подхватил кружку с отваром синь-травы и растворился в полутьме дома. Заметив на столе тарелку с бутербродами, прикрытую чистым полотенцем, я задавил улыбку. Привычка заботиться у некоторых разумных въедается в подкорку. - Ну что, други мои, вызываем нашего кассиа-тана? – спросил, дождавшись, пока Вайлер тщательно вымоет руки. Невзирая на то, что в клане Черного Меча время приближалось к трем часам ночи, голос Кайрина звучал совершенно не сонно. Выслушав сжатое изложение произошедших за день событий Кай выдержал паузу, показавшуюся мне затишьем перед десятибалльным тайфуном, и разразился короткой и крайне эмоциональной тирадой. Чтобы после извиниться за несдержанность и приступить к конструктивным обсуждениям. Я всегда говорил – у моего лиммаю железная сила воли. Хотя Сайларису все равно повезло, что Кай сейчас далеко. - В том, что рассказал, Сайларис не соврал, - приступил к докладу Вайлер, растирая пальцы правой руки, словно мучился от холода. Я хмыкнул, оценив формулировку. – В его эмоциях преобладают страх за дочь, чувство вины и уязвленной гордости, злость на себя и своих врагов, и жажда отомстить. Но я заметил нечто еще, - мой друг прикусил губу, явно затрудняясь облечь в слова абстракцию чужих эмоций. – Удивление и неверие. Словно он о чем-то подозревает и это приводит его почти в ужас. - Думаешь, он догадывается о личностях магов похитителей и это кто-то из его знакомых? - Возможно, - Вайлер пожал плечами. – Я не всегда могу правильно интерпретировать, на кого направленны те или иные эмоции. - Зато это объясняет, какой бездны он приперся в таком состоянии, - медальон отозвался голосом Тайри, заставив подскочить на табурете. - Доброй ночи, Тайри. Поясни, пожалуйста, - попросил, не совсем улавливая пока, к чему ведет менталист. Раздался шорох, похоже, Тайри придвинулся ближе к амулету брата, чтобы не повышать голос. - Если среди магов, которых подозревает Сайларис, есть маг разума, легкое отравление алкоголем или дурманными травами – простой способ защититься от его влияния. В затуманенный разум сложно проникнуть. Такой вариант мне в голову не приходил. Думал, Сайларис просто пытался заглушить нечистую совесть. - Одна из моих пациенток упоминала, что в первую встречу с целителем-отступником они с мужем словно разума лишились, полностью ему доверившись и не предупредив даже третьего супруга, - в таком свете предположения Тайри звучали вполне логично. На вопрос о собственных успехах Кайрин ответил скупо – или не было подвижек, или пока не хотел рассказывать. После непродолжительных дебатов пришли к единому решению – мы с Найрином на рассвете отправимся на разведку в направлении, где засекли сигнал маяка Вита. Если ничего не обнаружим, проверим координаты, принесенные Главой Стражи. Кайрин с Тайри остаются на связи постоянно и в случае необходимости переместятся к нам, ориентируясь на наши маяки. - Последнее. Кай, что нам делать с Сайларисом? – не оставлять же его спящим красавцем в нашем доме. Боюсь, в таком случае Дарай однажды не удержится и превратит его сон в вечный. За вред, хоть опосредованный, причиненный несовершеннолетней раран, на такое даже судьи сквозь пальцы посмотрят. – Не отпускать же его на все четыре стороны? - У нас нет доказательств его преступной деятельности, кроме его же слов, - в тоне Кайрина сквозила досада. – Можно, конечно, обратиться к Амайтарису и подать иск, но, если в городе есть осведомители отступников, такая активность может навредить Атавитайли. А удерживать действующего Главу Стражи силой мы не имеем права. - Можно стребовать с него клятву о не причинении вреда, - заметил Вайлер немного неуверенно. - Цветочек, такие клятвы нерушимы только, если даны от чистого сердца, - мой друг недовольно поджал губы, но замечания супругу делать не стал, ожидая продолжения. – Так что или клятва на крови или клятва перемирия. Най, ты здесь? - Здесь, - лаконично обозначил свое присутствие природник. - Помнишь формулу, братец? Отлично. Объясни Силю, как ее правильно обставить, чтобы не осталось лазеек. Разбуженный Сайларис согласился на наши условия без возражений, позволив лишь тени изумления отразиться на лице. Думал, мы его зарежем и втихую прикопаем на заднем дворе? Текст составили мы втроем, попутно Найрин объяснял, что клятва перемирия – по сути магический обряд связывания, имеющий схожий принцип с брачными узами или побратимством. Ее приносят друг другу соперники, желая прекратить вражду, однако осознающие, что полного доверия между ними никогда не будет. По сути, Сайларис приносил заверенное магией обещание не вредить больше клану Эйри и его членам ни словом, ни молчанием, ни действием, ни бездействием. - Позвольте добавить еще один пункт.       Формирующийся на груди символ закрепления клятвы явно доставлял Сайларису серьезный дискомфорт, однако держался он уверенно. Я кивнул, и Найрин ослабил натяжение магической нити, связывающей нас с Главой Стражи. - Как только моя дочь окажется в безопасности, с моей помощью или без, я добровольно явлюсь к мэру Амайтарису либо любому разумному, выполняющему обязанности мэра, и попрошу суда надо мной за все проступки. Сколько не крутил, подвоха в просьбе не увидел. Все равно абсолютно все предусмотреть невозможно, а Сайларис имеет право защищать своего ребенка. Прозвучали последние слова клятвы, печатью в виде двух сомкнутых колец легшие на кожу Сайлариса чуть повыше сердца, и я почувствовал, как внутри навсегда оборвалась тонкая ниточка. Мы не были с Главой Стражи друзьями, и отныне уже никогда не станем – доказательство свилось такими же кольцами на моей груди. Даже понимание мотивов его поведения не могло перекрыть предательства. - Сильванестри. Меньше всего я хотел бы причинить тебе вред. Чтобы не произошло с нами дальше, прошу, помни – я тебе не враг.        Очищающий раствор сделал свое дело, и Сайларис выглядел трезвым и полностью осознающим свои слова и действия. Вот только сожаление, льющееся из зеленых глаз, меня не трогало. Мне не враг, значит. А моими близкими можно пренебречь? Я молча закрыл дверь за Главой Стражи и замкнул охранный контур. До рассвета нужно было собрать все необходимое, проследить, чтобы Най отдохнул, и самому урвать хоть пару часов сна. Сборы не отняли много времени. Я долго вел практически кочевую жизнь, мотаясь между Школой Целителей, домом Наставника и родным домом. Сняв со стенки талл, вынул давний подарок Кайрина из ножен и задумчиво коснулся отполированной синеватой стали кончиками пальцев. Сколько муж ни старался, воина из меня не вышло. Я учился сражаться только чтобы не чувствовать себя беспомощным и уязвимым в новом мире. Дать отпор действительно научился, но мой разум оставался разумом ученого, не наделенный способностью за доли секунды анализировать окружающее пространство, принимать и претворять в действие решения. Спасательная миссия и стычка с Файсаром еще долго снились в кошмарах. И сейчас мне вновь предстоит сражаться. С глухим стуком вернув талл в ножны, достал из шкафа пояс с походным ножом и несколькими звездочками-мию в потайном кармашке. Дойдет до силовых методов, скрою лицо и воспользуюсь способностями ай-фатин – больше толку будет. Да и Найрин меня прикроет. Я не собирался биться лбом в железные ворота без тщательной разведки, приберегая радикальные решения на крайний случай. А перед уходом не лишне будет поговорить еще раз с растениями, растущими возле особняка Таркара. Вдруг все же чего интересного расскажут. Перепроверив содержимое небольшого походного рюкзака, скинул рубашку и упал спиной на кровать. Постельное белье еще хранило отголоски запаха Кайрина, успокаивая на уровне подсознания. Сомкнув веки, погрузился в состояние «глубокого покоя». Тело растеклось бескостной массой, расслабляясь каждой мышцей, разум покачивался на незримых мягких волнах. На периферии мелькали разноцветные тени, обрывки визуальных образов, увиденных когда-то или порожденных собственной фантазией. Наверное, в какой-то момент транс перешел в обычный сон, и я очутился в мертвом лесу. В первые месяцы после перерождения меня уже посещали подобные сны, однако видение Сееро заметно отличалось от нынешнего. Этот лес напоминал фантасмагорическую икебану обглоданных ветром и песком скелетов растений. Белесые перекореженные, изломанные стволы тянулись с небу или изгибались, приникая к подушке жирного серого пепла, покрывающего землю этого места. Разбросанные повсюду сучья хрустели под ногами как высохшие кости и вонзались в ноги. Я двигался сквозь умерший лес, ведомый чуть слышным, на грани восприятия зовом, в котором чудилось нечто родное. Пока не вышел на поляну, окруженную плотным частоколом скелетообразных деревьев. Проросший сквозь пепел куст плюща выглядел чужеродно и даже неуместно в гиблом месте, вызывая прилив острой жалости. Ноги двигались сами собой, я опустился возле зеленого чуда, ласково касаясь изящных листьев с тонкими золотистыми прожилками. - Идем со мной. Здесь ты погибнешь. Плющ зашевелился, плотнее свивая побеги, и я заметил в просветах листьев небольшие, с кулак, светящиеся сферы, похожие на пушистые мячики. Золотистая с искрой, напоминающая цветом авантюрин, светился ровно и уверенно, зеленая выглядела тусклой и словно истрепанной. Листья плюща приластились к ладони, будто хотели попросить прощения, и сомкнулись живым заслоном вокруг сфер, отгораживая их от дыхания распада и тлена. Земля под ногами содрогнулась, превращаясь в топкое серое болото… Из сна меня выбросило словно пинком. Подхватившись на постели и судорожно озираясь, понял, что дрожь земли не приснилась – дом содрогался как в припадке, защитный контур рассыпал зеленые и белые сполохи по стенам. Значит, не нападение извне. Не озаботившись поисками рубашки, лишь убедившись, что маскировка на месте, рванул на первый этаж. Я догадывался о причине светопреставления с утра пораньше. На кухне – любимом месте сбора соклановцев в неофициальной обстановке – горел свет. - Давай вместе. Делаем глубокий вдох и выдох. Вот так, молодец. Еще разок. Модуляции голоса Вайлера обволакивали пуховым одеялом, кое-чему он научился у супруга и с успехом применял на практике. - Чувствуешь свои руки? Хорошо. Сожми и разожми кулаки. А теперь раскрой ладони… Открывшаяся картина выглядела бы забавно – двое взрослых парней играют во что-то наподобие ладушек – если бы не подоплека происходящего. Семь лет назад, после лечения в Доме Первоцветов, Найрин временно поселился у Тайри и Вайлера. Плен не прошел даром для души и рассудка природника, его частенько мучали кошмары, сопровождающиеся неконролируемыми всплесками магии. Тайри не мог постоянно находиться рядом с братом, а Атавитайли еще учился и дома бывал только поздним вечером и ночью. Тогда-то они с Вайлером и разработали немагическую методику первой психологической помощи, здорово напоминающую способ «заземления» для страдающих паническими атаками. Точнее, Вайлер, сам будучи тяжелым травматиком, предложил Найрину свой способ справляться с приступами. Закрепив супружеский союз на всех уровнях, Найрин перестал страдать от кошмаров, и вот снова… - Заварить тебе чай? - Спасибо, Вайль, - на бледных губах природника затеплилась слабая улыбка. – Прости, что опять пришлось… - Не говори глупости, - фыркнул Вайлер, доставая из шкафа корзинку с печеньем. – Лучше вот съешь, мне от сладкого всегда легчало. Силь, тебе тоже чай или каф? От выпитого за последние дни кафа уже мутило, но чая не хотелось. Стащив из корзинки кругляш печенья, зажевал горечь во рту. - Тан Сильванестри, - тихо позвал Найрин. – Скажите, вы тоже видели?.. Мертвый лес и плющ, хранящий что-то в своих ветвях? Значит, не просто сон. И это и хорошо, и плохо. - Видел, - кивнул, зацепившись взглядом за крошки на светлой столешнице. - Он кого-то защищает и потому не может вернуться, - как бы ни стралася, голос Ная звучал ни разу не рассудительно и бесстрастно. – А мертвый лес… Возможно, так Вит воспринимает барьер, запечатывающий или ограничивающий его силу. - Похоже на то, - залпом допив каф, поднялся. – Най, ты готов? Тогда выдвигаемся через полчаса. *** - Маю, маю… Звонкий голосок переливами серебряных колокольчиков пробивался издалека, и туман глубокого транса нехотя таял. - Я принесла воды. Она чистая, я проверила. Тебе снова плохо?! Я попробую еще раз, потерпи. Тонкие пальцы вцепились в массивный металлический ошейник, сквозь редеющий туман в голове доносилось сосредоточенное сопение. - Не нужно, Эймари, - он приподнялся, осторожно убирая руки юной эльфийки от своей шеи. – Спасибо за воду. Двимеритовый ошейник не способен был ни причинить ему существенного вреда, ни тем более ограничить его, как обычного мага. Большая часть силы уходила на поддержание маскировки и защиту жизней двоих детей, оказавшихся в этом страшном месте вместе с ним. Холодная, пахнущая землей вода смыла мерзкий вкус лекарственных составов и ядов, которыми его пичкали последние сутки. Ватная слабость делала тело неуклюжим, однако в голове прояснилось. - Вит, Травинке совсем плохо, - шепот в полутьме подземной камеры отдавал тщательно сдерживаемым отчаянием. – Я пыталась его напоить, но он ни на что не реагирует. Даже дышит очень медленно. Отвратительно. Без прямого контакта он не сможет перелить достаточное для поддержания жизни количество энергии, а держат их в разных камерах. Сдерживая стон досады, чтобы не пугать девочку, Вит растер виски. Он катастрофически просчитался. Хотел защитить, отвести беду от отца и супруга, а в результате сам оказался пленником. Выйти он может отсюда и сейчас, отступники даже близко не представляют, кого поймали. Взгляд скользнул по шее эльфиечки, охваченной массивным ожерельем, сплетенным из полос коричневой кожи и зеленоватого металла и украшенным медальоном с рунной гравировкой. Он выйти сможет, а вот вывести детей – нет. Остается ждать. Отец и Най услышали. Отец Силь умен и осторожен, он понял предостережение, вложенное в послание. Он сможет принять правильное решение. - Эймари, сможешь провести меня в соседнюю камеру?