Спектакль.

***

– Так, все на месте? – Спросила, наконец, учительница, когда в класс зашло ещё 5 человек. Убедившись, что все на месте, Лилия Павловна начала составлять пары, вместе шли те, кто сидели рядом. – Так, Наградова с Муравьёвым, – Антон сочувственно посмотрел на подругу, ведь Муравьёв был очень странным, и почти никто не любил с ним разговаривать, потому что при разговоре у него заплетался язык, а ещё, судя по Катиным слухам, он чистил зубы раз в неделю. – Григорьевна с Новиковым, – ребятам повезло, ведь они были друзьями. – Смирнова с Морозовой. – Петров бы мог порадоваться за них, ведь они были достаточно хорошими подругами, но в последнее время часто ссорились, да и на данный момент никто из них не горел желанием общаться. Учительница продолжала называть фамилии одноклассников, и те послушно вставали рядом друг с другом. Большинство пар состояли в дружеских отношениях, но кому-то очень везло на ненормальных. Наконец, до Антона донеслась его фамилия: – Петров... – Лилия Павловна оглядела троих оставшихся ребят. Среди них была Рита, что больше всех радовалась походу в кинотеатр, ведь если бы не кино, то она бы точно завалила тест по английскому на следующем уроке; также там стояла вторая, после Кати, заноза класса, что постоянно ябедничала, если замечала кого-то за списыванием, но, для малочисленных людей, что водили с ней дружбу, Мирослава всё же делала исключения и не ябедничала, но в свободное от школы время была очень милой и доброй; а ещё там стоял Рома, которого, думаю, не стоит описывать. Мирослава сразу отпадала, но Антона могли поставить с Ритой, потому что она тоже сидит рядом с Антоном, но с другой стороны. – Так, ладно, с Пятифановым вставай. Девочки, вы вместе. – Четверо ребят соединились в пары и встали в конце. – Так, все за руки держимся, не хватало ещё вас всех тут растерять. Сейчас пройду проверю. Когда учительница почти подошла, блондин схватил Рому за руку, тот замер. Сказав себе под нос тихое «Ага», Лилия Павловна встала впереди всех и начала идти. Все последовали за ней. – Ай, Ром, больно. – Прошипел Антон, когда Пятифанов сильно сжал его руку. – Можешь отпустить уже. – Рома не реагировал. – А зачем отпускать? Нам, вообще-то, сказали за руки держаться. – Послышался сзади голос Мирославы, что явно подслушивала их. Рита пихнула её локтем: – Ну, может, им неприятно. Да и не потеряются они, Мир. – Девушка улыбнулась Антону, получив взаимную улыбку. Женевьева Мирослава лишь вздохнула. Рита была одной из тех её немногочисленных подруг. Точнее, их было всего три. Катя, Рита и Аня. – Ром, ну отпусти же, больно. – Молчание. – Ой, ну если тебе так моя рука нравится, то хотя бы послабее свою хватку сделай. – Стоящие перед ними Артём и Настя обернулись на них, хитро посмотрев на хулигана. Настя вообще была главным купидоном класса. – Рома, тебе говорят «отпусти», значит отпусти. – Рита толкнула его в плечо. Она дружила почти со всеми мальчиками класса — кроме Муравьёва и других странных личностей, — так что такие толчки были ей простительны. – Ты вообще по отношению к Антону в последнее время странно себя ведёшь. – Теперь обернулись ещё некоторые дети, наблюдая за ними. Петров нашёл своё спасение – раздевалка. Все мигом разделились, и, забегая внутрь, хватали обувь и куртки. Вновь собравшись, блондин засунул руки в карманы. Но попытка оказалась неудачной – учительница опять проверила, чтобы все держались за руки, и, сказав Антону, что он не особенный, ушла вперёд. Блондин опять попытался высвободиться, из-за перчатки это оказалось сделать проще. – Поздравляю с освобождением. – Сказала Рита, вытаскивая волосы из-под туго завязанного шарфа. – Спасибо. – Антон смахнул невидимую слезу, а потом обернулся к Роме и потряс его плечо: – Рома-а-а, ты вообще сегодня что-нибудь скажешь? – Да он, наверное, Полину разлюбил и новую любовь нашёл, вот и думает, как подкатить. – Сказал Артём, что стоял впереди. Настя тоже обернулась, и, посмотрев на Антона, что-то прошептала Артёму Грибову, тот тоже посмотрел на Петрова, а затем молча обернулся. И что это было? – Если он за день ни слова не сказал, то возможно... – Агафонова Рита приложила к подбородку указательный палец и сделала задумчивый вид. – Рома, скажи уже хоть слово. – Сказал Грибов Артём, вновь обернувшись на него. – Рома! – Антон потряс его плечо. – Что с ним? – Заволновалась Мирослава. Шанс увидеть её волнение равен падающей звезде. – Роман Пятифанов... – Начал блондин, но потом запнулся, и спросил, обернувшись к девочкам: – Вы не знаете его отчества? Те лишь отрицательно покачали головой. – А ты возьми его за руку опять. – Улыбнулась Настя. – Ты их свести пытаешься? – Спросил Артём. Девушка не ответила. – Сейчас он точно очнётся. – Заявил Петров, засунув руку в карман Роминой кожанки. Ничего. – Может, он лунатит? – Предположила Рита. – Ладно... Внимание! И это обзор на карманы Романа. – Антон поставил руки на пояс. Засунув руку в карман и внимательно прощупав содержимое, он заявил: – Тут находятся ключи и перчатка. А что лежит в другом, мы узнаем на обратном пути, не переключайтесь! – Петров подмигнул приставив ладонь к щеке. – Ладно, прости. – Блондин положил руку на плечо Пятифанова. Послышались шуточные аплодисменты со стороны девочек. – И всё-таки тебе стоит попробовать способ Насти. – Посоветовала Мира. – Ой, ну ладно. – Петров закатил глаза, и, цокнув языком, взял ладонь Ромы в свою. Чуда не произошло. – Ничего не происходит. – Антон попытался вырвать руку, но хулиган держал крепко. – Рома, я буду держать тебя за руку, если ты что-нибудь скажешь. – Идея вроде была хорошей. – Нет, а если серьёзно, почему он такой грустный? – Агафонова уже не знала, что придумать. – Я не грустный, я задумался. – Ответил Пятифанов, потирая переносицу. – Ура! Рома ожил! – Антон обнял его и быстро отошёл. – Я уже хотел придумать способ, как связаться с Полиной. – Думаю, если бы он сейчас не заговорил, мы бы так и сделали. – Мирослава пожала плечами и поправила серую шапку. – Почему ты молчал? Ну невозможно так задуматься, чтобы не замечать всего вокруг! – Прикрикнула Рита. – Тем более того, что кто-то шарился в твоих карманах. – Добавил Антон. – Что? Кто-то шарился в моих карманах? – Пятифанов показательно сжал руку в кулак и помахал им в воздухе, угрожая. – Роман, но вы же простите меня? – Сказал Петров самым грустным голосом, на который был сейчас способен и приложил свободную руку ко лбу. – Вам нет прощения, мистер Антон. – Подыгрывая, ответил хулиган, приложив свободную руку к сердцу. – Разве вы не простите свою возлюбленную, господин Роман? – Включилась в игру Рита. – Кажется, господину Роману придётся её казнить! – Мирослава закрыла лицо руками, изображая, что плачет. – Нет, пожалуйста, не делайте этого! – Антон смахнул невидимую слезу. – Вы совершили страшное приступление! – Рома пырнул его невидимым ножом. – О нет! – Петров изобразил, что умирает, слегка наклонившись назад. – Нет, госпожа! – Рита изобразила, что горько плачет, и поклонилась. – Мы будем помнить вас! – Как вы могли, она же любила вас! – Мирослава чуть нагнулась вперёд. Рома замер. – Эй, я не люблю его! – Шёпотом сказал Антон. – Тц, молчи, ты умер, вообще-то. – Женевьева покачала указательным пальцем. – Так, дети, мы пришли! – Громкий голос Лилии Павловны прекратил игру. – Сейчас вас всех рассажу. Даю вам десять минут, если вдруг вы хотите что-то купить. Не толпимся, ведём себя тихо, не разговариваем, фильм обсуждаем шёпотом, а лучше после того, как мы уйдём. Если хотите выйти в туалет, аккуратно и тихо встаём!

***

Все расселись по местам. Несколько человек купили попкорн, и ещё меньше – сладкую вату. В числе людей с попкроном оказалась Рита, поэтому Антон одолжил у неё немного. Фильм был довольно скучный для Петрова, поэтому уже где-то на двадцатой минуте он зазевался. Это заметила Рита: – Тебе тоже скучно? – Шёпотом спросила она, нахмурившись. – Зря только попкорн купила. – Ага. Я сейчас реально засну. Хорошо, что нас хоть бесплатно повели. – Не только ты. Мира, вон, уже заснула. – Она указала большим пальцем себе за спину. Антон наклонился и увидел спящую Мирославу. Сейчас она была даже милой. – Разбуди меня, как закончится. – Сказал блондин, показушно закрывая глаза. – Разбужу. Если сама не усну.

***

Рома, находящийся в состоянии полудрёмы, проснулся от веса на его плече. Обернувшись, он увидел Антона, что уснул на нём. «Бля, и чё делать теперь? Будить жалко.» Он посмотрел на свой ряд. Почти все в нём спали, а кто не спал, либо уже засыпал, либо смотрел, не моргая, на экран. Всё вроде хорошо. Решив сделать вид, что не заметил, Пятифанов, как некоторые, тупо смотрел в экран, не вдумываясь, что там показывают. Он и сам потихоньку начал засыпать...

***

Проснулся от того, что его трясли. Это был Антон. – Просыпайся. Фильм закончился. Хулиган осмотрелся. Все вставали со своих мест, кто-то кого-то будил. Кто-то поднимал упавший во время сна попкорн. – Рита! Ты чего меня не разбудила? – Жаловался Петров. – Теперь слухи Катькины пойдут, из-за того, что я на Роме спал. – Да я бы разбудила. Я сама заснула! – Она скрестила руки на груди. – Я всё самое интересное пропустила. – Загрустила Мирослава, что подошла к Рите. – Что? Не вовремя же я уснула. – Настя надула губы. – Повезло. – Ответил Антон. Ведь если бы Настя не уснула, то обо всём бы рассказала Кате. Она хоть и была доброй, но если появлялся хоть один намёк на парочку, то Соловьёва сразу всё разбалтывала. – Дети, вставайте в пары. – Пока все вставили рядом друг с другом, учительница продолжила: – До школы вас доведу, а дальше делайте, что хотите. – Даже домой можно? – Спросил кто-то из класса. Скорее всего, Муравьёв, потому что он один был способен на столь странный вопрос. – Нет, нельзя. – Ответил кто-то, все засмеялись. – Можно. А теперь пошли. – Сказала Лилия Павловна.

***

– А ты чего меня не разбудил? – Антон толкнул Рому локтем. – Да я сам спал! – Пятифанов скрестил руки на груди и отвернулся. – Да успокойтесь уже. – Рита поставила руки на пояс. – Никто ни в чём не виноват. А если и виноват, то только фильм, из-за него все заснули. – Она хихикнула со своей же шутки. – А Катя не заснула точно. Она любит такие фильмы. – Добавил идущий впереди Артём. – Ой, ну пиздец. – Антон закатил глаза. – Надеюсь, она не выспалась. – Надейся. – Вставила свои 5 копеек Настя. – Почему ты так хочешь их свести? – Спросила Мирослава. – Или ты, наверное, просто не видела, как Рома таких за школой избивает? Нет, если ты, конечно, хочешь, чтобы Антон сдох и так и не нарисовал тебя, то пожалуйста. Агафонова засмеялась. Антон тоже. А Соловьёва, похоже, пришла в ярость, но, не показав этого, лишь задрала напудренный нос и обиженно хмыкнула. Просто она очень долго ждала очереди на рисунок, и завтра, наконец, это должно было свершиться. – Зачем ты бьёшь людей? – Спросил Грибов Артём. Рома и сам не знал ответ на этот вопрос, поэтому просто промолчал, сделав вид, что не услышал. – О, мы скоро придём. – Заметил блондин, указывая на школу, что виднелась за домами. – Ура! Мир, пойдём гулять? – Спросила Агафонова, приспуская шарф. – Наверное. – Женевьева задумалась. – Да, думаю, часа три погуляем. – А ты пойдёшь? – Спросил Антон Рому. – С Бяшей. – Он не пойдёт, я уже спрашивал. В стоматологию едет через полчаса, а ему ещё домой надо дойти. – Пятифанов засунул руки в карманы. – Ну ладно. А ты сам пойдёшь? – Наверное, – ответил Рома, но на самом деле подразумевал положительный ответ.

***

– Всё, дети, мы пришли. Идите, куда хотите. – Сказала Лилия Павловна. – Пойдём, Екатерина. – Взяв дочь за руку, они двинулись в известном только им направлении. Кто-то начал расходиться, кто-то пошёл в школу, чтобы забрать форму с физ-ры, кто-то уже уходил с друзьями гулять. Короче говоря, в течении пяти минут людей у школы почти не осталось. – Ладно, Тош, мы с Мирой пойдём. – Сказала Рита, чуть приобняв Петрова. – Пока, Рит, Мир, до завтра. – До завтра. – Синхронно ответили девочки. – Пока, Ром, не застывай больше. – Уходя, пожелала Агафонова. – Куда пойдём? – Обратился блондин к хулигану. – Не знаю. На площадку можно, у всех сейчас уроки, там никого нет. – Ну ладно, пошли. Друзья двинулись в сторону площадки. – А если честно, чего ты молчал и ни на что не реагировал? – Не выспался. – Отчасти это было правдой. – Всю ночь, видимо, не спал. – Заметил Антон.

***

– О, смотри! – Петров указал на серую кошку, что мирно лежала возле фонаря. Подбежав к ней, он присел на корточки, смотря на серый комочек. Рома подошёл сзади. – Ну, кошка. – Да смотри, какая хорошая. – Петров надел перчатку и аккуратно провёл ладонью по гладкой шёрстке. Кошка прищурила глаза. Блондин приставил к её носу руку без перчатки, чтобы кошка могла его обнюхать. Антон взял её на руки, как маленького ребёнка, и, медленно встав, стал её поглаживать. – Эх, хотелось бы её забрать... – А тебе что, нельзя? – Поинтересовался Рома. – Конечно, нет. – Блондин посмотрел на Пятифанова так, будто тот спросил что-то очевидное. Кошка растянулась в руках Петрова. Он почесал её живот и умилился, услышав мурчание. – Эх, жалко её. – Положив животное на рядом стоящую лавочку, Антон прошагал к карусели и сделал пару оборотов.

***

Друзья гуляли довольно долго, но, так как ещё нужно было делать уроки, то им пришлось разойтись. Рома шёл в быстром темпе, раздумывая о сегодняшнем дне. Он надеялся, что Катя всё же уснула и не видела, как Антон спал на нём, потому что, если пойдут слухи, то Петров обвинит во всём его, так как это Рома его не разбудил. И ещё «Эй, я его не люблю!» не выходило из головы. Да и на что он рассчитывал? И вообще, им всем, походу, в детстве вбили в голову, что людям нетрадиционной ориентации нет места на Земле. А Пятифанов даже избивал их, чтобы доказать в первую очередь себе, что он не такой. Сам и не заметил, как дошёл до дома. Свет в окнах не горел, значит, дома опять никого нет. Отлично.