Жаркое лето с щепоткой мистики

       — Значит. Тёмной-тёмной ночью мы с Бяшкой отправились на речку рыбачить, — Рома подсел ближе к костру, и в его глазах заплясали озорные огоньки. — Хотели рыбы наловить.        — Это было прошлым летом, на, — перебил его Бяша. — Я тогда от мамки на неделю в лес свинтил. А нормальный еды ни у кого из нас не оказалось. Вот мы и решили пойти ночью рыбачить, на, так как…        — Так как этот легавый Тихонов решил вдруг запретить нам выходить в одиночку в реку, будь он неладен, — закончил за него Рома, скрестив руки на груди. — «Рыбачьте у берега, на пирсе. Нос не дорос ещё до плавания без взрослых», блин, — его голос начал хрипеть в попытке подражать речи лейтенанта. — Только у этого берега рыбы нет.        — Вообще-то, есть… — Антон поправил съехавшие очки.        — Да? И сколькими мальками ты наесться собрался? — Язвительно произнёс Рома, усмехнувшись.        — Зачем их есть? — Спросила Оля, сидящая рядом с братом.— Их надо обратно возвращать, к их семьям. К мамам и папам.        Мальчики в унисон рассмеялись, а Петров прижал надувшуюся от возмущения и обиды сестру к себе. Заметив недовольный взгляд товарища, Ромка перестал смеяться и толкнул локтем Бяшу. Тот тоже замолчал, а Пятифан прокашлялся.        — Так вот. Берём мы ночью лодку и отправляемся в плавание. Из освещения одна лишь жалкая лампа была, да и то на носу нашей посудины. Мы бы могли, конечно, этой рыбы натырить у других рыбаков днём, да только Тихач тогда на карауле стоял и глаз с нас не спускал. В тяжёлое время живём…        — Боже, Ром, давай ближе к делу. Так и заснуть недолго.        — Тох, я нагнетаю атмосферу.        — Ты не нагнетаешь, ты рассказываешь про рыбаков и Константина Владимировича.        — Рот закрой. Моя история.        — Наша, на, — встрял Бяша.        — Всё, молчать! Короче. Берём мы с Бяшкой лодку и отправляемся в плавание, — в очередной раз повторил Рома. — Где-то на середину реки выплыли. Там глубже, а потому рыбы больше. Сидим такие, значит, в темноте, в тишине, как вдруг слышу… всплеск!        Оля взвизгнула и прижалась к Антону. Ромка так сильно крикнул, что напугал её одним лишь эффектом неожиданности, а не своей странной историей. Петров старший уже начал засыпать от скуки, несмотря на то, что сейчас было светло, а время едва перевалило за восемь часов вечера. Даже страшилку про Ырку, которою Рома рассказывал когда-то весной, слушать было интереснее, чем это.        — А потом вы встретили русалку, и она начала петь, чтобы вас утопить, — Антон со вздохом закатил глаза.        — Самый умный, что ли? — Пятифан недовольно сощурился, воткнув шампур с нанизанной на него рыбой ближе к костру, повернув другой стороной к огню. — А. Ну да. Ты же очки у нас носишь.        — Короче, на, — историю решил продолжить Бяша, что весь вечер сидел с таким задумчивым видом, будто создавал целый космический корабль. — Ромыч воду в вёдра набирал, а я сеть в реку закидывал. И когда где-то раздался всплеск, мы не сразу придали этому значения. Ну, мало ли какая там рыба около поверхности плавает, на. Не в первой. Только этих всплесков со временем стало дох… много, короче, — Бяша почесал затылок. — А мы одни, на. В лодке, посреди реки, ночью…

***

       — Твою мать! Что за хрень? — Рома заметно напрягся и перегнулся через борт лодки. На свету от фонаря сверкнул металл ножа-бабочки. Всплесков становилось всё больше с каждой секундой. Они приближались к одинокой деревянной посудине, плавающей посредине реки. Казалось, кто-то лёгкий и невидимый бежал навстречу мальчикам по воде с явно недобрыми намерениями. Подул сильный ветер, а небо начали застилать тёмные тучи. Всплески вдруг прекратились, и снова воцарилась мёртвая тишина.        — Может, рыба плавает, на… — тихо предположил Бяша.        — Гений, — фыркнул Пятифан. В этот момент раздался глухой удар о дно лодки, и она закачалась из стороны в сторону, чуть ни окунув Рому в воду. Благо, тот удержался, вцепившись руками в деревянный борт.        — Ром, это… валить надо отсюда, на…        — Да я уже понял. Чертовщина какая-то, — мальчик сплюнул в воду. Сам не знал, зачем — просто так делают взрослые.        Рома сел на банку и взял в руки вёсла, но грести не торопился. Всё сидел и вслушивался в тишину да в колыхание листвы кустов и деревьев от лёгкого ветерка. Бяша молчал, сосредоточенно вытаскивая сеть обратно из воды.        — Р-Ром… — голос предательски дрогнул. Раздался очередной всплеск, и сетку начало затягивать вниз под толщу воды, а за ней и Бяшу, который изо всех сил вцепился в неё, пытаясь вытянуть обратно.       — Ёпты! — Рома тут же подскочил к другу, что почти выпал за борт, и схватил его за ноги, потянув на себя. — Держись!        Внизу раздалось бульканье — Игорь, чья голова уже была под водой, пытался что-то сказать или же кричал. В этот момент лодку тряхнуло так сильно, что Пятифан упал, больно ударившись спиной о лавочку и практически встав на «мостик», прогнувшись в пояснице. Однако захват его ни на миг не стал слабее, благодаря чему наполовину мокрый Бяша снова оказался в их посудине, жадно глотая воздух и откашливая воду. Сеть ушла на дно реки, выпав из его ослабший рук.        — Спа… спасибо, на, — еле выговорил он. Прийти в себя после такого оказалось непросто.        — Валим отсюда! — Рома ловко извернулся, залез обратно на банку и, схватив вёсла, начал изо всех сил грести к берегу. Бяша сел напротив него, смотря на отдаляющееся проклятое место, где они недавно чуть было не потерпели самое настоящее крушение. Там мелькнула какая-то тень. Наверно, змея плавала, да только чешуйчатый полукруг, выглянувший на миг из воды, закончился большим рыбьим хвостом, снова скрывшись во мраке. Бяшу передёрнуло от ужаса. — Что там?        — Лучше не оборачивайся, — едва слышно прошептал бурят.

***

       — Может, русалочка просто хотела с вами подружиться. А Вы её напугали… — Оля смотрела то на Рому, то на Бяшу, и в глазах её отражался весь океан эмоций, пережитых во время рассказа. Тут были и страх, и интерес, и даже некое разочарование — не хотела она верить в плохие намерения русалки, если это вообще была она.        — Она нас утопить хотела. В этом сомневаться нельзя, — покачал головой Пятифан.        — Не верю!        — Да уж, история… — задумчиво протянул Антон.        — Вы про русалок говорите? — Все тут же обернулись. К костру подошла Полина, держа в руках чёрный футляр со скрипкой. — Я с занятий возвращалась и вдруг услышала ваш разговор. Смотрю, у вас тут уютно. Можно? — Получив в ответ утвердительный кивок, она осторожно спустилась с небольшой горочки к компании и села на одно из брёвен, служивших своеобразными лавочками. — Вы же знаете, кто это такие?        — Наполовину бабы, наполовину рыбы, — небрежно пожал плечами Рома. — Которые хотят утащить тебя под воду! — Он повернулся к Оле, взмахнув руками, чтоб ещё страшнее было. Но девочка лишь обиженно надулась и ещё сильнее прижалась к брату. Все эти истории рушили её представления о русалках, сложившиеся после многочисленных просмотров «Русалочки». Для неё они оставались красивыми морскими принцессами, что так хотят повидать людской мир.        — Это давно известный факт. А вы знаете, откуда они взялись?        — Да рыба там икру метала, вот и произошла это… как её… революция, — Рома с Бяшей снова заржали, как кони, и дали друг другу «пять». Антон покачал головой и виновато посмотрел на Полину, как бы извиняясь за поведение друзей. Та качнула головой, ничуть не смутившись от столь несерьёзного отношения мальчиков к фольклору. Видимо, ночь на лодке их настолько напугала, что им легче было теперь отшучиваться.        — И вовсе нет, — она понизила голос до завораживающего полушёпота. — Русалки — это утопленницы. Дедушка рассказывал, как однажды, в ночь на Ивана Купалу, одной молодой девушке разбили сердце: она увидела своего возлюбленного с другой и, не в силах совладать с горем, пошла на речку и утопилась. Но душа её не смогла улететь к Небу, а осталась тут, и стала эта девушка чудовищем морским. На следующий день пошёл тот юноша, которого она так любила, рыбачить. Доплыл до самого глубокого места в реке, сеть закинул, удочки поставил, как вдруг услышал пение необычайной красоты. Смотрит — из воды девушка выплывает и в лодку залезть хочет. Молодая, хороша собой, с до боли знакомым ликом. И так смотрит, так смотрит. Околдовала юношу песня, перегнулся он за борт навстречу лицу красавицы, чтобы поцеловать её, и увидел, как вильнул под водой хвост рыбий, да только поздно было. Упал он в реку, и больше его никто не видел… — Полина оглядела друзей. Все сидели тихо, и внимательно слушали, затаив дыхание. — Поговаривают, что они теперь вместе. Ну, русалка и юноша. Конечно, есть и другая история, в которой говорится, что русалки — это прекрасные водяные дивы, дочери Водяного, которые утаскивают молодых парней под воду, чтобы съесть или слугами своими сделать. Дедушка говорил, что если услышишь, как со стороны воды песнь их дьявольская и печальная доносится, то нужно бежать со всех ног домой. И сам, когда в воду заходишь, петь не смей — русалок на песни тянет, как железо к магниту. Помыслы у них отнюдь не добрые: им бы только затащить под воду парней и жить с ними, утопленниками, — она вздохнула. — Люди даже летом пропадают: отправляются на рыбалку, и поминай их потом, как звали.        — Ромыч, ты прикинь, как нам повезло… — шепнул побледневший Бяша на ухо Ромке, который, судя по круглым глазам и задумчивому виду, эту историю тоже слышал впервые.        — Да, это вы легко отделались.        — Не верю! — Вдруг воскликнула Оля.        — Оль, не кричи так, это всего лишь сказки. Русалок вообще не существует, ты же знаешь, — попытался успокоить её Антон, но вышло только хуже. Девочка посмотрела на него такими печальными и мокрыми глазами, что мальчик тут же зажал себе рот рукой, осознав весь ужас сказанного. Не стоило ему встревать.        — Ты же говорил… говорил… — голос сестрёнки задрожал. — Говорил, что когда мы поедем в Диснейленд, то увидим Ариэль. А она — настоящая русалка. И она точно никого под воду затаскивать не будет. Она же принца спасла! А ещё… ещё ты говорил, что русалки живут только в море. Обманщик! — Оля толкнула брата и отвернулась от него.        — Оленька, я… — Антон совсем растерялся. Рома поспешил на помощь другу, дабы предотвратить начинающуюся бурю в виде слёз малышки.        — Не плачь, малая, — он подсел к Петровым, положив руку на плечо Оли. — Мы все такую историю про русалок слышим впервые. Кто ж знал, что они ещё и пресноводными бывают? Давай так: мы просто поищем завтра этих русалок. Вот тогда всё и узнаем: есть они, нет, плохие или хорошие.        — Ага, — девочка всхлипнула и утёрла рукавом кофты мокрые глаза.        — Ну вот, — Ромка подбадривающе улыбнулся и похлопал её по спине. — Поль, а что за песня-то?        — А ты отчаянный… — протянула Полина, загадочно улыбнувшись. — Точно услышать хотите?        — Ну да.        — Только чур не петь, когда в воде играться будете, — она устроилась поудобнее. — Мне её дедушка давно пел, когда я ещё маленькая была. Почти вместо колыбельной была. Сейчас попробую вспомнить.        Бяша переставил несколько шампуров с рыбой поближе к костру и сел поближе к друзьям. Все четверо завороженно смотрели на Полину. Та разгладила складки на юбке платья, глубоко вдохнула, а затем тихо и мелодично запела:

— Я гуляла летним утром В час, когда растаял мрак, И тогда в округе Уоппинг Повстречался мне моряк. С девой юной он общался, Чей был боли полон взгляд: «Я боюсь, мой милый Уильям, Не вернёшься ты назад». Моё сердце так тоскует, Ни к чему мне денег звон. Лишь моряк меня утешит, Ведь дороже злата он.

       — Красиво, — выдохнул Рома.        — Браво! — Антон захлопал в ладоши, а вместе с ним и Оля с Бяшей. Никто раньше не слышал, как поёт Морозова. Все привыкли, что она только на скрипке играет, а потому впечатление получалось незабываемым. — Ты очень красиво поёшь!        — Спасибо, — Полина смущенно убрала прядь чёрных волос за ухо. — Кстати, песня из-за рубежа к нам пришла, но и здесь довольно неплохо прижилась, став частью легенды.        — Решено! Завтра, как и обещал, собираем манатки и отправляемся в дальнее плавание! — Заявил Ромка, вскочив на ноги. — Русалки твои не только ночью из нор своих подводных выплывают, да? — Обратился он к Поле. Та утвердительно кивнула. — Ну, вот и славно! — Мальчик сел обратно.        — Слушай, Полин, а ты знаешь ещё какие-нибудь жуткие истории, на? — Поинтересовался Бяша.        — Связанные с водоёмами, — добавил Антон.        — Дай-ка подумать… — Морозова приложила ладонь ко лбу и подняла задумчивый взгляд на голубое небо с медленно проплывающими по нему розовыми облаками. — М-м-м… вроде есть одна. Дедушка как-то рассказывал о корабле-призраке с мертвецами вместо экипажа.        После этих слов глаза Ромки и Бяши так и загорелись азартом. Они подсели ближе к Полине, с увлечением смотря на неё. Обоим не терпелось узнать, что же это за корабль таинственный такой.        — С этого и надо было начинать! И что дальше?        — Да ничего… — девочка замешкалась. — Он появляется раз в десять лет, и те, кто осмелится зайти на его палубу, пропадают. По легенде, они становятся частью корабля и больше никогда не смогут сойти на землю, проводя каждые десять лет своего существования под водой. А ещё на этом корабле находится несметное количество сокровищ. Точно! — Она щёлкнула пальцами. — Вспомнила! Называется этот корабль «Летучий Голландец», и попасть на него довольно непросто, так как люди вынуждены наблюдать его издалека.        — А как появился этот корабль-призрак? — Спросил Антон.        — Легенда гласит, что однажды нидерландский капитан возвращался из дальнего плавания и вёз на борту молодую пару. Ему приглянулась девушка; он убил её суженого, а ей сделал предложение стать его женой, но девушка выбросилась за борт. При попытке обогнуть мыс Доброй Надежды корабль попал в сильный шторм. Среди матросов началось недовольство, и штурман предложил переждать непогоду в какой-нибудь бухте, но капитан застрелил его и нескольких недовольных, а затем поклялся, что никто из команды не сойдёт на берег до тех пор, пока они не обогнут мыс, — даже если на это уйдёт вечность. Голос с неба сказал: «Да будет так!». Так капитан навлёк на свой корабль проклятие. Теперь он, бессмертный и неуязвимый, но неспособный сойти на берег, обречён бороздить волны мирового океана…        На несколько минут на поляне воцарилась тишина, и только треск костра нарушал её. Все молчали, осмысливаю рассказ. Только Оля, позабыв свою недавнюю обиду, снова прижалась к Антону, спрятав в рукаве его кофты лицо. Это, пожалуй, была самая впечатляющая история за весь вечер.        — Что-то невесёлые у вас истории какие-то… — пробурчала она.        — На то они и страшилки, — усмехнулся Рома. Он встал и собрал шампуры с жареной рыбой, словно цветы в поле.        — Легенды, — поправила его Полина.        — Ну да. Легенды.        — А что такое легенды? — Поинтересовалась Оля.        — Мистические истории, в которых, вроде как, рассказывается правда, — Антон снова поправил очки, съехавшие практически на кончик носа.       — Ладно, ребят, мне пора, — Полина встала и отряхнула платье. — Было приятно поболтать с вами.        — На ужин не останешься? — Рома показал ей только что приготовленную рыбу, от которой вверх поднимался полупрозрачный пар.        — Нет. Я обещала дедушке вернуться немного пораньше. Варенье делать будем. Заодно выясню ещё что-нибудь для вас. Про русалок.        — Скоро можно будет составлять целую энциклопедию, — усмехнулся Рома, разрезая рыбу.        — Это точно. Ну, пока.        Ребята попрощались, и Полина пошла дальше своей дорогой. Антон долго, будто зачарованный, смотрел ей вслед. Вскоре её фигурка скрылась за горизонтом, и только тогда Петров повернулся к товарищам. Те вместе с Олей уже во всю трапезничали, сидя на ковриках около палаток. Недолго думая, Тоша поспешил присоединиться к ним.