Глава 3
17 июля 2023 г., 22:13
— Проснись и пой! — вонзается в спящий мозг женский голос, и Олег испуганно подрывается на кровати.
Голова тут же отзывается протестующей болью, и Шепс недовольно стонет, хватаясь рукой за лоб, и смотрит злобно на Иру. Та смеётся, абсолютно удовлетворённая своим поступком.
— Солнце давно уже встало, а тебе и так дали поспать дольше, чем всем остальным, — заявляет подруга, — так что поднимай свою задницу и пошли есть.
Олег морщится, подумав о еде, на что слышит новый смешок. Он до сих пор ещё немного дезориентирован.
— И чего ты такая счастливая? — хрипит Олег, медленно садясь на кровати, спуская ноги.
— Я тебе расскажу, если ты расскажешь, что у вас вчера было ночью? — играет бровями Ира и падает рядом с ним на кровать.
Олег тут же вспоминает, как едва не посмотрел порно в главных ролях с братом и его парнем, и тут же краснеет, с тихим стоном закрывая лицо ладонями. Боже, как же стыдно! И ведь он был готов ничего не делать и просто наблюдать — в тот момент это казалось единственно правильным решением.
— Олег? — зовёт его через пару десятков секунд Ира и хватает за плечо, склоняясь ближе, — неужели ты лишился девственности и не помнишь этого?
— Завались, а? — жалобно просит Олег, а потом растирает щёки до неприятного жжения, — ничего не было.
— Так уж и не было, — недоверчиво тянет Ира, — а если я скажу, что видела, как Димка ночью заперся в туалете на добрых двадцать минут, а перед этим я слышала очень даже однозначные стоны? Наша комната напротив, малыш, я всё знаю.
— Да правда ничего не было! — возмущается Олег и сжимает переносицу пальцами, — когда Дима с Сашей пришли, я сделал вид, что сплю. Они решили потрахаться, но что-то в процессе… не заладилось. Как я понял, Саше было неудобно, что я на соседней кровати, и он отправил Диму в душ понятно зачем. На этом всё.
Игнатенко выдерживает паузу, будто ожидает ещё каких-то слов, а потом разочарованно вздыхает.
— А я-то думала, — тянет она, — между вами ведь так и искрит!
— Чего? — хмурится Олег, а потом мотает головой из стороны в сторону, только после этого понимая, что это плохая идея, ведь голова тут же отзывается неприятной ноющей болью, — Ир, не неси ерунды.
— Это и не ерунда, — хмыкает Игнатенко, — ты разве сам не заметил, что Дима тебя ко мне ревнует?
— Дима? Меня? К тебе?
— Да, да и да, — три раза толкает его в плечо девушка, — он же взгляда с тебя не сводит, если только с Сашей не милуется.
Олег недоверчиво смотрит на подругу. Она над ним издевается и невольно даёт почву для существования его и так больных мыслей.
— Поверь мне, я знаю, как выглядит ревнующий Матвеев, — закатывает глаза Ира, — а ещё я знаю, как он флиртует.
Она многозначительно дёргает бровями.
— И как же? — фыркает Олег.
— Ровно так, как ведёт себя с тобой, — Игнатенко поднимается на ноги и похлопывает Шепса игриво по щеке, от чего он пытается увернуться, — посмотри чуть дальше своего носа.
Девушка пытается ущипнуть за этот самый нос.
— Мне всё равно, что ты там думаешь, — решительно отвечает Олег, хватая шаловливые руки подруги, — я уверен, что это просто манера общения Димы. Тем более, он встречается с Сашей — какой может быть флирт?
— А кто сказал, что твой брат против? — Ира нагло приближает своё лицо, едва ли не стукаясь с Олегом лбами, — пересмотри свои… родственные желания.
Так, всё, это пора заканчивать.
— Ты мне, вообще-то, обещала рассказать, чего такая счастливая, — напоминает Олег и поднимается с кровати.
Пить хочется до ужаса. Нужно переодеться и скорее спуститься вниз. Он хватает чистую футболку с эмблемой Нирваны.
— Астрид после вчерашних стонов начала возмущаться происходящим, — с довольной усмешкой говорит Ира, — мы с ней кое о чём поболтали, и я на удачу сказала, что мне не хочется спать одной: а то в соседней комнате любовь, а у меня нет. И она легла ко мне. Представляешь?
— И вы просто спали? — не веря, вскидывает брови Олег и натягивает джинсы.
— Да, всю ночь обнимались, — с придыханием произносит Игнатенко.
— Стареешь, подруга, — фыркает Шепс, на что получает недоумённый взгляд, — раньше ты соблазняла всё, что движется, а тут целомудренные обнимашки. У тебя кризис? Температура? Дай-ка проверю.
Олег тянет руку, чтобы приложить ко лбу Иры, но та ловко отбивает её и возмущённо распахивает глаза.
— Я тебя сейчас ударю, Шепс, — максимально серьёзно говорит она.
— Воу, мы перешли на фамилии? — Олег драматично прикладывает ударенную руку к груди, — неужели всё так серьёзно? Тут нужно в больницу. Срочно!
В итоге Ира всё же набрасывается на него, метко целясь кулаком в живот, но Олег, ожидавший этого, только уворачивается со смехом. Игнатенко не сдаётся, проскальзывает под его рукой, пытаясь напасть во второй раз. Олег блокирует её удары, что становятся всё агрессивнее, а ему лишь ещё смешнее, что, кажется, только и злит Иру. Она всё же прописывает ему парочку ударов, но в результате оказывается прижата спиной к Олегу, пока он крепко сжимает её тонкие запястья.
— Козёл, — возмущённо фыркает она, сдувая мешающий с лица волос, — я тебе, значит, доверяю, а ты меня идиоткой пытаешься выставить.
— Почему же пытаюсь, — едва совладевая со смехом, говорит Олег, на что Ира начинает лягаться.
— Вы опять тут разводите брачные игрища? — слышится холодный голос со стороны входа.
Олег отвлекается и слишком поздно понимает, что Ира не побрезгует воспользоваться возможностью. Она со всей силы бьёт его локтём в живот, и Шепс тут же выпускает девушку, болезненно ахая, и сгибается пополам.
— Кто бы говорил, — паясничает Ира, оборачиваясь на Диму, — стены, знаешь ли, тонкие.
И, взмахнув эпично волосами, она уходит из комнаты, задевая Матвеева плечом. Тот на это лишь фыркает. Олег медленно разгинается и ловит на себе неожиданно обеспокоенный взгляд омеги.
— Ты нормально? — уже более тёплым голосом спрашивает он.
— Пойдёт, — хмыкает Олег, потирая место ушиба, — это было заслуженно, но я не мог промолчать.
— И что же ты такого ей сказал? — с любопытством спрашивает Дима и подходит ближе, останавливаясь буквально в шаге от Шепса.
Внезапно разрушенное личное пространство почему-то даже не волнует, лишь вызывает приступ сбитого с ритма сердца в груди. Олег думает о том, стоит ли рассказывать Диме, что Ира ему наговорила. Это не кажется хорошей идеей, мало ли что Матвеев может подумать. Но и ничего не ответить на вопрос будет некрасиво. В конце концов, из-за подслушанного вчера разговора Олег знает, что Дима тоже пытается свести сестру с Игнатенко, так что их симпатия для него не секрет.
— Ира сказала, что она спала с Астрид, — отвечает Олег.
Лицо омеги удивлённо вытягивается, а через секунду он довольно хмыкает.
— В целом, я не удивлён, Ира соблазняет всё, что движется.
— Именно! — восклицает Олег, — я так же сказал! Но прикол в том, что они не переспали.
— Вот как, — Дима насмешливо прищуривается, — а вот это уже интересно. На мою сестру это, конечно, похоже, но вот точно не на Иру.
— Об этом я ей и сообщил, — довольно улыбается Олег, почему-то буквально по-детски радуясь, что его мысли так чётко совпадают с чужими, — каюсь, поиздевался. Собственно, за что и получил.
Матвеев снова становится серьёзнее.
— Покажи, — тихо говорит он.
— Да всё в порядке, — смущённо отнекивается Олег, — меня и сильнее били, не пережи-
Он не успевает договорить, как Дима легко задирает его футболку, а небольшая прохладная ладонь ложится на торс. Олег спешно прикусывает губу и почти испуганно замирает. Неожиданное прикосновение выбивает его из состояния равновесия, дыхание срывается. Дима деловито его ощупывает, придерживая за бок второй рукой, и Олег даже не знает, как на всё это правильно отреагировать.
— Так больно? — Матвеев ощутимо давит пальцами.
— Нет, — тихо отвечает Олег, боясь, что собственный голос может его подвести.
Дима удовлетворённо кивает.
— Вряд ли даже синяк появится, — говорит он, но руки не убирает и лишь делает шаг ещё ближе.
Олег встречается с ним взглядом и невольно сглатывает. В чёрных глазах отражается бездна. На чуть пухлых губах играет усмешка самодовольства.
— Лучше было убедиться, — Дима скользит ладонью по животу выше, оглаживает рёбра, которые начинают выпирать, стоит Олегу шумно втянуть воздух.
Это какой-то сон — не иначе. На языке оседает сладкий вишнёвый привкус, что невольно выделяется слюна. От касания по коже разбегаются приятные мурашки.
— Что ты делаешь? — собрав всю выдержку, спрашивает Олег.
— А что я делаю? — усмехается Дима, потом его рука спускается вниз, касаясь кожи только самыми кончиками пальцев, и останавливается на кромке штанов, — просто проверяю на наличие других повреждений.
Это звучит так очевидно бессмысленно, что становится почти смешно. И Олег бы засмеялся, вот только сейчас всё его внимание концентрируется на пальцах омеги, которые находятся непозволительно близко к его паху. Он не может пошевелиться.
— Дим! — оглушает внезапный оклик, и в комнату заглядывает Саша.
Олег дёргается, пытаясь было уйти от близкого контакта, но Матвеев вцепляется в него неожиданно крепко, а Олег не может позволить себе применить силу к омеге. Особенно к этому.
— С-саш, — заикается младший Шепс.
Брат окидывает их двоих взглядом, хмыкает, а потом как ни в чём не бывало говорит:
— Ты за сигаретами ушёл и пропал.
— Меня немного задержали, — хмыкает Дима и наконец убирает руку, делая шаг назад, — прости, я сейчас.
Он отходит к своей кровати, выуживает из-под неё сумку и достаёт пачку. Всё это происходит в полном молчании, и Олег буквально сгорает со стыда. Он не знает, куда смотреть, что делать и как вообще себя после такого вести.
Около дверей Дима оборачивается и подмигивает Олегу, после чего просто уходит. Братья остаются наедине. Саша всё так же стоит в проходе и с какой-то странной эмоцией смотрит на Олега. Паника разрастается в груди молодого альфы. Он отчаянно желает что-то сказать в своё оправдание, но ничего, кроме «он сам», в голову не приходит, а это явно не лучшая фраза по отношению к омеге.
— Саш, я… — решается на импровизацию Олег.
Но брат прерывает его вскинутой в воздух рукой и какой-то слишком понимающей улыбкой.
— Всё в порядке, — говорит он, — ничего такого, что могло бы меня расстроить, я не увидел. Спускайся завтракать, кстати.
И Саша уходит.
Олег же тупо моргает несколько раз, а потом неверяще трясёт головой и закусывает губу от неприятного ощущения, возникшего после этого. Саша только что дал понять, что он… что? Что ему всё равно, что делает его омега? Или что он согласен на то, чтобы Дима проявлял знаки внимания к другому альфе? Или что Саша не против того, что Дима делает это именно по отношению к Олегу?
Невольно в голове всплывает фраза Иры, что Матвеев действительно флиртует, а ему самому стоит, как там она сказала, пересмотреть родственные желания. Что это вообще значит? Какие такие желания?
Олег делает глубокий вздох. Он хочет поговорить об этом с Сашей. Но сначала с Ирой. И ещё нужно не забыть ей рассказать обо всём, что он подслушал.
Перед тем, как спуститься на первый этаж, Шепс задерживается, проводя утренние процедуры, а потом мысленно набирается сил на новый день и с улыбкой спускается с лестницы.
Кухня встречает его всеобщим приподнятым настроением и ноткой сумасшествия. Все в разнобой здороваются с ним, а Влад как-то хитро поглядывает. Олег не видит Диму и Иру, о чём и спрашивает.
— Поговорить отошли, — отзывается Астрид, — садись завтракать.
— Я не…
— Хочешь-хочешь, — перебивает Олега Саша и ставит на пустое место тарелку с бутербродами и кружку чая, — приятного аппетита.
Смотреть на брата всё ещё неловко, так что остаётся только поблагодарить и всё же занять стул рядом с Ильёй, который уже уплетает яичницу. Олег ест, вслушиваясь в чужие разговоры. Астрид с Линой обсуждают какую-то инди-певицу, Макс рассказывает Саше о творческих планах, о том, что снял новую студию для фотосессий, а Влад и Илья практически шепчутся, что разобрать их речь почти невозможно, но Олег улавливает: «свидание», «давно пора», «я вчера не ныл!».
Вскоре возвращаются Дима с Ирой.
— Я уболтала его дать нам ключи от машины, — сообщает подруга с улыбкой, склоняясь к Олегу со спины.
Это заявление радует и порядком удивляет. Нервное возбуждение волной накрывает тело.
— Я помню, что вчера пообещал тебе покататься, — говорит Дима, улавливая чужие эмоции, — к сожалению, без меня.
— Потому что с тобой он ещё накатается, — фыркает Ира, а потом похлопывает Олега по плечу, — давай, идём.
— Прямо сейчас? — спрашивает Олег.
— А мы кого-то ждём? — хмыкает Игнатенко.
Шепс качает головой и торопливо спрыгивает со стула. Его волнует уже только сама мысль о том, что он сейчас будет за рулём такой отпадной тачки!
— Эй! Лови!
Олег оборачивается как раз вовремя, чтобы схватить прямо в воздухе брелок ключей, что кидает ему Дима с наглой улыбкой.
— Отличная реакция, — хвалит Влад, — важное качество для альф.
Олег на это лишь хмыкает, а потом уходит с кухни, догоняя Иру. На улице он ещё раз любовно осматривает чёрную машину перед тем, как занимает водительское кресло. Несколько секунд просто наслаждается, устраивая руки на руле. В салоне приятно пахнет вишней, что напрямую говорит о её владельце, и Олег невольно расплывается в улыбке. Этот жест доверия от Димы отдаётся теплом в груди.
— Долго ты ещё оргазмировать будешь? — усмехается сидящая на соседнем сиденье Ира.
И Олег действительно вспоминает, что в машине сейчас не один. Это немного отрезвляет, и он неловко ёрзает.
— Надо погреть немного. Да и дай мне прочувствовать момент, — пытается реабилитировать себя Олег, заводя двигатель, и едва не пищит от восторга, слыша этот урчащий звук, — когда ещё посчастливится такое… трогать.
— Не прибедняйся, — фыркает Ира, — тебе в ближайшее время много чего… посчастливится потрогать.
— И почему это звучит как-то пошло? — хмыкает Олег и трогается с места.
— У кого что болит, — жмёт плечами Игнатенко, — поехали на трассу, там можно будет скорости набрать.
— У меня нет с собой прав, — хмурится Олег, — а если менты?
— А если смерть? — спокойно спрашивает Ира, и Олег невольно смеётся.
В целом, она права. Они далеко загородом, субботний день, так ещё и уезжать далеко не будут. Стоит понадеяться на везение и рискнуть. В конце концов, Олег из тех, кто пьёт шампанское.
Они выезжают на асфальтированную дорогу под самые различные темы для разговора. В основном говорит Ира, чем изрядно помогает Олегу не отвлекаться от дороги.
— Покажи, что умеет эта малышка, — подбадривает девушка, едва колёса касаются трассы.
Шепс усмехается, покрепче обхватывает руль и выжимает педаль газа. Адреналин быстро растёт в крови, разгоняя сердце. Машин по встречке нет, но это ничуть не делает поездку спокойнее. Ира рядом довольно вскрикивает и смеётся. Олег сумасшедше улыбается. Он петляет по пустой дороге, газует, разгоняется всё сильнее и сильнее. Пожалуй, это воспоминание попадёт в копилку лучших.
Они уезжают на приличное расстояние, когда Олег обращает внимание на датчик топлива и понимает, что им лучше вернуться, а то он даже не спросил, есть ли у Димы канистра с бензином для дозаправки.
Обратно они едут уже более спокойно. Олег искренне наслаждается тем, как ощущается машина под его руками. Дорогая, красивая, мощная. Статная и по-своему изящная. Прям как омега, которой она принадлежит.
— Ир, — начинает Олег, сбавляя скорость, чтобы можно было немного отпустить внимание, — я хочу кое-что у тебя спросить. Обещай, что ответишь честно.
— Напомню, что я тебе ни разу не врала в этой жизни, — замечает Игнатенко, — так что спрашивай.
Шепс несколько секунд собирается с мыслями. Вчера его умственная деятельность была далека от идеала, зато сегодня, обдумав все услышанные слова, у него возникли новые вопросы.
— Что у тебя за договор с Димой? — наконец-то решается Олег и кидает взгляд на подругу.
Её пальцы, играющиеся с ниткой от кофты, на секунду замирают, а потом она поднимает глаза, с каким-то интересом сканируя лицо Олега.
— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Ира.
— Вчера вечером, когда, ну… — Олег смущённо прочищает горло, — когда Дима с Сашей думали, что я сплю, у них состоялся небольшой разговор. Дима упомянул тебя. Ты должна что-то сделать за то, что он поговорит с Астрид. И, кажется, их разговор я тоже слышал.
— И о чём они говорили? — тут же заинтересовывается Ира.
— Сначала ты, — хмыкает Олег.
Он замечает, как Игнатенко задумывается. Видно, что её терзают сомнения, как же правильно поступить. У неё с Димой точно есть какой-то общий секрет. И теперь остаётся только ждать, что пересилит: любопытство в сторону своего интереса или преданность чужой тайне.
— Я расскажу, если ты мои слова воспримешь серьёзно, — заявляет Ира, складывая руки на груди.
— А почему я могу не воспринять их серьёзно? — озадаченно спрашивает Олег.
Фраза подруги звучит довольно странно. Шепс не помнит за собой такого греха, как недоверчивость, особенно к близким людям.
— Потому что я уже пыталась тебе довольно прозрачно намекнуть, — вздыхает Игнатенко, — а ты считаешь, что я над тобой издеваюсь.
— Ладно, — кивает Олег, — я понял. Обещаю, что не буду сомневаться в твоих словах.
Ира благодарно улыбается, а потом на несколько секунд просто залипает в окно на бегущий за стеклом пейзаж. Шепс её не торопит, знает, что если подруга решится, то всё расскажет сама.
— В общем, — после глубокого вздоха начинает неожиданно тараторить Ира, — у нас с Димой действительно есть некая договорённость. Ничего особенного, в целом, но в любви, как и на войне, как говорится, все средства хороши. Короче, если говорить кратко, то он помогает мне с Астрид, а я ему с тобой.
Девушка переводит дыхание.
— Со мной? — осторожно переспрашивает Олег.
— Ну вот, — раздражённо цыкает Ира, — ты же обещал!
— Да подожди-подожди, — успокаивающе говорит Шепс, кидая на подругу самый уверенный из своих взглядов, — я просто хочу понять, в каком плане… со мной?
— В том самом, Олежа, в том самом, — Ира смотрит снисходительно, даже словно по-матерински оберегающе, — ты его интересуешь. Довольно сильно, надо сказать.
— Я не могу спать с омегой брата, — холодно отрезает Олег.
Ему не нравится, как звучат все эти слова. Да, он может признаться себе, что Дима привлекает его, но у него есть свои принципы. И он уверен, что Ира говорит серьёзно, значит, поведение Матвеева действительно имеет двусмысленный характер, как бы Олег не пытался доказать сам себе обратное. И это неправильно.
— А кто говорит, что нужно просто спать, — словно неосторожно кидает Ира, — если бы Дима хотел простого перепихона на стороне, он бы не стал соблазнять тебя. Прости, Олег, но он довольно опытен, если ты понимаешь, о чём я, и размениваться на одноразовый трах с девственником точно не будет.
Шепс чувствует, как неприятно бьют эти слова по его самолюбию. Щёки краснеют, а руль становится липким от потеющих ладоней.
— И что это тогда значит? — едва владея голосом, спрашивает он.
— Что ты ему в прямом смысле слова нравишься, — мягко говорит Ира, — не просто, как альфа, но и как человек. Димка, конечно, искусный соблазнитель, но с тобой он ведёт себя максимально осторожно просто потому, что не хочет спугнуть.
Олег поджимает губы и слишком внимательно уставляется на дорогу. В голове не умещается мысль, что омега его брата хочет с ним… отношений? И, более того, спокойно рассказывает об этом третьему человеку. Шепс вдруг распахивает глаза от неожиданного осознания.
— А Саша? — подаёт напряжённый голос Олег, — он ведь тоже об этом знает? В плане, что Дима меня… хочет.
— Знает, — кивает Ира, — я могу, конечно, рассказать тебе всё, но это будет нечестно по отношению к Диме с Сашей. Давай так, я тебе задам один вопрос, но ты на него можешь и не отвечать, просто подумай, что это может значить, окей? — Олег кивает, на что Ира улыбается, — Саша вчера сказал, что для отношений втроём, для него нужен особенный человек. Так вот, кто для него в жизни самый особенный?
Олег открывает было рот, чтобы сказать очевидное «я», но вовремя себя сдерживает. Осознание бьёт по голове железной дубинкой. И сразу становится понятно, почему брат так спокойно реагирует на поведение Димы и почему сам ведёт себя так… неоднозначно. Всё оказывается так просто, что даже смешно от того, что он сам этого не понял. Даже те слова Астрид, что он подслушал — это о нём она переживала. Получается, она тоже об этом знает.
Олег нервно сглатывает и немного добавляет газу, пытаясь перенести фокус своего внимания. А что, если у Саши тоже есть эти неправильные мысли о нём? Что, если он, как и сам Олег, иногда думает о том, что было бы, если бы они не были братьями. Возможно ли, что Саша зависим от Олега так же, как и Олег от Саши? И если да, то сколько лет он скрывал это? Ведь такие мысли формируются долго и их тяжело принять. Олег ведь до последнего пытается заткнуть свой внутренний голос, который нашёптывает, что к брату у него есть определённо не самая здоровая привязанность. Он даже сейчас позволяет себе об этом думать просто потому, что отрицать очевидное становится с каждым моментом всё бессмысленнее.
— Я… я не знаю, что с этим делать, — говорит через какое-то время Олег, не в силах больше сохранять молчание.
— Ничего не делай, — отзывается Ира, — хочешь совет? Просто не запрещай себе ничего, а дальше уже время само покажет. А теперь рассказывай, что ты подслушал.
Олег с радостью переключается на другую тему, пересказывая Игнатенко то, что узнал. На словах о том, что она действительно нравится Астрид, подруга расплывается в довольной улыбке, а потом задумчиво хмурится, едва узнаёт причину, почему альфа боится с ней сближаться.
— Я ей докажу, что готова поехать за ней не то что в Китай, хоть на Чукотку, — серьёзно говорит Ира.
На что Олег тихо смеётся.
— Я сомневаюсь, что она сама туда захочет поехать, — говорит он.
— Вот именно! — фыркает недовольно Ира, — я и подумать не могла, что её так пугает расстояние.
— Это для многих является проблемой, — Олег сбавляет скорость перед поворотом на второстепенную дорогу, — думаю, она просто не хочет привязываться к тебе, будучи неуверенной в твоих намерениях.
— Ладно, — вздыхает Ира, — Дима хотя бы поговорил с ней, уже неплохо. Кстати, ты знаешь последние новости?
Олег хмыкает тому, как резко Игнатенко переводит разговор, но с любопытством смотрит на подругу, отрицательно качая головой.
— Изрядно выпивший Влад вчера признался Илье, что ему ещё со школы нравится Лина, — взбудораженным голосом сообщает Ира, — но он боялся что-то делать, ибо в его семье приняты традиционные отношения по типу альфа-омега или бета-бета. Владик буквально разревелся, что он такой-сякой, встречается с Ильёй и, конечно, любит его, но любит ещё и другого человека. И что Лина заслуживает лучшего, а Илья вообще самый прекрасный альфа, раз терпит его.
— Воу, — не находит, что ответить Олег, а потом его внезапно пробивает на смех, — да у нас тут Дом-2 какой-то.
— Это ещё не всё! — подхватывает его весёлый настрой Ира, — как оказалось, сам Илья когда-то говорил Владу о том, что ему симпатична Лина, но это было просто из разряда «с кем бы я замутил, если бы не ты». Так что Влад знал о каких-никаких, но чувствах Ильи, а сам побоялся рассказать о себе, ибо омега с бетой — это неправильно. Голову бы, конечно, открутить его родителям за эти вбитые каноны. В общем, самое имбовое в этой ситуации то, что их пьяный разговор слышали все, в том числе и Лина.
— И что она? — Олег теперь до конца понимает то, о чём вчера говорил Дима, — я так понимаю, Лине они оба тоже нравятся.
— Именно, — хмыкает Ира, — а она, по закону жанра, боялась потерять дружбу, если бы призналась в своей симпатии, вот и молчала до последнего. А вчера мы с Димой решили им немного помочь, и всё получилось просто прекрасно.
— Вы прям Ларисочка Гузеева и Розочка Сябитова, — не может удержаться от шпильки Олег, на что получает взгляд «что за херню ты несёшь», — но я утром не заметил, чтобы между ними была какая-то неловкость или что-то типа того.
Игнатенко кивает.
— Я узнала у Лины, что они ночью ещё долго разговаривали, после того, как все разошлись, и решили пока не торопиться, — заговорчески сообщает Ира, — но и отрицать своё влечение больше не будут. Вроде как, они даже собираются втроём на свидание.
— И чем это будет отличаться от их старых дружеских посиделок? — слегка озадаченно интересуется Олег.
Ведь эти трое знают друг друга далеко не первый месяц. Что можно узнать нового? Свидания же вроде созданы для того, чтобы стать в некотором плане ближе, а в их ситуации ближе-то особенно и некуда.
— Можно знать человека всю жизнь, но, когда ты узнаёшь, что теперь тебе можно больше, чем всем, это меняет ситуацию в корне, — слишком философским тоном говорит Игнатенко, — само слово «свидание» накладывает определённые обязательства и добавляет возможностей.
Олег хмыкает. В этом есть смысл.
Больше они ни о чём не разговаривают, пока возвращаются к дому. Ира включает музыку на флешке Димы, и неожиданно тяжёлый рок помогает избавиться от мыслей в голове. По крайней мере, делает их тише.
На улице их ждёт Дима. Он стоит, прислонившись к забору, и лениво курит. Теперь, зная намного больше о его мотивах, Олег не может сдержать странную дрожь, когда видит Матвеева. Если до поездки он останавливал себя тем, что все заигрывания ему лишь кажутся и он не может думать об омеге брата, потому что это неправильно, то теперь эти блоки внутри его головы стремительно рушатся. И это… даже пугает. Потому что Олег ещё не может решить, что делать дальше.
Ира первая выпрыгивает из машины, едва Олег глушит двигатель, и напоследок подмигивает. Шепс же не спешит покидать авто, зачем-то медлит, поглаживая руль. Он видит, как Игнатенко на секунду подходит к Диме и что-то ему говорит, после чего Матвеев вскидывает голову и тут же встречается взглядом со смотрящим на него Олегом. Шепс сглатывает, буквально падая в эти карие омуты. Он видит, как омега расплывается в ухмылке, а потом направляется к своей машине. Олег на негнущихся ногах выходит из неё и замирает, захлопнув дверь.
— Спасибо, что дал покататься, — немного нервно говорит он, — это было круто! Типа… я никогда не…
Он обрывает сам себя, потому что Дима останавливается буквально в шаге от него. Олегу даже приходится отступить, вот только он тут же упирается спиной в твёрдую сталь машины. Чувство загнанности делает всю ситуацию какой-то слишком интимной.
— Только не говори пока Саше, что я это сделал, — выдыхает внезапно Дима, — он хотел ещё немного подождать.
Олег не успевает уточнить, что имеет в виду омега, как тот льнёт ближе, прижимаясь всем телом и обхватывая руками за скулы, и целует. Весь мир буквально замирает. Матвеев сначала просто касается губами, перебирает ими, точно крыльями бабочки, дотрагиваясь максимально нежно, а потом осторожно ведёт языком по верхней губе Олега, и Шепс сдаётся даже без особой борьбы, с тихим стоном обхватывает Диму за талию, вжимая в себя. От неожиданности происходящего его ведёт. Он просто не успевает понять, что происходит, и отдаётся на волю эмоциям. Дима толкается языком, заставляя разомкнуть губы, и зарывается пальцами в волосы. Он целует Олега неторопливо, словно даже дразнится, мягко и не спеша. По телу то и дело бегают разряды тока, Дима такой правильный в руках, что становится просто не до лишних мыслей. Олег отвечает на поцелуй со всей возможной отдачей, позволяя омеге хозяйничать у себя во рту ровно так, как тот захочет.
В какой-то момент Олег понимает, что Дима начинает отстраняться, и легко это ему позволяет. Матвеев делает шаг назад, проводя ладонями Олегу по шее, и торопливо облизывает припухшие губы. Шепс смотрит на него рассосредоточенным взглядом и старается выровнять дыхание. Он только что целовался с омегой своего брата и последний почему-то не должен об этом пока знать.
— Поговорим об этом уже позже, — сообщает Дима, улыбается так легко, что все волнения отступают, — идём в дом.
Он берёт Олега за руку и тянет за собой, а Шепс просто следует за Димой, не задавая вопросов, лишь чуть помедлив, переплетает с ним пальцы. Сердце в груди опасно ухает, а скулы горят. Олег понимает, что ему буквально жизненно необходимо разобраться со всем происходящим, иначе это грозит ему потерей здравого смысла. Слова Иры о том, что нужно просто расслабится, кажутся до ужаса соблазнительными, но Олег не из тех людей, кто в целом так умеет. Ему кажется, он рождён для того, чтобы вечно о чём-то тревожиться.
В конце концов Дима выпускает руку Олега, чтобы разуться. А потом их обоих уже утягивают в разговор остальные присутствующие в доме. Саша интересуется, как Олегу машина, и младший Шепс не находит в себе причин, чтобы отказаться от восхваления чужого автомобиля. Ира ему то и дело поддакивает, а Влад и вовсе потом предлагает погонять наперегонки. Олег на эту фразу неожиданно просяще смотрит на Диму, тот посмеивается, но соглашается. Саша ворчит лишь для профилактики, но видно, как ему приятно, что его брат и его омега так легко себя ведут друг с другом.
В какой-то момент Лина вспоминает, что у неё с собой ноутбук, на котором скачен Дедпул, и ни у кого не находится ничего против просмотра этого фильма, даже несмотря на то, что все его видели.
Они рассаживаются, как и вчера, в гостиной, вот только группируются ближе к дивану. Влад, Илья и Саша устраиваются на нём, Влад нагло дёргает Лину за руку, от чего девушка оказывается на коленях у двоих парней, но явно не имеет ничего против этого и только усаживается удобнее. Саша приглашающе двигается ближе к ним, предоставляя Диме место, но тот лишь качает головой и падает на пол, упираясь спиной в диван как раз между разведённых ног старшего Шепса. Макс опять приносит себе стул, Астрид занимает кресло, а потом к ней уверенно забирается Ира, практически укладываясь на девушку. Олег же скромно усаживается ближе к Диме, потому что не хочет стеснять своим близким положением Влада, Илью и Лину, а свободного места больше просто нет.
Они смотрят фильм в относительном молчании, если не учитывать, что Ира с Астрид тихо о чём-то шепчутся и иногда смеются. В определённый момент Олег ловит себя на мысли, что бестолково улыбается, смотря на девушек. Давно он не видел всегда самоуверенную Игнатенко такой… нежной. Многие этого и не заметят, ведь ведёт она себя не то чтобы прям скромно, но по некоторым жестам, смущённо поджатым губам или отведённому взгляду становится понятно, что она всеми силами старается понравится Астрид.
Макс залипает в телефоне, с кем-то переписываясь, а Лина и вовсе засыпает в объятьях двух парней. Влад с Ильёй переплетают руки, которыми обнимают бету, и, кажется, общаются исключительно взглядами, а потом и вовсе переключают внимание на экран ноутбука.
Олег же давно уже перестаёт следить за происходящем в фильме. Он концентрируется на своём дыхании, лишь бы не начать принюхиваться слишком очевидно. Запах вишни дразнит его рецепторы, а нотка грейпфрута, которая уже впиталась в омегу от Саши, только ещё сильнее… заводит.
Младший Шепс думает над тем, что делать дальше. Он и так не может похвастаться особым опытом в отношениях, а уж когда за ним начинает уверенно ухаживать омега старше него, то просто теряется. И, зная, какие подразумеваются отношения, Олег просто… боится. Ему страшно признаться себе, что его давно тянет к брату, страшно, что это может быть какой-то шуткой, страшно, что первый омега, заинтересовавший его за последнее время, не просто занят, а занят его кровным братом. Это сводит с ума.
Олег знает по себе, что он собственник. И если человек с ним, то больше ни с кем. Как и он в ответ даже смотреть на других не будет. Преданность для него не пустой звук. И как бы не хотелось довериться Диме, знание о его прошлых интрижках, о необычном для Олега желании иметь двух альф заставляет сомневаться. Он не может быть уверен в том, что Матвеев не хочет просто поиграться с ними. Олег не хочет думать о том, что он буквально теряет себя, когда Дима находится рядом — и это довольно тревожный звоночек, ведь он не помнит, чтобы его хоть раз так крыло от омеги. Он одновременно хочет вляпаться по самое не хочу в Матвеева и избегать любого сближения.
В то же время Олег желает Саше счастья. И вроде бы с Димой он таким и выглядит. А вот что будет, если Олег позволит себе пойти на поводу у соблазна, совершенно не понятно. Он не простит себе, если испортит брату жизнь.
Неожиданно Олег вздрагивает, когда его пальцев осторожно касаются чужие, тонкие и немного холодные. Он поднимает голову на Диму, тот смотрит на него, мягко улыбается и уверенно переплетает их пальцы.
— Я почти слышу, как ты думаешь, — шепчет он, склоняясь чуть ближе, — перестань себя накручивать.
Олег кидает осторожный взгляд на Сашу — он, кажется, внимательно смотрит фильм — и сам чуть сжимает ладонь омеги в своей.
— Я… не могу, — так же тихо отвечает Олег и пожимает губы, лишь бы не сморозить какую-нибудь откровенную чушь.
— Хочешь поговорить? — спрашивает Дима.
Олег на секунду задумывается, а потом отрицательно качает головой. Нет, он определённо не готов пока ничего обсуждать. Как бы эгоистично и малодушно это не было, но он не хочет пока принимать никаких решений. Иррациональный страх всё испортить и поступить неправильно держит Олега в железных тисках.
Дима после этого больше ничего ему не говорит, но руки Олега не отпускает, периодически гладит кожу большим пальцем, и от этого простого движения внутри младшего Шепса что-то приятно-тревожно сжимается.
— Думаю, пора начинать собираться, — говорит Илья, когда появляются титры, — как раз успеем к тому моменту, когда дом приедут принимать.
Все с ним соглашаются и не спеша поднимаются с мест, разбредаясь, кто куда. Почти все уходят на второй этаж, собирать вещи, а Олег, чтобы не оставаться наедине с Сашей и Димой, решает сделать это позже, так что помогает Лине на кухне.
Девушка выглядит немного помятой и постоянно зевает. Олег не может сдержать улыбки, наблюдая за такой домашней бетой. Джебисашвили двигается чуть лениво, иногда залипает на одну точку, задумываясь, а потом Олег закономерно замечает, как на её губах вырисовывается мягкое влюблённое выражение. Догадаться, о чём или, точнее, о ком она думает — совершенно не сложно.
Шепс так и порывается задать Лине сто и один вопрос, но не может заставить себя вымолвить хотя бы слово. Ему кажется, что тогда он залезет не в своё дело, ведь они знакомы-то всего второй день, и делиться чем-то таким личным будет… слишком. Но у Олега просто нет на примете другого человека, который бы смог ответить на его неудобные вопросы.
— Ты сейчас взорвёшься, — говорит вдруг Лина, чем вырывает Олега из его мыслей.
— В плане? — хмурится он, вытаскивая из холодильника остатки еды.
— Ты хочешь что-то сказать, — чуть улыбается Лина, — или спросить. Так что не стесняйся.
Олег усмехается. Неужели его так легко прочитать, что буквально все, с кем он сегодня разговаривает, улавливают в нём его переживания?
— Ты можешь не отвечать, если не захочешь, — осторожно говорит он, — но… тебе не страшно быть третьей в уже устоявшихся отношениях? Как так вообще получилось?
Он решает не уточнять, что всем уже известно, что эти трое неровно друг к другу дышат. Скорее всего, об этом давно уже известно, просто Олег в их компании залётный, вот и оказывается свидетелем самого кульминационного момента, к которому, вероятно, все давно уже были готовы.
— Я бы хотела сказать «нет, не страшно», вот только обману этим не только тебя, но и, в первую очередь, себя, — чуть подумав, отвечает Лина, хотя Олег уже успевает пожалеть о заданном вопросе, — я знакома с Владом со школы, мы сидели за одной партой семь лет. Нас пытались рассаживать, даже переводили по разным подгруппам на некоторых уроках, но мы всё равно оказывались на нашей любимой последней парте второго ряда, — Лина задумчиво хмыкает, погружаясь в воспоминания, — чтоб ты знал, мы учились целоваться друг на друге, ходили на двойные свидания, иногда и просто как «плюс один». Я знаю Влада намного дольше, чем Илья, и влюблена в него чуть ли не с самого детства. Просто очень-очень долго себе не могла в этом признаться. Он же мне как брат, понимаешь? — Олег вскидывает резкий взгляд на Лину и осознаёт, что и она тоже знает и прекрасно его понимает, — а уж когда они с Ильёй сошлись, я поняла, что… ну, не ревную, нет. На самом деле, когда человек тебе дорог, ты готов засунуть в жопу всю свою эгоистичность, лишь бы ему было хорошо. Я просто не хотела потерять свою важность для Влада, вот и стала пытаться подружиться с Ильёй, а он такой, что… ну, невозможно в него не влюбиться! — Лина смущённо хмыкает, молчит несколько секунд, что-то обдумывая, а потом снова начинает говорить: — я боялась потерять их обоих, вот и молчала, как дура. А вчера всё как-то само собой получилось, и Влад, оказывается, сам не лучше меня в этом плане — тот ещё трус. Это сложно объяснить, но… мне страшно не столько вступить в отношения с ними, мне страшно их разочаровать. Они вроде как счастливы, вдруг я всё испорчу? Вот только, — Лина внезапно хитро прищуривается, стреляя взглядом в Олега, — тут нужно заткнуть нахрен свою заниженную самооценку и признать тот факт, что они меня выбрали, они тоже этого хотят.
Шепс прикусывает губу и не знает, что ответить. Монолог Лины определённо производит на него впечатление, она говорит много слов, которые отзываются в самом сердце. И даже внутренней тревоги становится меньше. Джебисашвили говорит логичные вещи — её никто не принуждает вступать в отношения с Ильёй и Владом, но она сама этого хочет, а парни готовы принять её с распростёртыми объятьями.
— А если ты потом пожалеешь? — задаёт последний интересующий вопрос Олег.
— Скажу: «простите, мальчики, но давайте больше не будем дружить органами», — с очевидной иронией в голосе произносит Лина, — но, если серьёзно, мы взрослые люди и, я уверена, сможем разобраться с любой ситуацией, которая нас в будущем ждёт.
— Спасибо, что поделилась, — серьёзно говорит Олег, на что получает мягкую улыбку Лины.
Заканчивают убирать кухню они, каждый находясь в собственных мыслях. Тишина не напрягает, даже словно успокаивает. Олегу приятно осознавать, что кто-то находится в похожей с ним ситуации и прекрасно может его понять. После этого разговора с Линой он ощущает какое-то единение с ней. Девушка привносит в его мысли нотку спокойствия, и он искренне ей за это благодарен.
Когда Олег поднимается на второй этаж, он уже не так сильно беспокоится о том, чтобы остаться с Сашей и Димой в замкнутом пространстве. Он даже хочет этого. Возможно, именно тогда у него получится быстрее разобраться с собственными мыслями и чувствами.
Брат и омега сидят на кровати, соприкасаясь бёдрами и держа друг друга за руку. Голова Димы лежит на плече Саши. Они просто молчат. И от этого так веет уютом, что Олег особенно остро сейчас ощущает, как хочет быть частью этой атмосферы.
— Вы уже собрались? — решает нарушить Олег тишину.
— Ага, — лениво отзывается Дима, — с нами поедет Астрид с Ирой. Ты же не против?
— Как я могу быть против твоей сестры и моей лучшей подруги? — притворно возмущается Олег, — конечно, я не против.
— Ну, не мне ехать с ними на заднем сиденье, — хмыкает Дима и поднимается с плеча Саши, — могу снова дать порулить.
— Нет уж, — отвечает за Олега брат, — я уже один раз закрыл глаза на то, что ты отпустил его без своего присмотра, тем более без прав и страховки. Давайте в следующий раз?
— Не устану говорить, что порой ты всё-таки бываешь скучным, — флегматично замечает Матвеев, на что получает несильный тычок в бок, — Олег, а ты что скажешь?
На него уставляются две пары глаз, и младший Шепс понимает, что сейчас ему нужно сделать, как бы абсурдно это не звучало, правильный выбор. Есть ощущение, что его нагло проверяют.
— Я бы хотел посмотреть, как с машиной управляешься именно ты, — выкручивается Олег, — так что я лучше побуду пассажиром.
Как бы ему не хотелось другого варианта, он прекрасно понимает, что два раза может и не повезти, а подставлять Матвеева не хочется от слова совсем. Тем более, понаблюдать за Димой в роли водителя действительно хочется.
— Эх, Олежа, — вздыхает омега, и от такого обращения бегут мурашки по позвоночнику, — ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему.
Олег фыркает, пытаясь не улыбаться слишком широко. Саша же возмущённо уставляется на Матвеева.
— Просто Олег думает о возможных последствиях, — нравоучительно заявляет Саша, а потом переводит взгляд на брата, — молодец!
Дима с Олегом переглядываются, улыбаются сначала немного неуверенно, но через секунду заходятся в громком смехе. Старший Шепс сейчас очень сильно похож на вечно недовольного всем деда.
— Вот они, уже спелись, — ворчит Саша, но Олег замечает, как и на его лице появляется довольная улыбка.
В груди окончательно рассасывается чувство тревоги. Олег решает отложить мучающие его мысли хотя бы до того момента, пока он не вернётся домой.
— Ладно, — Дима хлопает по коленям и поднимается на ноги, поглядывая на наручные часы, — я пойду помогу сносить вещи, а то скоро хозяин приедет.
Олег с Сашей остаются вдвоём в комнате. Младший пользуется моментом и начинает собирать свои немногочисленные вещи. Олег буквально чувствует, как брат наблюдает за ним, и мысли о поцелуе с Димой невольно воскрешаются в памяти. От этого становится не то чтобы стыдно, но определённо неловко. Эта тайна горит на сердце неприятным грузом, но Олег решает, что не станет предавать пока ещё точно хрупкого доверия Димы.
— Как тебе отдых? — задаёт резонный вопрос Саша, откидываясь на кровать локтями.
— Намного лучше, чем просто так сидеть дома, — хмыкает Олег, небрежно складывая футболку, — у Димы крутые друзья.
— Как и сам Дима, — фыркает Саша, и Олег лишь кивает на эту фразу.
Тут и не поспоришь — даже на лицо набегает краска от осознания, насколько… крут.
— Вы, я смотрю, с ним подружились, — беззаботно говорит Саша, вот только Олег лопатками ощущает, как внимательно его прожигают синие глаза.
— Что-то вроде того, — бормочет Олег, а потом мысленно чертыхается и решает, что нужно же с чего-то начинать, — я был бы не против познакомиться с ним поближе.
Олег оборачивается на Сашу, с некоторым страхом ожидая его реакции. Вот, если бы не вся неоднозначность ситуации, фраза бы звучала максимально нейтрально, но, зная тайный подтекст, всё становится намного интереснее.
— Я буду этому очень рад, — спустя пару секунд отвечает Саша, а потом снова садится ровно, — у вас должно найтись много общего. Вы только про меня, старика своего, не забывайте.
Олег удивлённо распахивает глаза. Последнее предложение явно должно звучать, как шутка, но вот Саша не угадывает с интонацией, и получается несколько обречённо и даже грустно. Младший Шепс внезапно понимает, что, если Саша и не против отношений втроём, он всё же боится в итоге остаться ни с чем. Олег не знает, действительно ли у брата есть далеко не братские мысли о нём или он просто хочет угодить своему омеге, но, как бы это не было, принять такое решение совершенно точно не просто. Саша переживает едва ли не больше самого Олега — это становится понятно именно сейчас.
— Ну, ты чего, — неловко хмыкает Олег, — как про тебя можно забыть. Ты ж для меня… всегда будешь первым.
Саша смотрит на него так мягко, так пронзительно нежно, что становится сложно дышать. Олег внезапно чувствует словно внутренний толчок, так что не противиться ему и подходит к брату, несколько боязливо протягивая руку ладонью вверх. Саша правильно считывает его мысли и осторожно кладёт свою руку поверх. Олег сглатывает, сжимая чужие узловатые пальцы. Почему-то это касание ощущается иначе, чем все бесчисленные разы до этого.
— Знаешь, — смущённо говорит Олег, — это прозвучит странно, но… ты всегда был мне ближе, чем просто родственник или даже брат. Я ж без тебя, как… Джордж без Фреда.
Саша хмыкает, поднимается на ноги.
— Привёл же аналогию, — говорит словно недовольно, — слишком жестоко с твоей стороны напоминать мне о смерти одного из моих любимых персонажей.
— Зато ты сразу меня понял, — чуть улыбается Олег, а потом добавляет серьёзно: — если бы я был Джорджем, я бы умер следом за тобой.
Саша впивается взглядом в Олега. И в его глазах столько эмоций: любовь, обожание, грусть, страх. Они оба сейчас представляют, что было бы, если бы один из них покинул эту жизнь, и думать об этом практически физически больно.
— Какой же ты идиот, — со вздохом говорит Саша, — даже думать об этом не смей.
И притягивает в свои объятия так резко и крепко, что Олег ахает, но жмётся к брату в ответ. Терпкий запах грейпфрута успокаивает, как и в детстве. Олег столько всего хочет ещё сказать, спросить совета, узнать чужие мысли. Но он ни за что не будет портить этот момент — в какой-то момент они перестали с Сашей обниматься просто так, только если при встрече или прощании. А Олегу на самом деле безумно этого не хватает. Возможно, у Саши была причина, чтобы отдалиться от него когда-то в физическом плане. И Олег обязательно об этом поинтересуется, вот только немного позже.
Сейчас он просто наслаждается тем, как, оказывается, правильно держать вот так вот брата в своих руках.
