Часть 25
8 августа 2024 г., 19:00
Я кинул два баллончика с краской для волос на кровать в отеле. Выходные пролетели быстрее, чем хотелось. Быстро изучив состав и метод использования, я махнул на это рукой и делал, как знал. А знал я очень плохо парикмахерское дело. Я зашел в ванну и начал разбрызгивать светлую краску по волосам, через пару секунд посмотрел на себя в зеркало и понял, что похож на клоуна. Одна часть головы была черного цвета, а другая была почти с оттенком седины. Я еще секунду таращился на себя в зеркало, а после начал смеяться.
Даже не помню, когда улыбался последний раз, а тут прям смех. Поглядев на себя в зеркало, и сделал то же самой с другой частью головы. Когда дело сделано, и немного растормошил волосы и цвет на удивление лег вполне себе прилично. Я вышел из ванны и нарыл в сумке купленные вещи. Надел поло светло-оранжевого цвета. Вставил в глаза голубые линзы и напялил очки. Взглянув на себя в зеркало, я увидел совершенно другого человека. Я посмотрел в пол перед собой и ещё раз прокрутил в голове, то как я сюда добрался, и то какую сложную работу мне пришлось проделать за эти пару дней.
Долгие часы проведенные в попытках поменять манеру речи. Быстрые заказы одежды в интернет магазинах. Поход к парикмахеру, чтобы выпрямить волосы. Покупка линз и краски для волос. Перевод денег из евро в рубли… Чувствовал я себя тогда крайне неловко.
А если у меня не получится?
А если у меня не получится? Нет, у меня все выйдет. Должно получится, должно, должно, должно… А если не получится, то я… Я покойник.***
Вдох, выдох, пошел. Я вышел на улицу перед самым домом. Там уже стояла Полина и рыжеволосый паренёк. Я нацепил самую доброжелательную улыбку и подошел к ним. Взмахом руки я поприветствовал ее и кивком поздоровался с парнем, а после с максимально корявым акцентом проговорил: — Bonjour. — Bonjour. — проговорила она скупо улыбнувшись. «Стерва». — подумал я и тоже еще сильнее улыбнулся. — On peut rentrer? Il fait froid. — про констатировал я, взглянув на Полину, и сам подумал: «От твоей бессердечности». — Oui, bien sûr, venez. Мы прошли в дом и поднялись по лестнице на третий этаж. Пройдя к нужной двери, Полина начала открывать ее. Дверь отворилась и они пропустили меня внутрь. Я зашел и даже не разуваясь прошел в квартиру. Я услышал, как позади Полина тихо на русском брякнула: — Понаехали. Хоть бы спросил для приличия. — Успокойся и держи лицо. Если купит, сам отмывать будет. — Точно… — скрипнула зубами она и опять нацепила улыбку. Я тем временем осматривал квартиру. В каких-то местах все стояло, как прежде, а где-то были изменения. К примеру на диване в гостиной, поменяли обивку на диване. А они давали мне время, чтобы я осмотрелся. Ежели сразу набрасываться. «Может и не такая бездушная». — пронеслось у меня в голове, и я резко развернулся и произнес резвым и громким голосом: — J'aime ce logement! Bien sûr, il y a quelques questions, mais je pense que tout ira bien et que cet appartement sera à moi. — я широко улыбнулся и посмотрел ей в глаза. — Je vous écoute. — с легкой улыбкой произнесла она. — Vous avez des postes? Quels sont les voisins? Qui sont les anciens locataires? — Il n'y a pas de poste. Les voisins sont des gens calmes et calmes, et les anciens locataires sont mes parents. — Et où sont allés? — улыбнулся я и понял, что если сейчас не уберу эту ухмылку с лица, то оно пойдет по швам. Я сложил руки в замок на уровне груди наблюдая, как в глазах проступает боль. В груди что-то заныло. По всей видимости, острое желание надавить еще сильнее на больное, не пережитое горе. — Sont morts ou? — с нотками язвительности произнес я. Ее глаза расширились, и она так резко поменялась в лице, что удовлетворение растеклось у меня в груди приятным теплом. — Demander de telles choses de votre part est impoli. — резко отрезала она. — Pardonnez - moi, je ne veux pas que les fantômes de votre passé me rattrapent dans cet appartement. — слово «вашего» я выделил. Не удержался от соблазна надавить на больное еще раз. Я видел, как ее челюсть напряглась и я понял, что надо подписывать документы, пока она сама мне не отказала. — Eh bien, Eh bien. — проговорил я, хлопнув в ладоши. — Signons les papiers. Она снова натянула скупую улыбку и произнесла: — Oui, bien sûr.. — и секунду помедлив произнесла уже на русском. — Давай документы, пока этот идиот согласился. Он начал рыться в папке и достал два документа написанные на французском. Я пробежался глазами по контракту и поставил росписи там, где это требовалось. Он протянул мне копию, и я снова пробежался о ней глазами и расписался. Полина скупо улыбнулась и забрала один из контрактов себе. Они прошли к выходу и, поздравив меня с покупкой, вышли за порог. Я тут же расслабился и убрал с лица, улыбку резавшую лицо. Я выдохнул и закрыл глаза. Все, что сейчас было, было очередным спектаклем, который нужно будет поддерживать еще несколько дней, чтобы они переписали квартиру на него, но въезжать, можно было уже сейчас. И я это прекрасно понимал, поэтому собрался с духом и направился на к двери, чтобы дойти до отеля и забрать вещи. Идти было минут десять, поэтому добрался я быстро. Забежав в отель, я поздоровался с администратором и пошел на верхний этаж, где находился мой номер. Зайдя в него, я дернул сумку с пола и из нее свалилось фото с Ариной. Я просто смотрел на него. Я не мог даже подумать, ни то, что-то сделать. Я отвел глаза и впялил их в кровать. «А ведь всё могло быть иначе. Все могло быть лучше. Все могло быть. Но не стало». — пронеслось у меня в голове. Я перевел взгляд на зеркало стоящее рядом с балконом и повернул голову к фото. «Я был другим, но хотел ли я поменяться? Нет. Нет. Не хотел, я хотел испытывать чувства, я не хотел хоть что-то чувствовать, но почему сука вновь решили за меня. Почему? Почему? Почему?!» Я поднял глаза к зеркалу и увидел слезы на щеках. Я даже не заметил, как заплакал… Я опустил глаза в пол и следом рухнул на него. В эту секунду все стены, которые я возвышал и строил в этот момент рушились. Все то, что я проделал лишь бы выжить падало, ни оставляя за собой не следа. Я постепенно умирал. По щекам текли слезы. Тело было дрожью. И это было не как обычно, а будто бы из меня выбивали жизнь. Каждый последующий удар приходился по ребрам или внутренним органам, и я сильно сомневался, что после этого все они будут на месте, если конечно я выживу. Меня всего трясло, как в эпилептическом припадке, и спустя пару секунд я выставил руки перед собой, чтобы не рухнуть на пол носом. Я медленно опустился с их помощью и свернулся клубком, тихо рыдая. Стиснув челюсть посильнее, чтобы не закричать от раздирающей боли, то место, которое люди называют сердцем. Меня буквально рвало на части, и я беспомощно катался по полу пытаясь успокоится. Сейчас не помогало даже то, что помогало раньше. Кажется, даже если бы я сейчас выкурил пачку сигарет, мне бы это не помогло. Одну, две, три, четыре, пять. Да без разницы сколько. Меня бы продолжало кидать от одного полюса к другому. Потом я просто смерился. Смерился с тем, что меня разрывает на куски и продолжал лишь рыдать, периодически хрипло выдыхая, чтобы не задохнулся от собственного кашля или недостатка кислорода, которого сейчас так критически не хватало. Я не знаю, сколько меня бил нервный срыв, но потом, я просто лежал на полу и смотрел в пространство, не думая ни о чем. Я просто не чувствовал ничего. Из меня будто выбили все силы, которые во мне были и сейчас кинули умирать. Было желание залезть под одеяло и укрыться с головой. Желудок крутило. «Нужно бы поесть» — подумал я и встал с ледяного пола. Я сел на пол и посмотрел в окно. За то время, пока я валялся в конвульсиях, погода кардинально поменялась. Солнце сменилось грозой. Да это и не важно. Сейчас меня ничего не волновало. Я потянулся к сумке и достав оттуда худи натянул его за место цветного поло. Из кармана в сумке я достал черную тканевую маску и натянул её. Собрав остатки вещей, я еле удерживаясь на ногах встал с пола и направился к выходу, подобрав фото. У самой двери я посмотрел на фотографию, еще раз и разорвал ее на несколько частей и выкинул в урну. Я вышел за дверь в новую жизнь, забыв про прошлое.***
Я встал с кровати и даже толком не проснувшись я направился к входу в ванну. Умывшись и, почистив зубы, я направился на кухню, чтобы выпить кофе. Не второпях собравшись, я вышел на улицу и пошел на собеседование, которое должно было начаться через сорок минут. Добрался я до места за полчаса и мне предстояло убить еще десять минут, поэтому я зашел за переулок и достал пачку сигарет. Сделав один затяг, я поднял глаза на небо. Увидев просвет на свинцовых тучах, мои губы слегка дрогнули в улыбке и до меня вдруг дошло, что она искренняя. Я спокойно выдохнул и сделал еще один затяг. Прокурив примерно с десяток минут, убрал одноразку в карман и направился в здание. Я прошел в теплое помещение и поздоровался с девушкой-менеджером и приятным голос произнес: — Я на собеседование. Она улыбнулась и кивнула. Оставив на входе одну из своих помощниц, она повела меня в глубь ресторана в темный коридор. Я беглым взглядом окинул помещение и удовлетворительно кивнул сам себе. Девушка подошла к одной из последних дверей и, коротко стукнув, дождалась разрешения войти. Она открыла дверь и сказала: — Станислав Сергеевич, к вам на собеседование. — Хорошо, спасибо, Лив. — сказал он и посмотрел на меня, а позже произнес: — Проходите, не бойтесь, я не кусаюсь. — произнес полный мужчина, указывая на кресло. Я прошел в кабинет и осмотрел его. Черная рубашка, верхние две пуговицы не застёгнуты, тату на руках. Он закопошился в бумагах, пока я садился на кресло. — Итак, приступим. Вы Эмильен, верно? — он поднял на меня голубые глаза и пристально посмотрел в мои. — Да, это я. — кивнул я подтверждая. — Так, расскажите мне вот что, в резюме, вы написали, что уже работали барменом. — Да, все верно, я работал барменом, в Монте-Изола. — начал я и решил уточнить. — Это небольшой городок на окраине Италии. Проработал я там около полутра лет. — приукрасил я для пущей убедительности. — А потом мне пришлось переехать. Работе я готов уделять все свое время, так как не учусь, конечно за стоящую заработную плату. Да и я люблю это дело, если быть честным. Я очень много изучал историю алкоголя, откуда взялся, кто изобрел, с чем и как подавать. Знаю, множество различных способов, как завлечь посетителя, знаю интересные рецепты коктейлей и, как хорошо продать продукт. — А почему пришлось переехать? — уточнил Плетнев. — В Монте-Изола я жил, потому что у меня там работал отец, а мать жила тут. Там я получил хорошее образование и собирался помогать отцу, но на кануне мы приехали к матери, и они скоропостижно скончались в автомобильной аварии. Я не пожелал возвращается в Италию, поэтому въехал в квартиру матери. И решил, что хочу продолжить свою жизнь здесь. — проговорил я и тут же продолжил: — Опережая ваш вопрос, по поводу того, что я и работал и учился. Я начал подрабатывать, находясь в выпускном классе, и когда окончил учебу уже был помощником бармена. — Почему именно бармен, а не официант или менеджер? — Если говорить честно, то я с раннего возраста интересовался чем-то связанным с кулинарией и, так как с готовкой у меня не особо выходило и выходит, поэтому выбор пал на бармена. В пятнадцать лет, я начал учится разным трюкам и изучать разные алкоголи. А потом, когда уже пошел работать многие трюки выполнял, очень хорошо, даже могу немного зазнаться и сказать, что в идеале. — Несмотря на то, что вы прожили столько лет в Италии, вы говорите без акцента. — заметил он. — Я прожил там всего три года, и уже несколько месяцев нахожусь в Иваново, поэтому акцент был, но изжил себя под грузом русской речи. Он одобрительно кивнул головой и задумался. Я молча ожидал пока он примет решение на мой счет. Спустя минуту гробового молчания он все же произнес: — Давай мы устроим тебе пробные пару дней. Ты покажешь на что ты способен и там, мы уже поговорим с тобой на счет твоей дальнейшей работы в этом заведении. — Хорошо. Тогда можно я задам пару уточняющих вопросов? Плетнев улыбнулся и одобрительно кивнул головой. — Мне необходимо купить определенную одежду или вы выдадите необходимые вещи? Или может у вас есть какой-то дресс-код? Если я буду ходить в своей одежде, то какой это должен быть стиль? Классика или что-то еще? И хотелось бы договорится заранее по поводу смен, потому что я бы предпочел работать во вторую смену, если она конечно есть. Мы продолжали обсуждать некоторые детали после чего Станислав Сергеевич повел меня знакомится с моим будущим коллегой, с которым я буду стоять за одним баром. Он подвел меня к стойке, и я увидел парня лет двадцати протирающего бокал. Он заметно оживился когда подошел Плетнев. Начальник представил меня, а потом представил парня. — О, здравствуй. Я надеюсь мы с тобой сработаемся. — проговорил он, протягивая мне руку. Я пожал его ладонь и не успев ничего сказать услышал, как Стас начал говорить. — Сработаетесь, куда денетесь. Егор, налей мне как обычно. — Хорошо, Станислав Сергеевич. — кивнул тот и отошел. Плетнев повернулся на меня и спокойно произнес: — Тогда можешь подойти завтра к трем. Егор тебе все расскажет и покажет. Я думаю часа вам будет за глаза, поэтому думаю все пройдет без сучка, без задоринки. Да ведь, Егор? Поможешь парню? Егор поставил перед начальством кружку и улыбнулся. — Да, как скажете. Я попрошу Лив меню, чтобы Эмилю было проще ориентироваться в ценах. — Благодарю. — благодарно кивнул я головой и улыбнулся. Не натянуто, а искренне. В моменте я даже начал гордиться собой, но потом быстро опомнился. Мы быстро обсудили все рабочие моменты и я со спокойной душой отправился домой…***
Я пришел без пяти три, чтобы еще успеть покурить, но Егор тоже пришел загодя, поэтому пришлось отложить курение на потом. Он показал где раздевалки, рассказал, про то, как лучше ставить алкоголь на полках позади нас и все прочие. Когда пришло время брать нашу смену, мы с Егором напялили фартуки и направились к барной стойке. Многие алкоголи и цены я запомнил за вчера и сегодняшнее утро, поэтому в меню заглядывал в исключительно редких случаях. Несколько раз к нам пришла менеджер, поинтересоваться, как проходит смена и все ли у меня в порядке. Оливия, наш менеджер была невысокого роста, всего лишь под метр шестьдесят и ходила на невысоком каблуке с убранными в пучок темно-каштановыми волосами. Периодически я замечал за Егором, как он подменивал алкоголь, наливал чуть меньше, чем нужно было делая расчет на лед и еще такие мелкие уловки, чтобы положить в карман чуть больше денег. В конце смены я подошел к нему и тихо спросил облокачиваясь на столешницу под баром. — А за эти уловки ты по шее не получишь? — За барменские? — спросил он пересчитывая купюры. — Да. — коротко ответил я. Егор досчитал купюры и положил их в счетницу. Он отложил ее, передвинул чаевые полученные за сегодня перед собой и облокотился на столешницу об вытянутые руки. — Плетнев знает. — коротко сказал он глядя мне в глаза. — Правда не обо всем, но про уловку со льдом сто процентов в курсе. Я на секунду задумался. То есть он знает и спускает это с рук? Но почему, это не приносит так много денег, хотя я думаю в месяц приличные суммы выходят. — И почему спускает с рук? — поинтересовался я. — Пока это не переходит грань дозволенного, он закрывает на это глаза. Ему тоже своеобразный плюс, в месяц капает плюс две-три тысяча, вот ему и выгода. И мне в карман капает пару сотен. Это выгодно всем, поэтому… — он пожал плечами. — А не прилетит? — Пока я не попадаюсь, нет. Поэтому приходится делать все аккуратно и без лишних телодвижений. — А если я так буду делать, ты меня сдашь? — Зачем мне тебя сдавать? Слышал ты из Италии, думаю нам есть чему друг у друга поучится. Я научу тебя трюкам, которые знаю я, ты научишь меня трюкам, которые знаешь ты и думаю мы сработаемся. Я прищурился и улыбнулся. — Значит по рукам? — спросил он и протянул мне правую руку. — По рукам. — ответил я и пожал протянутую руку. И эти слова положили начало новой дружбе, крепкой и преданной дружбе…
