Неудачная игра

***

— … И я не хотел вам ничего рассказывать потому что боялся. Боялся, что вы посчитаете меня слабым и… и откажетесь от меня.       Раздался тихий голос хвостатого. Соник и Тейлз сидели за столом и обсуждали произошедшее... за последний месяц. Начиная с того, что произошло в баре, заканчивая странным поведением лиса. Ёж сидел, не шевелясь. Казалось, впервые за всю его жизнь, он замер полностью, даже в голове. Все его мыслительные процессы были сосредоточены только на то, чтобы обработать сказанное его другом. Колючий отвёл взгляд и посмотрел на часы. Сколько прошло с момента, когда они сели за стол и налили себе этот дурацкий чай, который сейчас стал холодным, как пальцы синего? Он не считал. — Аппендицит…       Соник обрабатывал сказанное. Новое слово, которое он слышал так, отдалённо. Что-то не из его мира. Что-то чужое, с чем он и его друзья, как считал герой, не столкнуться никогда. Однако… жизнь выдаёт сюрпризы.       Ёж неловко усмехнулся, хотя в этом жесте не было никакой радости. Только растерянность: — Это… я слышал, что-то резать надо? Да?       Робко спросил синий, невольно поджимая уши. Тейлз уловил эту реакцию и понял, надо дожимать: — Да. Вот здесь.       Хвостатый показал место на животе, где вроде-как, должен располагаться аппендикс. Лис не силён в биологии и расчёт был на то, что Соник тоже.       Ежа передёрнуло. Мысль о том, что его друга положат на кушетку и будут что-то резать в животе, мягко говоря, ввергала его в шок. Операция, где нужно беспомощным лежать, пока тебе разрезают кожу и достают из тебя часть твоих органов, пусть и воспалённых... — Блять... ой, то-есть... это страшнее, чем... чем в воду со скалы прыгнуть.       Попытался отшутиться ёж, чтобы хоть как-то справиться с этим стрессом. Тейлз пару раз моргнул и кивнул, даже не улыбнувшись: — Да... немного страшнее.       Настала тишина. Та самая, неловкая, которая возникает когда слова кончаются. Соник впал в прострацию. Его мозг просто отключился. Он верил Тейлзу. Верил безоговорочно. Он понимал, почему его друг боялся. Почему так изменился его характер... Но он не понимал одного: почему Тейлз не рассказал об этом ему, Сонику? Лучшему другу. Тому, кто всегда рядом. Тому, кто не подведёт. Тому, кто всегда поможет, как бы сложно не было... Сонику казалось, что если случится что-то плохое, Тейлз придёт к нему в первую очередь, а оказалось... его друг болел и при этом делал всё, чтобы он не узнал. Почему? Просто... почему?       Тейлз ликовал. Про себя. Молча. Ни один мускул его лица не дрогнул, но в глубине души... Боже, какая там была радость, что Соник поверил в эту белеберду про аппендицит, которую лис сочинил пока они шли в мастерскую. За этот месяц Майлз научился врать, как актёр. Научился скрывать свои истинные эмоции и чувства в угоду обстоятельствам, дабы потом не расплачиваться за сказанные в порывах слова. Уж лучше пусть Соник думает, что всё «странное» поведение лиса — симптомы болезни, которая может проявится у всех, нежели... узнает правду про беременность и о той ночи, когда ёж допился до такой степени, что спутал свою подругу и лучшего друга. Прауэр убеждён, что своими действиями делает лучше для себя и для всех... или нет? НЕТ. ЛУЧШЕ. ОН. ДЕЛАЕТ. ЛУЧШЕ. К чёрту сомнения.       Соник резко встал, отчего у Майлза волосы на хвосте встали дыбом. Синий медленно подошёл к другу, с каждым шагом у лиса сильнее дёргался глаз. Почему он встал? Он что-то хочет сделать? Он догадался?!       Колючий встал перед другом и... обнял его. Крепко, утыкаясь длинным носом в его шерсть на шее: — Тейлз... больше никогда, слышишь, никогда не скрывай от меня такое.       Лис окаменел, услышав эти слова. Догадался? Или это он про псевдо-аппендицит?       Синий отстранился и посмотрел в глаза напарнику. Тейлзу показалось, что в глазах друга что-то сверкнуло. Решимость? Похоже. Такой же взгляд у него был, когда он стоял перед лицом врага и был готов бороться до конца. Почему у него сейчас такой взгляд? Он что-то заподозрил? Догадался? Прауэр не понимал, но старался не выдавать резко появившийся невроз. — Ч-что именно? Аппендицит? — лис похлопал глазками, а потом резко пришёл в себя, — Да, конечно. Больше не буду. Никогда...       Майлз старался выдавить улыбку, но получилось что-то нервное и кривое. Он хотел скорее закончить разговор. Скорее пойти спать и дождаться дня, когда наконец...       ВЗРЫВ       Земля завибрировала, а в далеке послышались крики и звуки, словно что-то рушится. Ёж прикрыл собой друга, глядя как лампочки в мастерской замигали, а чашки с чаем задрожали. Соник оскалился, понимая, что происходит: — Эггман.       Со злобой произнёс он, выпрямляясь и глядя в окно. Тейлз подскочил и подбежал к ноутбуку, на котором загорелась галограмма острова. Лис замер, увидя в какую точку ударил их враг. Больница. Единственная больница на Острове... Майлз не мог пошевелится.       Соник подбежал к другу и взглянул на экран. Даже без объяснений, он понял куда нужно бежать, чтобы набить морды роботам Яйцеголового. Ёж взглянул на друга и, заметив его пустой взгляд, остановил себя от желания оказаться там в первую секунду. Бедный. Испугался за морфов, которые могли пострадать: — Не бойся, Тейлз. Там сейчас никого не должно быть.       Колючий положил свою руку на плечо друга, но тот резко отскочил, ударяясь боком о стол, отчего ноутбук чуть не полетел на пол. Майлза было не узнать. Зрачки сузились, дрожали, взгляд бегал от ежа к монитору. Дыхание прерывалось, будто он марафон пробежал. Ниже живота вновь закололо... — Тейлз, с тобой всё... — Впорядке. — резко отсёк двухвостых, отталкиваясь от стола и бегом направляясь к выходу из мастерской.       Ёж не стал ничего уточнять. Он всё понял, и рванул вслед за Тейлзом. На улице каждый использовал свой «транспорт»: Соник — ноги, Тейлз — хвосты. Золотошёрстный не чувствовал слабости ушедшего дня, тошноту, даже боль от волнения и удара о стол прошла. Он боялся увидеть на месте его шанса на спасение обломки. Боялся, что всё к чему он шёл окажется пустышкой. Боялся... что от этих Последствий теперь не избавится...

***

      Вдалеке уже виднелось здание, охваченное огнём. Неравнодушные местные жители и успевшая подойти к тому моменту остальная часть Команды тушили пожар. Эггмана нигде не было видно, но зато возле обломков здания валялись сломанные робо-жуки, которых уже успел «погладить» молот Эми. Из их задней части перывисто валили небольшие глубки дыма, и если присмотреться... их текстура и запах был уж очень похож на тот странный Туман, что опустился на Остров этим утром. А если ещё вспомнить, как Соник в коридоре считал трещины на потолке, которые появлялись сами собой... становится понятно, что всё было спланировано. Но Команда об этом не знает. Им не до детектива. Сейчас главное потушить пожар и спасти раненых, если есть. Чем Роуз благополучно руководит.       Наклз таскает огнетушители. Стикс бьёт пламя какой-то тканью, переграждая ему путь к кислороду и тем самым туша. Лиза недалеко слушается указаний ежихи. Именно она первая заметила, как на небе быстро приближается жёлтая точка...       Тейлз приземлился недалеко от толпы и просто замер. Его взгляд метался по сгораемой постройке, которая недавно была местом спора, интриг и той самой слабой надежды на спокойную жизнь, которая сейчас догорала вместе с зданием: — Как же… теперь…       Рука сама собой легла на живот, где таился секрет, от которого лис желал избавится тайно ото всех. Теперь… это невозможно.       Рядом появился Соник и быстро оглядел обстановку. Он сразу заметил друзей, взявших ситуацию в свои руки, а так же трёхвостую бестию. Долл украдкой на них поглядывала, но продолжала перевязывать какого-то морфа, который держался за голову и что-то бормотал себе под нос. Появившаяся капля уважения к лисице не заставила себя долго ждать, но Соник постарался спрятать этот факт внутри себя и вновь перевёл взгляд на горящее здание: — Эггман... Что он задумал?       Это был реторический вопрос. Синий не стал ждать ни чьих указаний и тут же исчез. Через мгновения он появился возле здания и вылил на огонь воду из ведра. Где он взял ведро, одному Богу и самому еду известно. Соник стал быстро перемещаться, таская воду из ближайшего источника, возможно из озера или морской воды. Наклз и несколько других морфов действовали с огнетушителями, Стикс «душила» огонь, а Эми с Лизой помогали раненым.       Один Майлз стоял вдалеке, глядя на эту суету и не в силах пошевелится. В голове возникла перегрузка. Взгляд метался от одного друга к другому. Мозг отказывался воспринимать, что плана «сделать аборт и жить спокойно» больше нет.       Но появился новый путь, который не решает, но предопределяет дальнейшие события, под названием — «полная неизвестность»...

***