Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

      На звук вызова амулета связи вновь появился условный рефлекс в виде холодных мурашек по хребту. В последние недели меня редко вызывали по приятному поводу. - Силь, Май случайно не у вас? – деланно-беззаботный тон звучал безобразно фальшиво. - Не обратил внимания. Вроде не возвращался. Что произошло? -Ты в Лесном Доме? Сейчас приду.       Тайри резко оборвал связь, спустя пару минут во дворе хлопнул портал. Менталист выскочил из бликующего овала, встревоженно озираясь, будто ждал нападения. - Силь, парня нужно срочно разыскать. Он не возвращался в штаб-кваритру. Спроси Лес. - Уже. Если он в пределах Леса, я узнаю через пару минут. А ты говори толком, что у вас произошло? И почему у тебя глаза, как у бешенного кшира?        Первые сеансы лечения ментальной сферы прошли, вроде, нормально. Майэлин стал спокойнее и даже немного повеселел. А затем начался резкий регресс. Тайри утверждал, это ожидаемо и нормально – Майэлин переосмысливал произошедшее с ним, и вся боль, обиды и гнев, загнанные в подсознание, начали высвобождаться. Посещение школы пришлось на время прервать, дополнительные раздражители провоцировали у парня панические приступы. Успокоить его могли лишь Дарира и Травинка и тан Дарай. Последний совсем извелся, не зная, как помочь подопечному в такой ситуации. - Потому что ты тащишь в клан проблемных разумных со всего Траэса, - ответил Тайри чуть раздраженно, прикрывая покрасневшие от лопнувших сосудов глаза и растирая виски. – Мальчик должен был стать магом разума и, судя по всему, весьма сильным.       Вот так новость. Выходит, талант к ментальной магии оба брата унаследовали от матери.      - Но уже никогда не станет «благодаря» проклятому Лилиатори, - Тайри добавил несколько крепких ругательств и пояснил. – Насилие в столь раннем возрасте безвозвратно повредило его каналы. Возможно, только благодаря врожденному дару Май и дожил до нашей встерчи в здравом уме. Что там с твоим поиском?       Осенний лес ощущался погруженным в дрему, растения реагировали на призыв немного вяло. Вдобавок всех, носящих клановый знак Эйри, он воспринимал своими. Отмахиваясь от сопящего чуть ли не в ухо менталиста, просматривал демонстрируемые деревьями размытые образы. Далеко уйти Майэлин не мог, значит находится где-то рядом. - Ну что?       Вот же разумный с шилом в заднице. - Ты в деревне не проверял? Может, он к Мррах в трактир подался?        Сказал и сам подумал, что вряд ли. В отличие от Хара и Зули, Майэлин не горел желанием лишний раз встречаться с дядькой Рарком и Мррах. - Туда он не пойдет, - Тайри скривился. – Силь, я свяжусь с Кайрином. Клановая связь должна… - Есть!       Мой возглас заставил менталиста подпрыгнуть. - Наше озеро, другой берег. Бегом, Тайри!       Картина виделась смазанно, но увиденного хватило, чтобы рвануть к месту событий со всей доступной скоростью. Потому что разумный на берегу выглядел как тот, кто готов добровольно шагнуть в ладони Первоматери. Мы снова облажались, дай демиург, чтобы не фатально. Лесной Коридор принял в свое безмолвное подпространство, выпуская у корней старой, обросшей космами мха ивы. Переставший болтать Тайри замер рядом темной тенью. За прошедшие минуты Майэлин не сдвинулся с места, стоя по щиколотку в воде и глядя в озерную гладь. - Сможешь его поймать, если что? – зашептал Тайри в ухо.       Утвердительно кивнув, присмотрелся внимательнне. Оружия у Майэлина не заметил, а из озера я его вытяну без проблем, если что. Только я все больше сомневался в правильности наших опасений – вблизи Май не выглядел разумным, решившим свести счеты с жизнью. Скорее, проснувшимся и осознавшим, что старая жизнь сгорела, оставив мучительные ожоги, а путь в новую прячется в тумане. Со своего места я хорошо видел, как на лице парня сменяют друг друга эмоции, будто переключаются режимы. Растерянность, горе, вина, недоумение, обида… - Тайри, можно я сперва с ним поговорю?       Как целитель-менталист Тайри имел право ограничивать контакты своего пациента, если они могли помешать процессу его исцеления. - Не возражаю, - братец Кайрина сделал попытку мимикрировать под ивовую кору, пропуская меня вперед.       Растерявшее летний жар солнце уже проигрывало надвигающейся осенней сырости, над водой стелился едва видимый флер тумана. - Приветствую, Майэлин. Сегодня для купания прохладно, как мне кажется. - Я не хотел купаться. Здесь просто тихо.       Неестественно спокойный, лишенный полутонов механический голос неприятно резанул по ушам. Сам я так начинал говорить в ситуациях, когда броня самоконтроля давала трещины под давлением рвущихся наружу эмоций. И тан Дарай, и Тайри утверждали – самая большая проблема Майэлина именно в подавлении чувств. Загнанные глубоко вовнутрь, они превращаются в яд, отравляющий разум.    - Прости, если помешал, - скинув сапоги, погрузился ступнями в холодный мокрый песок на берегу. – Тайри обеспокоил твой поспешный уход. - Я принесу тану Тайри свои извинения, - за все время нашего неловкого диалога Майэлин не повернул головы, все так же вглядываясь в прозрачную воду, словно ища в ней ответы. - Ну, он не в обиде, - Май напоминал готовую активироваться от любого неосторожного движения магическую ловушку, и я не спешил подходить ближе. – Ребята уже вернулись со школы. Не хочешь присоединиться к ним за обедом? - Нет, - впервые бесстрастный голос дрогнул. Будто сквозь трещину в броне проступило нечто уязвимое и болезненное. – Не хочу, чтобы они снова переживали. Чтобы видели меня таким.       С длинным судорожным вздохом напряженные плечи поднялись и опустились. - Я успокоюсь и вернусь. Аши-тан… - А ты уверен, что хочешь успокаиваться? Разве этого тебе по-настоящему хочется?       Я ступал на скользкую дорожку, по сути провоцируя Майэлина на всплеск эмоций. Юное лицо исказило странной, половинчатой гримасой, превращая в маску скорби и радости. - Нет, - медленно произнес Майэлин. Скрюченные пальцы сжались, словно хотели вцепиться во что-то невидимое. – По правде, больше всего я хотел бы еще раз встретиться с дорогим братцем. Спросить его, за что он убил родителей. Зачем издевался надо мной. А потом своими руками выдавить из него жизнь по капле и смотреть, как он подыхает в мучениях.       Белые губы дергались, из глаз с ненормально расширенными зрачками текли слезы. Если Май думал меня оттолкнуть или шокировать, он просчитался – я готов был подписаться под справделивостью каждого слова. Беда лишь в том, что жажда мести и боль остались, объект исчез. - Ты в своем праве, Майэлин. Тебе незаслуженно причинили боль, тебя заставили страдать без вины. Ты можешь злиться и ненавидеть. Можешь желать мести. Эти чувства не делают тебя хуже, - я неторопливо сокращал расстояние между нами, пока не коснулся костлявого плеча, ободряюще сжимая. – Позволь себе чувствовать их. И отпусти на свободу.         Предупреждение Тайри пришлось кстати. Будь я обычным разумным, схлопотал бы неслабую контузию. Магом, увы, Майлину уже не стать, однако силу нельзя полностью уничтожить. Она хлестунла по плоскости до предела сжатой и отпущенной пружиной. Отозвалась болью в висках и давлением на барабанные перепонки. Охваченная жутким напряжением худое тело выгнулось, с губ сорвался полный бессильной злости и страдания вой. - За что?!! За что, Бездна тебя забери?!! Что мы с мамой тебе сделали?!!       …Домой мы возвращались пешком, и усыпавшие тропинку багровые и охристо-желтые листья кленовников гасили звуки шагов. Сорвавший голос в крике Май не дошел до Лесного дома всего-ничего, потеряв сознание на полушаге. Подхватив парня на руки, направился к Дому Младших. - Приведи, пожалуйста, Дариру и Травинку, - попросил ожидающего на крыльце Тайри. – И предупреди Кая, что я задержусь.       Менталист хмыкнул, бросая на меня пытливый взгляд. - У тебя все же талант провоцировать разумных, Силь. И прочищать им мозги. В который раз проглотив едкое, мол, для мага разума кое-кто оперирует очень ненаучной терминологией, поднялся по ступенькам и зашел на темную кухню. Без своих обитателей Дом Младших казался слишком тихим и будто спящим. Напевно зашелестели от движения воздуха убранные с крыльца и подвешенные под потолком колокольчики «музыка ветра», заженный светильник разбрасывал по стенам танцующие тени. Майэлин так же тихо дышал, прижавшись к моей груди холодной щекой. Возможно, нужно было забрать его в штаб-квартиру и не дергать ребят, но мне почему-то казалось правильным принести парня именно сюда. Пришедшие через пару минут Дарира и Травинка приняли мою ношу, унося в комнату ай-фатин. Дарира вскорости вернулась, растапливая печь и ставя на нее чайник. На предложение помочь с приготовлением ужина воспитанница тана Дарая отозвалась с благодарностью. Молчание не угнетало, в нем ощущался исцеляющий покой, наступающий после бури. Травинка присоединился к нам за трапезой, стремясь поскорее расправиться со своей порцией и вернуться в комнату. Однажды я уже видел нечто похожее – Тайри и Вит также ухаживали за освобожденным из плена Найрином, готовые день и ночь дежурить возле него, едва обращаяя внимание на пищу и сон. Когда заглянул к ним попозже, обнаружил всю троицу спящей одним клубком на кровати-подушке. Дарира и Травинка обнимали Майэлина с двух сторон, словно заключая в защитный кокон из одеял и своих рук.       К празднику Зимнего Перелома кризис миновал. Майэлин еще не один десяток раз находил уединенное место, чтобы выплеснуть в крике и проклятьях рвущие изнутри чувства. Даже спросил однажды, не сердится ли Лес на его непочтительное поведение. Я заверил, что Лес видел разное, и один юный представитель эльфийского народа ему никак не помешает. Кстати, приглядывая за Маем через растения, заметил – парень никогда не стремился что-либо сломать или разрушить в приступах злости, разве что пару раз палые листья и шишки попинал. Есть разумные, которые не станут жестокими, что бы с ними не сотворили.       В школу Майэлин вернулся со второго семестра, до того проходя программу по приносимым сотоврищами записям. И попросил Вайлера помочь ему найти подработку. В прошлом Май несколько раз помогал моему брату в алхимической лаборатории и демонстрировал неплохие задатки. Вайлер, отлично знающий ситуацию, порекомендовал парня своим коллегам, чья лаборатория-магазин уже разрослась до размеров небольшого цеха. Литти и Варкан приняли нового помощника со всем радушием, особенно Варкан, почуявший в Мае тонкую и чувствительную натуру. Главное, чтобы сходу не начал парню на уши подвисать со своей любовной лирикой.       У нашего клана было запланированно еще одно важное и нужное мероприятие – на празднике Перелома Вит и Най хотели официально представить клану и мэтру Элластари свою дочь. В штаб-квартире собралась вся наша семья, я привел заранее приглашенного наставника через лесной коридор, чем вызвал у почтенного ученого почти детский восторг.       Зимний Перелом не является праздником в полном смысле, его смысл в чем-то отдаленно схож с кельтским Самайном. Пик зимы, самый холодный день года, когда дыхание мороза отнимает жизнь у оставшихся без крова. День, когда открываются темные тропы, ведущие прямо в Бездну и способные завлечь одинокого путника. Потому разумные в этот день стараются не выходить из дома без крайней неоходимости, собираются семьями за столом возле очагов с живым огнем, ограждающим от холода и мрака. Кайрин рассказывал, традиция празднования появилась за несколько столетий до апокалипсиса их старого мира. На землях, занимаемых дроу, тогда резко изменился климат, началось глобальное оледенение. В новом мире традиция сохранилась – дроу до сих пор живут в довольно суровых условиях. В нашем клане собрались выходцы из разных народов, да и в Брише Перелом Зимы напоминал скорее очередной фестиваль, не нося столь мрачного оттенка. Однако в клане уважали привычные для кассиа-тана праздники, к тому же всех радовал лишний повод собраться вместе за трапезой.            Потому к полудню в холле штаб-квартиры потрескивал жарко натопленный камин, большой стол ломился от любовно приготовленных общими усилиями блюд, а лавки с вышитыми подушками приглашали устроиться с удобством и дать отдых ногам. Я немного волновался, ожидая появления сына и внучки. Не напугает ли ребенка новая обстановка и незнакомые разумные? Иалин мало контактировала с посторнними и, хотя и демонстрировала подчас совершенно не детскую сообразительность и умение адаптироваться, я все равно тревожился. Вдобавок, непонятно, как среагируют на нее Хар и Зули. Все оборотцы, по легенде, чувствуют очень тесную, почти мистическую связь со своими прародителями. Это если наши туманные догадки верны. Фарн решил поиграть в партизана и на вопрос об Иалин с загадочной усмешкой предложил понаблюдать еще. - Силь, почему у нас дом начал обзаводиться колючками? – поинтересовался Кайрин вроде бы шутливо, только в глазах вместо веселья появилась цепкая сосредоточенность. – Ты заметил что-то подозрительное?       Встряхнувшись, поправил вышитый воротник новой рубашки, натирающий шею, и развел руками. - У меня просто мандраж. Волнуюсь, как пройдет знакомство, как примут Иалин остальные.       Топот троих разумных и звонкие голоса, привествующие соклановцев, прервали на середине мысли. - Вот сейчас и узнаем, - Кайрин ободряюще приобнял за плечи и повлек в холл, где прибывшее последним семейство Вита активно здоровалось с собравшимися.       Мои опасения оказались напрасными. Иалин в нарядном платье из темно-синей шерсти с узорчатым плетенным поясом вела себя как обычный воспитанный и в меру любознательный ребенок своего возраста. Приветливо улыбалась, представляясь тем соклановцам, с которыми не была раньше знакома, польщенно зарумянилась от комплимента Вайлера относительно наряда. Не посвященные в тайну появления Иалин на свет разумные, судя по всему, ничего даже не заподозрили, особенно младшие. Кроме Хара и Зули. Оба юных оборотца при появлении моей внучки сперва оцепенели, будто верующие, узревшие явление божества. Называя свои имена при знакомстве, они синхронно склонились в земном поклоне сперва перед Иалин, а после перед слегка опешившими Найрином и Витом. Большего себя ребята не позволили, хотя я видел, как их буквально тянет к Иалин, как к маяку посреди кромешной ночи. Тан Дарай бросил вопросительный взгляд на Кайрина и, увидев спокойную реакцию кассиа-тана, расслабленно опустил плечи, едва слышно шикая на шутливо сцепившихся Дариру и Травинку. Устроившийся поближе к камину мэтр Элластари напоминал Будду с благожелательной улыбкой принимающего все превратности мироздания. Свои эмоции мой наставник контролировать умел мастерски, скрывая до поры научный интерес.          За столом велись непринужденные разговоры о городских новостях, последних научных исследованиях и школьных достижениях младших. Попробовавший ягодный пирог мэтр Элластари засмущал Зули щедрыми похвалами. Наставник очень органично влился в нашу разношерстную компанию, явно получая удовольствие от общения. Соскучившийся по близнецу Тайри пересел поближе к Найрину, агитируя их с Витом сходить завтра на рынок и заодно познакомить Иалин с городом. Майэлин обсуждал с Вайлером какие-то инновации Литти и Варкана, Дарира и Травинка снова спорили, но без злости, напоминая двоих заговорщиков. Кайрин развлекал впавшую в меланхолию Эймари – я давно заметил особое отношение мужа к юной эльфиечке, проистекающее из сочувствия к разумному со схожей судьбой. Мэтр Элластари неожиданно сумел разговорить тана Дарая – начавшаяся с упоминаний успехов Травинки в постижении целительских премудростей беседа незаметно перетекла в обсуждение различных подходов к обучению молодежи в прошлом и в наши дни.       День незаметно сменился вечером, младшие помогли убрать со стола и переместились на кухню, оставив старшему поколению серьезные диспуты. Иалин дремала на руках Вита, напоминая довольного жизнью котенка. Тан Дарай с кружкой чая занял пост у камина, в полглаза наблюдая за выходом с кухни – подопечных старый дроу ненавязчиво мониторил постоянно.    - Благодарю за щедрую трапезу и жаркий огонь в очаге, - мэтр Элластари поднялся, произнося традиционную формулу гостеприимства в день Перелома. – Пусть длань Лесной Матери всегда пребывает над этим домом.       Я тоже подскочил, отставляя недопитый каф. - Я провожу вас, наставник.       На протяжении всего дня мэтр Элластари уделил внимание Иалин не больше, чем остальным Эйри, однако зная наставника, был уверен, что выводы он уже сделал. И хотел бы их услышать прежде Вита и Найрина.     - Открыть для вас лесной коридор? - Не нужно, Сильванестри. Благодарю еще раз за приглашение, - мэтр Элластари набросил капюшон длинного плаща, становясь похожим на эльфийского мудреца из сказок. – У вас с таном Кайрином чудесная внучка. И пускай в ней дремлет сила, сравнимая с силой творцов, она всего лишь ребенок, познающий мир. Кем бы мы не рождались прежде, важно лишь то, кто мы есть сейчас. Передай, пожалуйста, Атавитайли и Найрину, что буду всегда рад видеть их с Иалин в Доме Первоцветов.       Мэтр Элластари растворился в дымчатых сумерках, шагнув в портал, а я все стоял на пороге, пока холод не начал покусывать нос и почему-то горящие щеки. Значит, наставник тоже понял. Остался вопрос, сколько помнит сама Иалин. Она выглядела очень счастливой сегодня. Словно сбылась давняя заветная мечта. - Пап, ты не замерз? – Вит возник за спиной бесшумно, набросил на плечи шерстяную накидку. – Тебя что-то огорчило?       Мой сын больше не скрывал от соклановцев истинного облика, в алых глаза тлело беспокойство. - Нет, звездочка. Все в порядке, - взъерошил стянутые в небрежный хвост белые волосы и заключил Вита в объятья. – Я соскучился по вам. И волновался, как пройдет знакомство с Иалин.       Теперь мы стали одного роста и Виту уже не приходилось сгибаться в три погибели, чтобы уткнуться лбом мне в плечо. - Оно же прошло хорошо? Знакомство… Иалин наверняка дома засыплет нас вопросами, - помолчав, Вит выдохнул со смешком. – Хотя, кажется, часть наших соклановцев все поняла. И наставник, думаю, тоже. - Что именно, звездочка?       Мы не поднимали с сыном тему происхождения и прошлого воплощения его дочери, мне стало интересно, к каким выводам они с Найрином пришли сами. - Что наша Иалин – Лунная богиня. Точнее, ее новое воплощение. - Тебя это беспокоит?       Вит тяжело вздохнул, не поднимая головы. - Не хочу, чтобы мой ребенок становился символом. Чтобы ее жизнь ей не пренадлежала. Когда Иалин появилась на свет, я словно начал смотреть на все иначе. Пап?.. - Ты прекрасный родитель, - всхлипнул, прикусывая щеку. Стыд прожигал нутро как раскаленное железо. – Гораздо лучше, чем был я. Но мы можем лишь подготовить детей к жизни и поддерживать на пути, а не определять его.       Хорошо, что детей у меня больше не будет. Я так и не стал нормальным родителем для Атавитайли, и в данный момент утешал себя лишь тем, что у Иалин ситуация складывается совсем иначе. - Где вы потерялись?       Голос Кайрина вывел из оцепенения, и я осторожно разомкнул объятья, отпуская сына. - Уже идем, - отозвался Вит и улыбнулся своей прекрасной, доброй улыбкой. – Ты и отец Кайрин – лучшие родители. Я никогда не пожелал бы других.       Засыпая под свист холодного ветра за окном, я чувствовал себя незаслуженно счастливым. У меня чудесная семья. Никакие испытания не станут непосильными, пока они у меня есть.