Мятеж любви: Судьбы, переплетённые в океане

      После того, как прошли похороны отца, Тея и Сильвер заселились в его дом. С помощью родителей Сильвера вместе навели порядок, поменяли некоторую мебель, но ещё пока ничего не решили с кузницей. Сейчас Тея сидела в главной комнате в кресле. Оно покачивалось взад-вперёд под её весом. Она листала дневник отца, не отрывая от строк задумчивый взгляд. Из окна доносился слабый ветер, который был необходим в этот жаркий день. Сильвер незаметно заглянул к Тее и улыбнулся — девушка сидела, уперевшись локтем в перило кресла и подперев кулаком щёку. Её волосы были распущены и находились на одном плече. Сильвер неслышно вздохнул — она такая красивая. Он захотел подойти к ней и обнять, но не стал, ведь знал, что Тея сосредоточена и не стоит ей мешать. Он отправился по своим делам, когда девушка обнаружила большую записку. Тея принялась её читать, но это было сложно — почерк отца был трудно читаем, как будто он спешил в тот момент. Некоторые буквы были смазаны и предложения превращались в тёмные чернильные пятна.       — Как много зачёркнутых слов… — хмыкнула Тея, — Итак, что здесь…?       Она принялась за чтение:       «Мне неизвестно, прочтёт ли кто-то моё откровение, написанное под конец жизни, но я должен поделиться тем, что давно лежит на моём сердце тяжким грузом. В своей жизни я делал много ошибок и грешил достаточно, чтобы после смерти попасть в ад, но я надеюсь, что я всё же попаду в рай за то, что раскаиваюсь здесь. Я уже несколько лет мучаюсь от того, что моя дочь Тея, вышедшая замуж не по любви, исчезла. Мне так жаль, что я заставил её пойти на этот шаг. И всё это только ради того, чтобы моя кузница процветала и были деньги. Я даже не думал о том, каково ей и сколько слёз она выплакала… Мне ужасно стыдно. Я бы хотел её увидеть и извиниться за то, какой я жестокий отец. Я ведь наверняка не дал дочери того, чего она хотела. Агата всегда мне говорила, что я неспособен любить и, возможно, поэтому эти роды дались ей ценой собственной смерти. Я не был щитом. Я был копьём. Прости меня, Агата… Я не заслужил ни тебя, ни нашу дочь. Как же поздно я это осознал. Старый дурак»       Тея перелистнула страницу.       «Но это ещё не всё. До Агаты у меня была другая женщина. Её звали Маргарет. Мы познакомились с ней ещё по молодости в Бриджтауне. В этом городе я был по работе, доставлял подковы для лошади важного человека, теперь уж имя не вспомню… Маргарет была необычайно красива. Возможно поэтому я и влюбился. Эти чёрные волосы, большие и круглые глаза, пылающий взгляд, кучерявые волосы цвета смолы… Я помню её черты до сих пор. И это пятно на лице белое-белое. Это выглядело настолько странно, что я даже подумал, что она больна. Благо у меня хватило ума не говорить ей эту неприятную вещь. Наш роман был страстным и непродолжительным. После того, как я получил деньги за работу, я потратил их на то, чтобы снимать комнату, чтобы жить вместе с Маргарет. В какой-то момент я даже подумал, что у нас всё серьёзно, ведь Маргарет забеременела и она мне всё твердила: «Это девочка!», но потом… После рождения ребёнка она решила от меня уйти, не объясняя причину такого решения. Я всеми силами пытался удержать её, но этот нрав подобен огню, он сжигал всё. Так и случилось. Она ушла от меня вместе с дочерью. Мы дали ей имя — Сюзанна. Она была так похожа на Маргарет. Это пятно… Я хотел рассказать Тее, что у неё есть сестра, но не решился. Я не смог. Слабохарактерный человек… Но если Тея всё-таки узнает, то я бы хотел, чтобы она меня простила за всё недосказанное. Помни, дочка, я никогда не врал тебе»       Тея медленно опустила дневник на колени и закрыла, оставив руку на обложке. Воздух в комнате вдруг стал густым и неподвижным. Она предчувствовала, что сейчас отцовское откровение обрушится на неё разрушительной волной.       — Сестра… У меня есть сестра… — повторяла она себе, не веря, — Её взгляд встретился с обложкой. Она грубо провела пальцами по потёртой коже, — Сколько же всего ты от меня прятал, отец. Зачем? — она покачала головой.       Когда мысли о сестре отступили, в душе Теи поднялась волна негодования и обиды. Он ведь продал её в обмен на процветание кузницы. Продал этому чудовищу в человеческом обличии. Девушка сжала челюсти и закусила губу. Она швырнула дневник в дальний угол. Она жалела о том, что её молодость была омрачена браком не по любви, изменами со стороны мужа, скандалами и интригами. Но время уже не отмотать назад. Она отложила дневник, переводя дух, и встала. Признаться честно, встала с трудом, живот уже был слишком большой, и Тея чувствовала, что скоро родит. Но сейчас ей нужно было к Сильверу.       Она нашла его в кузнице. Сильвер убирался в ней и сейчас перекладывал кузнечные принадлежности. Когда он поднял взгляд, то увидел девушку в проходе. Он отложил дела и неуклюже подошёл к ней, погладив по волосам.       — Я видел, что ты была занята дневником отца. Что-то нашла? — он заинтересованно склонил голову, встречаясь с ней взглядом.       — Да, — она отвела взгляд и подавила ком неверия, обиды и ярости, в горле, — Кое-что интересное… Мне нужна твоя помощь.       — Конечно, — он поправил клюку, а свободной рукой взялся за ладонь Теи, — Ты выглядишь бледной. Как твоё здоровье?       — Я чувствую движения в животе, — она натянуто улыбнулась, — Мне кажется, что скоро она появится на свет.       — Она? — его глаза засверкали, — Думаешь, что у нас будет девочка?       — Да. Я с ней часто разговариваю. Она неугомонная…       — С чего такой интересный вывод? — его голос стал мягким.       — Когда я ей что-то говорю, то она пинается.       — Помню, что когда я это впервые увидел, я сильно испугался, — он рассмеялся, — Но это ведь хорошо?       — Да, — она ласково потёрлась своим плечом об его, — Не волнуйся ты так.       — Ага… — протянул Сильвер, так и думая о том, как ему перестать волноваться, учитывая, что он скоро станет отцом. Поразительно…

***

      Когда Сильвер прочитал запись, он поднял немного растерянный взгляд на Тею. Тяжко сглотнул и приложил кулак к губам. Его голова была наполнена мыслями, которыми хотелось поделиться с Теей.       — Я, кажется, понял, о ком идёт речь, — он прокашлялся, — Эта Сюзанна… Она и правда жила в Бриджтауне.       Сильвер ощутил в сердце укол стыда — он ведь прекрасно знает, о какой Сюзанне идёт речь, но умолчал об этом, не решившись шокировать свою возлюбленную этими событиями своей жизни. Он даже догадаться не мог, что это проявится сейчас и… вот так.       — Жила? — Тея подалась вперёд и прищурилась. Она боялась услышать страшное.       — Да… Кхм… Она… Её больше нет, — он сказал это чуть тише, отслеживая реакцию Теи на эту информацию.       — Умерла? Как?! — прокричала Тея.       — Её муж… — Сильвер погрузился в воспоминания, — он был чудовищем. Сюзанна защищалась, когда он напал на неё и… она не смогла жить с тем, что сделала и утопилась, — мужчина избегал прямых слов об убийстве, чтобы преподнести эту информацию мягче.       — Боже… — прервала Тея его и подошла к окну, чтобы он не видел её шокированное лицо, — Откуда ты всё это знаешь?       — Это долгая история, но в этой ней я был не один. Помнишь Луиса? Моего спутника.       — Да…       — Мы вместе были в этой истории. Потом, спустя долгое время, когда мы были в странствовании, нам встретилась сирена. Такая необычная, ярко-красная, но с характерным пятном на лице. Она пыталась меня утащить на дно, и в тот момент в ней я узнал Сюзанну. Она… стала сиреной.       — И даже после смерти нет покоя. Мне так жаль её… — она прижала руку к груди, чувствуя, что сердце жалобно заныло.       — Потом, когда мой корабль захватили, я чуть не утонул, но она меня спасла. За это я ей благодарен. Ведь если бы не она…       — То тебя бы сейчас здесь не было.       И тут Тею осенило. Она развернулась к Сильверу, посмотрела в глаза и, если бы это было возможно, то было бы видно как в её голове крутятся шестерёнки.       — Я кое-что вспомнила!       — Что?        — Мне снился сон, что я была в теле… девушки, которая бежала к… воде, а потом… — она закрыла лицо руками, — Боже… Неужели в ту ночь я видела Сюзанну? Это точно было видение.       Сильвер подошёл к Тее и обнял её со спины, успокаивая.       — Всё хорошо, Тея, я с тобой. Может, выпьем чай?       Тея внезапно схватилась за живот. Она почувствовала железный обруч, медленно и неумолимо сжимающий талию и спину. Ноги становились болезненно слабыми и Сильвер подхватил её.       — Что-то не так…       Боль из тупой превращалась в острую. Она была похожа на гигантскую приливную волну: сначала отлив — короткая передышка, когда мир возвращался в фокус; потом тишина и наконец стремительный прилив, смывающий все мысли, кроме одной: пережить этот пик. Тея застонала от боли. Между схватками время растягивалось и сжималось обманчиво. Минута покоя казалась вечностью, но ее тут же крала новая волна — еще сильнее, еще неумолимее. Сильвер растерянно посадил её в кресло и бегло осмотрел Тею. На лбу проступила испарина.       — Схватки?! — его голос дрожал.       Тея жадно глотала воздух ртом. Она шипела стонала от боли. На самом деле схватки пришли раньше этого момента, но они не были настолько сильными. Кресло под ней промокло и от этого ощущения ей стало так мерзко, что хотелось ругаться. Это ей было несвойственно. В глазах темнело, а ощущение, что кости выворачивают, усиливалось с каждой секундой.       — Погоди! Я… — его голос звучал растерянно и напугано.       — Сильвер, ты… — прошипела она, — Я тебя ненавижу… Сделай уже… С-с-с, что-нибудь!       Мужчина понятливо кивнул и покинул дом с одной целью — найти лекаря. Когда он выбежал из дома, клюка задела камень и тот упал. Ругаясь на беспомощное тело, Сильвер встал и устремился к цели. Хвала богам, что дом лекаря был неподалёку. Сильвер молился, чтобы тот был на месте. Когда Тея осталась одна, она принялась кричать, срывая голос. Между секундами спокойствия она сжимала зубы до боли в челюстях. Она почувствовала нестерпимое распирание и желание тужиться. Вся боль словно сконцентрировалась в одном месте. Тея старалась дышать, но в глазах темнело с каждой минутой всё сильнее. Последнее, что она видела, это лицо Сильвера с вытаращенными глазами и лекаря, который был относительно безэмоционален и выполнял работу, давая чёткие инструкции бедолаге с палкой подмышкой. В глазах всё поплыло. Тея чувствовала, что теряет счёт времени и сознание. В моменте она приходила в себя, но это длилось недолго. Последнее, что она успела понять сквозь застилающую глаза пелену, так это то, что стало подозрительно легко, а затем детский крик, сотрясающий стены дома. Тея провалилась во мрак.