Ты – мой подарок Эйвы.

Стуки барабанов, деревянные флейты и бубны эхом раздавались в барабанных перепонках На'ви. –Ао'нунг! Различные возгласы Меткайинцев, что выкрикивали имя будущего вождя Ава'тлу. Тса'хик Ронал медленно проводила руками по телу своего сына, на кончиках пальцев располагалась белая краска, специально подготовленная для обряда Икнимайя своего сына. Совсем недавно, мать держала своего крошечного сына у себя на руках, качая его кормя своей грудью, но уже сегодня, спустя столько пройденных лет он возмужал, вскоре на его теле будут татуировки, обозначающие его статус и власть. Он уже не тот маленький мальчик, что недавно плакал от укуса мелкой рыбешки, не тот малыш, что при начале грома бежал в Маруи, чтобы спрятаться под связанным матерью покрывалом. Теперь, он надежда Меткайинцев, будущий вождь, что несёт на своих плечах огромную ответственность и бремя, переживания своего народа. Принц, чьи графитовые кудри становились длиннее с каждым пройденным днём, характер, что закалялся с каждым неудачами или потерями, и конечно же разум, холодная голова и сила- что можете быть страшнее? Ронал отвлекла чья-то тяжёлая рука на своей кисти, рука своего сына, что склонился над ее ухом . - Sa'nu, с тобой все в порядке? – Ао'нунг заметил, как мать смотрит в одну точку на теле своего сына, продолжая вырисовывать символичные узоры своими теплыми, материнскими руками. – Все хорошо, сын мой, не переживай за меня, сегодня твой день. На тебя все надеятся, они хотят видеть в тебе На'ви, достойного статуса будущего вождя. - в серьезном взгляде матери читалась тревога за сына, она обняла его, тепло, в этих объятьях чувствовалось сопереживание за сына. Ронал почувствовала на своем плече руку любимого мужа и вызволила сына из объятий, скрываясь вместе с мужем в толпе остальных На'ви. Вокруг Ао'нунга крутилась его младшая сестра, что не давала покоя брату, расспрашивая о его состоянии и переживаниях. Но единственное, о чем Ао'нунг действительно пекся, так это за угольную макушку, которую никак не мог разглядеть среди стольких бирюзовых тел. " Где Нетейам? " Глаза Рифового принца метались по всему острову, но среди Меткайинцев он увидел лишь родителей первенца и младших сестер, Кири и Тук. Вспоминая исход прошлой ночи и холодные, золотистые глаза лесного, мелкая дрожь и неприятный ком в горле заиграли в Ао'нунге, словно испорченные музыкальные струны. Цирея всматривалась в лицо брата , его невидимые брови сдвинулись ближе к друг другу а губы сложились в тонкую линию. - Tsmukan,если ты переживаешь за отсутствие Нетейама.. - принцесса Ава'тлу перепутано взяла брата под руку , занырнув под нее, чтобы стать прямо напротив старшего брата. У нее получилось привлечь его внимание на себя, чего Меткайинка и хотела добиться. Взгляд Ао'нунга не изменился, но он уже посмотрел на сестру. –Я не знаю, где он, Ло'ака тоже нет. Ао'нунг, они скоро придут, я уверена в этом! Ао'нунг ещё несколько секунд не прерывал зрительный контакт с сестрой, понимая, что она пытается лишь успокоить его, он отпрянул от девушки, разворачиваясь к отцу, что объявлял скорейшее отправление сына к Цураку. Цирея прокусила губу, оглядываясь в разные стороны, был лишь Ротхо, что стоял чуть дальше от Ао'нунга. Лесных нигде не было Раздался звук горна, Ао'нунг выдохнул и направился к отцу и матери, что стояли и ждали своего первенца для того, чтобы представить его народу. – Удачи, Ао'нунг. – Цирея аккуратно прильнула к брату, обнимая его за руку и нехотя отпуская. На действие сестры Ао'нунг приложил свою ладонь к шее сестры, прижав ту к груди. Он улыбнулся и направился к родителям. Меткайинцы расступались перед Ао'нунгом, оказывая уважение молодому На'ви. Ао'нунг встал рядом с отцом и матерью, ожидая дальнейших слов вождя. Даже сейчас, он отчаянно пытался найти его, но среди бирюзовых тел, он лишь увидел сестер своей пассии и его родителей. Вновь мысли Ао'нунга прервал громкий, уверенный мужской голос. Все На'ви слушали слово вождя, не издавая ни единого звука. – Мой взрослый сын сегодня пройдет этап, решающий его статус в жизни, силу и волю. Он покажет, готов-ли стать надёжной опорой нашего клана или не готов удостоиться доверия вобщем. Языки На'ви высунулись, а сами обладатели бирюзовых тел начинали шипеть и улюлюкать, создавая привычный им шум. Барабаны вновь заиграли, но с новой силой. Ао'нунг огляделся, параллельно вступая в образовавшийся круг среди бирюзовых тел, пытаясь все же разглядеть между ними свою пассию. Но нашел лишь его родственников, всех, исключая Ло'ака. Обладатель небесных очей лишь встретился с глазами с Джейком, который видимо понял, что найти Ао'нунг хотел точно не его. Жилки на лице Ао'нунга стали виднее, а сам обладатель небесных очей был точно не в самом хорошем настроении, на кулаках были видны вены, выступающие из под толстой кожи На'ви, а хвост нервно встрепенулся по песку. Соклановцы били своими копьями по песку, ожидая скорейшего начала схватки. Схватки? Да, именно так. – Чтобы быть достойным статуса Оло'эктана, моему сыну придется вступить в бой с лучшим и сильным воином из всех нас. Ао'нунг смотрел в толпу, в которой были довольно мускулистые и крупные парни по телосложению. Но глаза распахнулись ещё шире, когда наконец среди толпы он наконец увидел его. Лесной пытался отдышаться, видимо, он бежал сюда. Сзади своего любимого он нашел и его тупоголового братца, который отчаянно хватался за плечо брата и Циреи, которая видимо, читала ему какие-то нотации. Оматикайец облизал пересохшие губы и наконец удосужился перевести свой взгляд на рифового принца. Зрительный контакт между не прерывался, у Ао'нунга было достаточно вопросов к лесной пассии. Но нужны- ли разъяснения между ними самому обладателю золотистых очей? Ао'нунг отвернулся. В горле стоял ком, а внизу живота завязывался тугой узел. Он не знал, что ему делать. Даже сейчас, во время самого важного события в его жизни он продолжает думать о нем, даже когда он обидел рифового прошлой ночью. Но разве важнее Нетейама что-то есть? Меткайинцы голосовали, шум стоял невыносимый для ушей каждого из них, все перебивали друг друга в спорах о том, кто из них самый сильный, лучший и храбрый На'ви. В круг вышла молодая Меткайинка, имеющая длинные и шелковистые кудри, на ней красовались элементы одежды с бело– фиолетовыми цветами. Выйдя с высоко поднятой рукой дабы обратить наконец на себя внимание остальных соклановцев, девушка удостоверилась, что именно сейчас на нее смотрят все присутствующие. – Он.– рука девушки опустилась, а указательный палец был направлен в На'ви, который стоял в первом ряду. Нетейам. Глаза Ао'нунга расширились, а жилки заиграли на лице вновь. Как же он ненавидел эту надоедливую Меткайинку, на которую раньше его язык поворачивался как "подруга". Конечно, друзьями они никогда не были, просто общались изредка, но ненависть к ней проснулась именно тогда, когда она начала липнуть к лесному. Хоть Ао'нунг и парень, но в этой На'ви он не видел соклановку. Да, ее угольные кудри, которые были длиной до хвоста, давали понять, что она – девушка. Но Ао'нунгу было плавать, если бы была возможность, он бы давно изгнал её или же задушил собственноручно. Она не сможет представить, на что сын вождя готов ради старшего Оматикайца. Нетейам потерял дар речи, он чувствовал на себе взгляд буквально всех присутствующих, его плечо сжал младший, оттягивая обратно к себе. Он встретил взгляд своей матери и отца, которые видимо, были не меньше озадачены выбором девушки. Нейтири скалилась, а Джейк поглаживал хрупкие плечи жены, шепча ей что-то в острое ухо. – Нет, Ка'ана, он не встанет со мной. – Низкий голос раздался как гром среди ясного неба, а глаза Ао'нунга метнулись к отцу, который, видимо, оценивал ситуацию происходящего. Ничего против сказать Вождь не мог, как ни странно, ведь выбор стоял за большинством. – О нем ходят слухи с самого прибытия к нам в деревню, он силен, хорошо владеет оружием и уже прошел обряд Икнимайя. – девушка покачала головой, а язвительная улыбка появилась на ее лицо лишь тогда, когда она посмотрела в лицо будущему Оло'эктану. – или что, ты струсил? На'ви начали поочередно соглашаться с мнением юной девы, говоря о том что парни хоть и разной расы, но по силе никак не уступают друг другу. И вот уже имя обладателя сапфировой кожи начали выкрикивать с большей громкостью. Ао'нунг сжал челюсть, ситуация накалялась с каждой секундой и душила парня, но его голос среди всеобщего шума раздался всем четко и ясно. – Хорошо. – Ао'нунг перевел взгляд на Нетейама, которому в след желали и выкрикивали слова удачи. Нейтири стояла рядом с Ронал, кажется, никто не ожидал таких исходов событий. Ка'ана в последний раз окинула давнего "друга" хитрым взглядом, а после, подошла к Нетейаму, хлопнув того по плечу. Скулы на лице Ао'нунга выразились ярче и острее, увидев как на изящное плечо пассии Ка'ана положила свою мерзкую ладонь. Ао'нунг видел, как Ло'ак уже был готов последовать за девушкой, но его сестра остановила младшего Салли. Зря. Нетейам вышел из толпы, обоим парням уже были предоставлено оружие, в виде прочных копий. Ао'нунг сглотнул, когда в его руки попало одно из них, он сжал оружие двумя руками, потирая выточенное дерево между пальцев. Он нервничал, ведь никогда бы не смог подумать, что встанет лицом к лицу с объектом обожания. Среди них был шум, который, как казалось, не стихал ни на секунду. – Желаю удачи, Ао'нунг.– лучезарная улыбка появилась на лице Нетейама. Но разве не он вчера ушел от него по своей воле? То лицо Нетейама, которое выражало полнейший дискомфорт, вспомнилось все утро Меткайинцу и появлялось перед его глазами частенько. – Хах, лесной мальчик, посмотрим, кому удача будет нужна. – вновь некий огонек задора заиграл в глазах рифового, такой же, как и у Нетейама.

***

Раздался громкий рев горна, который означал начало боя. Тишины не было вообще, На'ви не смолкали, а ритм барабанов был ещё громче, чем голоса На'ви. – Уделай его, брат! – Ло'ак, видимо, кричал во все горло, ведь даже его Нетейаму было едва слышно. На'ви отошли друг от друга, но зрительный контакт Нетейам не терял. Глаза Ао'нунга метнулись к ногам лесного и Нетейам понял, чего ожидать от любимого. В ту же секунду Ао'нунг развернулся, а массивный хвост ударил по воздуху, где раньше находились ноги Нетейама. Он смог увернуться, но не собирается отставать от рифового. Нетейам вильнул в лево, а весь вес могучего воина был перенесен на оружие, которое стояло горизонтально, отразив нападение Ао'нунга. Меткайинец знал, что Нетейам будет в сто раз гибче чем представитель морской расы. Они сцепились копьями, смотря прямо другу другу в глаза. – Я хочу поговорить с тобой, Ао'нунг.- Нетейам почти выкрикнул это, но его голос был слышен только "сопернику" среди всего созданного шума. Ао'нунг перенес силу рук на копьё, оттолкнув от себя лесного. Теперь уже он отталкивал Нетейама, а не Нетейам его. – Тебе не кажется, что сейчас не самое лучшее время для разговоров? – Ао'нунг вновь развернулся, чтобы ударить хвостом по бёдрам лесного, надеясь, что и в этот раз он сможет увернуться. Копьё было направлено в руки Нетейама, но не для того чтобы его ранить, а чтобы выбить его из рук Оматикайца. Но в этот раз, Нетейам не увернулся, хвост Меткайинца попал прямо по направленной цели. Но древковое оружие ему выбить не удалось, Нетейам держал его крепко. На лице рифового не было удовольствия от попадания, а лишь сожаление и угрызение совести. Которой, как казалось остальным – у него никогда не было. Нетейам присел, а как казалось, тонкая но сильная нога лесного ударила прямо по лодыжке рифового, он упал прямо на песок, над ним уже нависал лесной мальчик. Копьё до сих пор было в руках Ао'нунга. – Прости меня, Ао'нунг. Я полный skàwng.– Нависший над Меткайинцем На'ви выкрикивал слова, чтобы тот, кому они посвящены точно услышал. Ао'нунг увидел, что оружие уже на опасной для принца близости и перекатился в противоположную сторону от вошедшего в песок копья, вставая на ноги. Оба понимали, что остановиться они не могли. – Почему ты бросил меня вчера? – теперь уже адреналин разыгрался в крови сына вождя. Ао'нунг стал быстрее, чем было до этого, но и желания навредить Нетейаму тоже отсутствовало. – Ао'нунг, я– – Почему ты оттолкнул меня, Тейам? – лицо Ао'нунга выражало одновременно разочарование, боль и обиду. Он замахивался копьём все быстрее и быстрее, когда Нетейам в свою очередь успевал отбивать. Казалось, вся боль и горечь обиды выходила с каждым ударом орудием. – Ао'нунг, выслушай меня! Я был не прав, мне очень жаль что я вчера так поступил с тобой. – Адреналин зашкаливал и у старшего сына Турука Макто. Лесной пытался отбить и сбить с ног будущего вождя, чтобы он наконец услышал его. – Почему ты это сделал? – теперь уже Ао'нунг защищался от нападок лесного. Пятясь назад от каждого стука копий. Обида играла Ао'нунгом, но он не давал ей взять вверх над ним, сквозь выплеск эмоций контролируя себя. Что было крайне несвойственно парню. – Я боялся, что могу обременять тебя, что из-за меня ты не сможешь стать Оло'эктаном. Что мне придется выбирать между тобой и домом, что не смогу сделать верный выбор и ранить тебя, как и себя. – Каждый стук древесного орудия был напористее с каждым произнесенным словом Оматикайца. Ао'нунг понял, что такими темпами сможет проиграть, вышев за созданный круг. Он ударил копьём под колени лесного, так, чтобы не сделать тому больно и опрокинул на песок. Нетейам успел подхватить выпавшее копьё из тонких рук, в то время как положение копья Ао'нунга было вновь горизонтально, надавливая с каждым разом на орудие лесного, вдавливая того в песок. – Что ты несёшь? Ты никогда не станешь для меня бременем, даже если бы мне пришлось отказаться от титула Вождя! Нетейам! – Теперь уже невидимые надбровные дуги стали ближе к друг другу, а губы оголили белоснежные мелкие клыки рифового, каждое слово выплескивалось из его уст как вода из переполненного сосуда. Как волны, попавшие течением на берег. Нетейам вглядывался в лицо любимого, а в груди ёкнуло самое неприятное чувство, которое он когда-либо испытывал. По своей же глупости он ранил чувства Ао'нунга, которые так боялся задеть в будущем, но и не заметил как ранил его сейчас. На руках Нетейама были видны выступающие вены, он думал, что копьё разломается прямо у него перед лицом, но оружие на удивление были прочнее, чем казалось с первого взгляда. Улюлюкания Меткайинцев не прекращались, кто-то выкрикивал имя Нетейама, а кто-то выкрикивал имя Ао'нунга. На'ви не могли оторвать своих глаз от сцепки, но и рты не закрывались ни на секунду. Кири даже пришлось прикрыть уши, ведь слышать это было невыносимо. Они не слышали даже себя. Нетейам подогнул ногу, опираясь прямо на торс рифового, оттолкнув нависшее тело от себя раздалось шипение, а мягкие губы оголили острые клыки. Он встал, но в какой-то момент ноги будто подкосились. Ао'нунг был готов подхватить первенца в любой момент, бросив копьё несмотря на возгласы других На'ви, но Нетейам был не из робких. Он это знал. Сейчас, он напоминал принцу мать лесного, все же, он убедился до конца в их схожести, жаль, что при таком раскладе обстоятельств. Угольные косы выбились из прически и упали на лицо Нетейама. Даже сейчас он оставался для Ао'нунга самым красивым существом на Пандоре. – Ао'нунг, я осознал свои чувства до конца лишь вчера. Ты нравился мне, но до вчерашнего момента я понял, что это нечто большее, чем обычная симпатия. –Нетейам понимал, что пора заканчивать, хоть их бой и не был долгим. Он направил острый конец прямо в середину копья Ао'нунга, надеясь сломать толстое дерево напополам, оно сломалось. Неожиданно для Нетейама Ао'нунг подобрался к нему быстрее, чем он ожидал. Руки рифового вцепились в оружие "соперника". Один резкий толчок плечом, как копьё Салли оказалось в руках сына Тоновари. Он остался без оружия. – Что ты понял, Нетейам? – Нетейам слышал слабую одышку в голосе рифового, но и сам обладатель угольных кос был тоже на выдохе. – Нетейам! – Ло'ак быстро выбросил из толпы свой нож, привлекая на себя внимание сиблинга. Старший среагировал быстро, устремив взгляд на брошенное оружие, но как он мог не заметить, что Ао'нунг уже дышал ему в шею? Молниеносно представитель рода Оматикайа был придавлен к песчаной поверхности. – Wiya! – Лесной упал на спину с глухим стуком, сапфировое тело наполовину вышло из круга, а нож, который был брошен лесному, упал совсем рядом, Нетейам потянулся за ним, но теплая рука легла на его грудь, а копье рассекло песок, рядом с лицом Нетейама. Нетейам перевел взгляд от ножа к владельцу руки, которая слабо придавливала его к песку. Он проиграл. Раздались радостные крики соклановцев, хлопки и новая волна шума. Они встретились глазами, оба На'ви пытались отдышаться , молча наблюдая друг за другом. – Oel ngati kameie, Ma'Nung. И хочу провести всю свою жизнь только с тобой. Если все твои слова– чистая правда.– нежная улыбка на лице Нетейама появилась, как Альфа -Центавра, дарящая тепло и свет жителям Пандоры. Дар речи Ао'нунга пропал, а обиды и недомолвки, которые таки тяготили душу рифового принца– исчезли. Слова Нетейама были слишком громкими для него, даже громче, чем возгласы На'ви на фоне. Только его голос застрял в голове Ао'нунга. А слова, сладкие как плоды сочных фруктов, повторялись в голове Ао'нунга без остановки. Ао'нунг встал, помогая подняться На'ви, которым дорожил больше всего на свете. Они смотрели друг на друга, не замечая никого вокруг них. – Мой сын одержал победу! – Тоновари поднял руку сына под хлопки Меткайинцев. Но Ао'нунг не мог оторвать взгляда от Нетейама, который вернулся на прежнее место среди толпы На'ви, брат старшего что-то активно высказывал брату, а Цирея лишь посмеялась, аккуратно прикрывая красивую улыбку рукой. Нетейам обернулся, а на лице не исчезала ослепляющая улыбка. Он поднял руки в районе груди, начиная ими жестикулировать, переключая внимание Ао'нунга с лица на руки.

– Люблю.–

Сердце забилось чаще, а рот от удивления Ао'нунга лишь открывался и закрывался. Это действие лесного было видно лишь ему и было посвящено только Ао'нунгу. Рифовый мягко улыбнулся, прикрывая глаза. Кажется, на смену адреналину в крови разыгрался серотонин. Обида и тяжесть, которую раньше ощущал сын вождя – пропали. Любит. Он любит его. Ка'ана зашипела, увидев, как юный принц смотрит на Нетейама. Ярость девушки была неизвестна На'ви, которые стояли около неё и оглядывались на других стоящих в толпе соклановцев. Девушка была в не себя от ревности к лесному. Даже сейчас, эти На'ви улыбаются друг другу, хотя по ее задумкам должны были скалиться и шипеть друг на друга. Девушка махнула хвостом и развернулась, толкая стоящих на ее пути жителей Ава'атлу.

***

Языки пламени переплетались с друг другом, создавая яркий свет и тепло, некоторые На'ви танцевали под созданную флейтами и бубнами изящную мелодию. Смех и радость кажется, сочились из каждой песчинки и наполненной кавой, чаш всех морских обитателей деревни Ава'атлу которые праздновали совершеннолетие сына почитаемого Оло'эйктана. Сам вождь сидел в кругу семьи Салли со своей женой, в руках каждого были чаши, наполненные алкогольным напитком– кавой. Джейк травил шутки паралельно эмоционально жестикулируя, что не могло рассмешить свою жену и родителей рифового принца. Ронал кажется, впервые за долгое время так искренне и заливисто смеялась. Дальше от взрослых, сидели и их дети, им тоже разрешено было выпить сегодня, конечно всем, кроме Тук. – Боже, ты такой skàwng, Ло'ак. Соревнуйся на икранах теперь с Паяканом. – Нетейам не говорил это не серьезно, сразу же после сказанных лесным слов старшего толкнули в плечо, а сами ребята смеялись, не обижаясь друг на друга, видимо, выпила компания подростков не мало. – Я думаю, даже Паякан будет летать на них лучше, чем ты, Тейам.– Ло'ак оголил острые клыки, радостная и язвительная улыбка играла на лице младшего. Старший в свою очередь потянул младшего за шею, параллельно щекоча сиблинга. Смех Ло'ака стал ещё громче, а сам обладатель зелёных глаз пытался вырваться из хватки старшего, зовя на помощь свою девушку. Цирея, Ротксо, Кири и Тук наблюдали за ребячеством братьев, держа в руках деревянные сосуды с напитком. Цирея засмеялась, пытаясь помочь своему парню высвободиться из хватки Нетейама. Кири закатила глаза, но девушка не была на самом деле недовольна происходящим, а лишь шепталась о чем-то с Ротксо, иногда хихикая и кормя Тук фруктами. Атмосферу праздника было не передать словами. Музыка, напитки, танцы и игры На'ви, что может быть лучше? Комфорт, что ощущался Нетейаму был незабываем. Наконец, Нетейам отпустил брата, принимая среднюю сидящую позицию и наполняя чашу уже сладким напитком. В первый раз, когда Нетейам попробовал его, горечь обожгла язык Салли, но позже, пробуя раз за разом, вкус становился впечатляющим. Нетейам выпил содержимое чаши, закинув в рот кисло-сладкую ягоду. Ло'ак и Цирея сидели вместе, младший приобнял девушку за плечо, указывая другой рукой Меткайинке на парня, что только что упал лицом в песок. Цирея легонько ударила парня по бедру, а брови стали ближе к друг другу лишь на секунду, и вновь девушка рассмеялась, не держа на любимого злости. Кири держала у себя на ногах тук, которая, видимо, засыпала. Ротксо что- то рассказывал сестре лесных, опираясь двумя руками на песчаную поверхность. Скромная улыбка Кири, которую Нетейам не видел раньше даже вне дома, сейчас сверкала на ее лице ярче света.

Нетейам прилёг на песок, прикрыв золотистые очи

– Когда он вернётся? – конечно, Нетейам думал о рифовом На'ви, с которым недавно пришлось поговорить не в самый удобный момент. В мыслях Оматикайца до сих пор отражались слова Ао'нунга, а его смущенное лицо от действий того, всплывало в воображении Нетейама весь вечер. Хотелось бы увидеть его прямо сейчас.

***

Ка'ана сидела на краю круга, где Меткаинцы собрались у костра. Вокруг нее царило веселье: смех, разговоры, всплески кавы, которую они пили, чувствуя её тепло и расслабление. Огонь играл тенями на лицах собравшихся, разбрасывая блики по их коже и заставляя глаза сверкать. Но её мысли были далеко от общего веселья. Она искала глазами Нетейама, ища среди шумной компании знакомый силуэт. Его голос иногда доносился до неё сквозь хаос звуков, но когда она наконец заметила его, сердце вздрогнуло. Он сидел в компании друзей, и казалось, полностью погружён в разговоры. Радостные крики и смех заставили её почувствовать себя ненужной, как будто она была сторонним наблюдателем в этом мире. Но решив, что больше не может оставаться в стороне, Ка'ана встала с места и направилась к группе. Её шаги были решительными, но внезапно что-то резко остановило её. Рука схватила её за плечо, удерживая на месте. Она обернулась и увидела перед собой Ао'нунга. Его глаза блестели в свете костра, и выражение лица было далёким от дружелюбного. — Что ты здесь делаешь? — его голос был низким, угрожающим, полным скрытой силы. Ка'ана нахмурилась, её сердце заколотилось быстрее, но она не собиралась показывать свою слабость. Она рванулась, пытаясь освободиться от его хватки, и огрызнулась: — Это не твоё дело, Ао'нунг! Его хватка на мгновение ослабла, но он не отступил. Его глаза сверкнули, и он шагнул ближе, его фигура нависла над ней. — Нет, это моё дело, — холодно ответил он. — Ты не имеешь права тут находиться. Ты — чужая. Ка'ана почувствовала, как в груди разгорается гнев. Он всегда смотрел на неё сверху вниз, как на нечто меньшее, на того, кто не принадлежит их миру. Она знала, что Аонунг не любит её присутствие, но его резкий тон и агрессивное поведение теперь взорвали её терпение. — Я здесь так же, как и ты, — она зло огрызнулась, глядя ему прямо в глаза. — Ты не можешь указывать мне, что делать! Её слова разожгли пламя в его взгляде. Ао'нунг приблизился ещё больше, и теперь она могла почувствовать его дыхание на своём лице. — Ты думаешь, что можешь просто ходить, где тебе вздумается? Думаешь, если Нетейам к тебе добр, это даёт тебе право быть среди нас? — его голос был наполнен презрением. — Ты — не одна из нас, Ка'ана. Ты никогда не будешь одной из нас! Ка'ана стиснула зубы, пытаясь подавить слёзы, которые предательски жгли ей глаза. Она не могла позволить ему увидеть, как сильно его слова ранят её. Гнев внутри неё рос, заставляя её сердце бешено колотиться. Она шагнула вперёд, оттолкнув его рукой: — И что теперь, Ао'нунг? Ты хочешь меня запугать? Думаешь, я испугаюсь тебя и убегу? Её слова звучали вызывающе, но в глубине души ей было страшно. Она понимала, что Ао'нунг был не только физически сильнее её, но и имел влияние среди Меткайинцев. Она знала, что если ссора зайдёт слишком далеко, ей придётся расплачиваться за свои слова. — Я просто хочу, чтобы ты знала своё место, — с угрожающим тоном ответил он, его глаза сузились. — И если ты умная, то уйдёшь отсюда. Ка'ана сжала кулаки. Гнев накрыл её, как волна, но страх был слишком велик, чтобы его игнорировать. В этот момент она поняла, что продолжать этот спор бессмысленно. Он не даст ей покоя, пока она не сделает то, чего он хочет. Её дыхание участилось, но она молча развернулась и сделала шаг назад, уходя прочь от огня. Но не успела она отойти далеко, как услышала его тихий, насмешливый голос: — Ты всегда будешь чужой, Ка'ана. Эти слова прозвучали, как удар. Она почувствовала, как её лицо запылало от гнева и унижения, но она не оглянулась. Шагнув в сторону океана, она почувствовала, как её ноги утонули в мягком песке, а холодный ветер нежно коснулся её лица.

***

– Нетейам, все хорошо? Он. Это голос Ао'нунга. Старший Салли открыл глаза, увидев перед собой его. лесной подорвался с места, принимая сидячее положение. Глаза сидячего На'ви засверкали, разглядывая любимое лицо, на котором красовалась первая татуировка. Нетейам протянул тонкую ладонь к рифовому личику, когда Ао'нунг присел на корточки, чтобы быть почти на одном уровне со своим лесным мальчиком. Нетейам аккуратно дотронулся большим пальцем до скулы Меткайинца, но послышалось тихое шипение сверху. – Ой, прости, тебе ведь больно. Извини, я плохо соображаю. – представитель расы Оматикайа сразу же убрал ладонь с рельефного профиля парня. Бархатный смешок донёсся из уст рифового, он аккуратно высвободил руку Нетейама и повернул ее на то же место, когда он поглаживал его скулу. – Я потерплю. Нетейам не мог скрыть смущения, которое нахлынуло на него неожиданно. Он осмотрел парня полностью, пожирая своими незабываемо-красивыми глазами сына вождя. На нем красовался украшенный, от предплечья до торса – пояс прошедших На'ви Икнимайя. Но у Ао'нунга он отличался, так как статус На'ви был выше. Он делал Меткайинца ещё более мужественнее и величественнее. Плавный взгляд перешел на лицо объекта обожания. Татуировка очень шла обладателю океановых глаз, она красовалась на правой стороне лица, обвивая глаз и скулы. Ему очень шло. – Ты такой красивый.. Ао'нунг. Точнее, ты и был красивым, но сей- Нетейама перебили. Ао'нунг приложил палец к мягким губам Нетейама, рассматривая и оттягивая нижнюю.

Интересно, какие они на вкус?

–Хочешь поплыть со мной в бухту предков прямо сейчас? Но вместо ответа, Ао'нунг увидел лишь кивок в знак согласия. Меткайинец протянул мускулистую руку На'ви снизу, в его крупную ладно упала ладонь потоньше. Нетейам сводил его с ума.

***

Они плыли на одном Илу, не потому, что Нетейам выпил, наоборот, он хотел быть ближе к Ао'нунгу в любой удачный момент. Такого желания лесной не испытывал никогда. Прохладная вода взбодрила парня, и кажется, вся выпитая кава и чувство опьяненности окончательно спало. Они приплыли быстро, Нетейам и не заметил, насколько. Кажется, только Ао'нунг аккуратно посадил лесного на своего водного животного, как уже он вступил босыми ногами на влажную траву. Перед его глазами открылось самое красивое место, которое он видел за проведенные месяцы на Ава'атлу. Бухта предков очень напоминала ему свой дом, где к Древу душ спускались почти каждый день, ибо Кири всегда нуждалась в связи с матерью и самой Эйвой. Рифовый принц откинул рукой биолюминесценцивые "лианы", которые подсвечивались оттенками фиалкового заката, давая Нетейаму пройти первым. Казалось, что сейчас не глубокая ночь, а только наступивший рассвет. – Здесь очень красиво ночью.– голос лесного доносился как самый чистый звук струн, мягкий и бархатный. – Я нахожу красивым в этом месте лишь тебя, Тейам.– улыбка на лице принца не пропадала, когда он находился рядом сыном Салли. –Прости, что ударил тебя во время испытания. Я не хотел навредить тебе. – Лесной уловил надломленность и переживание в голосе морского. – Ао'нунг, все в норме. Ты не должен волноваться. Волноваться должен только я. Я сделал тебе больно. –Нетейам заглянул в небесные глаза парня, в них не было никакой обиды, которую он увидел в них во время соперничества. Ао'нунг смотрел на силуэт лесного, который шел впереди него, его хвост вилял из стороны в сторону, а его хозяин рассматривал красоту окружающего их места. –Я простил тебя ещё утром, и простил бы в любом случае, даже если бы твой ответ на мои чувства был иным. – Меткайинец взял за руку идущего На'ви, заставляя его остановиться. Нетейам обернулся, звук стучащих друг о друга бус донёсся до ушей морского принца. Нетейам улыбнулся, вновь оголяя свои красивые клыки. – Ты слишком снисходителен ко мне, будущий вождь.– Нетейам взял вторую руку Меткайинца, сжимая и поглаживая большими пальцами костяшки парня. – Потому что это ты, Нетейам. Молчание. Оно не было гнетущим или не комфортным. Наоборот, На'ви разглядывали друг друга, оценивая состояние, чувства, эмоции и настроение. Грудная клетка Нетейама, казалось, сломается прямо сейчас. Ведь сердце Салли билось все быстрее и быстрее. Момент, которые они так ждали– настал. Нетейам положил тонкую кисть на плечо парня напротив. Наконец, рассекая сантиметры расстояния между их лицами в миг. Их губы сомкнулись, а глаза обоих парней прикрылись, наслаждаясь этим моментом лишь вдвоём. Нетейам отпрянул, когда воздуха стало не хватать вовсе. Он заметил как щеки рифового На'ви порозовели, а горячее дыхание сбивалось. Но его притянули вновь, когда массивная рука легла на тонкую шею и холку парня, сливаясь в поцелуе вновь. Только уже этот поцелуй не был невинным, скорее, жадным, желанным. В этот раз на встречу лесных губ появился язык, который проник в сладкие губы, затягивая за собой. Их языки танцевали, будто сами языки пламени в разжённом горячем костре. Они не могли насытиться друг другом, но воздуха стало не хватать обоим. Они отстранились, но руки обоих оставались на том же месте, где и были секунды назад. Улыбка на лице Нетейама появилась вновь, даря ещё больше света этому изящному месту, когда Ао'нунг аккуратно поглаживал разгоряченную шею любимого. Они дополняли это место. Слов не нужно было, что бы доказать искреннюю любовь между ними. Они знали, что думают друг о друге, так что вопросы были излишне. Искренний смех двух любящих сердец раздался звонко. Они наконец раскрылись друг другу, от чего и были так счастливы. Этот день навсегда останется в памяти у обоих.