Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

      Зима ознаменовалась периодом затишья. Заданий, требующих длительных отлучек, почти не было, соклановцы отдыхали, учились, тренировались и проводили время вместе, укрепляя и так сильные внутриклановые связи.       Самым ярким событием стало появление на свет детей Мррах. Пребывающая под наблюдением Яски трактирщица благополучно родила двойню в ночь Перелома. Мой бывший соученик уверял, что едва не поседел, поскольку Мррах, чтя заветы предков, перед родами выставила за двери и его, и своего супруга. Целитель и взволнованный отец успели так накрутить друг друга, что Тарше пришлось успокаивать обоих и отпаивать чаем с изрядной порцией травяной настойки. Вопреки всем опасениям дети и мать чувствовали себя прекрасно. Взявший на руки сына и дочь, Рарк малость повредился в уме от счастья и, по утверждению Яски, не отошел полностью до сих пор. Я навестил старую подругу на вторую неделю, принеся традиционные дары – большой отрез шерстяного полотна, свежие лепешки и кувшин меда. Первые ножи и брасеты-наручи, символизирующие родительскую защиту, для наследников выкует сам отец. Рядом с огромными родителями детишки казались совсем крошечными. Я знал, это скоро изменится – дети орков развивались и взрослели гораздо быстрее детей других народов. К двум-трем годам маленькие трогательные комочки уже начнут помогать Рарку и Мррах в их работе и обучаться оружному бою. Наследие искусственной специализации – все орки прирожденные воины, даже занимающиеся сугубо мирным трудом.        У меня наконец появилось время изучить записи, которые Кай и Тайри забрали из лабораторий отступников. Некоторые разобрать почти не представлялось возможным – обрывки несвязанных фраз на нескольких языках и непонятные схемы напоминали записки сумасшедшего. Наиболее читаемыми были несколько толстых тетрадей, заполненных аккуратным каллиграфическим почерком, принадлежащих загадочному Учителю-отшельнику. Похоже, он не только вел собственные исследования, но и систематизировал отчеты учеников-подельников. После прочтения первой пришлось сделать перерыв и выйти во двор, дабы не разнести буйством выходящих из-под контроля сил кабинет. Нашедший меня спустя какое-то время Кайрин без вопросов утянул на кухню и сунул в руки кружку самой крепкой настойки. - Начал работать с записями отступников? – во взгляде мужа светились понимание и сочувствие. - Ты читал их? – спросил, с трудом проталкивая слова сквозь сжатое спазмом горло.           На лицо Кайрина набежала темная тень, линия губ жестко сжалась. - Некоторые. Мы искали информацию о планах отступников и расположении лабораторий.       С момента возвращения, я ни разу не обсуждал с мужем подробности их с Тайри карательной миссии. Не хотел бередить плохие воспоминания. И, вполне возможно, подсознательно представляя, что именно узнаю, не хотел снова окунаться в это зловонное болото. Но страшные истории имеют свойство повторяться, если о них забывают. Так что разобраться во всем необходимо ради спокойной жизни нашего мира.       Кайрин оскалился с хищным удовлетворением. - Если тебе станет от этого легче, все авторы записей мертвы.       Последняя фраза стала небольшим утешением при дальнейшем изучении материалов. Я старался максимально отстраниться эмоционално, понимая, что ничего исправить уже невозможно. Вчитывался в описания чудовищных в своей жестокости и, зачастую, бессмысленности экспериментов, делал мысленные пометки, каких известных алхимиков и купцов стоило бы в будущем держать под присмотром – деньги не пахнут в любом из миров. Где-то на половине собранного материала я сделал перерыв, открывая окно и высовываясь наружу в объятья холодной беззвездной ночи. Хотелось проблеваться, выкинуть из себя всю прочитанную мерзость, которую разум отказывался принимать. Демиург и бездна! Грарай был куратором среднего звена, пользуясь благорасположением Учителя. Именно он насиловал Дариру и Травинку, скрупулезно излагая все в своих отчетах. Эта тварь считала свои действия оправданными во благо науки и ради помощи своей обожаемой Линиссе. Похоже, Грарай принадлежал к той категории разумных, для которых подавляющее большинство других живых существ лишь биоматериал для исследований. Изощренный разум при полном отсутствии эмпатии. Сжав переносицу до боли и хватая влажный воздух открытым ртом, я задавался одним вопросом. Почему столько отбитых на голову моральных уродов появилось одновременно? Были ли эти разумные такими изначально или на них тоже что-то повлияло? Нет, ростки должны были таиться внутри изначально – невозможно заставить адекватного разумного творить такие вещи без полного подавления воли. Однако уж больно фанатично и слаженно ребята взялись за дело, в короткий срок развернув масштабные эксперименты. Финансировала их частично Линисса, но это бы не покрыло всех затрат. Жаль, не удалось допросить Учителя. За спиной этого идейного лидера чудилась некая более мощная фигура, оставшаяся в тени. Но конкретных доказательств ее сущестования никто не обнаружил, а интуицию к делу, как говориться, не пришьешь.        Закрыв окно, зябко передернул плечами и решил, что чашка крепкого сладкого кафа улучшит мозговую активность и настроение. Погруженный в дремотную тишину дом окутал невесомым теплом, словно вышел из морга в весенний сад. На кухонном столе маячком для полуночного визитера подмигивал маленький кристалл-светильник. Стараясь не нарушать поддерживаемый Вайлером порядок, отыскал в шкафчике порошок кафа и мед, снял с крючка над плитой черпачок. Вдыхая горький запах готовящегося напитка, я продолжал крутить так и эдак ситуацию с массовым появлением отступников. Как говорили в моем родном мире? «Ищи, кому выгодно»? Стоило бы сначала задаться вопросом не «почему», а «зачем». В записях не нашел ни одного внятного указания на конечную цель столь масштабной и сплошь незаконной деятельности. Никто из участников этого сборища не был дураком. Любой маг с детства прекрасно знает о риске превращения в отступника. Ради чего все они поставили на кон свои жизни? Мотивы Грарая ясны. С Лилаэль тоже вроде бы более-менее понятно – своей жажды силы и мирового господства она не скрывала. Тоже мне темная властительница нашлась!.. Убитая Каем мошенница-эльфийка хотела отомстить за подругу. А вот остальные… Нужно с утра расспросить Тайри или Кая, нет ли у них информации от других участниках этой банды псевдоученых. Огромные финансовые затраты (бухгалтерию тоже вел их Учитель, потому представления о потраченных суммах я имел), сложности организации поставок, смертельные риски – ради чего? Призрак кого-то стоящего выше в иерархии этой организации вновь замаячил на периферии. Либо мы просто не нашли часть документов, освещающих идеологические аспекты.       Каф обжигал язык, не согревая смерзшиеся внутренности. В свете новой информации желание Эймари подготовиться к новой войне уже не выглядело паранойей. Если таинственный координатор действительно существует, у нас и у мира вскорости могут возникнуть серьезные проблемы. В висках начало противно ныть, будто шурупы вкручивали. Нужно обсудить все с Кайрином, мэтром Элластари и Фарном. Провести долгострочную разведку по нескольким направлениям – среди торговцев и в научной среде. Возможно, стоит озаботиться созданием агентурной сети в крупных поселениях Обитаемых земель. Каф закончился, на зубах заскрипела гуща. Блин, а основную миссию с меня же никто не снимал. «Кокон» Вита и Ная требует доработки и тестирования, на это уйдут годы, если не десятилетия. И с Кайрином нужно что-то срочно решать – зрение не восстанавливалось, мой лиммаю полностью ослеп на левый глаз. Не помог даже прием моей крови, на который приходилось уговаривать с боем. - Снова полуночничаешь, Листик? – на плечи легли широкие ладони, не позволяя подскочить. Фу, напугал, блин. - Не пытайся сделать все сразу. У нас еще достаточно времени.       Я, что, вслух рассуждал? Или Кайрин настолько хорошо изучил меня за прошедшие годы? - Интуиция, солнце? – усмехнулся, накрывая ладони мужа своими и немного откидываясь назад.    - Она самая, - пальцы на плечах задвигались, разминая закостеневшие мышцы. – Сегодня похолодало, одеяла у нас тонкие… Погреешь своего замерзшего супруга?       Учитывая, что Кайрин вечно горячий как печка, и обычно я об него грею ледяные руки и ноги, звучало это неприкрытой манипуляцией. Зато мерзкое давящее ощущение в груди исчезло.       На следующий день я приступил к дальнейшему разбору записей морально подготовленным и с ясной головой. По итогам недельной работы испытывал смешанные чувства. Отсупники были по-своему гениальными разумными, замахнувшимися поспорить с демиургами. Однако, как и в мире людей, гениев сгубила гордыня и жажда получить быстрый результат, не учитывая законодательные и морально-этические аспекты, а, временами, и здравый смысл. Зато обнаружил упоминание крайне любопытного лично для меня исследования, проводимого Лилаэль совместно с эльфом, позже умершем в тюрьме Бриша. Несостоявшаяся супруга Сайлариса искала способы замедлить или даже обратить вспять процесс превращения в отступника и использовала для исследований кровь ай-фатин. Эти эксперименты они ставили на себе, вводя внутривенно цельную, не разделенную на фракции кровь. Однако желаемых результатов отступники не получили. Период улучшения оказался слишком коротким, требовалось введение все больших доз. Вдобавок, кровь ай-фатин вызывала нечто вроде наркотической зависимости – без очередной дозы «подопытный» мучился слабостью, похожими на мигрени головными болями и приступами раздражительности, сменяющимися апатией. Нужно будет впредь использовать сывортку из своей крови с осторожностью - лекарств без побочных эффектов не существует. Паразитов же коллега Лилаэль, похоже, влюбленный в нее, подсадил себе сам, надеясь раскачать резерв и обрести дополнительную силу. Кровь ай-фатин послужила катализатором ураганной скорости роста паразита, печальный итог я видел своими глазами.              Все материалы, конфискованные у отступников, поместили в клановый архив с допуском только для кассиа-тана и аши-тана. Кайрин прав. Держать нос по ветру и следить за событиями в мире, чтобы не допустить повторения трагедии, будет не лишним, однако зацикливаться на этом не стоит. Существуют проблемы, требующие первоочередного решения.       Вит с Наем дорабатывали свой проект «кокона», пытаясь снизить либо растянуть по времени потребление энергии и улучшить защитную систему магической конструкты, предохраняющую от внешних воздействий. Я же, после того, как затянул Кая на консультацию к мэтру Элласстари, загорелся новой идеей. Нанесенные магией либо магическим артефактом травмы плохо поддаются лечению, особенно если уже прошло какое-то время с момента их получения. Нынешний уровень медицины Траэса позволил бы убрать шрамы Кайрина, но не восстановить полностью зрение и поврежденные лицевые нервы. Тогда я вспомнил свое пребывание в Сееро и ванны с коллоидным «киселем», используемым для анализа работы организма и проведения манипуляций с живыми и мертвыми тканями. Если получится воспроизвести подобное устройство, перенастроить его под особенности организма населяющих Траэс разумных… Можно будет не лечить, а просто восстановить поврежденные органы, или даже воссоздать утраченные. Связавшись с Фарном, изложил ему свою идею. В первую очередь интересовало, возможно ли создать такое устройство в принципе, не будучи демиургом. Ответ был утвердительным. Фарн обещал помощь, однако взамен попросил это изобретение пока оставить сугубо для личного использования и особо не распространяться о нем. Что ж, конфиденциальность – малая и вполне оправданная плата в случае успеха. Перебравшись в Лесной Дом, я принялся за дело. Впервые за годы в новом мире пришлось столько работать с последовательной трансформацией растений. Я обучался обычному целительству, новая задумка же требовала использования способностей ай-фатин. Кайрин приносил еду и сменную одежду, вытаскивал из медблока, напоминал есть и мыться и отпаивал горячим чаем и кафом с медом. После нескольких таких вояжей он полностью перебрался в Лесной дом, заверив, что остальные соклановцы не дети, а за младшими есть кому присмотреть. Требующая высокой концентрации деятельность плюс частые ментальные консультации с Фарном отнимали прорву сил, к концу дня глаза лезли на лоб, а на голову будто надевали тугой стальной обруч. Кайрин ворчал, тащил в купальню и гнал отдыхать. Результатом двух месяцев напряженной работы стал первый прототип, напоминающий округлую чашу двухметрового диаметра, заполненную бледно-зеленой прозрачной слизью. Я проверил функционирование устройства на нескольких отловленных ирриках, сонном нохши и купленных в деревне курхах и убедился в его эффективности. Нужны были добровольцы из числа разумных. Где их только взять, учитывая условия Фарна? Уйдя в раздумья и механически пережовывая наскоро приготовленный обед, не сразу уловил смену темы непринужденного разговора. - Что, прости, Кай?.. - Испытай его на мне, - Кайрин сложил руки на груди, всем видом демонстрируя, что не примет возражений. – Тебе же нужны добровольцы для испытания нового изобретения. Считай, один уже есть.       Теснящиеся на языке протесты и предостережения остались непроизнесенными под внимательным и спокойным взглядом золотых глаз. Если бы это имело смысл, я провел бы первое испытание на себе. Кому-то все равно придется рискнуть, опробуя новый метод лечения. Как целитель, я не имею права ставить жизнь одного разумного выше жизни других, даже если он мой супруг. - Ты уверен, солнце? – спросил, лелея глубоко внутри малодушную надежду услышать отказ. - Уверен, Силь, - голос Кайрина смягчился, мои беспокойно сжатые в замок руки поймали, согревая горячими ладонями. – Не волуйся. Я не слишком разбираюсь в тонкостях твоей задумки, но, как понимаю, в худшем случае просто ничего не произойдет, так?       В принципе, да. Содержимое «чаши» не представляет опасности для живых организмов. В теории. На практике же всегда что-то может пойти не так. Этой ночью Кай, последние месяцы ограничивающийся легкими ласками, дабы не отнимать у меня лишних сил и позволить выспаться, был настойчиво нежным. Словно просил без слов отвлечься, сконцентрироваться на удовольствии и выбросить из головы тревоги и сомнения. Почти получилось. На утро я ожидал моего лиммаю в медблоке собранным и готовым к любым неожиданностям. Разложив на столе под рукой реанимационный набор и подключив биосканер, я наблюдал, как Кайрин раздевается, связывает волосы в высокий пучок и переступает через невысокий бортик, чуть заметно морщась – собержимое «чаши» было прохладным и по консистенции напоминало тягучий кисель. - Ложись на спину и постарайся расслабиться. О любых изменениях в самочувствии, любом дискомфорте, даже самом легком, говори сразу. Понял?       Изменив форму дна «чаши» так, чтобы поврежденую часть лица покрыла слизь, а нос остался на поверхности, помог Каю улечься и отдал команду растениям. Активированная «чаша» изменила цвет на более светлый, по поверхности прошла небольшая рябь. Я не сводил глаз с проекции на биосканере, готовый в любой момент вытащить Кайрина, и не сразу заметил происходящие с мужем изменения. - Немного щекочет под веком, - отозвался Кай, сохраняя полную неподвижность. – Шрамы зудят.          - Принято. Интенсивность ощущений от ноля до десяти? - Пять. - Болевые ощущения? - Боли нет. Просто щекотка.       На проекции бордовый цвет поврежденной области постепенно сменялся оранжевым, и так же медленно бледнели и сглаживались шрамы на любимом лице…       Мы провели еще два сеанса погружения в следующие дни. Кайрин самоотверженно переносил все осмотры и контрольные проверки, не жалуясь и не кривясь, когда приходилось подолгу отмываться от слизи. Я фиксировал результаты, все еще не до конца веря, что задуманное удалось осуществить настолько легко. Когда после третьего погружения шрамы Кая превратились в едва видимые белые полосы, и на меня смотрели полностью зрячие глаза, я не сдержал слез, упираясь лбом в бортик «чаши».       К середине лета доработал изобретение, с подачи Кая названное «колыбелью», и убедился в его полной безопасности. Единственным минусом было то, что работала «колыбель» лишь в пределах Лесного дома – для функционирования требовался большой объем энергии, поступающей от Фарна. Наверное, смог бы воспроизвести ее и в штаб-кваритире, пропитанной силой Атавитайли, но пока такой необходимости не возникло. После я предложил пройти через процедуру восстановления тану Дараю и Дарире и неожиданно получил отказ от обоих. Тан Дарай ответил, что потеря руки – плата за переход в новый мир и напоминание о погибшем сыне, потому ничего менять он не хочет. С Дарирой у нас состоялся конфиденциальный разговор как у целителя и пациентки. Я предложил постепенно восстановить необратимо пострадавшую от экспериментов отступников репродуктивную систему вместо гормонозаместительной терапии. Организм Дариры еще пребывал на стадии развития, внесенные изменения позволили бы минимизировать побочные эффекты. Внимательно выслушав, раран тана Дарая покачала головой и спросила, можно ли оставить все как есть. На встречный осторожный вопрос о причине такого решения, Дарира вскинула взгляд с долей вызова и ответила, что не хочет иметь детей. Оказывается, в родном клане в девочке видели шанс на возрождение и надеялись получить от нее как можно больше потомства, к чему морально готовили с ранних лет. Дарира призналась, только тан Дарай не одобрял такую политику кассиа-таны и даже пообещал тайком помочь сбежать, если ее попытаются заставить вступить в брак по достижению совершеннолетия. Все же тан Дарай очень любит свою раран. На детскую травму наложилось пережитое изнасилование, потому причины решения Дариры я вполне понимал. Вдобавок, девочка призналась, мол, ей комфортнее жить с такой внешностью как сейчас, отсутствие женственности скорее радует, чем угнетает. Давить или уговаривать не собирался в любом случае. Когда Вит и Най завершат свой проект, возможность обзавеси детьми получит даже абсолютно бесплодная женщина. Может, к тому моменту Дарира изменит свое мнение.       Жизнь текла размеренно, без глобальных потрясений. В последующие годы я осуществил еще одно давнее желание. Совместно с Ниниэль и Яйлин были разработаны, протестированы и представленны на научном консилиуме новые средства контрацепции. Я боялся, нас заклеймят как еретиков – голоса ученых и целителей, бьющих тревогу относительно катастрофической ситуации с рождаемостью, в Обитаемых Землях звучали все громче. Наше изобретение встретило неожиданно горячую поддержку, особенно от женской части научного сообщества. Возможность планировать беременность для занятых учеными трудами тан оказалась настоящей находкой, а удобство применения стало дополнительным плюсом. Да, пока препарат, выпускаемый в форме капель и пилюль, был достаточно дорогим, однако в будущем мы планировали наладить производство из вырощенного на наших полях, а не дикорастущего сырья, и удешевить конечную стоимость продукта.       Хотя насчет отсутствия потрясений я, пожалуй, соврал. Примерно года через три после моего возвращения в двери штаб-квартиры постучался исхудавший до состояния сушеной арии дроу с печатью хронического недосыпа на лице, в котором с трудом узнал Истаяра. Я не интересовался судьбой бывшего помощника работорговца, хватало других забот. В конце концов, шанс на новую жизнь ему дали, остальное – не моя забота. А теперь, глядя в глаза с лопнувшими от усталости сосудами, вспомнил еще кое-что. Свое данное на эмоциях обещание. Похоже, пришло время отвечать за слова. - Приветствую, аши-тан Эйри, - Истяр сделал попытку поклониться и потерял равновесие, цепляясь за перила. – Прошу прощения… что не предупредил… о визите…       Активировав на всякий случай охранный контур, пригласил нежданного гостя в дом. На вопрос, требуется ли ему медицинская помощь, Истаяр отрицательно помотал головой и с жадностью уставился на вазочку с ягодными хлебцами для посетителей на стойке в холле. Поглощая хлебцы и принесенный мною чай с аппетитом голодавшего неделю, бывший работорговец поведал о причине своего визита. Попросив подождать, я срочно вызвал ушедшего на рынок с Тайри Кайрина. Дальше свою историю Истаяр излагал уже нам троим. Он сдержал клятву и сразу после посещения Цханской лечебницы принялся разыскивать проданных в рабство детей. Найти удалось немногих – у покупателей Таркара были весьма специфические пристрастия. Некоторых Истаяр выкупил, большую часть попросту выкрал у хозяев. Одиннадцать детей он вернул их семьям, уже не чаявшим увидеть своих родных живыми. Но часть попросту не могла вспомнить, откуда они и даже собственные имена. - Я надеялся помочь им самостоятельно. Нашел убежище, пригласил целителя… - Истаяр закашлялся на полуслове и с благодарностью осушил еще одну чашку чая. Похоже, последний раз ел он действительно давно. – Им все хуже. Целитель умыл руки, заявив, что помочь не сможет. А я не справляюсь. Прошу, кассиа-тан, аши-тан, мне не к кому больше обратиться. Я понимаю, вам нет смысла взваливать на себя…       Переглянувшись со мной, Кайрин вскинул руку, прерывая нашего гостя. - Тан Истаяр, вы можете провести нас к вашим подопечным? Силь?.. - Сейчас только сумку из медблока захвачу.       Так наш клан пополнился шестью новыми разумными, едва достигшими совершеннолетия. Трое эльфов, полудроу и девушка и парень оборотцы. Из всех пострадавших полудроу был самым старшим и самым вменяемым – Истаяр сказал, он помогал ухаживать за товарищами по несчастью. С остальными дела обстояли гораздо хуже. Состояние организма и психики мало отличалось от такового у Травиники сразу после плена. Оборотцы даже имен своих не могли вспомнить – прием «белого тумана» у представителей этой расы вызывает необратимую амнезию. Реабилитация отняла прорву времени и сил, благо что у нас уже имелся богатый опыт.       Полудроу, назвашийся Файринином, оказался мальчиком с сюрпризом. Кого-кого, а мага бездны в клане у нас еще не было. Тайри тогда сильно матерился, я даже словарный запас расширил. Однако опасения не оправдались – обладающий исключительно скверным характером Файринин демонстрировал отличный контроль силы для своего возраста. Мальчишки-эльфы тоже понемногу приходили в себя под присмотром тана Дарая. Хуже всего обстяли дела с оборотцами. Их хозян приобрел подростков не для извращенных любовных утех, а в качестве своего рода боевых псов. Подвергая жестоким, на грани пытки, тренировкам брата с сестрой заставили пройти оборот раньше положенного срока, а после буквально дрессировали на подчинение, принуждая сражаться с такими же несчастными на подпольных аренах. Я боялся, потеряв ориентиры, они могут проявлять агрессию к окружающим, но реальность оказалась еще страшнее. Когда разумный не может есть, пить, спать и справлять естественные потребности без прямого приказа – это очень страшно.       Большую часть времени оборотцы сидели неподвижно на полу выделенной им комнаты, глядя в стену напротив, напоминая живых дышащих марионеток. Тайри не мог им полноценно помочь – в чистом разуме сложно за что-то зацепиться. Подчинение в бедолаг вбивали не магией, разрушить эту прочно закрепившуюся в мозгу схему представлялось невыполнимой задачей. Пока о новых соклановцах не услышала Иалин. Попросив разрешения увидеться с ними, наша внучка прибыла вместе с Витом в Лесной дом. Не знаю, что она сделала и о чем с ними говорила, но после брат с сестрой, нареченные новыми именами, словно проснулись ото сна. Скорее всего, богиня-прародительница, даже утратив большую часть своих сил, могла воззвать напрямую к разуму потомков. Много лет спустя они отправились вместе с Иалин в путешествие по Обитаемым землям, в качестве ее защитников и преданных последователей.