Сумерки. Возрождение.

      Мгла вокруг ослепляла. Настолько, что было не понятно — открыты глаза или закрыты. Картинка оставалась одинаковой. Глухой и черной. Туфли быстро застучали по каменным плитам в такт биения сердца, которое так сильно билось, что казалось — стук отражается от пустоты и улетает дальше в бесконечную мглу. Рука сильнее сжалась на палочке. Охрипшим голосом повторила:       — Люмос.       Но ни намёка на свет. Ни маленького лучика. Палочка была бесполезна и будто недосягаема.       Пустота за спиной стала обретать формы. Ощущение взгляда на лопатках обжигало холодом. По щиколоткам пробежались ледяные прикосновения. Юфимия резко обернулась. Выставляя палочку вперёд.       Никого нет. Только глухая и одинокая мгла.              — Люмос! — вскрикнула она, дернув палочкой сильнее, но та оставалась безжизненной веткой в руке. Выбросить бы ее, но это единственное, что она чувствовала в этой пустоте.       Покрепче вздохнула холодный воздух, пытаясь отрешиться от чувств, что порождают прикосновения, взгляд и мгла, Юфимия свободной рукой стала пытаться нащупать хоть что-то, но пальцы хватали пустоту.       Она попыталась сглотнуть, но во рту было слишком сухо. Сердце отплясывало где-то в районе горла.       Куда идти?       Туфли вновь застучали по плитам. За спиной опять что-то ожило, будто так и ждало, когда она обернется. Ледяные пальцы уже ощущались на бедрах.       Никогда не показывай паники.       Цепкие, ледяные, похожие на длинные ветки прикосновения обхватили оголенные плечи. Юфимия побежала. Нет-нет-нет. Она не готова.       К чему?       Прикосновения с тела резко исчезли, и, запнувшись обо что-то, она полетела вниз. Палочка с влажным стуком улетела куда-то, туфли затерялись во мгле. Страшная догадка поселилась в сердце и она медленно поползла к причине падения.       Пальцы впервые за долгое время, — а казалось, она ходит во тьме уже целую вечность, — прикоснулись к чему-то. Мягкому и холодному. Она протянула руку вдоль, обхватывая чужую ладонь. Мертвую.       Сглотнув, Юфимия потянулась к шее человека — нужно проверить пульс. Но пальцы обхватили рыжие волосы, заставляя застыть каждой клеточкой своего тела.       — Джинни? — во тьме стали обрисовываться формы. Вздернутый нос, обсеянный веснушками, карие глаза смотрят безжизненно, огнева волос стала тусклее. — Джинни! — она дернула за плечо, но добилась лишь того, что безжизненная голова упала набок, смотря на нее пустым взглядом.       Юфимия дернулась назад, — это невозможно! — и наткнулась на еще одно тело.       — Рон?       Под ногами вместо холодного камня появилась влажная трава, а все вокруг осветилось языками яркого костра. Юфимия потянулась к Рону, но, когда уже почти коснулась его, он растворился.       — Я всегда считал смерть главной слабостью, — раздался шипящий голос и Юфимия резко подняла голову. За пламенем огня зажглись двумя рубинами глаза.       Воландеморт любовно поглаживал свою палочку, смотря на Юфимию, которая сразу поднялась с колен и стерла слезы, которые не заметила, как увлажнили ее щеки.       Она тяжело вздохнула лесной влажный запах. Юфи уже дышала им. Удивительно, но она больше не чувствовала страха или гнева при виде своего врага.

Скрюченный под лавочкой кусок души. Изуродованный и одинокий.

      — Мне жаль тебя, Том.       За спиной вновь стала сгущаться тьма. Она почувствовала пустой взгляд на своем затылке. Плечи обхватили костяные пальцы. Но они перестали пугать. Юфимия уже стояла здесь, на этой самой опушке, и не боялась.       Воландеморт будто не слыша ее продолжил:       — Что принесла тебе твоя бессмысленная погибель? — лысая голова по-змеиному склонилась набок, а рука с палочкой замерла. Костер мелькнул, и вокруг все стало так как она помнит: Воландеморт напротив, холодных воздух, костер, плач Хагрида, смех Беллатрикс, Пожиратели Смерти. — Девочка-Которая-Выжила пришла умереть…       Костяная палочка поднялась. Юфимия не думала сбегать или скрываться. Она приподняла подбородок, игнорируя собственное сердце, отбивающее последние удары. Она сделала это однажды.

Смерть — это очередное путешествие для высокоорганизованного разума.

      — Авада Кедавра!       Зеленый луч полетел навстречу, а ледяные пальцы из мглы сильнее сжались на ее плечах, притягивая к холодному дыханию и шепоту миллионов голосов:       — Мой дар.       Луч стал чёрным — поглощающая темнота, в которой она бродила до этого вечность. И ударил обжигающим поцелуем в грудь, толкая назад. Тело полетело в ледяные объятия.

***

      Юфи падала, пока затылок не стукнулся о пол — так сильно, что из глаз потекли слезы, а в носу засвербило. Простонав, она схватилась за затылок, но от движения в груди сильнее зажглась боль.       Что произошло?       Аккуратно приоткрыла один глаз — белоснежный потолок и несколько постеров на фиолетовых обоях.       Точно. Комната Изабеллы Свон.       Ей снилось что-то очень неприятное. Но сознание никак не хотело хвататься за образы. Только тьма, ледяные прикосновения, и обжигающая боль. Что, кстати, напоминала о себе до сих пор. Откашлявшись Юфи оттянула влажную от пота майку.       — Что за… — прошептала она, аккуратно прикасаясь к кровоточащей и воспаленной ране на груди.

***

      День — драконье дерьмо, если начался именно так. Мокрые от пота простыни и майка. Колотящееся о рёбра сердце. Которое ни на секундочку не прекращало свое одинокое сальсо, потому что пальцы то и дело ощупывали солнечное сплетение, будто желали найти, что больше ничего ужасающего не украшает ее тело. Но каждый раз Юфи разочаровано цокала языком — новая проблема никуда не исчезла.       Она старалась, — честно! — отыскать в голове образы из сна. Вспомнить что-то еще помимо мглы и пальцев-веток, но добилась лишь острой рези в висках. Которая усугубляла положение — думать о чем-либо Юфи с такой болью не могла.       Ей часто снились кошмары. Она просыпалась, сушила простыни и убирала жуткие образы в ментальную шкатулку. Юфимия бы и эти странные обрывки сна слила в утиль. Просто постояла бы под ледяным душем, выпила кофе и отправилась дальше отыгрывать Беллу. Если бы не одно «но»: пальцы вновь коснулись красной воспалённой кожи, и Юфи слегка зашипела от боли.       Нужно решать проблемы по мере их поступления. Оттянула ворот футболки, разглядывая покрасневший бинт.       Это — проблема.       Что из себя представляют раны Юфимия не смогла понять. Кожа была слишком воспаленной, хоть и перестала кровоточить очень быстро.       Может ночью укусил вампир?       От этой мысли Юфимия так и замерла с оттянутым воротом футболки в руке, распахнув глаза и по-новому глядя на повязку.       Вид не своего лифчика, натянутый сверху, тоже малость добавлял раздражения.       — Белз, я тебя жду, — раздался стук по двери. И Юфи, вздрогнув, отпустила ворот футболки — самой большой, что она нашла в шкафу, чтобы не тревожить рану тканью. И грустно взглянула на дверь. Чарли был стабильно положительным элементом ее непонятной жизни. Он, видимо, почему-то не любил сокращённое — «Белла». Называя ее лишь «Изабелла» или «Беллз». За такое она готова готовить ему лазанью. Но точно не сегодня.       Юфимия похлопала себя по щекам и потрясла головой, пытаясь найти себя в этом беспорядке.       Я в Форксе. Все считают меня Бэллой. Разберусь с новыми данными позже.       Кивнула сама себя и, схватив рюкзак, направилась к ожидающему ее в машине Чарли. Тот недоуменно нахмурился:       — Ты поедешь так? — он махнул на неё рукой и Юфи посмотрела вниз.       — Сегодня тепло, — просто пожала плечами, застегивая ремень безопасности, — кофта в сумке.       — Ну да. Линзы. Новый стиль. Пешие прогулки после школы, вместо пикапа. И все такое, — сбивчиво сказал Чарли, поправив усы пальцами. — Будем считать я понял, - и добавил, - мне это нравится.       Юфимия с натянутой улыбкой кивнула, незаметно оттягивая ткань от груди. Почему так больно? Казалось, что с каждой минутой боль становится только сильнее.       Путь до школы оказался близок.       Вот, видишь, Юфи - не все так плохо. Пешком идти недалеко. Мне не нужно изучать, как работает пикап.       — Будь осторожен, — сказала она Чарли и получив в ответ: «Ты тоже», вышла из полицейской машины, знакомясь с новой школой.       Кирпичное здание было таким же, как и на фото, найденных в интернете. Вчера она потратила почти всю ночь на штудирование различной информации. Теперь она знала, что Форкс назван в честь вилки трех рек, в нем одна больница, а в резервации есть пляж Ла-Пуш, куда любят заглянуть любители серфинга. И заочно познакомилась с одноклассниками через Фейсбук, листая их фото и глупые цитаты на страничке.       Юфи подтянула на плече рюкзак и вновь покосилась на свою грудь. Как сделать день еще хуже? Отправиться на уроки в маггловскую школу.       В младшей школе Дадли профессионально отгонял от неё друзей и с ней никто не хотел общаться. Юфи была тем самым учеником, которого никто не выбирает в свою команду на физкультуре.       Кстати, сегодня в расписании физкультура. Оставалось надеяться, что у Беллы нет в школе своего Дадли.

***

      — И как это, черт возьми, произошло? — жаловался владелец странички фейсбука, набитой газетными вырезками. Им оказался Эрик - парень в очках и с огрызком карандаша за ухом, кто сейчас пытался оттереть мокрым платком свои пальцы, щедро измазанные в синих чернилах.       — Да ладно, перепишешь, — заботливо сказала Анджела, — не расстраивайся.       — Анджела, — парень тыльной стороной руки подправил очки, — ручка прям в руке взорвалась! Я не вру!       Вообще-то правда не врет.       Юфи с шумом втянула сок через трубочку упаковки. На тригонометрии нарисовалась новая проблема (будто их и так маловато) — в виде контрольной, написанной цифрами и приправленной буквами.       Эрику не повезло — он сидел ближе всего к ней и его лист был соблазнительно исписан ответами. А Юфимии повезло — магия, не смотря на отвлекающее жжение в груди, сработала почти как надо. Она хотела незаметно стащить копию его работы. Но вот конфуз — ручка в руке Эрика взорвалась, а лист с ответами появился у нее под носом.       Прости, Эрик, но в этом мире выживает хитрейший.       — Ну все, — вдруг встрепенулся Эрик и стукнул измазанными в чернилах пальцами по столу, — быть статье: «Эрих Краузе — испортите свою жизнь в самый неподходящий момент».       — Как-то плосковато, — отметила Джессика, любимая цитата на страничке фейсбука: «Красота-спасёт мир». — Ты знаешь, как-то не цепляет.       — Плосковато? — наиграно возмутился Эрик. — Это была настоящая магия вне Хогвартса!       Юфимия вздрогнула оторвавшись пальцами от ворота футболки и не удержала слегка ехидного:       — Ты что, любитель Гарри Поттера?       — Это же мир магии, Белла! Кто не хотел стать Гарри Поттером?       Юфимия грустно улыбнулась.       Вообще-то, уважаемый, Поттер сидит напротив тебя.       — Уже показывают трейлер, — сказала Анджела, взявшаяся за помощь в отмывке пальцев Эрика, — «Гарри Поттер и Принц-Полукровка» — в июле будут показывать. Давайте сходим, пока не разъедемся по колледжам?       Юфи тяжело вздохнула. Этот очкастый с молнией на лбу уже раздражал.       И каким психопатам нравится ее жизнь?       Попивая сок она наблюдала, как ребята за столом стали смеяться, обсуждая трейлер, а Майк, — цитата фейсбука: «Если жить, то красиво. Если взгляд, то четкий. Если любить, то всем сердцем», — выхватил трубочку из своего сока и стал размахивать ей, приговаривая: «Не левиоса, а левиоса».       Да. Точно. Ее жизнь может понравиться только ненормальным.       Трубочка в руке Майка заставила Юфимию замереть. Она помнит это во сне. Вернее ощущение — безжизненный кусок ветки. Правая рука машинально сжалась. Она проснулась не только со странными ранами на груди, но и с подсознательным пониманием — палочка в этом мире бесполезна. Магия здесь работает совсем иначе.

— Нужно в библиотеку, —

прозвучал призрачный голос Гермионы.

      Ну конечно!       — Ребят, — привлекла внимание веселящихся одноклассников, — а есть хорошие библиотеки поблизости?       На неё посмотрели, как на сумасшедшую. Юфимия прикусила язык — Белла живет здесь уже год. Она точно должна знать о наличии библиотек.       — Только книжный в Порт-Анджелесе, — ответила Анджела, пожав плечами.       — О, — Юфи улыбнулась, — забыла.       Неловкую ситуацию разрушило появление другой девушки.       — У меня есть новость, — торжественно объявила блондинка, выхватывая из рук Майка импровизированную палочку, и перетягивая на себя все внимание. Лорен Мэллори. Цитата на страничке фейсбука: «Теперь я люблю только одного человека — себя. Потому что точно знаю: уж эта тварь меня не предаст».       И зачем они это пишут на своих страничках?       — Тайлер предложил горячую идею, — девушка наигранно затянула последние слова. — Его предки, уходят на тусовку десятого…       — В честь пенсии Нельсона! — подхватил Эрик, прервав девушку. — Так мои тоже.       — Заткнись, — бросила Лорен, поджав губы. — Ну вот. Эрик все испортил. Ты, в отличии от Тайлера, не предлагаешь устроить тусовку у себя!       За столом раздались улюлюканья. А Лорен, получив свою порцию славы, продолжила:       — Только выпускной класс. Предки Тайлера после старперской вечеринки заночуют у Нельсонов. Поэтому, — девушка вновь вошла в роль, приподняла подбородок и откинула осветлённые волосы за спину, — все приглашены в вечер субботу, на самую балдёжную вечеринку.       Джессика захлопала в ладоши, как маленькая девчонка. И за столом все обменялись радостными улыбками — видимо, в городке очень мало развлечений.       — Я организую список покупок, — Эрик вытянул из-за уха карандаш и достал из кармана потрёпанный блокнот. — Почему Тайлер так долго думал? Газета уже в печати!       Пока ребята были заняты препирательством - как подготовиться к мероприятию - Юфи, попрощавшись, что заметила только Анджела, поскорее пошла на улицу.       Воздух обрел нотки сладости и свежести. Боль в груди стала лишь раздражающим фактором. Второе дыхание открылось. Есть цель, спасибо голосу разума в виде Гермионы — ей нужно в библиотеку!       — Белла, — позвал Майк и она обернулась. Мерлин, она уже стала откликаться на это имя, — ты не идёшь на физкультуру?       Какая физкультура? Нужно в библиотеку.       Гермиона расцеловала бы за эти мысли.       — Я на выходных головой стукнулась, — сразу нашлась Юфимия и уже хотела пойти дальше, но парень продолжил:       — Эм, — он почесал затылок, — слушай. Я это… У меня есть дела в Порт-Анджелесе. Так давай перед тусовкой Тайлера?       Юфимия нахмурилась:       — Что давай?       — О, да, — парень неловко моргнул. — Ну я по делам, а ты в книжный, — и зачем-то уточнил, — В Порт-Анджелес       Ого. Очередной водитель? Юфимии частенько везло — вовремя отскочить от проклятия, почувствовать опасность, убить огромную змеюку маленьким мечом, но вот такая череда везений на водителей слегка смущала.       — Почему?       — Что почему? — Майк в вопросе склонил голову.       — Ты решил меня подвезти? Бензин не оплачу.       — Да не… просто, ну знаешь, наш поход в кино прошёл ужасно. Из-за меня. Считай это моим извинением.       Юфи подняла бровь. Она читала в письмах о походе в кино. Тогда почти все отказались. Что натворил Майк она не знала, да и прошел уже месяц.       Но жизнь научила — если за ухом ничего не свербит, то принимай помощь.       — Окей. Но мне нужно сегодня, — она вновь оттянула ворот футболки. — Вообще-то прямо сейчас.       Майк ярко улыбнулся и закивал.       Машина Майка, была лучше, чем Беллин красный монстр. Педалей было всего две и к ручнику парень прикоснулся всего несколько раз за поездку — разве не прекрасно?       В машине витала какая-то непонятная для Юфимии неловкость. Неловкость порождала желание укутаться в свои мысли. А мысли были наполненны холодными ветвистыми прикосновениями, жжением в груди, бесполезной палочкой, сжатой в ладони.       Рука без ее ведома постоянно касалась ворота футболки, каждый раз напоминая о проблеме. И чем дольше они ехали, тем сильнее ноги превращались в желе. Она не была гением, как Гермиона. У нее не было большой семьи, у которой можно попросить помощи, как у Рона. Она одна. В огромном мире. И вся надежда возложена на книжный магазинчик Порт-Анджелеса.       Юфимия легко ориентировалась в сложных ситуациях — когда проблема стоит прямо перед тобой и прожигает гневным взглядом. Но, когда до проблемы было не дотянуться, появлялась она — паника. Слишком много мыслей в голове и слишком мало действий - это заставляло сердце трепетать от желания уже что-то сделать и куда-то побежать. Но бежать и делать было нечего, и от такого коленки-то и дрожали.       Мерзопакостное состояние.       Когда они пересекли табличку Порт-Анджелес, сегодняшний водитель решил заговорить:       — Так тебе не нравится Гарри Поттер?       О, я ненавижу этого очкарика.       — Вроде того, — неоднозначно ответила Юфимия.       — А всем нравится.       Юфи пожала плечами. А что тут сказать? Вы, ребят — сумасшедшие.       Парень замолчал, покусывая губу, будто желая еще что-то сказать, но так и не успел. Машина припарковалась около книжного магазина.       — Может, мне с тобой? — выглянул в окно Майк, когда Юфи уже покинула машину.       Чтобы ты видел, как я ищу книги по магии? Спасибо, но нет.       Ей достаточно, что квилеты из резервации считают ее самоубийцей. По крайней мере, Эмили слишком непрозрачно намекала на свои мысли.       — А тебе разве не нужно по делам?       Парень стушевался и промямлив, — «Эм, ну да, встретимся здесь через час» — уехал.       В книжном ее заботливо проводили к маленькому и видимо непопулярному стенду с книгами по гаданию и силе мысли. И, естественно, радостно показали стопку с «Гарри Поттером». Сегодня что — у всех помутнение рассудка? Скорее всего — у нее.       Теребя ворот футболки она направилась в другой магазинчик, что посоветовала разочарованная продавщица. Второе пристанище книг оказалось совсем небольшим. Маленькое помещение, обветшалая вывеска, а когда она зашла внутрь, по телу пробежали мурашки и она интуитивно нашла причину — по косяку двери были вырезаны руны. В Хогвартсе она их не изучала. Как-то не до этого было. Но Гермионе нравилось.

— Руны основополагающая многих чар! Если разобрать структуру, — глаза Гермионы лихорадочно блестели, Рон по-соседству грустно смотрел на плюй-камни, в которые они с Юфи играли, пока их не настиг интеллектуальный шторм, — то можно легче запомнать заклинания и даже создавать!

Рон приувеличенно зевнул:

—Теперь мы можем дальше поиграть?

      — Добро пожаловать, — от рун на дереве Юфи отвлёк продавец. Волосы, чёрные как смоль и длинные, кожа смуглая. За спиной на стойке висели различные амулеты с рунами, изображением волков, куколки и ловцы сновидений.       Надеюсь, что он тот индеец, что просто квилет, а не тот индеец, что волк.       — Здравствуйте, — она подошла к стойке, — у вас есть книги по магии?       Мужчина посмотрел на неё хмуро и внимательно. Сказал:       — Таро и гадания можете найти в…       — Нет, — прервала она его, — мне нужны нормальные книги.       Мужчина молча продолжил внимательно разглядывать ее темным взглядом. Стало неуютно.       — Вы почему так на меня смотрите?       Продавец провёл взглядом по дверному проему украшенного рунами. Ответил:       — Вы в прошлом году брали книгу по легендам квилетов.       — У вас хорошая память, — продавец твёрдо кивнул. И вновь посмотрел на нее своим темным взглядом. Серьёзным таким. Мерлин, ну что с ними не то? — Так … книги-то есть?       Получив стопочку книг, в которую она попросила вложить все-все, что есть, — и это все-все было сложено под тяжелый взгляд. Интуиция молчала — значит мужчина просто был своеобразными и не нес никакой опасности, кроме дискомфорта. Но зато она поняла, почему магазинчик такой затхлый. Кто бы захотел в него заходить? Она ощущала себя, как после зельеварения, проведенного под черными очами Северуса Снейпа.       Почесав уже менее болящую грудь, — может Гермиона не зря любит книги? Юфи прям ощущает вдохновение и исцеление от стопочки покупок, — она направилась к магазину с одеждой.       Она уже давненько тут и много пережила. Заслужила же она свое личное нижнее белье?