9 огней: темнота

      Архат держала Огонь Венеры на своей достаточно болезненной магии крови, из-за чего тело Венеры скручивалось везде, где только могло. Девушка в судорогах, против воли, принимала позу калачика, напряжение от которой несколько усиливалось ввиду еë длинных костлявых ног, в которых всë мясо успело первым делом невероятно напрячься. Морально добивал холодный голос Архат.       — С врагами не прощаются. Врагов убивают.       Она продолжала скручивать тело Венеры, при этом оставаясь холодной.       — Знаешь… Хорпия в истерике как-то прокричала, что ты любишь подставлять других. Это ведь из-за тебя же умерла Меркурий?       Услышав это, волшебница, забывшись, перестала сопротивляться. Из-за этого еë сердце пронзила резкая боль, что заставило еë истошно закричать. В этот момент волшебная палочка Эли засияла яркой вспышкой. Сияния от палочки Юки, на удивление, не было.       На сияние, исходящее от палочки Эли, вскоре прибежала сиреневолосая девушка, которая, остановившись напротив Юки и еë мамы, обеспокоенно выпалила:       — Юки, чë происходит? Почему у меня резко замигал серый камушек?       Юки покосилась сначала на маму, затем на сиреневую подругу. Затем удивлëнно спросила:       — Лина, а… Какой такой серый камушек?       Лина вместо ответа достала из своей сумки волшебную палочку, чья конфигурация была такая же, какая была у палочки Юки. Увидев, что на круге фиолетовой палочки мигал один из восьми разноцветных камушков, японка быстро достала откуда-то свою красную. На еë рабочей части с восьмью такими же камнями тоже мигал тот, что серый. Глядя на это, японка в ужасе шепнула:       — Ах вот почему я ничего не замечаю…       Тут же она услышала строгий мамин голос.       — Не поняла. Что ты не замечаешь, Юки?       Девушка хотела было что-то ответить, но она осеклась, увидев Лину, стоящую с уже заплаканными глазами. У японки начала болеть голова.       — О нет, пожалуйста, не плачь.       Лина глупо захлопала глазами. Она не понимала, что происходит, поэтому стала жалобно ныть.       — Юки, что происходит? Серый камень мигает, твоя мать что-то подозревает, Эля сидит оффлайн…       В это время Эля слушала очередные колкости от голоса в голове, который принадлежал мнимой чëрно-розовой леди, поэтому в тот момент, когда Лина что-то сказала про неë, она неожиданно встала и с жëсткостью прокричала:       — Эвелин, я убью тебя! Ещë раз эта сука из-за тебя проснëтся — и тебе каюк!       Гневные золотые глаза Эли стали сереть обратно. Девушка, остыв, заметила, как две японки в шоке молча смотрели на неë, а за спиной послышались чьи-то тихие всхлипы. Тем временем парочка на крыше тоже затихла: Архат перестала держать тело Венеры на своей магии, после чего Огонь Венеры обессиленно упала, а сама Архат каким-то чудом тихо пролеветировала к шумной компании и, подойдя поближе к Эле, тихо произнесла:       — Эвелин, говоришь? Ух ты, да я нашла добычу покрупнее Иларис, спасибо.       Неожиданно мать Юки заплакала. Юки, не зная, что делать, принялась безуспешно успокаивать маму. Архат, слыша тихий плач достаточно зрелой женщины, холодно процедила:       — Меркурий, у тебя прекрасная дочь. Она такая же нюня, как и ты. Кстати, девочка знает, что еë старшего братика убила страшная злая Архат?       Услышав это, Юки с вытаращенными от гнева глазами прокричала:       — Что?!       — Не кричи, Огонь Меркурия. Лучше наори на свою мать, которой все друзья говорили не рожать, а она зачем-то сделала это…       — Да? Ей? А мне почему-то кажется, что это было адресовано вам!       Неожиданно Архат скрутила Юки шею, из-за чего девушка упала. Конечно, силы пережатия сосудов для смерти не хватило, но крепкий сон девушке теперь был обеспечен. Еë мать замолкла, уже будучи не в состоянии кричать. Ведьма при этом всë равно косо смотрела именно на Элю.       — Потом Фиону спросишь о моих чувствах к ней. Следующая пигалица.       Внезапно она проделала то же, что и с Юки, с Линой. Девушка, итак непонимавшая, что происходит, упала на землю. Эля в ужасе раскрыла рот, потеряв при этом дар речи. Ведьма же по-прежнему была холодная словно сталь. Своим ледяным голосом она взялась добивать хранительницу Земли.       — Эх, как же ты это допустила… Такая хорошая девочка. Девочки не обрадуются, когда узнают, что это всë из-за тебя.       При этом даже Архат не могла предположить, что мать Юки в ярости возьмëт палочку своей дочери и замахнëтся ею с диким истошным выкриком:       — Убийца!       Резкий молниеносный удар пришëлся прямо по затылку Архат. Ведьма всего лишь пригнулась, но этого хватило, чтобы японка перешла к активным серийным ударам волшебным оружием по голове. Разъярëнная женщина била по бывшей сокоманднице, не жалея сил.       — Убийца! Убийца! Убийца! Агрх!       Она продолжала наносить тяжëлые удары, пока к ней не подошла обеспокоенная Эля.       — Остановитесь, пожалуйста! Хватит! Насилием вы эту проблему не решите!       — ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ О НАСИЛИИ?! ЧТО?! ЭТА СВОЛОЧЬ УБИЛА МОИХ ДЕТЕЙ! ВСË!!! ВСË!!! ВЕНЕРА ДОЛЖНА СДОХНУТЬ!!!       Выкрикивая последние фразы, японка была в шаге от срыва голоса. Гневная и разъярëнная, она с огромной скоростью кинула палочку в Лину, в которую магическое оружие приземлилось как дротик в мишень. Из бока сиреневолосой девушки потекла кровь. Совпадение или нет, но именно в этот момент все оставшиеся в сознании женщины услышали гром. Это было странно, учитывая, что на уже затянутом тучами небе ещë пять минут назад не было ни облачка. Теперь же вокруг так быстро потемнело, как не темнеет зимний вечер. Женщины подняли головы кверху, после чего они все услышали грозный мужской голос, раздающийся откуда-то с небес.       — Достаточно. Отдайте мне Эвелин.