Мы выживем, обещаю

Лучи солнца пробираются сквозь окна, пока в церкви вновь собираются люди, в ожидании прочтении молитв. - Ну, как мы тебе, сынок? - Ласково, с легкой улыбкой спрашивает одна из женщин состоящая в церковном хоре. - Как ангелы - отвечает Тэхен, озаряя всех присутствующих своей не менее теплой улыбкой. - Ну брось, ты любишь нам льстить - с коротким смешком отзывается женщина, сразу же получая в ответ, - А я не о пении вашем говорил -, отвечает юноша, что даёт всем повод немного посмеяться в начале нового дня.     День проходит точно так же, как и предыдущие. Из дома в церковь, из церкви домой. Тэхен много времени проводит в церкви помогая своей матери, в то время, как его старший брат Сокджин помогает их отцу в  сфере механики. Их семья не из лучших, как может показаться на первый взгляд, ведь с самого детства им приходиться слышать через тонкие стены своего дома, как их родители ругаются, повышая на друг друга голос. Да, это происходит не настолько часто чтобы дело зашло далеко, единственное, что все ещё делает их семьёй, любовь от обоих родителей к родным детям и теплое отношение между ими обоими в дневное время суток.     На самом деле, не всегда их семья была такой, по крайней мере их отец, не был таким раньше.                                     *** - Ну ты там долго еще? - Иду я, иду.. - лениво тянет Сокджин, осознавая ещё с половины пути что Тэхена ему не догнать, обогнать тем более. - С каждым разом медленнее и медленнее братец, такими темпами какая тебе армия? Сокджин кажется ослышался или не осмыслил эту фразу до конца, ведь встал в ступор не двигаясь с места, пока Тэхен спокойно разместился на их камне, где неаккуратно вычерчены их инициалы. - Откуда ты узнал? - с полной серьёзностью спрашивает старший, смотря прямо в глаза, наконец вернувшись из своих мыслей в реальный мир. - Узнал, когда сам записывался. - абсолютно спокойно отвечает младший, отводя взгляд куда-то вдаль. - Ты что?! - повышая голос, начинает подходить ближе.  - Куда тебе на войну? Ты нужен здесь! - Для чего? - Сразу же реагирует младший.  - Что бы проживать один и тот же день, пока все остальные будут рисковать жизнями за нашу родину? Так по твоему? - Ты не понимаешь, эт... - Это ты не понимаешь! - слегка срывается на крик, но тут же остывает. - Не сейчас, поговорим дома вместе с родителями,- говорит младший вставая со своего места и начинает идти обратно в дом, как останавливается и чуть склонив голову бросает последние слова - Я отправлюсь туда, как и все.                                    ***   Он так долго мечтал выбраться из детского дома, что прямо сейчас, наконец оказавшись на свободе даже не задумывается о всей тяжести и суровости будущего, которое вот вот наступит. Он смелым шагом идёт прямиком к вокзалу откуда, как и остальные пассажиры прощающиеся со своими родными, поедет отдавать честь своей родине. Он совсем один, уже на протяжении 14 лет, он совсем один. Он не похож на старого себя, маленького мальчика несущего тепло и любовь окружающим, сейчас он суров и груб, такой, каким его сделала жизнь. Единственное, что связывает его с его прошлым, браслет, подаренный его матерью давным давно. Не знает зачем, не знает почему, но все ещё носит этот браслет на левом запястье, будто это и вправду нечто особенное для его существования.                                     *** - Отличная форма, - выговаривает отец сквозь зубы, смотря на старшего сына, решивший наконец-то присоединиться к ужину. - В такой же форме мой коллега получил внимание от толпы девушек нашей деревни, - продолжает отец, уже глядя в тарелку, с абсолютно пустым взглядом, пока что пустым. - Внимание со стороны девушек тебе обеспечено сынок. - Отец, я.. - В этой форме его застрелили во время войны! И многих других! уже не сдерживается отец, повышая тон. - Надеюсь во время войны, ты получишь пулю спереди, ведь мой коллега, получил ее в спину, не одну, после чего его форма годилась лишь в тряпки! И никакие девушки уже не будут иметь значение, как и это форма! - Намджун! -, не выдерживая выкрикивает женщина, пытаясь хоть как-то остановить этот концерт. - Хватит! Прекратите! Идите в свои комнаты! приказывает мать обоим сыновьям, не желая сейчас вмешивать их в предстоящий разговор с мужем.         Вновь крики, вновь оры и споры даносятся с комнаты родителей, а ощущается словно они прямо перед ними.       Парни лежат в своих постелях, пытаясь не обращать внимания на крики родителей, как делали это в детстве, но никто не говорил что попытки эти завершились нужным результатом. - Ты правда записался? Аккуратно и тихо спрашивает старший, наклоняя голову к младшему. - Да, что бы ты мне не сказал, я не передумаю, можешь не пытаться. - Я и не собирался,- абсолютно спокойно продолжает старший. - Мне просто интересно, с чего вдруг? Ты ведь никогда не говорил об армии, строил свои планы на будущее, где у тебя 2 детей и большой дом рядом с которым, будет церковь и все близкие тебе люди. - Сокджин,- вздыхая начинает младший. - Ты себя сейчас слышишь? Такую ерунду я мог сказать лет в 5, не старше, а ты все ещё помнишь это. - Я не забуду ничего сказанное тобою, ведь это всегда можно использовать против тебя,- с ухмылкой завершает старший, тут же убирая ее с лица заметив движение со стороны Тэхена, который теперь создал прямой контакт, лицом к лицу со старшим. - На днях, когда я был в церкви,- начинает младший, старший внимательно слушая не смеет перебивать. - Услышал крики снаружи и сразу рванул туда. Что-то произошло, у меня толком не было времени разбираться в этом, просто мчался как можно скорее чтобы помочь. У него кровоточила нога, и имея под рукой лишь ремень от собственных брюк, я использовал его как зажим, затянув туже на ране. Уже добравшись в больницу, врач сказал фразу, которая поменяла мой взгляд на все.-, Старший вскидывает бровь, ожидая услышать эту столь сильную фразу, что смогла изменить мировоззрение Тэхена. - "Ты спас ему жизнь" тихо произносит Тэхен, все также глядя прямо на старшего. - Они сказали что если бы я не затянул ремень на его ране, он бы не успел до больницы, не говоря уже об операции. Я спас его.     Сокджин молчит, ничего не говорит поэтому поводу и отворачивается от младшего лицом к стене. Тэхен не расстраивается, но тоже отворачивается спиной к брату, даже не догадываясь, что у старшего на лице красуется улыбка кричащая о гордости за своего младшего брата. Ему и не стоит знать, чтобы быть уверенным в том, что его старший брат гордиться им.