Какой цвет, babe?

- О Боже! - вскрикнула Джинни, прижав свои руки к щекам, - что ему было нужно от тебя? - Он хотел, чтобы я вернулась в Сеул, - безэмоционально ответила Джули. - Что? Почему? Зачем? Я ничего не понимаю! Джули тяжело вздохнула: - Он сказал, что Чанбину без меня тоже плохо. Сказал, что следил за мной, потому что Чанбин просил его. Чтобы он знал, что я в безопасности. Чан сказал, что я и Чанбин похожи на баранов, поэтому нам нужно встретиться и поговорить... - Ого...- выдыхает Джинни и на время замолкает. Они сидят рядом молча, обе переваривают случившееся. Спустя минуту Джули осторожно спрашивает: - И что думаешь делать? Джули протяжно стонет: - Понятия не имею. Чан дал мне время подумать. Он сказал, что Чанбин не знает о его визите. Что он тут потому, что ему надоело наблюдать наши страдания. - Кажется, этот Чан - хороший друг, - осторожно сказала Джинни. - Да, он хороший. Возможно, лучший во всём окружении Чанбина. - Вау... - Нет, я серьёзно. Он....- Джули хотела рассказать, что Чан был первым, кого она увидела в Сеуле, первым, кто заговорил с ней и он обошёлся с ней настолько корректно, на сколько это вообще было возможно в её ситуации, но умолчала. Если Джинни узнаёт всю правду, её наивное сердечко разобьётся, - я правда думаю, что он хороший человек. - Раз ты так думаешь, может стоит ему довериться? - Что? Джинни, ты о чем? - Если Чан такой хороший и правильный, может стоит послушать его и поехать с ним в Сеул? - неуверенно произносит Джинни. - Это очень плохая идея, знаешь... - Почему же? - она вдруг воодушевилась, - Джули, вспомни сама, как ты плакала, когда вспоминала его! - О нет, Джинни, не напоминай, пожалуйста! - протестует Джули, предупреждающе поднимая руки вверх, - нет, только не это!! И вообще, я была пьяна! Но её было уже не остановить. С детской непосредственностью она начинает тараторить и Джули устало прикрывает глаза. *Flashback.* Они с Джинни сидят на её диване и потягивают вино. - Джин, ты просто не видела его. Да, когда я только увидела его, я была не в восторге. Он казался таким страшным, некрасивым, злым, опасным. Но когда мы начали нормально общаться, я начала замечать то, чего не видела в порыве злости. Боже, ты бы видела его тело!! Когда я в первый раз увидела его без рубашки - я поцеловала его! Я просто увидела его без рубашки и прикоснулась! И всё!!! Эти мускулы, ммм...- мечтательно закатила глаза девушка. Вторая напротив неё смущённо хихикнула. - Но всё же в чем то твой кореец оказался не так хорош, раз вы расстались, да? - Да, подруга... Не бывает идеальных людей, к сожалению. Мы расстались ужасно. - Что произошло? - Ох, как сказать... В общем, мы поссорились. Он был груб со мной. Хотя, мне казалось, что я этого не заслужила. Он ушел вниз, а я всё никак не могла уснуть. Потом я услышала, что к нему кто то пришёл и решила спуститься и посмотреть. И когда я спустилась, я увидела, что на нём верхом сидит самая бесячая телка мира и вылизывает его блядский рот!!! Ну, ты представляешь?! - Вот урод, - сочувственно тянет Джинни, - это так по- скотски. - Да уж... После той ночи мы больше не виделись. Он решил, что наигрался со мной. И вот я здесь. Но знаешь, что самое обидное, Джин? Я скучаю по нему! Я, черт возьми, бешено скучаю! По его лицу, по его улыбке, по его шуткам. По взглядам, которые раздевали меня. По его чертовски большим рукам, которые обнимали меня и я чувствовала себя такой маленькой рядом с ним... Мы засыпали и просыпались вместе, я всегда закидывала на него руку или ногу. И он всегда смеялся, когда я смущалась от этого, и говорил, что всё нормально и ему нравится. Черт, такое блядство, Джинни!! Я так злилась на него, что не заметила, как влюбилась!! - Джули отчаянно взмахнула руками и всхлипнула. От воспоминаний на глазах выступили слезы. - Не плачь, Джули, - Джинни придвинулась ближе и обняла подругу, - может тебе стоит сказать ему о своих чувствах и он ответит взаимностью? - Я не могу!! У меня нет возможности даже сказать ему, какой он урод и как растоптал меня! Потому, что он в грёбаной Корее, а я здесь! Потому, что у меня даже нет номера его телефона! Потому, что я не могу показать ему, каким унылым дерьмом я стала без него... - девушка расплакалась и прижалась к Джинни. Та успокаивающе гладила её по голове. - Может, тогда это и к лучшему. Нам почему то нравится любить подонков, разбивающих нам сердце. * End of flashback. * - Ну а что? У тебя прямо сейчас есть возможность вернуться и всё высказать ему! Тебе же станет легче! Нет, я конечно могу продолжать выслушивать твои пьяные страдания и дальше, я хорошая подруга! Но как хорошая подруга, я желаю тебе лучшего. Этот Чан появился очень кстати, ты не думаешь? И если он сказал, что Чанбину тоже плохо без тебя, то вы можете помириться и снова быть вместе!! Ведь ты на самом деле этого хочешь! Тебе плохо, ты скучаешь по нему! Ты должна согласиться и поехать! - тараторила Джинни без умолку. - Джинни, это всё не так просто. Я что, по твоему, должна приехать к нему и сказать "да, ты всё ещё блядский урод, но я люблю тебя, поэтому возьми меня"? Так что ли? - Ой, не преувеличивай масштаб. Слова сами найдутся, как только увидишь его, - девушка театрально щелкнула пальцами. - Ничего в этой жизни не случается по щелчку пальцев, наивная. Тебя просто ещё никто в этой жизни не заземлял так жёстко, чтобы ты перестала верить в чудеса, - Джули тяжело вздохнула и потëрла лоб. Вот уж доброе утречко. - Мы говорим не обо мне, Джули! И ты сама всё усложняешь! Судьба буквально подарила тебе шанс встретиться с Чанбином! Сама ты бы ни за что не решилась! А если бы и решилась, то ни за что не нашла бы его в огромном Сеуле. А тут приехал Чан и на блюдечке предлагает тебе свою помощь! Над чем тут думать? Я искренне не понимаю твоего настроения! Ты должна была сразу согласиться и благодарить Чана за то, что он такой хороший друг и решил помочь! - Я не уверена, что встреча с Чанбином - это то, что мне нужно. Да, я скучаю по нему, - размышляет Джули, - но это не отменяет того факта, что он плохо поступил со мной. Ты молода и наивна, Джин. Ты просто любишь саму мысль о любви и счастье, сказки со счастливым финалом, в которых "пока смерть не разлучит нас". - И что? - упрямо спросила Джинни. - А то, что реальная жизнь не сказка, Джин, и прекрасный принц зачастую оказывается главной сволочью. - У тебя прямо сейчас есть шанс доказать мне это, - хитро улыбается девушка, - илиииииии..... - Что "или"? - Или ты можешь доказать самой себе, что ты загоняешься по пустякам, а я была права! - Ты неугомонная, ты знаешь об этом? Джинни засмеялась: - Знаю. Поэтому ты послала меня к чёрту в день знакомства. Джули тоже слегка усмехнулась, вспоминая то утро, которое разделило её жизнь на "до" и "после" Чанбина. - Так или иначе, решать тебе, - вздохнула Джинни, - я пойду, тебе явно нужно побыть одной и взвесить всё. Сколько времени дал тебе Чан? - Два дня. - Чтож, оставляю тебя. Пожалуйста, только не сглупи. - Хм, Чан сказал примерно то же самое, - хмыкнула Джули и Джинни улыбнулась. - Вот, уже двое человек дают тебе ценные советы. Прислушайся. - Я подумаю. Когда за Джинни закрывается дверь, Джули, наконец, может перевести дух и по- настоящему осознать, что произошло. Она подходит к столу и берёт в руку визитку Чана. Крутит её пальцами, будто находясь в ступоре. В голове белый шум и ни одной мысли. Постояв так с минуту, девушка перевела взгляд на чемоданы, которые за месяц так и не смогла разобрать. Каждая вещь в них вызывала болезненные воспоминания, от которых она так старательно убегала каждый день. И теперь они все накрыли её разом. " Мы можем быть счастливыми не только на фото, Джули" - голос Чанбина в голове звучит набатом и он чертовски реалистичен. "Мы можем быть очень счастливы вдвоём. Если ты захочешь." Девушка садится на колени перед одним из чемоданов и открывает его. Копошится в вещах в поисках одной единственной. Вытаскивает свою ночную сорочку, в которой чаще всего засыпала. И просыпалась в объятьях Чанбина. Она подносит её к лицу и вдыхает запах. Может у неё галлюцинации, но, кажется, что сорочка до сих пор пахнет им. Сжимая в руке ткань, Джули начинает тихо плакать и закрывает лицо второй рукой. Для чего это всё? Целый месяц ей потребовался, чтобы хотя бы не шарахаться от этих чемоданов и не вспоминать, откуда они появились в её квартире. Чан не стал бы врать. Не стал бы? Он всегда вёл себя достойно. Достойно ли? Чанбин сказал, что Чан готовил её похищение. Не тянет это на достойный поступок. И вот всё повторяется. Он снова на пороге её квартиры и снова хочет забрать её в Сеул. Для господина Со Чанбина. Которому, видите ли, тоже плохо без неё. Только вот он собственными руками всё это организовал. А если Чан ошибается? Если Чанбину вовсе не нужно, чтобы она вернулась. Чан не может знать наверняка. Это же не он его послал. Вдруг, он просто убивает время за алкоголем. Раньше же он чем- то занимался дома, после своих грязных делишек. Ах да, раньше у него были контрактные девушки. Но Чан сказал, что он больше не заключает контрактов. Может ли это значить, что ему не всё равно? Может, он хоть немного скучает? Может, он всё же хочет её вернуть, но не решается? Или мешает гордость? А может Джинни права и нужно попробовать? Где то в глубине души у Джули вдруг появилась надежда, что это всё же был не конец, что вселенная даёт им ещё один шанс сделать всё правильно. Дрожащими руками она снова взяла визитку и, помедлив в нерешительности, набрала номер. Чан ответил после первого же гудка. - Ты быстро. - Да... - Что решила? - Я согласна поехать с тобой. - Умница. Рад, что ты выбрала это. Сколько тебе нужно времени? Я заеду за тобой и поедем прямиком в аэропорт. - Эмм, подожди, Чан, - опешила Джули от так скоро развивающихся событий, - у тебя есть какой то план? - Какой план? - не понял он. - Ну, как ты собираешься меня вернуть? Просто привезёшь в его дом и посадишь в комнату, пока он не вернётся? Или что? - Ну, в общем и целом примерно так. Но я не думал о деталях. Важнее всего то, что ты согласилась. А остальное можно обсудить в самолёте. Лететь нам долго. - Боже, это так неловко, - простонала Джули, - ладно, допустим, буду готова часа через два. Нормально? - Вполне. Значит, увидимся через два часа Чан отключился, а Джули сильно зажмурила глаза и выдохнула. Она сделала это! И она полетит к Чанбину. Боже. Так, ладно. Из двух чемоданов она собрала один, несколько комплектов на каждый день. Мало ли, чем обернётся встреча. Может, ей понадобится возвращаться домой уже через минуту, если Чанбин скажет, что больше не заинтересован в ней. Но эту мысль Джули старалась зарыть подальше. Чан приехал ровно через два часа. - Ты точно уверен, что это было хорошей идеей? - спросила девушка, поднимаясь на борт частного джета. - Абсолютно. Чанбин мой давний друг, не могу смотреть на то, как он разрушает себя. И твои слезы, знаешь, не то, чтобы я был сентиментален, но в общем я сочувствовал тебе. При чем всегда. - Что значит всегда? - Когда Чанбин загорелся идеей заполучить тебя, я не разделял его энтузиазма. Предлагал ему познакомиться с тобой, как простому смертному. Но он настолько привык к контрактным отношениям, что другой формат даже не хотел рассматривать. Он, правда, не ожидал, что ты взбрыкнешь, - Чан легко усмехнулся, - он буквально негодовал и бесился, когда ты послала его. А когда он попросил меня отвезти тебя домой, на нём не было лица. Он был раздавлен. И сейчас он такой же. Его не радует жизнь. Он не посещает мероприятия, как раньше, как с тобой. Только вот согласился посетить ежемесячный благотворительный вечер, но только потому, что он один из главных спонсоров. Джули внимательно слушала Чана и вдруг встрепенулась: - Погоди, это тот же фонд, на который он водил меня? - Да, тот самый. А что? Девушка широко улыбнулась: - Есть идея! Поможешь мне? - Конечно. - Тогда нам нужно будет поехать не в дом Чанбина, а в какую нибудь мааааленькую гостиницу, ок? - Ок. Чанбин устало вертит бокал шампанского в руке, вполуха слушая своего собеседника и тяжело вздыхает. Он видит приближающегося Чана и очень надеется, что у того есть какое - то срочное дело, которое заставит его наконец покинуть этот чёртов зал. И оказывается прав. Чан приближается к его уху и произносит короткое: - Эй, дружище! Посмотри, - и кивает головой в сторону балкона. Чанбин послушно поворачивает голову и его живот скручивается практически до колик, когда он видит на балконе одинокую фигуру в чёрном платье, очевидно, Chanel, стоящую к нему спиной, также держащую в тонкой изящной руке бокал шампанского. Он удивлённо смотрит сначала на балкон, потом на Чана, но тот лишь сдержанно кивает ему, пытаясь подавить усмешку. - Я прошу меня простить, господин Мин, - быстро говорит Чанбин и спешит к балкону. В нём бушует ураган из чувств, начиная от дикой ярости и заканчивая щенячьим восторгом. У входа он притормаживает, замечая, как начинают подрагивать руки. - Что ты здесь делаешь? - спросил он, пытаясь скрыть волнение. Девушка поворачивается к нему, и также пытаясь скрыть своё колотящееся сердце, спокойно отвечает: - Шампанское... В прошлый раз оно было вкуснее. Я разочарована. - Ты оказалась здесь только ради шампанского? - недоверчиво уточнил Чанбин. Больше всего на свете ему хотелось схватить девушку в охапку и снова запереть в своём доме, чтобы больше никогда не отпускать от себя даже на миллиметр. Он так скучал. Больше всего на свете девушке хотелось сейчас же упасть в его объятья и прикоснуться к губам. Она так скучала. Джули легко улыбнулась: - Ну, я не спонсор фонда, не волонтёр, не эскортница и очевидно не нуждаюсь в благотворительной помощи. Зачем мне быть здесь ещё? "Дразнит. Ни намёка на агрессию. Действуй, кретин! " - Джули, прости меня... - начал он и запнулся, делая шаг вперёд. Девушка поставила бокал на перила балкона. - Продолжай. - Я не готовился это произнести, так что... Выслушай меня, пожалуйста. - Продолжай. - Я идиот. Полный. Я всё время не понимал тебя. Твоих чувств. Я поступил неправильно. И я прошу меня простить. Я был уверен, что всё на самом деле легко, а ты просто водишь меня за нос. Я сорвался и наговорил тебе всякой чуши, - Чанбин перевёл дух и продолжил - я сожалею буквально обо всех своих поступках и хочу загладить свою вину, но, пожалуйста, скажи сейчас, что ты здесь ради меня, потому что иначе я сдохну прямо здесь и сейчас, потому, что без тебя невыносимо. Без тебя... я и так не жив. Он взглянул в глаза девушки, ожидая ответа, и прикидывая, не сказал ли он сейчас какой то глупости, которая может разрушить тот маленький кусочек надежды, зародившейся только что на этом самом балконе. Джули молчит. Молчит и смотрит на него. И он не может понять, что в этих глазах. Что она собирается ответить? - Когда ты привёз меня в свой дом, Чанбин, ты выбрал за меня мою судьбу. "О, нет" - Когда ты отправил меня обратно, ты тоже выбрал за меня. "Нет, нет, нет". - Но сегодня я здесь, потому что я выбрала это сама. И, раз ты хорошо изучил меня, ты знаешь, что я здесь не для поиска богатого папика, - Джули делает паузу, и Чанбин вдруг вспоминает, почему он их так ненавидит, - Ведь он сам нашёл меня только что. И её губы расплываются в улыбке, когда она видит, как меняется выражение лица Чанбина, когда он осознаёт смысл сказанного. Сначала его лицо было напряжённым, будто с каждым произнесенным словом Джули хлестает его по щекам. Но когда она замолчала и улыбнулась, а мозг обработал смысл её слов, с его губ слетел вздох облегчения. С ответной улыбкой он приблизился к ней и взял её ладони в свои. - Какой цвет, детка? - Зелёный. Они потянулись навстречу друг другу и прикоснулись к губам. Чанбин крепко обнял Джули за талию и издал тихий блаженный стон. Она прикоснулась пальцами к его шее, отвечая на поцелуй и ему кажется, что в этот момент должны быть выпущены сотни фейерверков, настолько ему хорошо. Настолько он счастлив. Где - то в глубине зала лукаво улыбается Чан. Он прощается с гостями и идёт к лифту, чтобы спуститься в гараж. Скоро этим двоим однозначно понадобится машина.