Люмпен

Юнги просыпается от холодного ветра, который трепал его рыжие волосы. Середина осени в этом году очень холодная, поэтому Юнги решает прогуляться, чтобы не сидеть на одном месте и мёрзнуть. Сегодня он спал около какого-то здания, потому что его обычное место сна было закрыто. Он часто ночевал в подъездах, но люди там совсем не добрые, будили его, пиная ногами и выгоняли. А вот в подвалах домов никто не трогает его, поэтому там он спал почти каждую ночь, пока подвал не стали закрывать на замок. Поэтому Юнги сейчас спит на улице, ища подвал, который не закрыт. Это ещё спасибо, что самого Юнги не закрыли там. Омега достаёт из потрёпанного рюкзачка, который нашёл на помойке ещё года два назад, оранжевую шапку и складывает тоненькое покрывало в рюкзак. Закидывает на плечи, поправляет своё пальто и отправляется на прогулку. Проходит мимо шикарных заведений, в которых наверняка сейчас отдыхают и веселятся богачи. Вот, например, у ресторана «California Shack» проработанная вывеска, да и само здание выглядит презентабельно. Выполнено профессионалами. В детстве, когда всё ещё было хорошо, Юнги мечтал быть дизайнером и создавать подобное. В настоящее время, когда всё уже плохо, Юнги мечтает жить, а не выживать в этом грёбанном мире. Омега считает, что богатые хоть немного должны помогать тем, у кого всё идёт не совсем гладко. Тем, у кого нет крыши над головой. Тем, кто подбирает выброшенную еду на мусорке около ресторанов и кафе. Им разве жалко лишней копеечки? Хотя… если помочь всем бомжам, то и сам олигарх станет бомжом. Юнги доходит до парка, в котором всего несколько человек, наверное, потому что холод реально пробирает до костей. Сколько не гуляй – всё равно холодно. Юнги снимает с себя шапку, крутит в руке, рассматривая дырку в ней. – Зачем ты появилась? – Омега убирает шапку в рюкзак, чтобы прохожие не косились на него. – Была бы отличная шапка, если бы не дырка. Мин вздыхает, поднимая свои узкие плечи вверх. Стало ещё холоднее. Он втыкается носом в пальто, опустив голову вниз. Так теплее. Но запах такой себе. Да от него, наверное, за сто километров несёт помойкой! Юнги садится на лавочку, мимо которой люди проходят редко. Задумывается и не замечает, как маленький мальчик что-то ему говорит. Возвращается в реальным мир только тогда, когда слышит: – Сынок, отойди от дяди! Дядя? Но Юнги всего девятнадцать! Нет, конечно, он сейчас не похож на девятнадцатилетнего, щетина давно уже превратилась в бороду, а одежда на нём… и правда похожа на одежду сорокалетних. Это необычайно смешит. Хотя ж люди оценивают по внешнему виду. Это всё объясняет. Но всё же как люди могут ранить, казалось бы, самыми обычными словами? – Как же надоело. – Шепчет Юнги себе под нос и ложится спиной на лавочку, вглядываясь в оранжевые и жёлтые листья деревьев. Невероятно красиво. – Вот бы и моя жизнь была такой красивой.

***

Чимин будит дочь с криками «С днём рождения, милая», мигом поднимает её с кровати, убегает от удара подушкой, подпрыгивая. – Папа, шесть утра! Зачем так рано будить? – Подъём! – Я спать хочу. Я в свой день рождения не могу выспаться? – Надо уже с утра праздновать, иначе пропустишь всё, а потом ещё целый год ждать. Четырнадцатилетние – не шутки, дорогая моя. Уже совсем взрослая. Жаль, что Чонин этого не видит. – Пап. – Минджи встаёт с кровати, бежит к отцу на кухню. – Давай без твоих слёз в этот день? Завтра плачь, сколько хочешь, но не сегодня. – Вот же ж вырастил тебя избалованной девчонкой. – Сам виноват. Виноват в том, что хотел только лучшее для дочери?

***

После детского шума на весь дом и выпитого вина, Чимин неохотно соглашается с собой, что надо подышать свежим воздухом. И не с балкона. Чимин натягивает тёплые ботинки, зимнюю куртку и голову закатывает в шарф. Уж слишком сильно не любит мороз и холод. Больше по душе, конечно же, тёплое лето. Закрывает спящую дочь в квартире, спускается по лестнице. Лифт для него – целое препятствие. Самое прекрасное в ночном Сеуле – тихая гавань. Идёшь, никто не мешает, и ты никому не мешаешь. Попрошайки, сидящие во многих местах, спят или где-то бродят. Чимин проходит под аркой, которая означала вход в парк. Атмосферно. Лампочки освещают путь, а разноцветные листья валяются прям под ногами и липнут к подошве обуви. Осень была бы любимым временем года Чимина, если бы в октябре не нарастал лютый холод. В холодные поры приходится жертвовать много денег на помощь бездомным животным. Их забирают в приют и за счёт Чимина кормят, поят, делают вакцинации. Бездомным людям он не помогает. Это очень затруднительно. Дашь денег – пропьют. Дашь жильё – так все захотят, а на всех средств недостаточно. Дашь продукты – продадут и пропьют. Не все, но таких явно больше. Чимин понимает, что наверняка их жизнь не сладка, раз они проживают на улице, но мы сами творцы нашей судьбы. Неужели настолько сложно найти самую низкооплачиваемую работу, чтобы просто попробовать? Начать. Эти люди захотели так жить. И виноваты сами же. Чимин обходит почти весь парк и направляется в почти тайное место, куда люди очень редко ходят. Проходя ближе, он замечает человека, лежащего на лавочке и смотрящего на звёздное небо. Запаха нет. Значит бета. – Привет. – Чимин подходит к лавочке впритык, ожидая, что на него посмотрят, но этого так и не произошло. – Меня зовут Пак Чимин. – Мин Юнги. – Садится, всё ещё продолжая смотреть в небо. – Что делаешь тут в столь поздний час? – А где мне ещё быть? – Например, дома. – Чимин садится на лавочку, но почувствовав запах от Юнги, отодвигается. – Знаешь ли, Пак Чимин, не у каждого есть дом. – Не хочешь переночевать у меня? – Чимин включает того доброго Пак Чимина с вывесок, поняв, что это стопроцентно попадёт в новости, и акции сильно вырастут. – По запаху чую, что ты альфа. Я омега так-то. – Юнги достаёт свою шапку с рюкзака и надевает на голову. – Я помогаю людям с такой ситуацией, как у тебя. – Зачем тебе это? Я самый обычный бомж с улицы. – Юнги смешно поправляет свою порванную оранжевую шапку с глаз. – Но ты мне нравишься. – Чимин снимает с головы шарф и протягивает омеге. – Ты не бомж. Ты – люмпен. Директор Пак… человек добродушный, который ищет выгоду во всём.

«Не все понимают, в чем именно благо, но все делают благо ради собственного блага». – Евгений Витальевич Антонюк

Богатство, бедность, выгода...