out of the shade

      Рики никогда не умел поддерживать отношения в долгосрочной перспективе, по крайней мере, так он сам считает. Можно подумать, что рождение не обязательно смертным дает достаточно времени, чтобы узнать, как устроен мир и люди в нем, но нет. Он такой же невежественный и потерянный семнадцатилетний подросток в этом мире, как и любой другой.       Вот только Рики — не обычный человек. У каждого нормального семнадцатилетнего подростка нет клыков и периодической жажды крови, потому что без неё твоё тело попытается убить тебя. Рики — вампир, ну, по крайней мере, полувампир. Его отец — вампир, а мать — нет.       Вампиры существуют, некоторые люди рассказывают о них свои истории, другие считают, что всё это чушь, но он знает, что люди, рассказывающие истории из первых уст, скорее всего, говорят правду.       Вампиров в мире гораздо больше, чем люди думают, но общество всегда приучено бояться сверхъестественных вещей или просто того, чего они не понимают. Рики винит средства массовой информации за репутацию, увековечивающую вампиров как страшных и плохих существ, готовых убить вас при любом удобном случае, чтобы выпить кровь и утолить жажду. Единственный фильм, который он не так сильно винит, это «Сумерки», но фигню, которую они включили в фильм о вампирах, сверкающих в солнечном свете, просто непростительно. Он всегда будет ненавидеть эти фильмы за это.       Да, вампиры могут переносить солнечный свет так же, как и обычные люди, только они не могут находиться под ним слишком долго. Не потому, что они сгорят, а потому что, как и у обычных людей, существует вероятность солнечного ожога, а Рики в любом случае, только наполовину вампир. Он уверен, что всё ещё может получить рак кожи.       Его родители всегда поощряли гордиться своими способностями и исследовать их, но только дома. На людях он был таким же, как и остальные дети, особенно в школе, поскольку если бы ученики узнали об этом, они бы взбесились, а с использованием социальных сетей в наше время, это, несомненно, стало бы историей повсюду. Кто-то будет сомневаться в этом, кто-то нет, но это определенно приведет к тому, что вампиры станут объектом пристального внимания, когда к ним и так приковано достаточно. Он в какой-то степени похож на полубога из книг Перси Джексона. Ему достались некоторые крутые способности своего отца, но не все.       Его отец питается кровью матери, всегда понемногу, и это явно никогда не причиняло боли. Рики всегда выбегал из комнаты, если видел измученный красный блеск в глазах отца, когда тот приходил домой, а его мать всегда была наготове, чтобы встретить его. После этого он всегда находил их вместе спящими на диване, голова отца уютно покоилась на плече матери, а иногда на журнальном столике лежала окровавленная салфетка. Но он лишь ласково улыбался и накидывал на них одеяло, а салфетку выбрасывал. Рики не мог представить, что познакомиться и полюбить вампира легко, но у его родителей всё получилось. Между ними такие сильные чувства, и он может только надеяться, что однажды это произойдет и с ним.       Рики не может летать или управлять сознанием людей так, как это делает отец. Он не наделен вечной жизнью — ни бессмертием, которое, по мнению многих людей, есть у вампиров или, по крайней мере, у его отца. Именно от этого он отказался, чтобы жениться на его маме. Он сказал, что не хочет провести много лет на этой земле без своей настоящей любви рядом с ним, и младший полностью понимает это чувство.       Мир без чувства любви кажется ужасно холодным и несчастным. Рики никогда не отличался особой сентиментальностью, но если он чего-то и хочет в жизни, так это сказать дорогим людям, что он их любит, даже если и не получит того же в ответ.       Он может — и это его любимая способность — карабкаться по стенам и даже стоять на потолке, как Спайдермен. Но не может делать это дольше часа. Откуда он знает, спросите вы. Потому что проверял и считает эту свою способность круче всего на свете. Он необычайно силен и быстр, не так, как полноценный вампир, но определенно в заметной степени, что совсем не свойственно обычному человеку. Именно по этой причине другие люди не должны знать об этом, так как это не обязательно раскроет его секрет, но привлечет слишком много внимания к тайному существованию вампиров. То, что вампиры существуют в этом мире — большой секрет. Рики также нуждается в крови, чтобы выжить, потому что, не выпивая её раз в месяц, он может умереть, но он всегда перестраховывается на этот счет. Когда в возрасте пяти лет ему впервые пришлось пить кровь, он совершенно её возненавидел. Это была свиная кровь, а не человеческая, потому что полувампирам не нужно пить человеческую кровь, как это иногда делают настоящие вампиры.       Но отец сделал кое-что, что на самом деле помогло ему выпить кровь. Как пятилетний ребенок, Рики, конечно, упрямился, но отец перехитрил его. Мужчина ушел со стаканом свиной крови, которую он пытался убедить выпить своего сына, и вернулся через некоторое время с шоколадным молоком — да, вот куда ведет эта история.       Пятилетний Рики, конечно, обожал вкус шоколадного молока, хотя, по общему признанию, у него присутствовал сильный, слегка железный привкус. В конце концов, он узнал, что в нем было больше крови, чем шоколадного молока. Но, будучи вампиром, для Рики вкус крови естественен, и, по его признанию, ему она нравится. Так он жил некоторое время, пока не начал пить кровь сам, всегда животного происхождения. Его отец никогда не убивал животных, а просто брал кровь, что оказалось довольно легко, учитывая, что у него есть друг с собственной ветеринарной клиникой специально для сельскохозяйственных животных. Именно он брал у них совершенно безопасное количество крови и мог залечить небольшую рану, оставшуюся после, так что хозяева никогда ничего не подозревали.       За эти годы он пробовал свиную, баранью, коровью и даже однажды оленью, но свиная так и осталась его любимой. Рики объясняет это ностальгией, которую он испытывает по ней. Он никогда не пробовал человеческую кровь и, откровенно говоря, не испытывает к ней ни интереса, не желания. Запах крови всегда возбуждает его, независимо от того, от кого она исходит. Ему всё ещё частично присущи вампирские инстинкты, поэтому у него есть клыки — выдвижные, которые он может убирать по собственному желанию, за исключением тех случаев, когда чувствует запах крови. Это единственное время, когда они появляются.       Но человеческая кровь, несомненно, вне списка. Тем более что однажды будучи ребенком, его мать порезалась во время приготовления пищи, и от запаха у него так сильно закружилась голова, что он подумал, что потеряет сознание. От запаха человеческой крови его тошнит, и он рад этому. Ему кажется неправильным употреблять её, поскольку он всё равно наполовину человек, и кровь в его собственных венах больше похожа на человеческую, чем на вампирскую.       Рики всегда считался человеком, не умеющим хранить секреты, но это не так. Кто-то может подумать, что из-за сохранения своего секрета в тайне он отдаляется от людей или с трудом заводит знакомства за пределами своей семьи, но это далеко от правды. Люди просто не любят его и всегда держат дистанцию.

𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓

      Он помнит первый год, когда они переехали из Японии и он начал учиться в средней школе. Его корейский, по крайней мере, разговорный, всё ещё оставлял желать лучшего, но он мог понять большую часть того, что говорили люди, и стал гораздо быстрее переводить в уме.       Юноша сел за парту напротив него, его черные волосы длиной до плеч собраны в пучок, а на лице ухмылка, от которой у Рики, конечно, возникло нехорошее предчувствия. Незнакомец повернулся, чтобы посмотреть на него. Весь его вид кричал «ходячая неприятность», с чем Рики очень не хотелось столкнуться в первый год пребывания в школе, несмотря на то, что он начал учиться на семестр позже всех. Это тоже усложняло ситуацию, ведь он пропустил целый семестр. Поэтому ему было ещё сложнее найти общий язык с другими людьми.       Однако в то время он надеялся, что, возможно, слишком переживал и беспочвенно осуждал парня. У него теплилась маленькая надежда в сердце, что это будет его первый друг.       — Привет, я Ким Исель. Ты ведь парень, который перевелся к нам недавно, верно? — он представился, пристально осматривая Рики с ног до головы, как будто пытаясь что-то найти.       После его слов в дверь вошли ещё двое парней и направились к ним, заняв места по другую сторону от Иселя и окинули Рики таким же взглядом. Что-то неприятно кольнуло в животе и он отложил ручку в сторону перед собой. Рики не хотел судить кого-то слишком быстро, особенно когда он не желал такого отношения в свою сторону, поэтому решил вести себя вежливо.       — Да, я недавно перевелся сюда, — Рики кивает, слово «студент» вылетело у него из головы. — Меня зовут Нишимура Рики.       Исель тихо щелкнул языком, прежде чем протянуть ему руку. Он взглянул на неё слегка колеблясь, прежде чем протянуть свою, и Исель крепко пожал её.       — Теперь, Рики-щи~, — Исель сладко протянул, и Рики понял, что ему не понравится то, что он скажет, по тону его голоса.       — Поскольку ты перевелся в начале второго семестра, и я не вижу, чтобы такому человеку, как ты, было легко найти друзей… — то, как он сказал «ты», было очень высокомерно, и именно это заставило Рики перейти от настороженного отношения к прямой неприязни. Но, тем не менее, он всё же хочет выслушать его до конца.       — Я и мои друзья хотим предложить тебе место в нашем маленьком кругу. Ты знаешь, мы обладаем авторитетом и влиянием в этой школе, и можем сделать так, что следующие несколько лет станут для тебя прекрасным временем… или не очень. Всё, что тебе нужно сделать, это следовать тому, что я тебе скажу. Ну, что скажешь? — Исель слегка наклоняет голову, хихикая на последней фразе. Для Рики это прозвучало как угроза, и в глубине души он понимал, что так оно и есть.       Рики всегда проницательный, умел улавливать отношение и эмоции людей и читать их очень хорошо. У него такой дар, что отец чуть было не решил, что одна из его способностей — эмпатия, но, увы, это не так. Он просто хорошо понимал людей. Так что ему не составило труда принять решение, что он не хочет иметь ничего общего с этими парнями.       — Ну, я думаю, тебе нужно заново выучить определение слова «друг». Может, я ещё не так хорошо знаю корейский, но точно не собираюсь выполнять твои приказы. Я найду себе друга, который не будет обращаться со мной как с собакой. Спасибо, — Рики закатывает глаза, прежде чем взять свои вещи, чтобы пересесть на другое место.       Как только он встает и собирается направиться к парте у окна, то ощущает крепкую хватку на своей руке. Рики поднимает голову и видит, как Исель убийственно смотрит на него, хотя на самом деле это не так уж и страшно. Японец не знает, насколько неуверенным в себе нужно быть, чтобы оказаться таким, как он, имея рабов больше, чем друзей. Рики определенно не хочет идти по этому пути.       — Последний шанс, Нишимура, — Исель шипит, его пальцы впиваются в его руку так, что на ней точно появятся синяки, но они быстро заживут. — Сделай правильный выбор.       — Я уже сделал свой выбор, — он вырывается из его хватки и уходит прочь к парте в предпоследнем ряду у окна.       Он ощущает, что тот смотрит на него, но его это не слишком беспокоит. Рики не собирается допустить, чтобы его первые друзья в Корее оказались плохими людьми, независимо от того, что никто больше не подошел к нему тем утром в классе. Несмотря на добрую улыбку и вежливое приветствие почти каждого в надежде, что кто-нибудь завяжет разговор, никто так и не заговорил с ним. Они просто общаются со своими друзьями и лишь коротко смотрят на него, как на какую-то новую достопримечательность в музее, после чего отворачиваются.       Рики не знает, что после того случая с Иселем он фактически подписал смертный приговор своей социальной жизни. Тот стал испытывать к нему самую сильную ненависть, с которой, по мнению младшего, он когда-либо сталкивался в жизни.

𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓

      Он действительно ничего не сделал, кроме того, что отверг идиота, но Исель обладал определенной властью в школе благодаря богатым и влиятельным родителям, поэтому он решил сделать жизнь Рики в школе как можно более несчастной.       Рики пытался завести друзей, он думал, что наконец-то ему это удастся, когда вступил в танцевальный клуб в школе. Люди там приятные, они хорошо ладили и общались как во время занятий в клубе, так и вне их. Иногда он даже сидел с ними за обедом или в классах, но это определенно не типичная дружба, не та, которую он желал всем сердцем. Конечно, они хорошо ладили — вместе работали над проектами в определенных классах, вместе сидели за обедом или гуляли в саду на переменах, но Рики никогда не дружил с этими людьми так, как они дружили с другими.       Его не приглашали на пиццу после вечерних занятий в пятницу, его не приглашали потусоваться у кого-нибудь дома или на вечеринку, если не был приглашен весь класс. Даже придя на вечеринки, он никогда не оставался там надолго, потому что ему не с кем поговорить. Люди замечали, и это усиливало странную социальную изоляцию в школе, несмотря на все попытки сблизиться с людьми. Рики не из тех, кто навязывается — в том смысле, что ему не нужно, чтобы он нравился всем, но он хотел быть кому-то интересен.       Ему нужен кто-то, с кем он мог бы делиться секретами, кто не его сестра или мама, с кем можно пойти за мороженым, а потом посидеть на скамейке в парке. Они будут погружаться в экзистенциальные размышления и говорить о своих страхах перед будущим, но при этом каким-то образом обещать оставаться рядом друг с другом. Он хочет кого-то, кто может стать его человеком, как мать и отец, хотя и не обязательно в романтическом смысле.       Странная социальная изоляция также заставила его задуматься о том, каково это — влюбиться в кого-то, испытывать к кому-то особые чувства. В школе он никогда ни с кем не был настолько близок, чтобы испытывать серьезные чувства. Но у него были мимолетные влюбленности, люди, которые казались ему настолько привлекательными, что сердце колотилось, а голова кружилась от простой улыбки или говорили с ним. Но они проходили так же быстро, как и появлялись, потому что он не способен сблизиться с ними настолько, чтобы это стало чем-то большим.       По мере того, как проходит семестр, люди замечали, насколько одиноким он был, и у них имелось своё мнение и суждение о человеке, которого они, очевидно, не знали хорошо, что порождало слухи. Люди думали, что он какой-то урод или изгой, хотя никто никогда не делал попыток познакомиться с ним или попытаться подружиться.       Рики не собирается считать, что друзья — не его конек, хотя никто в школе не любил его настолько, чтобы сблизиться с ним. Он умел заводить друзей, его любили все одноклассники в Японии, и он их тоже обожал, но со временем расстояние между странами, казалось, всё больше отдаляло их друг от друга. Рики понимает это, потому что они помнили и искренне заботились о нем, видя в нем друга, но теперь у него нет друзей, и это ужасно.       Он не думал, что может стать ещё хуже, но у жизни свои сюрпризы.       Исель и его лакеи положили глаз на Рики. А когда есть люди, внимательно следящие за каждым твоим шагом, чтобы найти что-то, что можно использовать против тебя или преследовать, становится слишком трудно сохранить секрет в тайне. Особенно на уроках физкультуры, когда он изо всех сил старается контролировать свою силу и скорость во время игры в доджбол. Однажды он случайно бросил мяч слишком сильно, чтобы это сошла за нормальный бросок.       Остальные не говорили об этом или просто не заметили, но заметил Исель. И это самый худший человек, который мог это сделать. В Интернете уже столько теорий заговора о вампирах, предполагаемых (на самом деле правдивых) историй о том, как их заметили, и даже о преступлениях, в которых говорилось о кровососущих или быстро движущихся фигурах.       Последнее всегда беспокоило его больше всего. Он знает, на что способны вампиры, особенно если они используют свои силы во зло. Ему остается надеяться, что это неправда, но, к сожалению, реальность намного страшнее. Как и все остальные, есть вампиры добрые и злые. Они могут быть не обязательно людьми по биологическому признаку, но сердцем и духом они таковы.       И, как сказал Рики, у людей тоже есть свои хорошие и плохие качества. Исель просто решил поддаться всему плохому.       Рики знает, что хулиган и его команда слишком внимательно следят за ним, и всегда держался рядом с ними настороже. В глубине души он понимает, что у Иселя есть подозрения на его счёт. Но в один из дней в середине второго семестра младшего курса всё окончательно встает на свои места.

𖤓𖤓𖤓𖤓𖤓

      Рики идет по коридорам школы, в кампусе тихо, так как большинство учеников на занятиях, но у него и ещё нескольких человек сейчас свободный период. Младший планирует провести его в библиотеке, работая над эскизами для художественного класса. Он тихо напевает себе под нос, проходя по пустым коридорам здания и приближаясь к намеченной цели.       Внезапно кто-то берет его за руку и затаскивает в пустой класс. Рики впечатывается в парту, ударяясь боком о дерево и слышит, как за ним захлопывается дверь. Он разворачивается, чтобы посмотреть на своего обидчика и не удивляется, увидев перед собой Иселя и двух его приятеля. Джемин и Гунву, стоят прямо перед дверью и смотрят на него, задвигая жалюзи, чтобы закрыть окно на двери.       Однако у Рики сводит живот от волнения, и ему остается только гадать, почему они вдруг так поступают. Ехидные замечания и толчки в коридорах обычное дело, но они никогда не загоняли его в угол таким образом, и он естественно может справиться с ребятами, если дело дойдет до драки, он не хочет причинять им боль. Рики никогда и никого не хочет обижать.       — Что это за хрень? Если это какая-то шутка, то она не смешная, — Рики фыркает, пытаясь пройти мимо парней к двери, но его отбрасывают назад к другому столу.       — Это определенно не шутка, Нишимура, — Исель говорит холодно и резко. — Я всегда знал, что с тобой что-то не так, но за эти годы ты действительно доказал мою точку зрения.       — О чем ты говоришь? — Рики хмурит брови, прикидываясь дурачком и внутренне благодарит сестру за уроки актерского мастерства.       — Ты считаешь нас идиотами, Нишимура? — говорит Гунву, подходя ближе почти вплотную к его лицу.       — То есть, да, вы все, по сути, ходячие эмбрионы с полутора общими клетками мозга на троих, но продолжайте… — Рики сухо усмехается.       На самом деле он не хочет, чтобы они продолжали, но также не может не посмеяться над ними. В конце концов, это часть его шарма.       — Не строй из себя невинного, Нишимура, — Исель огрызается, а затем неожиданно бьет его по щеке.       Его голова дергается в сторону, так как он полностью ошеломлен неожиданным ударом. Японец в шоке смотрит на обидчика, его руки сжимаются в кулаки, и он опускает их вдоль тела.       — Какого черта, чел? Какого хрена вы творите? — спрашивает Рики, переводя взгляд с одного парня на другого.       — Как ты ненормально быстр на уроках физкультуры, бросаешь чертов мяч для доджбола лучше, чем бейсбольный питчер мирового класса, как ты так сильно пинаешь футбольный мяч, что он сдулся в прошлом году, и никто ничего не сказал? — перечисляет Исель, как будто это очевидный факт.       — Я просто атлетичен, —парирует Рики.       — Чушь! — огрызается Джемин. — Абсолютно никто не может быть таким быстрым или сильным, ни один человек, по крайней мере, если только не принимает стероиды или не является гребаным Усэйном Болтом, и даже тогда, это, блядь, предел того, на что ты способен.       — Вы не в себе и явно проводите слишком много времени, читая всякое дерьмо на Reddit. Может быть, если вы хоть раз прочитаете книгу, что-то закрепится в этих полых раковинах, которые являются вашими головами, — Рики закатывает глаза, продолжая разыгрывать ничего не понимающего.       — Мы не глупы, Нишимура Рики, и мы знаем, что в этих «теориях» гораздо больше фактов, чем вымысла, и ты тоже, потому что ты часть них. Ты чертов вампир! — Исель, наконец, высказывается, попадая прямо в точку, но Рики не дает ему это понять.       Он недоверчиво и фальшиво смеется, поправляя сумку на плече.       — Да… но это не так. Это было очень весело, ребята, но мне пора идти, — говорит он, проталкиваясь мимо Гунву с небольшой силой, направляясь к двери, прежде чем его снова оттаскивают назад и сжимают руки в тиски.       — Какого черта? — Рики кричит в шоке, борясь со старшим. — Отпусти меня!       Рики видит, что Джемин достает телефон и записывает на него происходящее, и его особенно беспокоит дальнейшие действия, так как его снимают. Он хочет вырваться из цепкой хватки, но знает, что в реальности это только докажет, что им удалось его раскусить. Он также понимает, что может причинить Гунву боль, причем довольно сильную. Хоть он и может контролировать свою силу, но когда напряжен, зол или находится в любом эмоционально сильном состоянии, она может выйти из-под контроля.       Исель ухмыляется, его лицо кривится и становится зловещим, пока он нащупывает что-то в кармане.       — Ну, если ты не собираешься признать это, несмотря на все доказательства, я также читал, что есть один способ узнать наверняка…       Глаза Рики расширяются, когда в руке Иселя сверкает маленькое серебряное лезвие, и он пытается вырваться из хватки Гунву, ещё больше паникуя. Он понимает, что одноклассник планирует сделать, слегка проводя маленьким перочинным ножом по бледной коже.       — Исель, какого черта ты делаешь? Остановись, ты сделаешь себе больно! — Рики кричит на него, надеясь и молясь, что он всё обдумает, но знает, что этот идиот этого не сделает.       Исель смотрит на него, глаза сужаются и он зловеще прижимает лезвие к коже.       — В этом-то и дело.       Тихий треск прорезает комнату, и в этот момент столько разных вещей одновременно поражают Рики. Подавляющий запах железа, столь им ненавистный, голова кружится, рот болит, клыки выходят из десен, и вкус металла заполняет рот. Он задыхается, его тошнит и кровь капает на пол.       — Нет! — кричит Рики, отталкивая Гунву, сила выплескивается неконтролируемым потоком и он практически швыряет парня через всю комнату.       Двое других в шоке наблюдает за этим, а у Рики голова и рот в полной агонии. Он не думая, бросается к обидчикам, хватает телефон Джемина и раздавливает его в руке, а затем бросает на пол, придавливая ногой. Он полностью пренебрегает правилами, установленными ковеном и отталкивает обоих подростков. Они падают на пол, а Рики быстро вылетает из класса и несется по коридорам подальше от этого места.       Рики благодарит все высшие силы за малую милость, что никого не встретил по пути. Он врывается в туалет, расположенный рядом с одной из лабораторий по биологии и спешит в кабинку. Рики опускается на грязный пол, судорожно отрывая листы туалетной бумаги, чтобы вытереть кровь со рта.       Кто-то, блядь, понял кто он такой на самом деле. Кто-то знает его секрет, и Рики охватывает паника и ужас перед тем, что из-за этого может произойти.       Исель, блядь, сделал так, чтобы его клыки вышли наружу. Рики всегда выпускал их естественным образом, когда собирался выпить, но кто-то заставил его насильно выпустить клыки. Это самая мучительная боль, которую он когда-либо испытывал. Он и так ненавидит человеческую кровь, но этот запах, кажется, только въедается в нос и заставляет голову пульсировать от боли, несмотря на то, что он находится далеко от источника запаха.       Рики чувствует, как клыки медленно втягиваются обратно, а по щекам каскадом катятся горячие слезы. Ему так страшно снова выйти отсюда, потому что он знает причину, по которой Исель и его банда сделали это. Они хотят разоблачить его только потому, что он им не нравится, и он понятия не имеет, как теперь смотреть кому-то в глаза.       Несмотря на помутнение рассудка, он вспоминает слова, сказанные отцом довольно давно, на случай, если когда-нибудь возникнет подобная ситуация. Дрожащей рукой он тянется в карман и достает оттуда свой телефон. Он снимает блокировку, прежде чем нажать на контакт отца.       Рики набирает нужный номер и подносит телефон к уху, пытаясь другой рукой вытереть слезы, пока гулкие гудки эхом отражаются от стен туалета.       Отец наконец берет трубку после третьего гудка.       — Рики? Всё в порядке, малыш? — мгновенно спрашивает мужчина.       Рики подавляет всхлип, услышав знакомый мягкий и обеспокоенный голос отца, и крепко сжимает телефон в руке до побеления костяшек пальцев.       — Папа… кое-что случилось.