Люмпен

– Ты живёшь тут? – Юнги осматривает большой многоэтажный дом с, наверное, самым новейшим дизайном. Даже не может представить цены на квартиры в таком доме. Насколько он знает – этот район один из самых богатых во всём Сеуле. – Кем ты работаешь? Я бы копил на комнату в самом дешёвом районе всю жизнь, если не больше. – У меня своя автокомпания. – Чимин открывает дверь подъезда, слегка толкая Юнги в здание. – Не трясись так. У меня дочка есть, не сделаю я ничего тебе. Я, наоборот, хочу помочь. – Я всё не пойму. Зачем тебе это? – Юнги поворачивает налево, завидев пять лифтов. Пять! Подойдя к лифту, Юнги поворачивается, чтобы посмотреть, почему вопрос остался без ответа. Увидев Чимина около лестницы, напрягает лицо, не понимая в чём дело. – Клаустрофобия. – Чимин поднимается на одну ступеньку вверх. – Езжай на лифте, а я пешком пойду. Двадцать седьмой этаж. – Вот же ж дурак. Ты на двадцать седьмой пешкодраном собрался? – Не умру. Да и форму, может, подтяну. – Пожимает плечами. – Придурок. – Юнги идёт к лестнице и поднимается на вторую. – Со мной? – Удивляется. – Ну не одного же оставлять в аду. – Юнги начинает поднимается наверх, но вдруг резко разворачивается, вглядывается в глаза, смотрящие на него удивлённо. – Если хоть пальцем тронешь меня, – Грозит указательным пальцем, – Мало не покажется, засранец. – Уже всеми словами, какими только можно оскорбил. – Смеётся Чимин. От всей души. Правда. На двадцать седьмой этаж дорога предстояла тяжёлая, но собрав все силы, Юнги смог. – И ты вот так каждый день ходишь? Совсем больной что ли? – Юнги идёт сзади следом за Чимином. – Похоже на то. Как говорится: у богатых свои причуды. – Богатые все странные, мне кажется. – Дурацкие стереотипы. – Чимин останавливается, достаёт из кармана ключи и втыкает в разъём для них, открывая входную дверь в квартиру. Юнги невольно вздыхает. В воздухе буквально веет уютом и любовью. Воспоминания из детства заполняют голову, и Юнги глубоко выдыхает. – Заходи. Минджи! У нас гости. Прибегает девочка, осматривая омегу с ног до головы и морщится. – Это ещё кто? – Это Юнги. – Чимин снимает с омеги свой шарф и оранжевую шапку, ставит их на полку. – Поставь чайник. – Сам поставишь. – Минджи скрывается в своей комнате, явно недовольная появлением нового человека в жизни отца. С шести лет Минджи растёт без папы, поэтому Чимин всячески старался баловать дочь, чтобы та не успевала ронять свои слёзы. Но даже самые дорогие подарки не заглушали боль от потери папы. Одного из самых родных, главных людей в её жизни. Она всё понимает, всё воспринимает и всё может уложить в своей голове. Возможно, понимает даже больше, чем Чимин. Мировоззрение сложилось правильно, поэтому девочка может найти общий язык с абсолютно всеми людьми. Даже будь они другой национальности и не разговаривая на корейском и английском языках. И обязательно подружится с Юнги, не взирая на его внешний вид. – Мне кажется, что она не рада меня видеть. Я лучше того, пойду. Не буду вам мешать. – Она всегда всему недовольна, не обращай внимания. Оставайся. Прошу. – Да для чего? Что тебе надо от меня? За мной ничего и никого нет! – Юнги начинает злиться. Его понять можно. Доброта со стороны взрослого альфы к омеге и правда кажется очень странной и непонятной. – Я просто хочу помочь. Разве не знаешь меня? – Чимин достаёт из заднего кармана джинс телефон, вбивает в браузере «Пак Чимин» и тычет телефоном в лицо омеги. Юнги видит фотографии и буквы. Делает вид, что читает, но на самом деле не умеет. – Убедился? – Юнги кивает. – Дай мне номер своего телефона. Вдруг тебе помощь понадобится. – Ты и так многое сделал. – Юнги пытается скрыть, что у него и не было никогда телефона, чтобы ещё больше не опозорить себя. Мама говорила, что никогда нельзя позорить самого себя в глазах другого человека. – Ну посмотрим. Пойдём, покажу твою комнату на первое время. – Ты не думай, что я попрошайка какой-то там. Ты сам настоял на том, чтобы я переночевал у тебя. – Не думаю. – Сегодня прекрасная погода. – Юнги смотрит на панорамное окно, вглядываясь на соседний дом. – Как по мне, – Чимин смотрит на Юнги, – Ужасная.

«Было бы намного проще, если бы люди внешне выглядели так же, как выглядит их душа». – Иммануил Кант

Богатство, бедность, выгода, внешность.