Какой цвет, babe?

- Не старайся задеть меня своими колкостями. - Это не колкости. Это моё истинное желание. - А знаешь, чего хочу я? - усмехнулся Чанбин глядя на нее. - Чего же? - девушка подняла бровь в ожидании какой нибудь банальности - Хочу взять тебя прямо сейчас прямо на этом столе и слушать твои стоны, чувствовать твоё дыхание и стук сердца, ощущать тебя буквально каждой клеткой. Она выронила вилку и замерла. Нет, только не это. Он всё же изнасилует её. - Фу, извращенец, - выпалила она вслух, - - Пожалуй, я откажусь от такого перфоманса. - Ты не знаешь от чего отказываешься. Попробуй и сама будешь просить меня повторить. Джули скривилась: - Если хочешь секса- вызови проститутку. Их же не запретили в Корее? Чанбин усмехнулся: - Мне не нужны проститутки. Мне нужна ты. - Почему именно я? - Ты понравилась мне. - И ты решил, что одной твоей симпатии и желания достаточно, чтобы я оказалась здесь? Усмири своё эго, Со Чанбин, ты бредишь, - Джули стало немного противно от того, что этот кореец такой самоуверенный и ничуть не скрывает своих намерений. - Раньше всех устраивало, - пожал плечами мужчина. - Это значит я не первая, кого ты похищаешь для своих развлечений? Со кивнул. - И как же другие себя вели? - Покорно. Слушались, старались угодить, выполнить любое моё желание. Некоторые даже не хотели расставаться со мной после. - - Да неужели? Слабо верится, что девушкам может нравится плен. - В Корее принято подчиняться старшим. - О, так я первая некореянка в твоём списке? - Да, ты первая. - Как почётно, мистер Со. Только вот незадача. Я не собираюсь тебе подчиняться и пробовать я тоже не хочу. Я хочу домой. И забыть тебя, как ночной кошмар. - Смирись с мыслью, что однажды ты станешь моей. Я не буду брать тебя силой, ты сама отдашься мне. А пока... Пока мне просто интересно сколько ты продержишься. Я принимаю правила игры, - улыбнулся Чанбин, закончив ужин. - Твоей наглости вообще нет предела, да? - усмехнулась она, - ты не понимаешь слова "нет"?? - Пойдём, я провожу тебя до твоей двери, малышка, - Чанбин встаёт и подходит к ней и протягивает руку - Я знаю, где моя камера, - встает Джули и игнорируя руку, направляется к выходу. Мужчина идёт за ней. - Ты просто великолепна в своём праведном гневе, - улыбается он, поднимаясь по лестнице вместе с ней. Девушка снова поднимает бровь - А ты омерзителен со своими грязными мыслишками на языке. Они дошли до двери и девушка уже взялась за ручку, чтобы открыть, но Чанбин выставил руку в стену, преграждая ей путь, а второй рукой мягко провёл по щеке и тихо сказал почти на ухо: - Посмотрю я , что ты скажешь, когда я претворю эти мыслишки в жизнь. - Ещё раз прикоснешься ко мне и я съем твои пальцы, - с раздражением сказала Джули. - Ты можешь съесть меня полностью, я не буду возражать, - усмехнулся он, не убирая рук. - Ты мерзкий извращенец, Со Чанбин, - закатила глаза девушка и всё таки открыла дверь своей комнаты. - Захочешь это проверить, моя комната последняя справа, - сказал Чанбин напоследок - Гори в аду, Со Чанбин! - и девушка скрылась за своей дверью. Чанбин остался более чем доволен сегодняшним ужином. С довольной улыбкой он отправился к себе. По ту сторону двери девушка прошла по комнате, лукаво улыбаясь всего секунду. Раздражение в миг исчезло, на смену ему пришел... Интерес? Грязный корейский извращенец всё ещё не оставил своих попыток, более того, открыто говорит о том, что сделал бы с ней, если бы она согласилась. Джули сняла одежду и опустилась на кровать. Все мысли были заняты Со Чанбином. За ужином она могла внимательнее изучить его. Его тело было накачанным, мышцы были просто фантастические, его ухмылки почему то перестали бесить. Может не такой уж он и плохой. Нет, прочь эти мысли. Он Чёртов придурок с раздутым эго. С этими мыслями девушка засыпает. А во сне видит сладкий сон, в котором Чанбин ласкает её тело своими огромными ручищами. Прошло несколько дней. Чанбин полностью в работе целыми днями, Джули развлекает себя фильмами, коих у неё в достатке. Дверь комнаты он перестал закрывать, так что она могла передвигаться по дому спокойно. Они так же пререкаются за ужином и он провожает её до двери, будто после свидания.