С запахом белой реки

      Цзян Чэн в ярости, в бешенстве — в последнее время это его обычное состояние, люди уже не в страхе, а по привычке расходятся при виде грозного наследника Цзян. Бюро по предсказаниям привыкло видеть его чаще, чем своего начальника, который по началу расследования стал пропадать чаще и с заядлой регулярностью («Трус, отсиживается, пока его люди работают»).       — Какого *** бюро так работает, где ваш начальник? Мне нужна встреча с Цзинь Гуаншанем, немедленно!       — М-мы не можем вас принять сейчас, Цзинь Гуанъшань на важной встрече, а все п-провидцы заняты. У нас п-просто нет возможности…       Удар пришёлся по столу, к радости секретарши, не по её голове. Но от страха она зажала рот, лишь что-то пискнув.       — Я-яя ничем помочь не МОГУ! Из-звините! — девушка подскочила с места и скрылась за какой-то дверью.       Гуаншань мерзавец. Из-за его халатного отношения к расследованию Ваньинь пугает сотрудников. До чего он дошёл… Стыдно перед девушкой, но ярость его переполняла настолько, что единственное одолжение, которое он мог сделать — уйти сейчас, раз смысла находиться в этом месте больше не было.       «Мы провидцы, а не сыщики, ничем дельным помочь не можем». И говорил это Гуаншань с такой улыбкой, наверняка думал, что Цзян Чэн не заметит её за веером. По глазам всё видно было, есть у него нужные люди, только подпускать Ваньиня к ним никто не горит желанием. Да он их бюро на воздух поднимет, если они продолжат ничего не делать! За что тогда он платит? По-хорошему, ему бы обратиться к поисковой магии. Да толку от неё столько же, как от этих провидцев — потоки маны просто не видят Вэй Ина, как будто того и не существует вовсе (ни живого тела, ни трупа).       — Цзян Ваньинь?       В одном из коридоров, перед самым выходом из резиденции, к Цзян Чэну навстречу вышла Цинь Су, в руках которой была стопка стеклянных листов.       — Я видимо не вовремя, ваш отец вновь отсутствует, а свободных прорицателей нет. Надеюсь, вы передадите ему, что я приходил. И в скором времени он свяжется со мной.       Обойдя девушку, Цзян Чэн направился к выходу. Он из этого места выйдет счастливым только в двух случаях: если Гуаншань подохнет или Вэй Ина найдут (и не важно, живым или мёртвым).       — Постойте! Я как раз освободилась, могу вам погадать… — Цинь Су прижала стопку стекла сильнее к себе, явно, что для неё они были тяжёлыми. — И хоть мои предсказания не могут сказать то, что случилось в прошлом, не уходить же вам совсем без ничего?       Время своё он уже и так потерял, терять было нечего, а из любого предсказания можно было вытянуть хоть немного информации в каком направлении стоит ему искать. Любой намёк был небольшим шажком в поисках. Цзян Чэн понимал, напрямую ему никто не скажет где может валяться бездыханное тело, но какие события могут привести к этому телу — хоть что-то придало бы небольшое успокоение.       Кабинет Цинь Су был одним из самых комфортных во всем бюро по предсказаниям. Ваньинь был здесь всего-то два раза, и каждый раз ощущал в этом месте домашний уют: широкое окно, много света, цветы с огромными листьями возле стола, висящие повсюду ловцы света из битого стекла — как символ дара Цинь Су. Цзян Чэн долгое время думал, что все кабинеты прорицателей строго регламентированы, но видимо для своих отпрысков Гуаншань делал исключение (респект ему, но Ваньинь его всё ещё на дух не переносил).       — Чаю?       Цинь Су задаёт вопрос, параллельно начав раскладывать листы стекла по нужным ячейкам стеллажа. Каждая ячейка была наполнена определённым цветом и подписана своими цифрами. Цзян Чэну не было интересно значение каждых номерных знаков (ему по голову хватило этих символов у других провидцев). Рядом с полкой были ящики, разделённые по тому же принципу, что и готовые листы — только там уже было битое стекло. Цинь Су, не услышав ответа на вопрос, всё равно ставит перед гостем чашку.       — Мне всё-таки легче гадать, имея хоть небольшую основу. Если не хотите чая, выпейте немного воды.       Цзян Чэн нахмурился, но выполнил то, что ему сказали, выпив часть воды. Цинь Су положила на стол один из стекольных листов со стеллажа, по толщине будто самый широкий из всех остальных, жёлтого цвета, рядом разместив шпильку и молоточек. Перед тем как начать что-то делать, девушка заперла дверь. Цзян Чэн не отводил от девушки взгляда ни на секунду и то, как она в спешке закрыла дверь, заставило задуматься о том, не хотят ли его прикончить в этой скромной комнатушке.       — Цзян Ваньинь, послушайте, — Цинь Су нагнулась как можно ближе к мужчине, начав говорить шёпотом, — отец нам категорически запретил делать вам точные расклады. Нам просто запрещено давать вам какую-то точную информацию на Вэй Усяня, в частности на причины смерти его мужа.       При упоминании имени брата Цзян Чэн дёрнулся, но его лицо осталось таким же грозным, ни на миллиметр не изменившись. Цинь Су взяла чашку, из которой пил Ваньинь, и разлила остатки воды по стеклу.       — Я правда не могу вам нагадать что-то полезное, у меня никогда не выходило видеть прошлое, только совсем ближнее будущее… вам бы к Сюаньюю попасть, он с духами разговаривает, но не думаю, что отец это допустит, — Цинь Су поставила шпильку на самый центр листа, слегка вбивая её в стекло. — У Сюаньюя… особенная база клиентов, без надобности никто не распространяется о его имени, навряд ли и отец вам о нём говорил.       Цинь Су одним точным ударом вбила шпильку на всю толщину стекла, отчего по нему пошли разного размера трещины. В разломы начала заливаться вода, и как только девушка убрала шпильку, стекло в местах трещин начало менять цвет с жёлтого не зеленоватый. Цзян Чэн готов был сейчас же разбить этот кусок стекла об стол, разгромить комнату, а лучше всё бюро предсказаний сразу — он платит бешеные деньги за поиски брата, а Гуаншань запрещает своим провидцам, своим детям, гадать ему на прошлое. Двуличный змей. От злости он сжал кулаки, чтоб ненароком не напугать девушку. А есть ли резон ей верить? Каков шанс, что она также является сообщницей своего отца? Он следит за каждым её движением, как та, пока стекло меняло цвет, внимательно следила за распространением трещин, проводя по ним пальцами. Пальцы… на руках были ожоги, в местах ещё свежие покраснения и пузыри. Как будто она сама плавила себе стеклянные листы для гадания.       Цинь Су замерла, вглядываясь в трещины. Пальцы её начали слегка подрагивать. От созерцания чужих рук, Цзян Чэна в сознание привёл чужой голос, звучащий как-то приглушённо и тихо.       — Ваньинь… у вас будет племянник.       Но Цинь Су улыбалась, чуть ли не плача.       — Что?..       — Племянник. У вас будет племянник с чудесными зелёными глазами, как у отца. Такой прелестник с маминым даром, — Цинь Су ладонь к щеке прижимает и краснеет, продолжая плакать.       Племянник. У него будет племянник. Цзинь Гуаншань на протяжении всех поисков неуклонно намекал на сплочённый союз между Цзинь и Цзян, что дети от такого брака будут самыми могущественными магами, если тем удаться унаследовать оба дара от родителей. Цзян Чэну не прельщала эта идея, но чем больше он тратил своего времени в резиденции Цзинь, тем больше казалось, что только их потомки смогут найти причины (а может и тело) Вэй Усяня. Да и если сестра будет счастлива, то он может стерпеть этот союз.       — Он от Цзинь Цзысюаня?       Цинь Су вышла из своих мыслей, раскрыв свои глаза так широко, что они напоминали блюдца, что стояли на стеллажах.       — О нет, нет! Ваша сестра не попадёт в семью Цзинь. Вам удастся избежать этого.       Ваньинь выдохнул, запустив ладонью в волосы. Святые Небожители, племянник, у него будет племянник. На лице появилась глупая улыбка. Не Вэй Усянь, так его сестра будет в безопасности. От облегчения он мог и простить Гуаншаню сегодняшнюю оплошность, не будь этот мерзавец таким изворотливым, Ваньинь не столкнулся бы с Цинь Су. Цзян Чэн поднял взгляд с разбитого стекла, на такую же счастливую Цинь Су.       — Цинь Су…       — Чшш… ещё один секрет, который не должен выйти из этой комнаты. Предупреждение. Если отец направит вас на Цзинь Гуанъяо, не соглашайтесь на его гадания до конца четвёртого года. Вам нужно уберечь сестру, а если вы продолжите искать и брата — то никого не спасёте, в частности себя.       Ваньинь кивнул, ничего не сказав. Спасти сестру, он убережёт её, а для этого придется забыть о брате на долгое время…