Ты знал и молчал..

      — Да, блять, отвянте, пожалуйста. Дайте доспать.       Телефон продолжал неприятно трезвонить раздаваясь эхом по всей квартире.       — Да, блять, что вам надо?! — выпалил я.       Выключив будильник, я заметил тринадцать пропущенных от Егора и взглянул на время.       — Блять! Блять, блять, блять… — тихо проговаривал я, как тираду опаздывая на работу.       Я подлетел к шкафу и достав из него водолазку и брюки натянул всё. Вылетев в коридор, я натянул украденную когда-то у своей последней любви кофту и дернул с пола сумку почтальонку. Выбежав из квартиры, закрыл её на два замка и побежал к лестнице, спускаясь. Быстро пробежав все пролёты, я вылетел из подъезда.       Время поджимало, но благо бегать я умею, поэтому прибежал в кафе точь-в-точь по времени. Я зашел с главного входа и быстро нашел глазами Егора. Мы пересеклись взглядами, и он посмотрел на столик. Я в непонятках перевел взгляд туда куда он смотрит и опешил.       Взгляд упал на сидящих за одним столом Станислава Сергеевича и Никиту. Я встал в мимолетный ступор, но оцепенение быстро прошло, и я пулей прошел на кухню к раздевалкам. Переоделся и прошмыгнул к Егору за барную стойку.       — Он спрашивал про меня? — тихо поинтересовался я беря в руки бокал из-под коньяка и протирая его.       — Он спросил где ты, я сказал, что у тебя кот отравился и ты его в ветеринару повёз.       — Откуда у меня кот? — задал вопрос я, поворачиваясь на него и глядя тупым взглядом.       — Не знаю. Но придется по всей видимости завести, чтобы не было подозрений.       — Я себя прокормить не могу, что уж о бедном животном говорить?       Егор лишь посмеялся и отдал напиток подошедшей официантке.       — Рядом с Плетневым сидит мужик. — резко произнес Шкред и повернулся на меня. — Про тебя спрашивал. Сказал, что тебя еще нет и на работе ты на болтовню отвлекаться не будешь, спросил где начальство, попросил менеджера вызвать. Ушли они и, что там дальше я не знаю. Но давай поаккуратнее, если что-то случилось, то выкладывай, чтобы я тебя с собаками не искал.       — Да нормально все. Не переживай. Если что тебе первому предсмертную записку напишу. — улыбнулся я и поднял глаза на Сударя.       «Интересно, он так долго тянул или я так хорошо замел следы?» — подумал я и перевёл глаза на подошедшую девушку.       — Добрый вечер. — мило улыбнулась она.       — Добрый вечер, мадам. — я растянул губы в улыбке и посмотрел ей в глаза. — Чего желает, милейшая юная леди?       Она покрылась румянцем и тихо сказала:       — Дайте ликера, пожалуйста.       — Оу, ликер великолепный напиток. Вы знали, что ликер впервые ввели монахи и изначально это предполагало собой добавки-подсластители, которые могли бы скрасить и усовершенствовать травяной вкус различных настоек. И эти рецепты стали прародителями ликера. Что удивительно сам напиток считается находкой Франции, но сделал его в первые Итальянец. Вы были когда-нибудь в Италии или Франции? Чудесные города по-моему мнению.       — Ого, как интересно. Не думала, что в ресторанах начали преподавать историю. — улыбнулась она и приложила длинный ноготь к губе.       — Нет, это так интересные наблюдения. Хорошего вечера, миледи. — я улыбнулся и отошел от нее за тряпкой.       — Я кстати все спросить хотел, ты откуда столько всего про алкоголь знаешь?       — Я какое-то время в Италии жил. — по коже пронеслись мурашки от нахлынувших воспоминаний. — Я там был по проекту одному школьному. У отец работает, и работает он в алкогольном цеху, вот и знаю так много про алкоголь, откуда взялся, кто где пил и все дальше по списку.       — Ого, ты никогда раньше не рассказывал.       — Не имею привычки рассказывать про прошлое время, я живу здесь и сейчас, поэтому не думаю, что смотреть в прошлое хорошая идея.       — Ладно, понял не спрашиваю.       Я подошел на свое место и, подняв глаза, пожалел, что вообще их имею. Никита с Плетневым шли сюда. И шли явно по мою душу.       — Егор, помни меня молодым и красивым. — тихо выпалил я, пока они были еще не близко и, глубоко вздохнув, выпалил мат на японском. Они подошли и уселись за барную стойку.       — Добрейший вечер, господа. — Я улыбнулся и перевел взгляд с одного лица на другое. — Станислав Сергеевич, вам как обычно? Сударь, вам что-нибудь налить? Чай, кофе, может что-нибудь покрепче? У нас есть великолепный коньяк, который привезли только сегодня. Просто превосходно скрасит ваш вечер и облегчит тяжесть разговора. — выпалил я, как на духу.       — Не плохо продаешь думаю. — выпалил Сударь окидывая меня оценивающим взглядом.       — Сударь, у меня только лучшие бармены и ты это знаешь. — Стас растянул губы в подобие ухмылки и сказал:       — Милка, мне как обычно.       — Чай налей. — холодно сказал Никита.       — Вам какой? Чёрный, зеленый, может фруктового? У нас есть прекрасный ягодный чай, очень советую. Вы кстати в курсе, что чай придумали на юго-западе Китая, во время правления династии Шан. А после уже стал известен в Великобритании.       — С каких пор бармены преподают историю? — поинтересоваться Сударь глядя мне в глаза.       — Я предпочитаю, говорить, что я не преподаю историю, а просто рассказываю интересные исторические факты связанные с моей работой.       — Да? Может еще и языки знаете? Японский к примеру?       — Знаю немного, но постичь все прелести этого языка мне еще не удалось.       — さあ? — пролетепал Сударь по-японски.       Я встал в секундный ступор и молча смотрел на него, будто он моя смерть, но при этом всем улыбался.       — はい、それを想像してみてください。 — улыбнулся я еще шире.       — このコンサートを終えて話をしましょう。       — 私は働いています。 何を言ってるのか聞きたくない       — その後、あなたは仕事の後に滞在することができ、我々は話をします。       — いいえ、私の過去の人生については何も聞きたくありません。 あなたは前回私を救ったが、あなたは私を設定し、今回は私はあなたについて何も知りたくない。       — エミール       –トピックは閉じられています。— твёрдо произнес я и потом перешел на русский. — Воу, вы прекрасно владеете японским. Я хочу добиться того же уровня, что и вы. Так чего вам налить?       — Чая с лимоном. — холодной произнес тот.       — Хорошо, как скажете. Станислав Сергеевич? А, вспомнил, вам как обычно. — я отвернулся и подошел к кофе машине, включив нужный режим.       Егор тоже принимал заказ и отвернулся к столику позади нас.       — Братан, не знал, что ты владеешь японским.       — Сам в ахуе, что помню его.       — Так сколько языков ты знаешь?       — Да так. Парочку. — уклончиво ответил я и повернулся обратно на мужчин.       — Вот ваше латте, Станислав Сергеевич, и ваш чай, мисье. — проговорил я и заметил, что к бару приближается еще один мужчина средних лет. — Прошу прощения, у меня еще один клиент. Я отлучусь, но обязательно к вам вернусь, господа.       Я одним ловким движением передвинулся и секунда в секунду оказался возле мужчины.       — Добрейший ли вечер, мисье? Чего желает ваша душа? Чай, кофе, может чего покрепче?       — Виски дай. — хмуро отозвался он.       — Вам какой, у нас много разный видов. Каждый вкусен и уникален по-своему. Что предпочитаете вы?       — Что покрепче посоветуйте.       — Ну если вам нужно что-то покрепче, то смею предположить вам коньяк со льдом. Это очень интересно сочетаете, которое поможет вам на время уйти от всех проблем и забот.       Мужчина на пару секунд задумался.       — Какой хороший?       Я улыбнулся и подойдя к стенду с алкоголем поставил перед мужчиной бутылку.       — Вот этот коньяк очень хороший, в меру горчит и немного терпок.       — Давайте. Сколько с меня?       — Две пятьсот за бутылку, четыреста тридцать за один бокал.       Мужчина протянул тысячу рублей и произнёс:       — Два стакана остальное оставляй на чай себе оставь.       — Благодарю, мисье. — сказал я и опустил бутылку на под столешницу.       Аккуратно уронив тряпку со стола, я потянулся за ней и пока поднимал поменял бутылки с дорогого коньяка на дешёвый. Я поставил бутылку на столешницу и глянул на мужика, не заметил ли тот. Он смотрел куда-то в даль, поэтому я со спокойной душой налил ему дешёвого коньяка и насыпал льда из ведерка, еще больше уменьшая дозу спирта. Егор аккуратно наблюдал за мной, тоже наливая какой-то напиток, я перевел глаза с него на Плетнева и заметил, что Сударь за мной наблюдает. Я окинул его холодным взглядом и поставил мужчине стакан.       — Вот прошу, ваш напиток. — улыбнулся я.       Пока он пил, я быстро протер поверхность и все расставил по местам, только бутылку убрал поглубже под столешницу. Он пододвинул ко мне стакан и я вновь его наполнил. Второй стакан мужчина опрокинул разом и ушел, ни сказав более ни слова. Я забрал стакан и, обмыв под небольшой струей воды, вытер.       Поставив его на место, я вернулся к Сударю и Станиславу Сергеевичу и произнес:       — Еще налить? — улыбнулся я.       — Нет, спасибо, Милка. Мы пожалуй пойдем. — произнес Плетнев и потянулся в карман за бумажником.       — Стас, я оплачу. — сказал Никита и протянул мне тысячу рублей.       Я сходу понял, что она фальшивая, потому что на краю черной ручкой было выведено на японском:       «Жду тебя после работы и не вздумай дать заднюю».       — Благодарю. — улыбнулся я и забрал купюру.       Как только они отошли, и я начал тихо материть его на японском. Стиснув зубы, я начал ждать вечера с меньшим энтузиазмом.

***

      Смена прошла достаточно легко. Мы с Егором уже пересчитывали все деньги, делили чаевые, приводили себя и бар в порядок.       — Блять.       — Что? — спросил я протирая последние стаканы и переставляя бутылки на места.       — Полторы тысячи до двадцати пяти не хватает.       Я подошел к нему и тихо спросил:       — А что у нас сегодня?       — Суббота.       — А мы завтра?       — Ну вообще Плетнев сказал, что кафе завтра будет весь день закрыто, потому что будет кооператив и мы как два главных официанта, должны быть к одиннадцати.       — Успеем оклематься?       — Смотря от чего.       Я отошел от Егора и направился к стойке и взяв оттуда коньяк, который сегодня подменил клиенту на дешёвый.       — За него, то я деньги не пробил. — напомнил я Егору.       Тот что-то прикинул в голове и ушел в раздевалку. Я понял, что он пошел за деньгами. Я довольно улыбнулся и спрятал бутыль под прилавок. Он вернулся спустя пару минут и положил полтора куска в счетницу. Он отложил деньги и принялся считать чаевые. Я все перебрал и поставил по местам и, забрав счетницу понес ее менеджеру.       — Лив! — окрикнул я ее выйдя в коридор.       Она вышла из раздевалки девушек и направилась ко мне. Я пошел ей на встречу попутно прикидывая, как пронести коньяк в раздевалку. Мы пересеклись, и я протянул ей счетницу.       — Деньги, и перечень со счетами.       — Благодарю.       Я кивнул, и она развернулась к своему кабинету. Я вышел к барной стойке и увидел, как Егор распределял чаевые.       — Сегодня по сколько?       — С твоей семь восемьсот, с моей три девятьсот. Пять восемьсот на пополам.       — Ладно. — махнул головой я и забрав из-под прилавка коньяк поставил его на столешницу.       — Как ты собираешься пронести его в этот раз? — поинтересовался Егор с интересом осматривая то, что я делаю.       Я снял фартук и, свернув его просунул бутылку с скомканную ткань. Взяв аккуратно бутылку, я пошел обратно в сторону наших раздевалок. Шаги Егора послышались следом и я зашел в открытую настежь дверь. Быстро подойдя к своему шкафчику, я достал оттуда сумку и запихал туда бутыль.       Подождав, пока Егор переоденется, мы направились к чёрному выходу. Мы вышли, и я увидел Сударя. Тот стоял и курил. Я мысленно про материл его на всех языках, которые знал и мы направились в его сторону, чтобы выйти на главную улицу.       Он перехватил меня и сказал:       — Пять минут. Больше не прошу.       Я глубоко вздохнул и передал Егору сумку.       — Не больше.       Он кивнул, и мы прошли вглубь переулка.       — Мне Масленников рассказал… — начал Никита, но я даже не стал дальше слушать.       Я отпрянул и пошел к выходу. Он схватил меня за локоть и я резко с размаху зарядил ему по носу.       — Блять, Эмиль! — вскрикнул тот, влетев в стену.       — Я слышать про этого подонка, ничего не желаю.       — Я просто хотел сказать, что тогда с Макаровым они договорились заранее. Чтобы сделать раздавить тебя, но Дима влюбился в тебя. Он пытался ему отказать. Макаров начал ему угрожать ментами, и Масленников ничего не смог сделать. Поэтому он тогда так поступил. — выпалил Сударь, как на духу. — Он хотел оправдается, но ты исчез. Я не знал куда себя деть. Мне было плохо из-за того, что я не сложил два и два раньше и не смог тебя защитить. Я тогда чуть ли не по потолку бегал. Мы поругались с ним сильно, чуть не переубивали друг друга. Я только потом отследил связи, и думал, ты уже переболел к этому, поэтому приехал к тебе.       — А я просил? Я просил мне все это рассказывать? Я просил приезжать ко мне? Я просил у тебя всего этого? Ты сам втянул меня в это дерьмо и виноват в том, что я сейчас тут, только ты. — выпалил я и развернулся к выходу из переулка.       Спустя пару секунду он подал голос:       — Ты был прав на счет Полины и Васи.       Я встал в ступор, но потом остановился и развернулся на сто восемьдесят градусов. Я подошёл к нему и, взяв за горловину футболки впечатал его в стену.       — Я не желал знать правды. Еще раз ты приедешь ко мне или появишься в моей жизни, клянусь, своей у тебя больше не будет. — выплюнув эти слова, я развернулся и пошел к Егору.       Он окинул меня вопросительным взглядом. Я махнул рукой и мы направились к моему дому…       Дошли мы быстро обсуждая все на свете. И поднявшись на мой этаж мы прошли в квартиру.       — Так что это за мужик был? — спросил Егор.       — Темный отпечаток моего прошлого.       — Понял.       Я достал бутылку и, открыв ее, разлил содержимое по бокалам. Спустя еще пары бутылок, помимо этой, Егор отключился на диване, а я все продолжал смотреть в пространство обдумывая слова Сударя и прокручивая сегодняшний разговор в голове. В моменте стало тошно и, допив пятую по счету бутылку, отправился спать, но в ту ночь я так и не уснул…