9 огней: темнота

      Гневные Огонь Земли и молодая седая ведьма замерли на месте, когда заметили незваную гостью. Эта гостья выглядела юной и нежной, при этом её голос всё же выдавал глубину кучи прожитых лет. Она по-доброму смотрела на Огонь Земли, которая, однако, из-за страха медленно пятилась спиной в сторону края крыши. Кротко улыбающаяся гостья с оттенком заботы сказала:       — Осторожнее — упадёшь.       В этот момент Земля судорожно замотала головой. И правда — скоро её каблуки уже нащупали бы воздух вместо бетона. Она медленно, боясь сделать неосторожные движения, подняла голову и стала испуганно пялиться на ведьму, которая лишь холодно сказала:       — Зачем тебе на меня смотреть? Всё, я нашла Иларис, можешь прыгать.       Внезапно названная Иларис злобно зашипела:       — Это ты меня нашла? Это я тебя нашла. И ты будешь держать ответ, Архат.       Вспышка.       Из-за внезапной вспышки перед глазами Огонь Земли всё-таки упала с крыши. И лишь чудом она не разбилась, упав не на асфальт, а на кучу выброшенных коробок. После приземления девушка вновь услышала голос чёрно-розовой леди:       — Ой, бедная Иларис. Случайно выдала своими глазками Хорпию…       Глаза Огня Земли расширились как тарелки.       — Хорпию? Но она же… не жук. Хорпия же выглядит как ребёнок таракана и бегемота, почему Иларис должна быть на неё похожа?       — Ты наивная, Огонь Земли. Иларис — это демон, который был создан для защиты отпрыска Хроноса. А чтобы этот отпрыск не боялся, её сделали красивой. Но кто тебе отменял такую вещь, как двуличие… Подумай.       Земля гневно заистерила в пустоту:       — А кто тебе отменял такую вещь, как правила приличия? Я из-за тебя становлюсь похожа на шизика. Вот увидишь, скоро такими темпами подруги вызовут мне дурку, и меня туда упекут с диагнозом шизофрения. Убейся, пожалуйста, желательно навсегда, чтобы я могла жить спокойной нормальной жизнью, без вот этой вот всей магии, без шизы в виде тебя — я ведь даже не знаю, кто ты, — без Архатов и Иларисов, без всяких Хроносов — без все-го! Ясно тебе?       — Пасмурно. Тебя сделали хранительницей твоей родной планеты. Твоё чисто земное происхождение даёт тебе право передать эту ношу на кого только захочешь. И если бы ты действительно хотела от этого избавиться — ты бы нашла способ это сделать.       Земля изумлëнно огляделась по сторонам. Она лежала буквально на свалке, устроенной в подворотне, похожей на ту, что была под окнами комнаты Нади. Неудивительно, что из посторонних душ в этой подворотне, разве что, бомжи, спящие в алкогольном невминозе. Розоволосая, еле поднявшись с сырого картона, подняла скинутые с ног каблуки, а затем заплакала. При этом она вслух прошипела:       — Легко сказать — передай ношу. Было бы можно — мы бы с девками давным-давно сделали бы это. Чес слово, я никогда не хотела быть волшебницей.       Вспышка.       Земля упала с ног. Тем временем ведьма, стоявшая на крыше, злобно процедила Иларис:       — Слышишь? Ха, они не хотят быть волшебницами. Надо бы кое-кого наказать за это…       Милая нежная девушка отвечала достаточно сердито:       — Архат. Ты — предыдущая хранительница Венеры. Тебе, может, и за 60 земных лет, но я почему-то уверена, что ты очень даже помнишь себя, когда впервые узнала о том, кто ты…       Архат, пнув пластиковый стаканчик с крыши, фыркнула:       — А вам сколько было, если не секрет?       Милые круглые глазки хрупкой девушки сверкнули фиолетовым, наверное, от удивления.       — Что за намëки? Эвелин умерла тысячу сатурнианских лет тому назад. Тогда, простите, и летоисчисление было другое.       Ведьма перестала скрывать своë раздражение. С громким рыком она выпалила:       — Агрх! Опять это имя! Наше поколение им мучали, им же мучали предыдущее… Теперь пришла ты. Будешь пытать этим именем мою дочь?       — Почему сразу пытать? Раз я появилась — значит, скоро Эвелин найдëтся. Но найти еë должны уже нынешние хранители, поэтому…       Еë прервал ещë один удар магии от Архат по Огню Земли. Выходка седой ведьмы начала бесить девушку.       — Не убей! Убьëшь хоть одну хранительницу — и до рождения следующего поколения будешь подвергаться мукам с поддержкой жизненной силы. Насколько я знаю, ты как раз любишь такие муки.       — Допустим. Но я люблю причинять эти муки другим.       С этими словами ведьма быстро взяла под контроль тело Иларис, заставляя его дëргаться от напряжения. Девушка стала вытягиваться подобно струне, что являлось для ведьмы желанным эффектом.       — Трудно быть живым существом, да?       — Конечно.       Столь спокойный ответ удивил Архат. Она привыкла, что будучи в напряжении, жертвы еле могут даже кряхтеть. А тут, казалось бы, хрупкое существо — а разговаривает так, словно еë тело и не было подвластно магу крови. Ощущение «словно» разрушилось уже в следующее мгновенье, когда Иларис приняла другой облик: облик существа с тëмно-фиолетовой кожей, имеющего в целом человеческое строение, за исключением наличия шести рук вместо двух и вытянутой головы, похожей на голову осьминога. Нижняя часть лица этого существа была более-менее человеческой, глаза же в силу вытянутости задней части головы были несколько притянуты на бока, напоминая своей формой две большие миндалины. Хоть «миндаль» и был полностью голубой, восприятие цветов через них особо не менялось. Это существо, однако, будучи в гневном состоянии, заговорило страшно искажëнным голосом:       — Архат, ты, наверное, забыла, что древние существа бескровные. Ещë раз намекаю: Эвелин умерла тысячу сатурнианских лет тому назад. Ты взрослая девочка, ты наверняка уже должна понимать, о чëм я.       Неожиданно инопланетная версия Иларис была снесена с места огненным потоком. Существо упало с крыши, в то время как Архат осталась ошарашенно смотреть за тем, как на соседней крыше невесть откуда взялись ещë две девушки — одна с красными хвостами на голове и в красно-розовом платье, другая в сером блестящем платьице и с серыми волосами. Обе злобно смотрели в сторону Архат. Заприметив их, ведьма медленно захлопала.       — Браво. Огонь Меркурия, твою привычку лезть куда не следует я давно успела оценить…