Неправильный вампир

      В воздухе повисло молчание. Даже прибитая к столу Лайла хищно улыбалась и не издавала ни звука, наблюдая за разворачивающейся картиной.       Натаниэль глядел то в пол, то на окровавленную ладонь девушки и не осмеливался поднять голову. Кровь медленно капала со стола, впитываясь в светлый паркет.       Парень неоднократно становился свидетелем жестокой расправы на фермах, и его давно не удивить лужей человеческой крови. Но он от осознания того, что его самый близкий и любимый человек мог сотворить с невинной девушкой такое, что у него аж закружилась голова! Натаниэль потерял сознание на несколько секунд и тут же очутился в объятиях Марка.       Он обеспокоенно смотрел на него и громко дышал. Когда Нат открыл глаза и наконец встретился со взглядом Ансьеля, по комнате раздался громкий шлепок.       — Не трогай меня. Уйди. М-м-монстр! — щека Марка багровела, но он совсем не ощущал боли. Его сердце сжималось, ведь он посмел навредить его сокровищу. Это разрывало его сердце.       Натаниэль заливался слезами, отходя в противоположный конец комнаты. Воспоминания о ферме нахлынули на него взрывной волной, испепеляя всё доверие к Ансьелю.       — Н-но ты же не ненавидишь меня, милый? Это всё ещё я. Твой любимый...       — Неправильный человек. — отчеканил Натаниэль, стирая слёзы с щёк, — Люди не причиняют друг другу боль. Они любят друг-друга и всегда стараются решить конфликты мирно... Ты же... поступил, как самый правильный вампир! Безжалостный и жаждущий крови невинных... — слезинки вновь потекли по его лицу, — Мне страшно, Марк. У тебя больше нет клыков, но твоя сущность... Она всё ещё внутри тебя.       — Я в семейном поместье. Веришь или нет, но здесь хранится кое-что важное. Я должен это отыскать и готов смести всё на своём пути, чтоб найти это. Прошу, Натаниэль, я готов взять все домашние обязанности на себя, лишь бы ты поверил мне...       — Ансьели! Чёртовы Ансьели! Вечно ваше шестое чувство мешает вам жить! — просипела Лайла, она вот-вот должна была упасть в обморок от потери крови, но почему-то всё ещё упорно стояла на ногах. — Милый рыжий человек, помоги мне! Этот недочеловек сошёл с ума! Я теперь самая настоящая человечка! Я никому не причиню зла!       — Натаниэль! Прошу! Не слушай её!       Куртцберг растерянно метался взглядом между ними. Он не видел в них людей, поэтому решил бежать. Пелена слёз закрывала обзор, и он вбежал куда-то, споткнулся и покатился по лестнице. Ударившись спиной, у парня не было сил встать самостоятельно.       В подвале было темно и холодно, но абсолютно сухо. Будто посреди комнаты расположилась гигантская губка.       — Нат! — раздалось надо его ухом. Ансьель с лёгкостью подхватил его на руки и понёс на диван. Он хлопнул в ладоши, и в помещении зажёгся свет, освящая огромную библиотеку.       — Уйди от меня. Я не хочу иметь дело с чудовищами.       — Натти, милый мой, пойми меня... Я бы не стал тащить тебя сюда, если бы не был уверен в твоей безопасности...       — Ты не был уверен. — прохрипел Натаниэль, спина болезненно ныла.       — И ты оказался прав... Это родовое поместье, где проливалась не только человеческая, но и вампирская «кровь». Мои предшественники долго бились за право под солнцем, ведь этот дом... — Марк поднял голову на зажжённые свечи, — Это благословение Богов. Вампиры не должны были убивать всех людей, а лишь избранных и провинившихся... Они спасли бы род человеческий от неугодных. Но всё пошло наперекосяк.       — Почему свечи горят? — у Ната постепенно темнело в глазах, и он видел лишь пляшущие огоньки.       — Боги — не нечисть. Мари пожелала исчезновения всей нечисти, но не божественного замысла. Их магия — это сгусток светлой и полезной энергии, а чтобы вампиры не посягали на святое, были придуманы особенные артефакты. Судя по всему, ради них мы сюда и пришли. Встать можешь?       — Нет.       Марк зажмурил глаза, глубоко вдохнул и произнёс вслух что-то на непонятном Натаниэлю языке. Внезапно его спина, словно по волшебству, прошла. Отёки от долгой поездки прошли, а недосып, как рукой сняло!       — Магия.       — Лайла больше нас не побеспокоит. Её раны зажили, а память чиста. Теперь она жительница далёкой северной деревни. — подытожил Ансьель, — Я ушёл от семьи, потому что родовое поместье сводило с ума. Я был жестоким и чёрствым, ненавидел всё живое, но стоило мне отойти от него подальше... И я влюбился в окружающий нас мир. Только в этой библиотеке, в которую можно входить только кровному наследнику, осталась светлая магия, не несущая зла.       — Ты больше никому не причинишь боль?       — Никогда. Я не хочу больше быть монстром в твоих глазах, ты достоин только самого доброго любовника. Поместье творит ужасные вещи, и только здесь нам действительно ничего не угрожает.       Натаниэль осмотрелся вокруг. Действительно, огромное количество книг и каких-то магических артефактов. Картины, фрески, витражи на стёклах и даже мраморные скульптуры. Это завораживало.       — Пойдём, нам нужно дойти до конца. — Ансьель взял возлюбленного за руку и повёл за собой.       Они медленно продвигались по бескрайним рядами высоких полок, которые, казалось, уходили в бесконечность. Тишина библиотеки окутывала их, словно мягкий плед, а воздух был насыщен ароматом старинных книг и пыли, застывшей в времени. Каждый шаг отдавался эхом в этом святилище знаний, где шёпот страниц напоминал о давно забытых историях. Их взгляды скользили по корешкам, украшенным золотыми буквами, как будто они искали нечто большее, чем просто слова — искали ответы на вопросы, которые давно терзали их души. Натаниэль останавливал взгляд на портретах покойных, а на посмертных масках имелись чёткие выпирающие клыки.       Наконец, они подошли к стеклянному куполу, который расположился рядом с загадочной дверью.       Прозрачные стены купола отражали свет, создавая волшебные узоры на мраморном полу, словно сама библиотека дышала и жила. Внутри купола, на пьедестале из тёмного дерева, покоились два серебряных кольца — их поверхность переливалась, будто они хранили в себе свет тысячи звёзд. Парни остановились, затаив дыхание, понимая, что эти кольца хранят в себе не просто металл, а силу и тайну, способные изменить их жизни навсегда.       В этот момент время словно остановилось, и они ощутили, как сердце библиотеки бьётся в унисон с их собственными желаниями и мечтами. Марк набрал полную грудь воздуха, и снял купол:       — Серебряные кольца — часть древних брачных ритуалов вампиров, символизирующие не только вечную преданность, но и глубокую связь между двумя душами. Во время обряда вампиры меняются кольцами. Серебро болезненно сжигает кожу, оставляя на ней шрам — знак того, что теперь они не просто супруги, а часть одного рода. Этот шрам, как печать судьбы, служит защитой от измен и предательства, напоминая о том, что их сердца связаны не только любовью, но и древней магией крови. — Марк вынул кольца и протянул Натаниэлю, — Теперь эти кольца не сделают больно, ведь их наденут люди. Нат, ты выйдешь за меня?       Куртцберг замер, его сердце забилось с такой силой, что казалось, оно готово вырваться из груди. В его руках мерцали волшебные кольца, излучая таинственный свет, словно сами ангелы спустились на землю, чтобы стать символом их любви.       Взгляд Марка, полный нежности и надежды, наполнил его душу таким теплом, которое было знакомо только ему одному.        — Да, — произнес он, и это слово, вырвавшееся из глубины сердца, стало не просто ответом, а клятвой, переплетённой с древними силами, навсегда связывая их судьбы в едином танце вечности.       Словно в ответ на его согласие, кольца засияли ярче, и Натаниэль почувствовал, как магия древнего рода окутывает их. Они шагнули друг к другу, и в следующее мгновение их губы встретились в поцелуе, который был полон страсти и обещаний. Слёзы счастья потекли по щекам Натаниэля, смешиваясь с нежностью момента.       Он знал, что это не просто поцелуй — это была клятва, заключённая в вечности, и они оба были готовы принять её. В этом волшебном мгновении они стали одним целым, оставив позади страхи и сомнения, навсегда связав свои сердца.       — Я люблю тебя.       — И я тебя, Натти. Я хочу быть правильным человеком, и всегда оставаться верным тебе. — Марк крепко обнимал своего мужа.       Они просидели так ещё около получаса, наслаждаясь бесконечной красотой друг друга. Парни встретились именно тогда, когда оба были на дне. Вместе они справились со своими страхами, и у обоих не возникало сомнений в том, чтоб связать сердца воедино. Их брак благословлён небесами, и они никогда не отрекутся друг от друга.       — Помнишь, зачем мы сюда приехали? Ты хотел увидеть фрезки, милый. Они прямо за этой дверью, именно там и зародился вампирский род Ансьелей.       Распахнув тяжёлую дверь, они оказались в тёмной пещере. Стены которой были разрисованы самыми яркими красками, которые сверкали и будто гудели. Натаниэль ощущал, как по его телу проходит дрожь, наполненная любовью, страхами и мечтами усопших.       — А это нарисовал я, когда был совсем ещё ребёнком. Огонёк. Я любил смотреть на костры и звёзды, когда был совсем маленьким. Как же я рад, что теперь могу каждый день смотреть на огонёк. — Марк посмотрел на мужа. В тот вечер пещера наполнилась звуками поцелуев и словами о любви. Теперь в горе и радости. Вместе. Навсегда.