Жизнь внутри Наруто: Ураганные Хроники

      На фоне полной луны, мимо оставшихся пограничных постов, уже пролетев будто ножом сквозь масло срезанные горные верхушки, двигались несколько человек на летящих платформах из песка. Летя на высоте чуть больше пары сотен метров, они отлично видели ландшафт в лунном свете и помня ориентиры двигались по самому короткому маршруту к полю боя. Пусть в этом случае ориентиры им были вовсе не нужны…       — Волнуешься? — Улыбаясь спросил бледный мужчина, опоясанный своим любимым фиолетовым канатом, стоя на платформе на одном колене и удерживая катану в ножнах в левой руке. Его взгляд был направлен на молодую блондинку с распущенными волосами средней длинны, чьё платье было испачкано кровью вместе с похожими на джинсы, обтягивающими брюками, которые также были в пятнах уже засохшей крови. Пусть она и умыла лицо, но порванное в области живота платье, а также оставшийся широкий шрам чуть выше пупка говорили о том, что ей пришлось пережить. Сама она также находилась на песочной платформе присев и смотрела чётко вперёд, отреагировав лишь на обращение мужчины.       — Только ты можешь относиться ко всему вокруг так… — Задумалась она, подбирая слова.       — Хладнокровно?       — Нет, наплевательски. — Уточнила она. — В былые времена я бы сказала, что ты скрывал свои чувства за маской истинного хладнокровного шиноби и именно эта скорлупа на твоём сердце сделала тебя таким, каким ты стал. Но теперь, я чувствую, что с тобой не всё так, как было. Ты точно изменился, Орочимару. Пусть сенсор из меня всегда был неважный, но с такого расстояния я твою чакру хорошо чувствую и в этом я уверена. Но это твоё отношение… К сожалению, оно искренне и именно это в тебе меня и большинство тех, кто тебя знал и бесило.       — Хех… Просто, в отличие от вас, я достаточно рано повзрослел и в наших реалиях стал относиться ко всему проще. Тебе тоже не помешало бы меньше принимать всё близко к сердцу с твоим-то опытом и особенно специальностью. — Ответил Орочимару.       — Ха! Слышала я уже подобное, что врачу следует смотреть на раненых как на кусок мяса и действовать объективно, отбрасывая все эмоции, но как по мне, всё это – чушь. Эмоции – ключ к задействованию нашей чакры, а значит и всех техник в мире. Уж тебе следовало бы понять это… С твоим-то опытом.       — Один – один… — Улыбнувшись ответил Орочимару. Вдалеке начали раздаваться звуки множественных взрывов, что доносил до них ветер и глядя на свой главный ориентир в виде многокилометрового дерева, которое возвышалось даже над ближайшими горами, он вновь нахмурился.       — Думаю, нам всё же следовало взять с собой ещё как минимум Цучикагэ-сама. — Произнёс единственный из летящих на песочной платформе стоя в полный рост, парень в тёмно-красном комбинезоне под цвет его волос, также повреждённом в нескольких местах и уже без бронежилета. — Судя по тому, что там происходит, в таком составе нам будет не хватать убойной силы.       — Я лишь поверхностно подлатала Ооноки, чакры у него осталось на уровне генина и самому восстанавливаться ему теперь минимум месяц, но он хотя бы ещё сможет остаться шиноби и точно будет жить. После того как я на две трети восстановила твой запас чакры, что уже на этом количестве равен уровню Кагэ, мои собственные резервы полностью истощились. — Произнесла Цунаде глядя на Гаару и большим пальцем указала на свой лоб. Тёмно-синего ромбика в его середине больше не было и Гаара округлил глаза глянув на это. — Печать Силы Сотни больше не действует. Всё, что накоплено за более чем десять лет, теперь осталось во мне, чтобы я могла сейчас драться и использовать целительные техники. Да и с тобой всё так хорошо получилось лишь потому, что ты получил минимальный урон после того как тебя растоптало Сусаноо. Твоя песчаная броня – это что-то… Остальных ты сам видел. Эй, потерявший руку, уже не боец. Да и заправить его чакрой даже на половину мне бы не хватило силы после тебя. Тасуни перенёс серьёзную кровопотерю и его чакроканалы повреждены после того, как его пронзило множество этих чёртовых штырей в разных местах. Я смогла лишь поверхностно его исцелить, но полное лечение от таких ранений может занять до месяца. Мэй повезло больше всех, она лишь под гендзюцу попала и по её телу нанесено меньше урона, но опять же, вопрос чакры, да и как минимум на неделю после такой прожарки мозгов она точно не боец.       — Понятно… Значит сейчас остались только мы. — Прикрыв глаза, произнёс Гаара.       — Не волнуйся так, молодой Казекагэ. Я ещё не испытал всей своей силы в новом теле, думаю, что на уровень Кагэ я потяну… — Ухмыльнулся Орочимару. В ответ Гаара глянул на него с явным презрением на грани ненависти.       — Я знаю кто ты такой и что ты сделал… Во многом из-за тебя мир сейчас стоит на грани гибели. — Гаара сжал кулак. — Пусть мне и противно, но сейчас, я признаю тебя как союзника, однако только потому, что именно так поступил бы Наруто. Когда всё закончиться, я буду первым, кто привлечёт тебя к справедливому суду.       — Хех… Если это из-за того, что я убил твоего отца, то, я не стану извиняться. Раса был порядочной сволочью, даже хуже меня в некотором плане. Он, как и я, заслужил свою смерть. Если хочешь знать, то инициатором нашего «союза» был именно он…       — Дело не в этом… — Ответил Гаара. — Мой отец… — Запнулся он. — Дело в том, что ты прав, Орочимару. При всей своей силе, ты мало чем отличаешься от него и смерть – это меньшее чего ты заслуживаешь. Что касается моего отца… Я лично запечатал его, когда он воскрес и да… Он заслужил свою смерть, много раз, я уверен.       — Эй, вы двое… Заканчивайте свои склоки уже и посмотрите вперёд! — Округлив глаза, выкрикнула Цунаде. Орочимару и Гаара повернулись в сторону дерева, которое на их глазах начало сперва шататься, а после сгибаться в спираль не ломая ствол. Будто его корёжила какая-то невидимая сила, оно начало затягиваться в одну точку, примерно в середине его ствола.       — Какого чёрта?! — Произнёс Гаара, с лица которого на песчаную платформу упала капля пота.       — Что бы это ни было, но затягивать и сжимать такую массу дерева с такой скоростью… Это явно не к добру… — Напрягаясь и хмурясь произнёс Орочимару. — Думаю, нам нужно ускориться. — Гаара, ничего не ответив, явно согласился с этим и платформы полетели ещё быстрее, а стоящие на них шиноби закрепились чакрой в ступнях. Спустя пару минут такого полёта они уже пролетали над границей кратера из нескольких рядов увянувших вокруг деревьев. Огромное дерево, служившее ориентиром, полностью исчезло и, чтобы не маневрировать меж облаками дыма, поднявшегося после множественных взрывов в нескольких точках поля боя, они заметно снизились. От увеличившейся скорости, длинные волосы Орочимару развевало на ветру и внимательно осматриваясь по сторонам он, напрягая свои янтарные глаза не упускал ни одной мелкой детали также задействуя недавно обретённые в новом теле способности сенсора. Попытавшись просканировать то, что происходило несколькими километрами впереди, он столкнулся с полем непреодолимого Кю, которое настолько превышало его собственное, что ощущалось как сплошной и непроницаемый железный купол раскалённый до бела. Сейчас, своим сенсорным полем, он неосторожно столкнулся с ним. Это было всё равно что случайно положить руку на разогретую и стоящую на включенной плите сковородку. Заметно вздрогнув, он резко отменил сенсорную технику сжав кулак правой руки. Пролетая мимо, на высоте всего в десяток метров над землёй, он заметил в одном из кратеров знакомую чакру восстанавливающегося мужчины и недалеко от него тело молодого парня. Глянув в ту сторону, он увидел в двух сотнях метров тело Наруто и обретающего цвет Второго Хокагэ.       — На десять часов! — Выкрикнул он и Гаара тут же повернул платформы чуть замедлившись раньше, чем сам смог увидеть причину отданной команды. Пролетая мимо, они обратили на себя внимание Тобирамы. Цунаде и Орочимару тут же спрыгнули с платформ и побежали прямо к Тобираме, который, медленным шагом направился к Наруто.       — Вот и вы, но боюсь уже поздновато… — Произнёс Тобирама, когда Цунаде, обгоняя Орочимару поспешила к телу Наруто, над которым Тобирама присел на одно колено, переворачивая его на спину.       По всем признакам он уже был мёртв. Глаза широко раскрыты, кровотечение из носа, рта и пробитого железным штырём живота, остановилось. Под разорванным тёмно-фиолетовым кителем и более светлой рубахой была кольчуга, испачканная кровью, как и его полевые штаны. Бегло осмотрев его и попытавшись прощупать пульс на шее и на запястье, упавшая рядом с телом на колени Цунаде, вздрогнула.       — Наруто… Нет… — Шокировано произносила она. — Быть того не может… — Глянув на торчащий из середины живота штырь она схватилась за него и попыталась вытащить, но внезапно её будто ударило током, и она ощутила, как через руку её быстро покидают силы. От такого она через секунду едва смогла резко оторвать руку от этого стержня.       — Касаться этой штуки – не лучшая идея. — Произнёс Тобирама, глянув на резко пропотевшую Цунаде. — Позволь мне… — Продолжил он и также коснувшись штыря он нахмурился, почувствовав недомогание, но пересиливая это чувство взялся за него второй рукой и напрягшись изо всех сил смог вытащить его из живота Наруто. Цунаде в то же мгновение приступила к лечению, а Тобирама откинул стержень в сторону с характерным звоном.       — Что здесь произошло? — Вопрошал Орочимару. — Такое чувство, что впереди явилось нечто непреодолимое…       — Так и есть… — Произнёс Тобирама. — Мы пытались одолеть чудовище, созданное из чакры всех Хвостатых Зверей – Десятихвостого. — Брови Орочимару взлетели вверх. — Только вот это всё было частью плана Мадары. Он подкинул нам огромную свинью и вылучив момент, когда зверь завершил свою трансформацию в форму Божественного Древа, он каким-то образом по-настоящему ожил и похоже, уже смог слиться с ним воедино подавив сопротивление Союзных Сил.       — Божественного Древа?       — Точно… Вы ведь не слышали… Он раскрыл свои истинные мотивы в разговоре с братом. С его слов, вся чакра на планете изначально произошла из Божественного Древа. Некая принцесса по имени Ооцуцуки Кагуя возжелала запретный плод, что рос на его вершине и в нарушении запрета, съела его. Так она обрела божественную силу став прародительницей чакры и по древним преданиям смогла остановить все войны на планете, буквально став владычицей мира. Однако древо было не согласно с такой постановкой вопроса и много лет спустя решило покарать её. Оно превратилось в Десятихвостого, уничтожив мировую империю Кагуи. Что стало с самой принцессой неизвестно. Как и то, была ли она ещё жива на момент пробуждения Десятихвостого. Но с чудищем, угрожавшим принести человечеству конец в итоге удалось справиться её сыну, который, узрев истинную неуничтожимость этого чудища, запечатал его внутри себя став первым в мире Джинчурики. После этого, он отказался от власти своей матери предоставив право выбора и свободу воли людскому роду, а сам проповедовал учение о мире и передавал достойным созданные им техники и силу. Он же создал из чакры чудища девять Хвостатых Зверей, что после его смерти должны были стать хранителями мира и порядка. Этого человека мы знаем из легенд как Мудреца Шести Путей. — Рассказал им Тобирама, до предела сжав эту историю.       — Интересные подробности истории древнего мира… — Произнёс Орочимару. — Любопытно, как и где Мадара смог найти эти сведения.       — Мне тоже, но сейчас это не главное… — Продолжал Тобирама глядя на то, как Цунаде, проливая слёзы и принудительно заращивая рану на животе Наруто, отчаянно пытается вдохнуть в него жизнь, прикладывая максимальную силу к целительной технике. — Всё это время он апеллировал к своему риннегану. Он единственный на земле, кроме самого Мудреца смог пробудить эти глаза до своей смерти и передал их ребёнку из клана Узумаки. Отсюда большая часть наших проблем. Сейчас, забрав глаза одного из своих последователей он надеется вновь пробудить силу глаз тем же путём, что и Мудрец. Став Джинчурики Десятихвостого. Сила истинного риннегана должна быть невообразима и как вы можете видеть, мы все облажались… Даже этот парнишка… — Печально глянув на Наруто, добавил Тобирама, поднявшись на ноги. Выслушав эту историю, Гаара не нашёл, что сказать, а Орочимару присел за спиной Цунаде и печально глянув на неё, коснулся её плеча.       — Шиноби из клана Узумаки славятся своей выносливостью, но этого недостаточно, чтобы пережить извлечение Биджу. Он был Узумаки лишь на половину и сейчас… Мне жаль, но… Он уже мёртв. — Словно добивая ударом ножа в сердце, произносил Орочимару.       — Заткнись! — Резко выкрикнула Цунаде, в пол оборота повернувшись к Орочимару. Из её глаз продолжали течь слёзы и закончив с раной на животе, она сместила технику в область сердца и почувствовав, что оно не бьётся, прикусила губу и скальпелем чакры сделав надрез, запустила руку, окутанную зелёным свечением внутрь его тела.       — Цунаде, ты…       — Если понадобиться, то я отдам всю чакру до последней капли! Давай, Наруто! Оживай! Прошу! Ты не можешь здесь умереть! — Отчаянно кричала она. Тень Орочимару от лунного света резко расширилась и за его спиной из неё выбрался высокий и широкоплечий чёрный полуволк с ярко-синими глазами. Его коричневый плащ был весь в крови, а на его плечах был истекающих кровью, черноволосый парень, тело которого он сбросил на землю. Гаара тут же отреагировал на его появление, как на противника уже собрав песок вокруг себя в плеть, но повернувшийся Тобирама жестом остановил его. Полуволк, ловя на себе взгляды окружающих глянул на уже прекратившего дышать Саске и присел рядом с ним на одно колено.       — Даже так… — Округлив глаза, произнёс Орочимару.       — Похоже, что тот парень тоже не справился… — Сжав кулаки и глянув в сторону Наруто, произнёс полуволк.       — Гурам-сама, в случае с Саске, я могу попробовать использовать биомассу своего тела и передать ему чакру. — Поднявшись на ноги, произнёс Орочимару.       — Присмотрись внимательно… — Ответил Гурам. — Этот парень – мертвец. Его сердце проткнуто клинком Кусанаги и практически разорвано в клочья. Это не считая кровопотери. Твоих сил не хватит, чтобы исправить это… Людских сил не хватит, чтобы исправить то, что вы сотворили. — Глядя на них озлобленным взглядом, произнёс Гурам и прикрыл глаза опустив морду вниз. — В этот мир явился новый Бог. Впрочем, я чувствую явление своего брата. Видимо, остался кто-то из вашего племени не робкого десятка… — Ухмыльнулся он и синие глаза вновь открылись. — Как бы там ни было, я в долгу перед этим мальчишкой. Я использую на нём технику «Реконструкции Тела Мудреца». Подобное может восстановить даже такие повреждения и дать ему шанс, но сейчас я слишком слаб, чтобы оживить его без последствий. Я не смогу дать гарантий, что всё получиться, но после этой попытки я неизбежно умру и вернусь на грань как Страж. Это займёт какое-то время и если хотите повысить шансы на успех, в ваших интересах прикрыть меня от противника.       — Хм… Если парнишка Учиха сможет ожить, то, наши шансы на победу возрастут… Я согласен. — Ответил Тобирама. — Цунаде, будто находясь в прострации, продолжала прямой массаж сердца, и сама вдыхала воздух в лёгкие Наруто, но последний не реагировал. Гурам с размаху вонзил когти правой руки-лапы в область ранения Саске. Грудная клетка последнего хрустнула от такого и пронзая его тело своими пальцами, запуская их внутрь, последний сложил пальцы на второй руке «клинком» и сконцентрировавшись, приступил к своей технике.       — «Искусство Мудреца: Реконструкция тела!»              

***

      Открыв фиолетовые глаза, мужчина с длинными и пышными чёрными волосами, вернув нормальный цвет кожи, в белых одеяниях с множеством томое на воротнике и символами Мудреца на спине, очнулся стоя на воде в молочно-белом мареве. Глянув на свои нормальные руки, он понял, что полностью чувствует своё обычное тело. Глянув вперёд, он увидел перед собой черноволосого мальчика в синей куртке с оранжевыми вставками, надетой поверх кольчуги. На его лбу красовался новенький протектор Конохи на синей повязке, а глаза горели алым светом и рисунком Мангекё Шарингана. Мальчишка с растрёпанными, короткими чёрными волосами смотрел на прямо на него, не выражая каких-то эмоций. В его руках были лишь большие, водолазные очки с оранжевым стеклом. Чуть напрягшись, он узнал мальчика по его лицу, пусть тот был значительно моложе внешне и без искажающих лицо шрамов.       — И что это значит, а? — Первым обратился к мальчику мужчина. — Гендзюцу? — Оглядываясь вокруг, произносил он. — Не понимаю, как тебе удалось меня поймать, но… Что ты хочешь мне этим показать, Обито?       — Ничего… — Спокойно ответил мальчик и также оглянулся по сторонам. — Забавно выходит… Это действительно похоже на ту реальность, что перед своей смертью ты создал для меня, показывая мне свои мысли. — Мужчина никак не отреагировал, лишь продолжив непонимающе смотреть на парня.       — Не понимаю… Я чувствую… Мои глаза настоящие, я не должен быть подвержен ни одному из существующих гендзюцу. Почему я это вижу?       — Тебе всё на пальцах пояснять? — Ухмыльнувшись, произнёс мальчик. — Это вовсе не гендзюцу. — Мужчина нахмурился, услышав его ответ.       — Хех… Плевать. Перед тем как я разрушу эту технику, я спрошу ещё раз… Что ты хотел этим сказать, Обито?       — А я вновь тебе отвечу… Ничего. Это конец, Мадара. — Ответил он. — Таковы наши с тобой последние мгновения…       — Что за чушь ты несёшь?       — Я использовал «Печать Бога Смерти».       — Тц… И что с того? Я слышал об этой страшилке клана Узумаки. Этой штукой возможно запечатать всю чакру человека или любого живого существа на основе воли использующего и печати восьми элементов. Может они и верили в то, что этой техникой призывают в наш мир Шинигами, но ты… Не смеши меня! Разве за всю свою жизнь ты не убедился в том, что сущностей, превосходящих пределы этого мира нет и быть не может, а?! Ты ведь сам видел, как ущербны люди, которые называли богом Нагато с моими глазами! Ты знаешь, что в древности, они готовы били поклоняться жалким зверям, что давали им защиту и крохи своей силы! Ещё раньше они боготворили и Мудреца Шести Путей, но он был действительно невообразимо силён, и теперь вся эта сила принадлежит мне! Я – единственный истинный Бог и ни одна печать не сможет меня удержать! — В ответ на эти выкрики, Обито продолжал смотреть на него с равнодушным лицом.       — Сила бога, говоришь? — Спокойно спросил он. — Во многом ты был прав, но… Во многом ты ошибался, Мадара. Эта сила – не твоя заслуга. Вся эта сила была украдена тобой и удерживается твоей необъятной жаждой власти. Это совокупная сила девяти Хвостатых Зверей, которую ты смог контролировать лишь благодаря своей смешанной крови Учиха и Сенджу. Да и она – не полная… Ты прав, запечатать силу девяти Хвостатых Зверей, каждый из которых обладает собственной волей, одному человеку – физически невозможно. Поэтому мы и использовали «тело» Десятихвостого для этого. Но, став джинчурики, ты стал уязвим куда больше чем ты думаешь. Мне и не нужно запечатывать всю эту огромную силу. Достаточно вырвать из этой каши твою душу. Теперь мы оба навечно отправимся в темницу смерти, а что касается существования Шинигами… — Молочно-белое варево за спиной Обито начало осыпаться как яичная скорлупа, а за ним не было видно ничего кроме бездонной тьмы. Тьма медленно поглощала их обоих и два огромных золотых глаза с вертикальным зрачком открылись за спиной медленно исчезающего Обито, как и слюнявая пасть с множеством острых зубов.       — Что это за?! — В отчаянии, Мадара попытался сложить печать. — Развеять! Раз… — Несколько раз произнёс он, но не ощутил никакого эффекта. Реальность изгибалась, и он чувствовал, как летит вниз навстречу этой огромной пасти.       — Думаю, что ты сможешь обсудить это с ним лично… Прощай… — Эхом прозвучали последние слова Обито.       — Нет! Этого не может быть! Я – Учиха Мадара! Я – новый Мудрец Шести Путей! Вся сила этого мира принадлежит мне! Я – истинный Бог! Изыди тварь! Я приказываю тебе! Нееееет! Ничто не сможет меня удержаааать! — Его крик эхом растворялся в необъятной тьме и его тело провалилось в открытую пасть, а Обито растворился во тьме, распавшись на части.       В реальном мире когтистая лапа Шинигами – вырывая, будто клок мяса, душу Мадары, отсекая её от остальных своим ножом, впихнула её прямо в середину живота Обито выжигая на нем «Печать Восьми Элементов». От этого, даже видавший различную страшную боль Обито, кричал во всю глотку, будто его жгли калённым железом разрывая на части. Его тело резко пропотело и побледнело, а Чёрный Зецу, почувствовав, что парень утратил над ним контроль, поспешил сползти с него в виде чёрной жижи и быстро просочился под землю сквозь камни и трещины. Тело Мадары стояло, раскрыв рот и глядя вверх на луну и звёзды. Огонь в его фиолетовых глазах потух, а из-под порванного в области живота белого одеяния пытались выбраться ещё несколько светло-синих душ в виде морд четырёх Хвостатых зверей, но они едва могли протиснуться вчетвером и что-то всё ещё удерживало их в теле. Угольно-чёрные сферы вспыхивая светом, растворялись в воздухе вместе с посохом. Тело пало на колени, а Обито схватившись обеими руками за живот, потянул руку, будто пытаясь помочь выбраться из тела ещё и Хвостатым Зверям. Он потянулся к ним своей чакрой и даже смог коснуться морды Шукаку, но Шинигами за его спиной уже начал процесс поглощения его души, что протянула руку и пыталась вытащить за загривок Хвостатого Зверя. Глядя на это, Минато сместился к нему мгновенным перемещением и протянул чакролапу, коснувшись руки Обито, который, почувствовав это, повернулся лицом без глаз к улыбнувшемуся сэнсэю. Вместе они попытались вытащить Хвостатых, но Шинигами был другого мнения. Он, не раздумывая, взмахнул ножом и отсёк руку Обито с половиной морды Шукаку, также задев и большой палец чакро-лапы Минато, который посмел вмешаться в процесс. После чего, смяв и сожрав душу Обито, с хохотом, который могли слышать лишь мертвецы, исчез в белом пламени. Минато, удержав часть морды Шукаку в чакро-лапе, втянул её обратно в себя и повернувшись увидел, как тела Мадары и Обито падают на землю друг напротив друга. Мадара пал лицом вниз, а Обито рухнул на спину.       Невероятное Кю Мадары резко сошло на «нет».       «Сэнсэй, Сэнсэй, Сэнсэй…» — Эхом отдавался шёпот в голове Минато.       «Торопитесь, сэнсэй… Запечатайте в Наруто Хвостатого, пока он ещё не пересёк грань…» — Вздрогнув, Минато резко развернулся и глянул в сторону где должен был сражаться Наруто. Прикрыв глаза, он почувствовал в той стороне чакру Второго и ещё нескольких человек, а также крохи чакры Наруто. Повернувшись к телу Обито, он отменил Режим Хвостатого и печально глянув на его искорёженное болью лицо.       — Большое тебе спасибо, Обито! — Произнёс Минато и поклонился упавшему телу до пояса. Разогнувшись, он сложил пальцы оставшейся руки «клинком» и произнёс… — «Техника летящего бога грома!». — И мгновенно исчез на глазах у нескольких десятков шиноби, наблюдавших за всем этим с дальних рубежей у края кратера.              

***

      Орочимару, Тобирама и Гаара наблюдали за тем, как Гурам быстро начал худеть и уменьшаться в росте, передавая свою биомассу Саске под синий свет своей техники, покрывшей всё тело парня. Цунаде, всё ещё продолжала попытки оживить Наруто, уже значительно побледнев и расходуя последнюю чакру.       — Орочимару, ты чувствуешь? — Внезапно спросил Тобирама.       — М?       — Со стороны, где было дерево… Что-то…       — Да, что-то изменилось… — Внезапно, перед ними, у своего сломанного куная, возник Минато.       — Четвёртый… — Обозначил его появление Тобирама. — Что происходит?       — Не хочу сглазить, Второй-сама, но, похоже, что это конец…       — Конец? — Вопросительно произнёс Тобирама.       — Обито использовал «Печать Бога Смерти». Мадара пал… — Все резко округлили глаза, как и Цунаде, глянув на Четвёртого, на секунду отвлекаясь от подкачки жизни внутри Наруто. Подойдя к ней, Минато положил руку ей на плечо и улыбнулся.       — Минато, он… Наруто… — Дрожащим голосом начала она.       — Я всё знаю… Спасибо вам, что присмотрели за ним, Цунаде-сама. Всё будет хорошо. — Он помог ей аккуратно извлечь руку из его тела, которое уже слегка потеплело от притока крови с кислородом и подкачки чакрой.       — «Техника призыва!» — Произнёс Минато сложив несколько печатей одной рукой и ударив ладонью в землю. Наруто внезапно оказался на алтаре и вокруг было расставлено восемь свечей на небольших столбах, под каждым из которых был знак одного из элементов.       — Курама… Я надеюсь ты не против? Я собираюсь использовать «Печать Восьми Элементов» и переместить всю твою чакру в Наруто.       «Хех… Я не против… Если уж он ужился с моей светлой частью. Однако я не могу отвечать за этого енота!» — Раздалось в голове Минато.       «Ха! Как будто у меня есть выбор! Полностью помирать, знаете ли, не охота!» — Выкрикнул енот.       — Хех… Уж не серчай, но я не смогу сейчас отделить тебя от Курамы, эээ… Как тебя…       «Шукаку!» — Резко выкрикнул он.       — Хорошо… — Минато сосредоточился и сложив несколько печатей, закатал рукав, и когда на его руке по самый локоть появился вытатуированный ключ от печати, а пальцы загорелись синими огоньками он возложил руку на середину живота Наруто. — Прошу… Пока ещё не поздно… «Печать Восьми Элементов!» — Под ладонью Минато засиял слепяще-яркий свет и вокруг поднялся ветер. Минато скривился, будто несмотря на воскрешённое тело почувствовал боль. Чакра быстро уходила из его тела перемещаясь и вновь, будто калённым железом выжигая рисунок печати на животе молодого парня. Минато вспомнил те последние минуты, когда он делал то же самое и перед его глазами лежал всё тот же кричащий младенец. Вскоре свет погас и Минато отшатнулся от алтаря сделав несколько шагов назад. На источавшем пар животе появился рисунок спиральной печати.       — Сработало? — Вопрошал Орочимару. Гурам также закончил и уменьшился ростом до уровня истощённого шестилетнего ребёнка. Когда он вытащил пальцы из груди Саске, багровые пятна, распространившиеся по телу последнего, а также клыки и когти поспешили исчезнуть, вместе с источающими пар ранами на теле. Глядя на всё это, Орочимару чувствовал, что оба парня сейчас живы по всем признакам, но уже прошла минута, а они ещё не пришли в себя.       — Не знаю… — Ответил Минато, с отдышкой глядя на Наруто. — С этого всё началось… Иронично, что так оно может и закончится… — Улыбнулся он. Цунаде с надеждой смотрела на алтарь вытирая слёзы с лица, а Орочимару с подозрением смотрел на Саске и полуволка.              

***

      Больно… Последнее, что я помню, будто меня разрывало на части, но сейчас было только очень холодно. Примерно последний час… Холодно. Боль куда-то ушла, уступая место сперва холоду, а затем становилось теплее и теплее. Я будто спал с открытым окном и меня укрыли тёплым одеялом, но вместо того, чтобы раствориться во сне, я всё лучше и лучше чувствовал своё тело.       Мокро… Почему вокруг вода? Почувствовав, что могу это сделать я открыл глаза и увидел лишь очертания потолка в темноте. Я куда-то плыл на спине, а от меня исходил слабый свет. Так я мог видеть воду. Мокрым лицом я всё лучше ощущал воздух. Странно всё это… Это одновременно похоже, но и не похоже на клетку Курамы. Вокруг не было стен, лишь что-то виднелось в непроглядной тьме, но разобрать, что именно я не мог. Я будто плыл в море, которое разлилось в огромном помещении.       Я умер?       Подняв руку, я увидел, что на моём предплечье всё ещё был, пусть и порванный, но тёмно-фиолетовый рукав кителя Хокагэ, через который виднелась кольчуга, а значит, что я сейчас в теле Наруто. В этом состоянии и не поймёшь, что происходит, но одно понятно, просто плавать тут дальше я не могу… Собравшись с мыслями, я преодолел свою лень и попытался встать на поверхность воды, что, пусть и не с первой попытки, но получилось. Теперь я точно весь промок... Странное посмертие, хотя… Скорее всего это не оно. Лучше бы я и вправду подох уже и отмучился наконец…       Сейчас даже и не страшно особо…       — А ты храбрец! — Прозвучал хриплый голос будто отовсюду перепугав меня своей внезапностью. — Твой взгляд на смерть сильно отличается от того, что был в моё время. Ты слишком легко рассуждаешь о собственной жизни и смерти. — Продолжал голос.       — Что-то мне это напоминает… — Поднимаясь на ноги, произнёс я. — Может уже покажешься? — Оборачиваясь по сторонам позвал я собеседника.       — Да будет воля твоя… Я предстану перед тобой. — Раздался голос уже за моей спиной, и я увидел ещё одно тело, от которого исходил слабый свет. Он был примерно в полусотне метров от меня. Парил в воздухе, а за его спиной на уровне шеи парил посох. Под ним я насчитал тринадцать идеальных, угольно-чёрных сфер. Кажется, эти штуки называли «Сферы Поиска Истины» или как-то так… Самого Рикудо я узнал сразу… Трудно его не узнать. Правда в этой версии, рога у него не были похожи на вторые уши как у Лунтика. Здесь он был больше похож на какую-то своеобразную, более человечную версию Бафомета. Всё та же длинная борода, серая кожа, посох и ярко-горящий фиолетовым светом Риннеган. Уж на него я успел насмотреться…       Медленно подходя к нему, шагая по воде, я вспоминал, что именно планировал ему сказать если всё же встречу его. В голове была полная каша и я едва помнил, что конкретно со мной произошло. Только обрывки боя с Мадарой…       — Ты не выглядишь удивлённым… — Заметил он.       — Ага…       — Знаешь кто я такой?       — Тебя… То есть, простите, Вас… Трудно с кем-то перепутать. Этот образ я уже видел… Ну, в прошлой жизни. Думаю, вы в курсе. — Он кивнул. — Если возможно, я хотел уточнить… Это вы выдернули меня из моего мира? Или что вообще произошло?       — Хм… Это сложный вопрос, и я сомневаюсь, что тебе дано во истину постичь это…       — Ну вы всё же расскажите, если нетрудно… Вроде бы, я не зарекомендовал себя совсем тупорылым. — Пожав плечами, произнёс я.       — Хорошо… — Прикрыв глаза произнёс он и притянул посох к себе в правую руку. — В том, что жители твоего мира называют «мирозданием», существует множество реальностей или миров. Большинство из них расположены весьма близко один к другому, если это возможно назвать расстоянием, как таковым. Но существуют и реальности подобные той откуда ты происходишь… Или думаешь, что происходишь, ведь другое не дано твоей памяти… Такие реальности отдалены как друг от друга, так и от большинства реальностей и ограждены от вмешательства. Но даже так… Трещины в творении существуют. Если в мирах, подобных этому они находят своё отражение в виде прямых брешей, через которые можно смотреть или даже входить, то, до твоего мира доноситься лишь «эхо» других миров в виде мыслей, намёков, снов, фантазий… Эхо могут совпадать с реальностью как полностью, так и частично, они могут оставаться в головах одного или множества людей временно или сопровождать вас большую часть истории. Возникать и угасать в разное время или даже эпохи… И это ещё далеко не всё… Ты – аномалия… Войдя в сон в определённой точке пространства-времени, ты попал в брешь гаснущего эхо, что, скорее всего, и способствовало переносу копии твоего сознания в этот мир.       — Хочешь сказать, что я – копия?! — Округлил я глаза.       — Эхо никак не может повлиять на материальную часть мироздания, а значит, скорее всего оно унесло лишь мысль, копию, через сон и сам истинный космос. Настоящий ты, скорее всего, даже ничего не почувствовал. Я видел такое много раз за более чем тысячу лет. Вот скажи мне… Можешь ли ты вспомнить имя девушки, которую любил в прошлой жизни? — В ответ я попытался и в голове тут же всплыл образ… Школа, её лицо… Потом первый поцелуй, но имя или даже о чём мы обычно говорили никак не всплывало.       Я покачал головой. Полный атас…       — Или же о чем ты больше всего жалел перед смертью? Или как умер?       — Вроде ехал куда-то… Чёрт… Хватит. Я понял… — Рикудо улыбнулся. — И что вот это вот всё случайность?! Нет за этим никакого тайного смысла или провидения?! — Он резко ударил посохом по воде и моё отражение сменилось на отражение молодого парня в таких же белых одеяниях как у Рикудо. Он стоял с уверенным выражением лица широкими карими глазами, чем-то даже похож на меня в детстве, но с растрёпанными в разные стороны, карими волосами.       — В этом мире ты – тень моего сына, Ооцуцуки Ашуры.       — Вот значит, как он выглядел… Похож… — Грустно произнёс я.       — Быть может уже ощущал ты присутствие чакры Ашуры внутри себя?       — Не, не помню такого… Хотя… Хех… — Выдохнул я. Разве только, когда использовал «Режим Мудреца» у меня получалось это делать дольше положенного времени и меня будто, что-то поддерживало. Словно во мне открывалось второе дыхание или вроде того... — Рикудо кивнул.       — Похоже на то… Ашура унаследовал мою волю и жизненную силу, а также сродство с природой этого мира. Его сила позволила ему стать живым воплощением «Аспекта Жизни» на этой земле. Сила «Мудреца» и необычайная выносливость тела – это лишь крохи пробудившейся в тебе чакры. Обычно после перерождения требуется не менее двадцати-тридцати лет, чтобы его реинкарнация ощутила хотя бы частичную связь с ним, но из-за освоения природной энергии, ты обрёл её куда раньше. Похоже, что «Аспект Памяти» оказался прав. Эхо в его сне говорило именно о тебе. Избранном, кто сможет назвать по именам всех девятерых Хвостатых и использовать их силу. Я ведь прав? — Улыбнулся он и из-под воды вынырнул Шукаку.       — Ты прав как никогда, дедуля, юхуууу! — Ухмыляясь кричал он.       — Ты?! Но ведь ты отказался обмениваться со мной чакрой тогда… — Вспомнил я, глядя на песочного енота.       — Многое изменилось! — Раздался за спиной голос всплывшего Курамы. Следом за ним на отдалении появились фигуры и остальных Хвостатых Зверей.       — Отец… Обещанный тобой день наконец настал.       — Да, мой дорогой Курама. — Глядя на него снизу-вверх произнёс парящий старик. — Пришло время, чтобы Дитя из Пророчества изменил этот мир, как когда-то это сделал я. — Он вновь глянул на меня. — Если ты знаешь обо мне, то, тебе наверняка известно и о моей матери. Сейчас, когда всё для её воскрешения собрано в единое целое, может случиться непоправимое и этого я боюсь больше всего…       — Не думал я, что Вы способны чего-то боятся… — Ответил я, почесав затылок.       — Не идеализируй моё существо… У моего разума, как и у матери такие же слабости, как и у всего разумного. Страх – одна из них. Как и эгоизм… Если этот мир стремиться к её воскрешению, то я тот, кто эгоистично хочет этому воспрепятствовать, не спрашивая желания и стремлений других. А ты?       — М?       — Чего ты хочешь от этого мира? Скажу сразу… Сейчас в тебе сила всех Хвостатых Зверей, что и призвало сюда мою душу. С моей помощью или нет, ты всё равно установишь куда более крепкую связь с Ашурой, я, своей чакрой могу лишь ускорить процесс, не более. Я хотел бы знать твой ответ…       — Мой ответ, говоришь? — Задумался я. — Хех… Знаешь, в прошлой жизни… — Вспомнил я. — Я до дыр заслушивал некоторые песни и строчки одной из них сейчас всплыли в голове.       И может быть ветер сильнее меня,       А звёзды хранят мудрость столетий       Может быть, кровь холоднее огня       Спокойствие льда, царит на планете, но…              Я вижу, как горы падут на равнины       Под тяжестью силы ручного труда       А где жаркий зной там стоять будут льдины       И там, где пустыня – прольётся вода…              Раз и навсегда…       По прихоти ума… — Процитировал я. — Там ещё много, но суть в том, что мир меняет не воля одного человека, пусть даже очень сильного, а лишь объединённая воля большинства способна на подобные кардинальные перемены. Весь мой путь доказывает лишь то, что как бы я ни был силён, всё равно я не смог всё кардинально изменить, хотя возможностей хватало… — Продолжал я. — Всё, что я могу и хочу сделать, это стать тем, кто объединит волю и устремления большинства в единую силу и поведёт за собой освещая им путь, который откроется мне со временем. Но если всё же никто за мной не пойдёт, то… Значит я оказался недостаточно хорош для них, но и так просто сдаваться, я не привык. Чем больше сила – тем больше ответственность. — Улыбнувшись процитировал я дядюшку Бэна.       — Вот значит, как… Тогда, знаешь ли ты о моём втором сыне – Индре? — Я кивнул. — И даже знаешь кто унаследовал его чакру?       — Саске…       — Верно. Твой путь мне ясен и понятен. Он похож на путь Ашуры, но ты видишь свою роль куда более чётко, а что если его путь также не совпадёт с твоим, как и пути моих сыновей?       — Если Саске пойдёт против меня, то, я остановлю его.       — Даже если придётся его убить?       — Нет, не придётся… — Произнёс я.       — Ты ведь уже знаешь, что здесь всё может повернуться совсем не так, как в твоих воспоминаниях об Эхо этого мира… Почему ты говоришь так уверенно?! — Повысил голос Рикудо.       — Пусть мы с этим парнем и не настоящие братья, но сам того не желая, я связал нас клятвенными узами, которые чувствую до сих пор. В этом мире, он действительно стал мне одним из самых близких людей. Он стал…       «Он стал…» — Произносил Саске.       — Моим братом.       «Моим клятвенным братом!» — Добавил он, глядя в глаза Рикудо.       — Поэтому я уверен в том, что так будет и так должно быть!       «Поэтому я уверен в том, что так будет и так должно быть!» — Произнёс Саске.       — Таков твой ответ? — Спросил старик, глядя в обе реальности.       — Да!       «Да!» — Уверенно ответил Саске.       — Тогда… Да будет так! Подойди ко мне… — Позвал он и вытянул вперёд руку для касания. Я подошёл и коснувшись его руки в тот же момент ощутил волну дрожи, проходящую черед все мои чакроканалы, а за спиной старика появилась зловещая фигура кого-то с печатями солнца и луны на ладонях… — Доверяю тебе силу Шести Путей… Сын мой!              

***

      Глядя издалека на павшее тело Мадары, некоторые шиноби решились подойти поближе, но после окрика Сакуры резко передумали продвигаться дальше.       — Неджи, можешь некоторое время понаблюдать за тем местом бъякуганом? — Попросила она. Он кивнул и активировал свои глаза. Сакура, доверив лечение Шикамару Ино, прилагала максимум усилий, над лицом Какаши, который мог лишь вздрагивать, пока оно постепенно зарастало. Весь его ворот и плечи были в крови, а остальная его кожа побледнела. Глядя на ужасные раны от ожога и оплавившиеся, частично вытекшие оба глаза, Сакура понимала, что не может себе даже представить той боли, которую перенёс сэнсэй. Сейчас она вколола ему дозу обезболивающего, но, даже так это всё равно должно чувствоваться ужасно. Единственное, что радовало её, так это исчезновение пробирающего до мурашек Кю, которое подавляло её силу примерно в три раза. Сейчас лечение шло куда лучше и жизни сэнсэя уже ничто не угрожало. — Что там происходит? — Вопрошала она.       — Тела обоих противников лежат, одно из них буквально источает чакру, но оно не шевелиться… Его чакра угасает.       — Хех… — Выдохнула она.       — Победа? — С надеждой спросил Чоджи.       — Не каркай! — Выкрикнул уже пришедший в себя и сидевший на камне, пока Ино колдовала над его спиной, Шикамару.       — Простите, но Гай-сэнсэй… — Обеспокоенно воскликнул Ли. — Что с Гай-сэнсэем? — Спросил он у Сакуры, которая осмотрела его, но проигнорировав решила сперва заняться Какаши.       — Не волнуйся так, Ли. — Ответила она, повернувшись к нему. — С ним…       — Со мной всё будет в порядке… Ататата… — Зажмурившись от боли, приняв сидячее положение ответил ему сам Гай. — Я чувствую, как восстанавливаюсь очень быстро…       — Похоже это одна из техник Первого-сама… — Произнесла Сакура. — Я ничего не смогу сделать, тут только ожидать.       — Постойте… Там, что-то снова происходит! — Доложил Неджи, и все напряглись.       Чёрная слизь из-под земли начала окутывать тело Мадары и захватив его со спины, будто плащ надевая своё лицо на него, как капюшон, Зецу заставил его тело подняться на ноги и открыть глаза, вновь засиявшие ярким светом.       — Воооляяя… — Прохрипел он телом Мадары. — Воля матери должна быть исполнена… — С этими словами он сложил печати Овцы и Змеи. Его взгляд устремился к луне, а глаза засияли ярко-фиолетовым светом. — Я призываю душу прародительницы! Забери мою жизнь, эту собранную чакру, душу и восстань! О Кагуя! «Техника Божественного Воскрешения!». — Внезапно, всё его тело загорелось зелёным пламенем, а на округу вновь обрушилось Кю невероятной силы. — АААААА! — Орал он, что было силы и его тело начало раздувать в большой белый шар будто из жира. Его размеры уже превышали небольшой дом, а оттуда стремились вырваться морды всех Хвостатых Зверей изрыгая синее и зелёное пламя, которое в вихре возвращалось назад в тело по спирали. Постепенно морды зверей оплавились, а тело начало сжимать обратно до человеческих размеров. Оно медленно превратилось в женщину уже с более тёмным оттенком кожи. Ростом она была под два метра, в тех же белых одеяниях, но куда более длинных и слега великоватых для неё. Её белоснежные волосы без всякого ветра развевало назад и в длину они отросли более десяти метров, а в ширь были около трёх. Тонкие руки с длинными пальцами выходили из длинных и широких рукавов. Её длинные и острые ногти светились алым светом и источая слабое белое свечение вокруг себя, она с высоты в пару метров ступила босой тёмно-серой ногой с алым маникюром на землю. Вызывая треск камней от концентрированной под ними чакры. С каждым шагом, земля хрустела под её ногами словно снег и медленно развернувшись лицом к отдалённым союзным силам, она открыла глаза, засиявшие в темноте ярким лунным светом, заставив Неджи вздрогнуть.       — Это же… Бъякуган! — Шокировано произнёс он. — Я не знаю, что здесь происходит, но судя по чакре в глазах той женщины, у неё совершенно точно Бъякуган, как у меня или Хинаты! — Произносил он. Сакура, Ино и Чоджи вместе с Шикамару ничего не смогли ответить.       — Погоди, дай мне подумать… — Попросил Шикамару и уронил лицо в ладонь. — Да что здесь вообще происходит?!       — Только её глаза намного… НАМНОГО сильнее. Количество её чакры направляемое в каждый из глаз превышает мой полный объём в десять раз! Я больше не вижу чакру Хвостатых или природную чакру… Всё смешалось в ней… Эта чакра… Чистая… — Сглотнул Неджи. — Она остановилась. Не похоже, что она собирает чакру для атаки. Она просто смотрит на нас.       — Что предлагаешь? — Спросил Шикамару подняв глаза. — Подойти поздороваться?       — Оставлять это явление просто так нельзя. У меня тоже Бъякуган, я пойду… — Поднявшись с одного колена, произнёс он.       — С ума сошёл?! — Выкрикнул Шикамару.       — А какие у нас ещё варианты?! — Криком ответил Неджи.       — Тц… — Шикамару не мог предложить ничего другого.       — Я пойду с тобой… — Неожиданно произнёс Ли. Неджи, не поворачиваясь, кивнул.       — Спасибо… — Улыбнулся он и использовал мгновенное перемещение на максимальное расстояние, а вслед за ним, то же самое сделал и Ли. Гай, глянув вперёд, с трудом поднялся на ноги.       Неджи оказался в двадцати метрах перед загадочной высокой женщиной в белом едва удержав равновесие после такого длинного прыжка. За его спиной приземлился Ли. С этого расстояния они оба видели разрез в середине её лба.       — Меня зовут Хьюга Неджи, если вы нам не враг и не собираетесь сражаться – назовитесь! — Потребовал он, глядя ей в глаза. От исходящего Кю его откровенно знобило. Сейчас он сконцентрировался изо всех сил покрывая себя чистой чакрой. В своих мыслях он рассчитал, что удержать этот покров сможет чуть больше пяти минут, потом потребуется передышка.       — Сражаться? — Вопросительно произнесла она звонким девичьим голосом. — Я не желаю сражений.       — Мы тоже… Прошу, назовитесь. — Повторил Неджи.       — Я называюсь Ооцуцуки Кагуя! — Громкость и сила её голоса, в который она вкладывала чакру, резал по ушам Неджи и Ли. — И я объявляю, что эта война окончена! — Провозгласила она на всё поле боя.       — Не к добру это… — Раздалось от Шикамару, который глянул вперёд и в низ с возвышенности.       — Дети мои… Усмирите свои чувства и займите предначертанное вам место в моём присутствии. — Она прикрыла глаза и открыв их произнесла. — На колени! — Её Бъякуган активировался. Всех шиноби впереди пробрало до костей, и они почувствовали непреодолимое желание встать на колени. Лишь джонины могли противиться и не падать на четвереньки в ту же секунду. Неджи и Ли которые стояли впереди будто пришибло огромным грузом и они согнулись пополам, но продолжали сопротивляться. Ли активировал четвёртые внутренние врата и загорелся зелёным свечением ауры, что позволило ему свободно двигаться.       — Ино! — Выкрикнул Шикамару. — Связь! Внимание всем на ближних рубежах атакуйте дальними техниками, не приближаясь! Ли, Неджи отходите! — Несколько сильных шиноби Облака зарядив свои кунаи и сюрикены чакрой молнии и шиноби Листа выдохнули пламя атаковав, но заряженные сюрикены приблизившись к ней испарились, а огонь погас даже, не долетев последние десять метров. Использовавшие техники шиноби оказались мгновенно пойманы и связаны её волосами. Хватка была столь сильной и плотной, что Неджи услышал, как трещат их кости, а их плоть на его глазах бледнела и худела. Словно само Божественное Древо, своими волосами она пожирала их чакру и жизнь. В отчаянной попытке, Неджи в несколько мгновенных перемещений ладонью рассёк протуберанцы её волос, освобождая, почти за секунду погибших шиноби и рванув к ней на полной скорости ударил её открытой ладонью в лицо. Эффект был такой же будто со всей силы ударить в стену. Он точно коснулся её лица, но даже её кожа не дрогнула. Свет в них на один удар сердца стал ярче и Неджи отбросило на пару десятков метров назад, полностью развеяв щит из чакры, и заставив его вскрикнуть от полученного удара. С большой скоростью он врезался спиной в землю и пропахал так ещё несколько метров. За её спиной тут же появился Ли открыв уже пятые врата и попытался с разворота пробить ногой в спину, но пусть он и смог коснуться её, его ногу тут же оплели её волосы, сломав ступню. Он среагировал сразу и кунаем обрезал прядь её волос. Всем телом использовав мгновенное перемещение, пока она, не оборачиваясь смотрела чётко вперёд. Сломанной ногой он приземлился на одно колено рядом с Неджи.       — Чёрт… — Поднимался последний отхаркивая кровь и глядя на пытавшегося отдышаться Ли. — Каким-то образом она сводит на «нет» все атаки чакрой. Моя ладонь утратила свою силу!       — А что насчёт физических атак? — Спросил Ли.       — Надо пробовать. — В тот же момент их накрыла тень от волны приближающихся к ним белоснежных волос.       — Оставьте бессмысленное сопротивление… — Раздавался голос. Мгновенным перемещением перед ними появился Гай уже источавший синее свечение седьмых врат и сложил знак своей атаки хлопнув в ладони.       — «Полуденный тигр!» — Выкрикнул он, направив удар чётко вперёд. Волосы женщины смело назад вместе со слоем почвы и камней. Её саму также накрыло сильнейшим ударом, напоминающим гриву белого тигра и его морду высотой около сотни метров. В секунду он вместе с Ли и Неджи оказался на дальнем рубеже переместив их назад. Его удар, подняв облако пыли и вспахав землю, совершенно точно задел её. На том месте где она стояла, женщины в белом уже не было.       — Ей хватило? — Произнёс вслух Шикамару. Ответом на его вопрос послужило мгновенное рассеивание облака пыли. Женщина стояла в самом центре вспаханной и остекленевшей земли на одном колене прикрывая своё лицо обеими руками и источая пар. Её одежда слегка порвалась, а кожа на лице и тыльная сторона рук была слегка повреждена, но быстро зарастала. В её взгляде читался гнев. Поднимаясь на ноги, она поправила волосы и медленно взлетала вверх. — Похоже, что нет…       — Спасибо вам, Гай-сэнсэй… — Округлив глаза до предела, произнёс Ли. Гай ничего не ответил и лишь повернулся лицом в сторону противника по-прежнему источая синюю ауру и сжимая кулаки.       — Шикамару-кун… — Обратился он к нему.       — Простите, Гай-сэнсэй, но… Я не знаю, что делать… — Сморщившись и сжимая кулаки дрожал Шикамару.       — Ясно… — Прикрыл глаза Гай. — Тогда, у меня нет выбора…       — Гай-сэнсэй… — Понимая, на что тот намекает, произнёс Ли. Гай повернулся к нему в пол оборота пока Кагуя медленно взлетала в небо и улыбнувшись показал большой палец. На глазах Ли появились слёзы.       — Вам ещё рано умирать… — Произнёс Гай. — Пришло время, Сарутоби-сама, папа… — Прикрыл он глаза и мгновенным перемещением прыгнул прямо к краю вспаханной им же земли выделяя огромное количество чакры. — Чтобы цвела новая зелёная листва, пришло время красному зверю сгореть в собственном пламени! — Произнёс он и его чакра буквально взорвалась алым столбом. — «Восьмые врата! Врата Смерти! Открыты!» — Кричал он что было сил обращая на себя внимание Кагуи, что от потока, заряженного чакрой воздуха была вынуждена прикрыться ладонью. Она парила на высоте примерно в сотню метров прямо перед Гаем и смотрела на алый столб сверху вниз.       «Что это за чакра?!» — Проносилась у неё в голове.       «Да и чакра ли это вообще?! Он…» — Она смотрела на него активированным бъякуганом.       «Этот человек будто сжигает саму свою жизнь…»       Прыгнув вперёд и вверх, Гай бежал к ней по воздуху и размахнувшись уже был готов нанести ей удар прямо в лицо, но прямо перед этим она исчезла и мгновенно появилась за его спиной.       «Быстро… Я даже не уловил её перемещения! Телепортация?!» — Пронеслось у него в голове пока её волосы начали опутывать его.       «Впрочем… Я могу ещё быстрее!» — Алой молнией он сместился на пару десятков метров вверх, разрывая её волосы в клочья и оказался прямо над её головой взмахнув кулаком. Она едва успела поднять голову как на неё обрушился поток воздуха невообразимой силы. Покров чакры вокруг её тела сдувало и чувствуя возрастающее давление она прикрылась руками и когда покров полностью сошёл на «нет» она полетела вниз, пробивая в земле ещё большее углубление с грохотом и облаком пыли. Гай ощутил, как кости его руки и плечевого суставов треснули и сморщился. Сейчас его волосы и густые брови были похожи на алый костёр. Глаза были залиты кровью, которая испарялась в его алой, видимой глазу ауре.       «Ужасная боль… Но, я привык к этому… В следующий раз я не остановлюсь!»       — Что это?! — Недоумевал Неджи. — Что делает сэнсэй?!       — Это… Это завершённая версия техники восьми внутренних врат! — Ответил ему Ли. — Гай-сэнсэй… Решился отдать свою жизнь!       «Я и представить не могла, что чакру, которую я оставила этим людям можно использовать подобным образом…» — Вновь развеяв пыль и глядя вверх на Гая, распластавшись на земле, думала Кагуя.       «Это чистая, неудержимая сила, испаряющая саму его кровь!» — Проносилось у неё в голове, и она резко взлетела вверх быстро восстановив покров из чакры на коже и вернувшись на ту же высоту рядом с Гаем.       — Ты защитник этого рода?! — Вопрошала она. — В доступных мне воспоминаниях я не нахожу подобной силы… Ты превосходишь пределы человека, но какой ценой?       — Во имя Конохи, моего Короля и будущего этого мира, плевал я на цену! Это твоё место на коленях! Держись, ведьма! Юхуууу! — Раздалось от Гая, который начал летать по кругу разгоняясь до невообразимой скорости. Алой пулей он летал сперва по одному кругу по горизонтали, потом по вертикали и завершил тем, что описывал вокруг неё сферу по всем направлениям и внезапно исчез.       Спустя один удар сердца с разницей в пол секунды её накрыло поочерёдно шесть воздушных потоков той же силы со всех направлений. Тело начало покрываться трещинами, а из открывшегося рта брызнула кровь. Волосы опутали её в кокон и частично прикрыли от давления, но внезапно, Гаев вокруг неё стало двенадцать. Они алыми пулями врезались прямо в неё побивая насквозь и разрывая этот кокон вместе с её одеянием, а также вновь вынуждая её упасть на землю с высоты более чем в сотню метров. Вместе с ней в паре десятков метров приземлился и Гай, пытаясь отдышаться. Алое пламя его ауры заметно уменьшилось и теперь едва горело на спине, ладонях и ступнях. Его ноги дрожали, и он едва мог стоять, молча перенося сильнейшую боль. Поднимаясь на ноги, женщина в испачканном и окровавленном белом одеянии, источая пар отхаркивала кровь, но трещины на теле уверенно сходили на нет, а волосы отрастали. Лишь по её лицу была размазана кровь изо рта и носа.       — Жалкий человек… — Раздавалось от неё, когда она, пошатываясь, вставала на дрожащие ноги утирая кровь на подбородке.       «Даже этого недостаточно…» — Пронеслось в голове Гая.       «Всё, что осталось… Ночной Гай! Это будет мой последний удар!» — Подумал он и встал в низкую стойку вновь воспылав алым факелом ещё ярче. Вытянув руку вперёд, она собрала вокруг себя чистое природное электричество в ярко-фиолетовые вспышки молнии и за секунду придав им форму огромного призрачного дракона, направила его характерной слепящей вспышкой прямо на противника.       — Исчезни… — Раздалось от неё, но Гай ответил поднятием головы алого усатого дракона, который буквально сожрал её громового фиолетового и рассекая её молнию устремился к ней с последним отчаянным ударом вызвавшим взрыв в месте попадания, поднявший ещё одно облако пыли и накрывший Союзные Силы ещё одной мощной ударной волной.       — Да что там твориться?! — Раздавалось от Шикамару, когда грохот и звон в ушах слегка притихли. Алый огонь потух и на краю у источающего дым кратера, пространство исказилось и из, будто вырезанного тёмного полотна, вышла Кагуя, глядя на место удара своего противника светящимся бъякуганом и открывшимся в её лбу кроваво-красным глазом с шестью зрачками, медленно вращающимися вокруг центрального, каждый по своей орбите.              

***

      Видя вспышки и слыша грохот в той локации, где находилось дерево, Цунаде, Минато, Тобирама, Орочимару и Гаара не заметили, как Саске и Наруто резко поднялись на ноги. Только с их первым шагом все резко обернулись. Лишь Гурам стоял на одном колене перед Саске и глянув на него прикрыл глаза, позволив себе окаменеть. Саске и Наруто не сговариваясь и не глядя на остальных, шагом вышли вперёд под их удивлённые взгляды. На правой ладони Наруто сиял светящийся белый круг, а его глаза с крестообразным зрачком источали золотой свет. На левой ладони Саске свет будто поглощался чёрным полумесяцем. Его правый глаз из-под чёлки горел алым, а левый фиолетовым. Поднявшийся ветер поправил его волосы заставив всех увидевших эти глаза вздрогнуть.       Стоя рядом они не смотрели друг на друга, вглядываясь в даль, откуда доносился грохот и взрывы и вновь продолжался бой…       — Нам пора! — Нарушив звенящую тишину произнёс Саске.       — Да! — Раздалось от Наруто, и они оба исчезли мгновенным перемещением.