Дружба переходящее во что-то большее чем она была

Стоявшие два парня в обнимку, что может быть лучше, двух почти кровных брата по металлу, но к сожалению всегда найдётся одно большое «но» и вот, что так что но слова зака его задели, он понимал что зак всегда такой, не скуп на слова и ненароком мог и обидеть, но всё-таки решил возразить. — по шарам дам если ещё раз так назовёшь Зак мог и соврать, что отмутузит его как тряпку, но не Броуди, за такое и по шарам своему другу не жаль дать. В шутку или нет да кто их поймёт. — ой ой ой шлюшка. Прежде чем Броуди успел что-либо сделать, зак моментально подхватил того на руки, с довольной ухмылкой любуясь на раздражённое выражение лица друга. –знаешь броу ты был бы отличной шлюшкой для тех парней или же для меня? Усмешка с лица парня моментально пропала и взгляд становился настороженным и концентрированным, приближаясь лицом к лицу, он приподнял его целуя в шею, почти возле челюсти, спускаясь ниже одаривая Броуди поцелуями в шею, доходя до ключицы, оставляя там небольшой засос, но уже в следующий момент кусая его в плечо, но а Броуди, он всё время в недоумении наблюдал за действиями парня, который уж чуть не изнасиловал его, но от укуса эти бредовые мысли испарились, оставляя в место себя физическую боль. — я тебе пластинку в жопу запихаю, если сейчаже не отпустишь моё плечо! Все вздёрни и крики, ничему не помогали, и зак так же продолжал стоять на своём не отпуская его плечо зубами, отказно мыча на его дельное и не выгодное предложение. — Я тебя отпущу толка если ты дах отпор этим мугакам! [|] я тебя отпущу только если ты даш отпор этим мудакам! [|] Они так ещё простояли минут и как два упёртых барана отрицали предложение друг друга, с одной стороны Броуди хотел задать небольшую взбучку обидчикам, но место в доме и хоть какое-то жилище останавливало от этой затеи, с каждым разом, как только он шёл до школы видя кучку бомжей, в разных местах, даже в парке такие бывали и он точно не хотел бы стать одним из них, ну а у зака была другая причина, он не хотел видеть постоянно колеченного друга, которого так по скотски и не за что гнобили, даже не понимая сути их жизни.