Да ни за что в жизни

— Стайлз, давай еще раз: тебе не нужна моя помощь, ты в безопасности, Питер ничего не задумал, спасать тебя не надо, ты справишься сам. Я ничего не упустил? — Скотт смотрит на бро, как на идиота, но горячо любимого идиота. — Да, все верно… Еще он мне дал дубликат ключей, кстати… Боже, я думал что у отца будет отпрашиваться сложнее, Скотт! МакКолл смотрит с прищуром очень внимательно, вздыхает медленно и выдает чуть тише, наклонившись вперед: — Моргни два раза, если он тебя шантажирует… — Да боже мой! — Стилински вскидывает руки, закатывает глаза и почти воет. — Скотт, мы просто спим вместе… Больше Скотт не прищуривается, теперь его глаза округляются, а выражение лица наполняется только что приобретенным смыслом. — О, нет!.. Нет-нет-нет-нет-нет, Скотт! Это не то, что ты подумал! — Стилински почти паникует и мотает головой, буквально жестами выделяя слова. — Раздельно. Просто в одном помещении. И то, пока я не сдам тесты и не выясню как это чинить. Ясно? Скотту может и стало ясно, но сам Стайлз начал сомневаться из-за смехотворности происходящего. Это все оставалось лишь временном мерой, пока Стилински копался у Питера в библиотеке. Точнее пока Питер подкидывал ему все что угодно, но не то что нужно. Ему видите ли понравилось, что раз в три дня к нему таскается подросток с домашней едой. Теперь Стайлз знал все про русалок, пикси, вампиров, дампиров, друидов, василисков и прочую живность, но не про то, как ему снова начать спать. Казалось бы, ну что проще? Возьми да сообрази, что тебя водят за нос, но нет, Стайлз же жадный до информации. А вдруг пригодится? Тем более Питер не выглядел как типичный дракон, который закрыл у себя принцессу. Скорее он был как… — Я по делам на пару дней. Ключи у тебя есть, не вздумай закатывать тут вечеринки. И чтоб духу щенков здесь не было, ясно? — Да, злая мачеха, крупу переберу, в терновый куст не полезу… — Стайлз вскинул руки ладонями вперед. — Это другая сказка… — Но отсылку ведь ты уловил? Да? Я вижу что уловил! Не ври! По большому счету Стайлз и не думал заявляться в чужую квартиру без Питера. Какой смысл, если источника здорового полноценного восьмичасового сна там не будет? Но Хейл задержался. Не на два дня, как обещал, а целых пять. На пятый день, когда Стилински залил хлопья соком вместо молока, пришлось плюнуть на здравый смысл и поехать туда, куда его тянуло. Пустая квартира не пугала, тем более что из-за бессонницы некоторые аспекты здравого смысла и тяги к самосохранению были притуплены, скорее даже успокаивала. Стайлз прошёлся вдоль коридора в полумраке, бросил взгляд на диван, на котором спал первый раз, затем на ковер, на котором ковырялся в книгах пару вечеров, и двинулся дальше к спальне. Более аскетичных комнат он еще не видел, но сейчас его это мало волновало. Он был один, отбивать шутки Питера не было надобности, как и улыбаться 24 на 7 друзьям. Сейчас он просто скользил ладонью по дверце встроенного шкафа, пока тот не кончился, думал о том, что упускает что-то, но слишком плохо соображает для этого. Только любопытство в сговоре с бессонницей толкают руки сдвинуть дверцу плавно в сторону и явить на свет довольно небольшой гардероб. Будто со стороны послышалось собственное довольное урчание, пальцы заскользили по ткани: первая, вторая, третья… Стоп. Вот эту. Стайлз кивает сам себе и стягивает едва помятую рубашку, не рассматривая прижимает к груди. Видимо ее надели, но она не понравилась и отправилась обратно ждать своего часа. Дождалась. Стилински вздыхает, поворачивается к кровати и склубочивается на ней прямо в обуви и своей одежде, прижав к себе рубашку Питера — будто в этом нет ничего необычного. И засыпает. Хейлу пришлось повозиться, чтоб достать эти две книги. Не то, чтобы он прям рвался помогать Стайлзу, но по удивить его от чего-то хотелось. Тем более что библиотека Питера почти подошла к концу, и заманивать парнишку к себе скоро станет попросту нечем. Тем не менее он вернулся поздним вечером и обнаружил открытую дверь квартиры. Это, разумеется, не пугало, но заставило поднять бровь вверх и принюхаться. Пока Питер медленно крался по коридору, он думал какому же чекнутому самоубийце придет в голову взламывать квартиру. Чекнутый оказался еще более наглым, чем Хейл мог себе представить. Питер почти с восхищением наблюдал за тем, как Стайлз спит на его кровати, да еще и обнимая его рубашку. Волк где-то в углу весело махал хвостом и клацал зубами. — Очаровательно… Терновый куст значит? Стайлз будто бы в подтверждение глубоко вздохнул сквозь сон и ткнулся куда-то в накрахмаленный воротник своей добычи. Питер прикрыл глаза, накинул свободный край одеяла на Стилински и удалился досыпать несчастные пару часов на диване. Утром Стилински проснулся от запаха яичницы с беконом и мысли о том, что этот запах запрещен и нужно спуститься прочитать шерифу лекцию, но открыв глаза, вспомнил что уснул не дома. Вторая мысль была о том, что он не закрыл дверь и Хейла по его вине грабанули. Грабанули и пошли делать завтрак? Стайлз, тебе надо смотреть меньше документалок. Стилински потряс головой, сгреб себя с кровати и поплелся на запах еды. — Доброе утро, большой волк… — он медленно, но удачно приземляется на стул, трет лицо, пытается зачесать торчащие волосы и видит как перед ним материализуется тарелка с завтраком и апельсиновый сок. — О. Мой. Бог. Даже если оно отравлено, я это съем… Парень принимается за еду, а Питер совершенно молча опирается о столешницу бедром скрестив руки на груди и бессовестно улыбается, дожидаясь пока Стайлз набьет полный рот едой, остановится и заподозрит неладное. — Ты почему такой довольный?.. — О, не волнуйся, я просто купил билеты в первый ряд на представление под названием «Все стадии принятие того, что я делал прошлой ночью». Стайлз сглатывает тяжело то, что уже успел прожевать, моргает и выпивает сок залпом. Молчит с паникой на лице, но затем расслабляется, хмурится и скептически смотрит на Хейла. — Совершенно ничего? — Как минимум ты вломился в квартиру… — Минуточку, ты сам дал мне ключи, а вечеринок я не устраивал… — Ты не закрыл дверь. — Ну я бываю рассеянным… — А если бы я без разбирательств на тебя кинулся и убил? Заготовленная Стайлзом фраза спотыкается о неловкую паузу: парень открывает рот спросить, но закрывает обратно, потому что он не хочет слышать ответ на вопрос «а ты что волновался». И, судя по дернувшемуся взгляду Хейла, тот не хочет на него отвечать. — Просто больше некуда трупы закапывать… — и это победитель в номинации тупых отмаз Питера Хейла. Это настолько тупо, что Стилински смотрит с выражением «ты блять серьёзно?» и вдыхает, чтоб продолжить спор ради спора. Но Хейл его перебивает, растеряв запал его отчитывать: — Ты спал в обнимку с моей рубашкой и сейчас я ожидал увидеть что-то вроде человеческого смущения, понимаешь? Стайлз понимает головой, даже помнит о чем идет речь, но сует еще кусок омлета в рот, прежде чем ответить. Вообще, если рассуждать логически, это действительно странно выглядит, но Стилински не знает что на это ответить, потому что в голове пусто на этот счет. А пока парень пытается придумать зачем ему вообще отмазываться, Питер начинает догадываться. — Стайлз. — Голос звучит ровно, от чего кажется угрожающим и Стилински поднимает глаза от тарелки. — Ты вообще помнишь как вчера сюда пришел? С ног до головы окатывает холодной водой, еда теряет вкус, сам парень моргает все чаще и дышит глубже. — Я же. Ну… Конечно помню! — Первое правило бойцовского клуба: ври так, будто сам веришь. — На джипе. Это очевидно не тот ответ, который ожидает Питер, и это понимают все на кухне. — То есть ты в этом состоянии сел за руль? Рассчитывал на то, что твоя машина развалится раньше, чем ты уснешь за рулем? И это возмутительно, потому что Стайлзу хватает оправдываться перед отцом. Он откладывает со звоном вилку, скрещивает руки на груди и откидывается на спинку стула. — Ты, блять, просто волнуешься, потому и отчитываешь меня, так? — Он откровенно закипает, но не так как обычно. Не частит руками, не суетится, а медленно тяжелеет взглядом. — Ждёшь пока я признаюсь, что вымотался за пять дней так, что в полусоображающем состоянии добрался до квартиры и уснул только в обнимку с твоей вещью? Получай. Хейл отмечает не только непривычное для парня спокойствие в выражении эмоций, но и некоторый не пойми откуда взявшийся холодок на собственном загривке. Да и Волк забился куда-то поглубже, вместо того, чтоб рваться грызть глотки угрожающему, как обычно. Будь Питер неопытным щенком, то заволновался бы сильнее. — Только вот знаешь что смешно, Хейл? — Стилински тем временем медленно поднялся и ткнул пальцем в грудь Питера. — Я этому не рад и это не контролирую. А вот ты явно либо справляешься лучше и молчишь, либо вообще никак не страдаешь и наслаждаешься ситуацией. И в любом из этих вариантов, Питер, ты явно заинтересованнее меня! Запал кончается, в голову резко бьет головокружение, Стайлза хлопает пару раз глазами, пытаясь вернуть фокусировку зрения и оседает обратно на стул, хватаясь за столешницу. Питер смотрит с некоторым недоумением, ловит поплывшего после всплеска Стайлза за подбородок и заглядывает в лицо. — Поехали-ка к Дитону…