Осколки моей жизни уходят с тобой

В институт Тэхён шёл неохотно, но оставаться в квартире на целый день было выше его сил. Весь интернет не пересмотришь, а загонять себя в сонливое состояние на остаток дня было как-то глупо. Узкий коридор института был почти пуст: студенты были слишком сонными, чтобы толпиться в проходе и галдеть. Этому Тэхён был рад. А вот увидев маячащего у нужной аудитории Чонгука, он недовольно нахмурился. В глубине души Ким надеялся, что Чон стоит там просто так, но надежды пройти нетронутым на своё место разбились о серьёзный взгляд на физиономии того. — Не заходи туда, – честно предупредил Чон, перегораживая собой путь к аудитории. — С какого? – буркнул Тэхён, пытаясь обогнуть парня, но тот ухватил его за предплечья, останавливая. Взгляд янтарных глаз недовольно скользнул по рукам Чонгука и тот опустил их. — Просто пойдём прогуляем. Не надо туда. — С каких пор ты зовёшь меня прогулять пару? – прыснул Ким. – Свали. — Я предупреждал. – Вздохнул Чон всем своим видом показывая, что в аудитории его поджидает если не моментальная смерть, то какое-нибудь страшное проклятие уж точно. — Пф, – фыркнул тот, отодвигая Чонгука в сторону и дёргая ручку аудитории. Войдя, он только потом поднял глаза и замер. — Я же говорил, – донеслось из-за спины сдавленное. Тэхён обвёл взглядом свою группу, они посмотрели в ответ на него. На лицах многих были надеты медицинские маски. — Чон – крикнул Ёнджу, размахивая одной из них – Возьми! Может, для тебя ещё не всё потеряно! По аудитории раздался хохот. — С-сука, – выдохнул Тэхён где-то рядом с Чоном, который всё же двинулся к своему месту, стараясь особо не смотреть по сторонам. — Ха! Ким, может, это тебе нужно было намордник надеть? – Басисто хохотнул Ёнсу. — А то ходишь тут, заразу разносишь. Ёнсу усмехнулся и перевёл взгляд на Чона: — Чонгук! – Подходя ближе к Чону. – Бери. Пригодится. Парень протягивает маску. Чонгук, опустив сумку на стул, взглянул на протянутую маску, криво усмехаясь: — А не слишком они... — Чонгук подхватил маску, что ему протянули и оценивающе прокрутил в руках. — Тонкие. Тэхён просто замер недалеко от Чона и молча за ним наблюдал. Неужели и он туда же... Ёнсу сначала непониманием проследил за Чоном, а после рассмеялся и выполнил своим басистым голосом: — Хах, точно, они ведь совсем тонкие. Процент заразиться всё выше. Чонгук уложил маску на правой руке. — Да. Поэтому наденька ты вторую. Ладонь с маской со всей силы впечаталась в лицо Ёнсу, заставляя того влететь затылком в стенку рядом. Тэхён в полном ахуе наблюдает за Чоном, что придерживая Ёнсу за грудки что-то ему говорит. Но из-за шума других учеников Ким ничего не расслышал. Все замолкают когда дверь в аудиторию открывается и внутрь проходит преподаватель, а вместе с ним и декан, что-то объясняла молодому преподавателю, но повернувшись до группы замолчала. — Что у вас снова здесь происходит!? — Грубым тоном спросила женщина. Она обвела возмущённым взглядом группу, которые быстро стягивали с лиц маски, а также застывшего Чонгука, что держал за грудки Ёнсу и рядом застывшего Тэхёна. — Почему в этой группе всегда какой-то бардак твориться!? — рявкнула женщина. — А это нормально, что мы в одной комнате с больным учимся! Дышим одним воздухом! — Выкрикнул Ёнсу, вырываясь из хватки Чона. Тэхён почувствовал, как жар хлынул к щекам. — Посмотрите на себя. Это вы больные, – громче, чем надо, выпалил Тэхён, обводя взглядом группу и направляясь на выход. — Стоять! Никто не уходит. — Перегородила путь декан. — С каким ещё больным? Нахмурилась женщина, вновь оглядывая аудиторию, словно надеясь увидеть какого-нибудь чахоточного или инвалида. — Со мной, – каркнул Тэхён, заставляя всё внимание обратиться на него. — Почему меня не предупредили? – потерянно спросила декан глядя на преподаватель. — Я сама… не в курсе, – совсем уже потерянно призналась та. – Ким, вы… гриппуете? Почему не взяли больничный? Тэхёну хотелось смеяться. Он чувствовал на себе все эти взгляды, он будто мог слышать мысли всех, кто был здесь. Спину обдавало жаром от чужих глаз, позвоночник ныл из-за неестественно прямой позы, в голове начинало шуметь. Парень провёл взглядом по стоящим перед ним взрослым. Как никогда раньше, он почувствовал себя здесь чужим. Их эмоции, их слова… — Ваши родители не предупреждали нас, – продолжала декан. – Но, если у вас грипп, вы можете взять больничный и отлежаться дома, пока… Тэхён их не слышал, понимая, что глубже и глубже погружается в какую-то вату. В ушах начинало гудеть, в глазах рябило, но он упорно стоял, смотря куда-то в лоб декану. — Эй, – Шикнул Чонгук, замечая, что взгляд парня стал каким-то отстранённым, а вдохи тяжёлыми, – Ты только в обморок не грохнись. Чон понимая, что тот сейчас где-то далеко, ухватил его за рукав толстовки кончиками пальцев, надеясь, что это удержит парня в реальности. — А ты Чонгук снова кулаки распускаешь!? — Женщина перешла уже на Чона, что также не обращал на неё внимания. — Только ведь недавно с этим всем разбирались. Декан устало обвела этих двоих взглядом и качнула головой: — Видимо бесполезно с вами разговаривать... Поэтому будете отстранены от занятий. — Что!? — Пришёл в себя Тэхён. — Отстранены? — Да. На три дня. — Но... — Свободны. — Женщина показала пальцем на выход позади себя. — Жду вас через три дня. Надеюсь к этому времени вы измените своё поведение, а ты Тэхён подлечишься заодно. Тэхён фыркнул и быстрым шагом направился прочь, Чонгук за ним. Тэхён тяжело дышал и быстрым шагом направлялся к выходу из заведения, а пер глазами всё расплывалось, ноги подкашивало. — Ты чё блять на ровном месте падаешь. — Чонгук успевает подхватить Кима, когда ноги в очередной раз подкосились и удержать уже не смогли. — Голова. — Проговорил Ким и медленно отошёл к стенке. Как только лопатки Тэхёна столкнулись о холодную поверхность, опора из-под ног начала медленно уходить, и тело заскользило вниз. — Эй, не вздумай – Тихо процедил Чонгук хватая Тэхёна за ворот и прижимая к стене, не давая съехать ниже. О том, что стоит ему свалиться, как всё внимание будет устремлено на них, Чон умолчал. Всё и так было понятно. Весть о его болезни разлетелась по группам со скоростью запаха гнилого яйца, которое забыли в комнате. И теперь большинство студентов, завидев Кима, ожидали продолжения спектакля. — Не нужно показывать это им — Прошипел Чонгук, крепче сжимая ворот парня. Да и если этот придурок сейчас здесь рухнет, то Чону придётся тащить его куда-то на своём горбу. Тэхён вымученно улыбнулся, кое-как выравниваясь и заставляя ноги упереться в пол сильнее. Ему казалось, что всё здание начало ходить ходуном, лишь бы сбросить его на пол к чужим ногам. В ушах отчего-то звучал чужой смех или это гул обрёл такое странное, рваное звучание. Затёртый паркетный пол рушился, осыпаясь в зияющую бездну, стены кренились и съезжали туда же, в заботливо раззявленную пасть темноты. Тэхён понимал, что и сам вот-вот полетит следом, но что-то из другого мира не давало сделать ему этого. Руки Чонгука, крепко сжавшие ворот его толстовки, прижимали лопатками к стене, угольные глаза смотрели твёрдо и упрямо, и в них Ким не видел так осточертевшей жалости. Звонок на пару расколол голову на две части, и Тэхён едва не зарычал, зажимая уши ладонями. Кто-то дёрнул его, увлекая за собой. Тэхён открыл глаза, следя, как пол под ногами словно обваливается при каждом его шаге, шатается и проминается. Но идущего рядом человека это не пугало, казалось, он не видел. На улице Чонгук остановился, пройдя лишь несколько метров от входа в институт. Он вновь прислонил Кима к стене, вглядываясь в побелевшее лицо: — Живой? Странно, но почти по-осеннему холодный воздух, пробираясь через ноздри в лёгкие, освежал, если не стирая пропасть под ногами, то делая её меньше. Тэхён кивнул, облизывая пересохшие губы. — Отпусти меня. — Свалишься – ловить не буду. — Предупредил Чонгук и опустил парня отстраняясь на шаг. Тэхён чуть пошатнулся но намасте устоял. Сделав ещё пару глубоких вдохов, Ким восстановил дыхание и приоткрыв глаза взглянул на Чона. — Пошли. — Позвал Чонгук и развернувшись направился вперёд. Тэхён не стал интересоваться куда зовёт его Чон, а молча направился за ним. Чонгук шёл рядом с Тэхёном молча, стараясь не напоминать о своём присутствии. Он лишь изредка косился на парня, когда того начинало заносить слишком сильно, но кидаться и хватать его под руку тоже не спешил, рассуждая так: «Упадёт – значит подниму». Тут не было глаз студентов, не было тех, кто готов был смеяться над слабостью другого. Жестоки не только подростки. Взрослые ничуть не милосерднее… Шли они долго, но Тэхён не жаловался, он лишь устало переставлял ноги и вдыхал осенний холодный воздух. Чонгук свернул в небольшой знакомый двор, что словно отделялся от всего города. — Ты меня к себе привёл? — Хмыкнул Ким.— Зачем? — А ты домой собрался? Нас всё равно от занятий отстранили. Чон мысленно попросил Тэхёна не выпендриваться и поскорее зайти в чёртов подъезд. Ведь он тоже устал от этого всего и хотел поскорей оказаться в этой смуглой квартире. Наверное, сила мысли всё-таки подействовала и Тэхён нерешительно вошёл внутрь. Квартира их встретила уже привычным холодом. Тэхён прошёл сразу на кухню, уселся за стол поджимая под себя ноги и взглянул на Чонгука, который принялся что-то выискивал в шкафу. — Значит, ты всё-таки болен? — Задал терзающий его вопрос Чонгук, ведь ситуация с группой так и не давала покоя. — Ага. — Кивнул Ким. — Рак лёгких. Ким сразу утвердил диагноз, он не видел смысл скрывать его. — Ясно. Понятливо кивнул в ответ Чон. Он не стал больше расспрашивать парня. Чонгук подхватил бутылку и зажав два стакана в свободной руке, направился вон из кухни. Ким неохотно опустил согревшиеся ноги на холодный пол и проследовал за ним. Чонгук опустился на матрас и наполнил стаканы прозрачной жидкостью. — Так и не собираешься купить себе кровать? Взгляд Тэхёна был направлен на стремительно наполняющиеся стаканы, и что-то внутри подсказывало – ему придётся это пить. — А зачем? — Тонкие губы изогнулись в кривой усмешке. — Надоел своим зачем – Фыркнул Тэхён, опускаясь на матрас напротив парня. – Все обставляют своё жилье, спят на нормальных кроватях, диванах. А у тебя тут пусто, как в склепе. Чонгук рассмеялся, а после резко оборвал смех и с совершенно серьёзным выражением лица выпрямился. — Ты всегда живёшь так, как многие? – Прищурившись, спросил Чон. — Что ты имеешь в виду? – Встрепенулся Тэхён, понимая, что игра вновь началась. И вновь выйти проигравшим он не хотел. Вместо ответа Чонгук подставил к Тэхёну стакан полный наполовину, а сам взял второй: — Пей. — Я не буду пить, – Тихо выдохнул Ким. – И тебе бы не советовал. — А ты мне кто? – Усмехнулся Чонгук. – Ты человек, который живёт по чужим правилам, делает так… Чон замолчал, чтобы улыбнуться особо брезгливо и насмешливо: — Так, как надо. Как делают другие. И пытаешься влезть мне в душу? — Я никуда не лезу, – Терпеливо выдохнул Тэхён. – Ты просто вбил себе в голову, что жить как все – это обязательно плохо. — А это хорошо? – Нахмурил лоб Чон. – Жить по чужим планам, обставлять свою квартиру разноцветным хламом, и им же забивать свою голову, жизнь… Эта странная волна философии, что нахлынула на Чона, казалась Тэхёну какой-то неестественной, словно тот пытался завести спор ради спора. Вывести из себя Тэхёна, показать ему, ткнуть носом в то, что его жизнь полное дерьмо. — А хорошо, как ты? – Выпалил Тэхён, чувствуя, как злость заливает щёки лёгким румянцем. – Хорошо бросать семью и посылать всех лишь потому, что ты настолько слаб, что даже не можешь держать своё лицо на людях? Вновь тишина. Но она продлилась недолго. Звонкий удар, и Тэхён отлетел с матраса на холодный пол. Парень, лёжа на холодном полу и чувствуя, как на щеке расползается обидный жар, не сразу понял, что произошло. А когда понял – было поздно. Кто-то перевернул его на спину и придавил грудь коленом, руками впиваясь в запястья и вдавливая их в пол. — Что ты сказал? – Прошипел Чонгук, чьи глаза теперь странно мерцали на бледном лице. — Ты совсем? — Ты назвал меня слабым? – Прошипел Чон, сильнее надавливая острым коленом на грудь Тэхёна. — Да. Потому что ты бежишь ото всех, – С трудом выговорил Тэхён. Дышать было тяжело и больно, поэтому парень начал вырываться. – Ты не можешь быть рядом с кем-то, потому что не можешь казаться сильным. Ты слабый… Ещё один удар пришёлся мимо: Тэхён вовремя отодвинул голову, и кулак Чона впечатался в пол, отчего тот зашипел и тут же был сброшен. — Сильные так не поступают! – Вскочив на ноги, выпалил Ким, смотря, как Чонгук медленно поднимается. — Как? – Хрипло выдохнул тот. — Не бросают родных. Ты ведь сбежал из дома, – Обличительно выпалил Тэхён. – Ты бросил семью… а тяжело не только тебе. На этот раз Чонгук не пытался ударить кулаком. Он всем корпусом бросился на Тэхёна, сбивая его и сильно ударяя спиной о стену. — Ты зол, потому что я говорю правду, – Прохрипел Ким, пытаясь отцепить цепкие пальцы от своих ключиц. Было больно, но злость наполовину глушила это. — Заткнись… — Ты слаб, признай… ты же знаешь это… Тэхён вывернулся, но тут же был вновь прижат к стене. Чёрные глаза смотрели ровно в янтарные, в которых проскакивали точные нотки мазохизма. — Придурок. — Выполнил Чон и отпустил парня. Оглядевшись, Чонгук заметил чудом не перевернувшийся из-за их драки стакан водки и подняв оный, залпом осушил. — Иди пей, или я сам тебе её в глотку залью. — Проговорил Чон и вновь опустился на матрас. Тэхён усмехнулся, но отвечать не стал и просто подошёл ближе к Чонгуку. Вся злость на этого человека прошла и Ким словно забыл, что всего пару минут назад они были готовы грызть друг другу глотки. Сейчас это казалось неважным, словно с этой стычки прошло три года, а не пять минут. Ким подхватил стакан с жидкостью с пола, осушив его в одним глотком. Лицо ожидаемо скорчилось от обжигающего жара, что обдало гордо. — Я пожалуй пойду. — Проговорил Тэхён и поставил уже пустой стакан обратно на пол. Чонгук так и не повернулся, чтобы проводить парня хотя бы взглядом.

* * *

Ким в очередной раз посмотрел на пустующее место у окна. Чонгук не появлялся в институте уже неделю, телефон его отвечал лишь долгими гудками, а смс-ки уходили будто в никуда. Бить тревогу Тэхён начал далеко не сразу, вспоминая тот неприятный эпизод. Вроде бы ничего страшного не произошло: подумаешь, Тэхён сказал что он слабый. Но всё-таки неприятное чувство разлилось в груди. Ведь... разве сам Ким сильнее? Тэхён вновь посмотрел на пустое место и заставил себя отвести взгляд, мысленно выругавшись. Он вновь достал телефон. Пряча его под партой, быстро набрал привычные уже слова: «Ты где?» И отправил смс. Взгляд Кима скользнул по экрану, ожидая ответа от Чонгука, но спустя пять минут со вздохом разочарования парень вновь убрал телефон в карман. Ответа не было и спустя три часа, день, пять дней… В конце второй недели Тэхён не выдержал. Теперь вместо долгих гудков в телефонной трубке раздавался приятный женский голос, который оповещал его о том, что абонент временно недоступен… И этот голос с каждым часом всё сильнее и сильнее нервировал парня, заставляя то и дело поглядывать на экран телефона, ожидая хоть какого-то знака. Это ожидание, запертое в собственной грудной клетке, больно щекотало нервы своими длинными жгучими щупальцами, которые больно дёргали сердце каждый раз, когда кто-то другой присылал смс или звонил. Очередная переливчатая трель заставила Тэхёна быстро схватить сотовый и судорожно нажать на иконку нового сообщения. Взгляд быстро скользнул по имени отправителя, и сердце пропустило удар. Внутри расползлась уже привычная, но от того не менее отвратительная пустота. Вновь не Чонгук. Это была массовая рассылка, оповещающая студентов о том, что сегодня вечером состоится вечеринка в порту по случаю начала учебного года. Тэхён привычно тут же удалил этот ненужный спам. Идти куда-то одному ему не хотелось и уж тем более быть среди них белой вороной, отбившись от стаи. Ким тяжело вздохнул, поглядывая на часы. До окончания пары было около часа, но в голове назойливо крутилась одна и та же мысль, а к ней примешивалась ещё другая. Она угольком разжигала таившееся в груди волнение, заставляя сердце замирать.

* * *

Тэхён едва дождался окончания пары. Давно было понятно, что время, когда ты чего-то очень сильно ждёшь, будет тянуться назло долго и нудно. И этот раз не стал исключением. Парень то и дело поглядывал то на монитор телефона, положенного на парту, то на преподавательницу, в надежде, что она отпустит их пораньше. Но чуда не случилось, и их задержали ещё на пятнадцать минут. Он не успеет…