Запишу тебя в дневник

17 августа. 2021 год.

Дорогая тетрадь-дневник и несчастный один параграф, который я написала пару недель назад. Я приехала домой, чтобы побыть немного в городе и дать бабушке и дедушке отдохнуть от меня и моих мелких. Сегодня мой старший брат, по совместительству бывший президент школы, в которой я учусь и просто популярный парень, на которого равнялся каждый (и я, к слову, тоже) уехал на учебу в университет Канады. Мы не были никогда близки, но грустно все-таки было. Теперь я осталась без защиты, одна, в своем импровизированном коконе. Я старшая. Меня теперь некому защищать. На мне теперь все заботы и это настораживает. Я не готова вот так сразу научиться всем тем вещам, которые умел Дастин. Но придется, иначе я испорчу имидж, построенный им. И я очень надеюсь, что справлюсь. Грейс поставила точку и отложила блокнот, обклеенный розовыми наклейками. Когда-то она фанатела от этого цвета, а сейчас ей больше импонирует бежевый. Она осмотрела свою небольшую комнату со стенами салатного цвета и столом, соединенным с двумя шкафами для одежды в одной конструкции и взгляд, ее упал на старую фотографию с Рэйчел. Девушка поднялась с кровати и взяла пыльную деревянную рамку с самой верхней полки. На ней семилетние Грейс и Рэйчел стояли на фоне здания начальной школы, крепко обнявшись и улыбаясь своими молочными, еще не выпавшими, зубами. Забавно. С тех пор прошло около девяти лет и, к большому сожалению, они больше не подруги. Смешно и иронично, что в том возрасте они клялись дружить всю жизнь и всегда оставаться лучшими подругами. Жаль, что вы не смогли продержаться и декады. Было больно. Очень. И сейчас, вспоминая об этом, у Грейс подступают слезы, которые она отчаянно пытается сдерживать. Не будем лукавить, девушка скучает по своей бывшей лучшей подруге и жалеет, что не смогла сохранить общение. Рэйчел — была той, кто всегда отвечала в три часа ночи, когда Грейс не могла уснуть из-за своей паранойи или просто хотела поболтать. Она была рядом и в хорошие и в самые плохие моменты, что было очень ценным. Она выбирала ее в комнате, полной людей и никогда не заставляла ее чувствовать запасным вариантом. Грейс винит по большей части себя, но и Рэйчел была причастна к разрыву их общения и была той, кто окончательно поставила точку в той главе. Они обе виноваты. Грейс потерла стекло большим пальцем, убирая пыль с их лиц и поставила фотографию обратно, чувствуя одно лишь опустошение. Она бесконечно благодарна Рэйчел за проведенное время и памятные воспоминания, которые отдают лишь теплом в сердце девушки. Но ей пора двигаться дальше, а как это сделать, если все вокруг только и напоминает девушке об ее одиночестве? Вопрос риторический. Вдруг она услышала звук, доносящийся с кровати. Ей кто-то звонил. Грейс удивленно вскинула бровь и взяла в руки гаджет.

Джослин.

— Слушаю? На том конце послышалось хихиканье. И не одного человека. — Хэй, Грейс! Как ты? — оживленно спрашивает девушка. — Живая вроде, а что? — саркастически отвечает Уинтер. — Ты чего такая хмурая, я хотела сообщить одну новость! — Ну и? — уже более заинтересованно спрашивает Грейс. — В нашу школу переводится один красавчик из Массачусетса, представь себе! Мне Мэй показала фотки, твой типаж, реально клевый. Дать инстаграм? — весело протараторила Джослин. Грейс слегка нахмурилась, потому что ей стало неприятно от того, что ее так называемая «лучшая» подруга позвонила впервые за все лето и то, чтобы просто рассказать о парне, которой ей даром не сдался. Она не хотела отношений, она хотела подруг. Подруг, которые интересуются ее жизнью, которые хоть иногда пишут первыми. Подруг, которые не заставляют ее чувствовать себя лишней. Подруг, которым не плевать на нее. — Нет, не нужно. Передавай привет Рэйчел, отдохните там. — ответила девушка и сбросила звонок. Она правда не понимала и, наверное, уже и не поймет их. Джослин не позвонила второй раз, а Уинтер ждала этого, может на подсознательном уровне, но ждала. И она вновь обожглась об собственные ожидания. Девушка никогда не училась на собственных ошибках. Дабы отвлечься от всех мыслей, она натянула черную толстовку, взяла баскетбольный мяч и пошла на улицу. К счастью, на площадке никого не было, поэтому Грейс могла потренировать свои еще неумелые броски в корзину. Раз. Мимо. Два. Мимо. Три… Мимо. Каждый раз бросая мяч, она думала о них, о людях, которым не суждено быть в ее жизни. И впервые за долгое время она заплакала. Опускаясь на холодный бетонный пол площадки, она всхлипывала, выплескивая накопившиеся эмоции, которые так долго держала в себе. Неужели она и впрямь осталась одна? Ей самой придется выбираться из той ямы, в которую она сама залезла. А главное, никого рядом не будет. Ни Рейчел, ни Эшли, ни Мэй, ни даже Джослин. Сможет ли она это сделать? — Вы в порядке? — вдруг слышится за спиной незнакомый голос. Хрипловатый и довольно низкий. Невообразимый. С опухшим лицом, красными глазами и дрожащими руками, девушка повернулась и увидела парня. Высокий брюнет с медово-зелеными глазами, ярко-выраженными скулами и густыми бровями обеспокоенно оглядел Грейс и присел рядом. На нем были черные джинсы и темно-синяя толстовка с названием университета «Yale». У него был приятный морской одеколон, который ассоциировался лишь с чистотой и свежестью, а его слегка кудрявые волосы преобладали небольшим золотистым отливом. От него веяло добротой и нереальной харизмой. Идеальный. Они смотрят друг другу в глаза, а затем девушка, не выдержав напора, первая прерывает контакт. Грейс перебирает свои пальцы и неловко опускает глаза вниз. — Я люблю баскетбол, он помогает мне избавиться от глупых навязчивых мыслей. — говорит парень. — Я вижу вы тоже фанат? — Скорее любитель. — тихо отвечает Уинтер, вытирая слезы рукавом толстовки. — Сыграем? Грейс легонько кивает и когда она уже намеревалась встать, парень предложил ей руку. — Я Картер, кстати. Картер Браун. — он улыбнулся и на щеках отразились миниатюрные ямочки. Боже. Он ее типаж. Девушка смущенно ответила: — Грейс Уинтер, очень приятно. — Милая фамилия, вам подходит. — говорит он и аккуратно забирает мяч из моих рук, едва ли касаясь пальцев. Он ловко закидывает круглый объект в корзину и попадает точно в цель. Не то что Грейс, у нее этот мяч улетает в другую сторону площадки. Такой позор. Картер победно улыбается, и эта улыбка заставляет девушку волноваться, будто те самые «бабочки» все-таки оккупировали живот и порхают там. Без разрешения, они просто-напросто вторглись в личное пространство Уинтер. И, видимо, не собираются покидать захваченную территорию, поскольку в следующий же миг, Браун подходит ближе, дабы отдать мяч. Однако, с этого расстояния можно разглядеть не только его лицо, но и утонуть в глубине его глаз. Черт. Его взгляд слишком очаровательный. — Попробуешь? — прерывает это молчание Картер, все еще улыбаясь. Девушка молчала так долго, что он рассмеялся с выражения ее лица. Грейс никогда не интересовалась противоположным полом, поскольку всегда с головой погружалась в учебу, но сейчас что-то внутри так предательски вырвалось и заставило весь организм испытать новый спектр эмоций. Это было ей не свойственно, и она начала задумываться, а она ли это? Конечно, она. Только Грейс может застыть и замолчать посреди разговора, дабы проанализировать происходящее. Картер все еще терпеливо ждал и мило усмехался надо девушкой. Осознав, что она все еще в этой неловкой ситуации, Уинтер резко встряхнула головой — от чего Браун слегка опешил — и наконец ответила. — Давай, но сразу говорю, что игрок из меня не очень. — Это неважно, главное попробуй. — сказал парень и кивнул в сторону мяча в его руке. Грейс берет мяч, параллельно стряхивая с него пыль и целится в корзину. В голове нет ни одной мысли, они словно по щелчку пальцев исчезли из черепной коробки. Картер — волшебник. Ноги отрываются от земли на пару секунд, и она совершает заветный бросок. Ожидая очередного провала, девушка скорчивает рожу и отворачивается в сторону парня. — Я же говорила. Раздается громкий звук, который говорит о том, что мяч наконец приземлился на землю. Картер широко улыбается, обнажая свои белоснежные зубы и начинает хлопать. — Ты попала! Грейс стоит в недоумении и оборачивается, словно ее бросок сейчас перемотают, и она увидит это своими глазами. Мяч лежит на земле, а парень подходит спереди и поднимает руку. — Ты умничка. Девушка смущается, но уловив суть его действия, дает ему пять. Потихоньку начинает темнеть, уличные фонари загораются тепло-оранжевым светом, количество людей на улице уменьшается и прохладный ветер треплет небрежные пряди Грейс, пока та с восхищением глядит на Картера. Откуда он вообще взялся? Раньше Уинтер его не видела в своем дворе. Может это ее новые соседи? Браун оглядывается и внезапно предлагает: — Хочешь прогуляться? Опять эти чертовы ямочки, они сбивают с толку! — Конечно. — смущенно отвечает Грейс и берет на руки свой мяч. Выходя с баскетбольной площадки, Грейс почувствовала какое-то облегчение. То ли ветер сдул все проблемы, либо она сама позволила себе выдохнуть. Погода на улице стояла потрясающая, последний месяц лета радует размеренным климатом, скоро это сменится осенними дождями, слякотью и прохладой. Уинтер не любила осень, хоть многие в ее окружении романтизировали это время года, она терпеть не могла просыпаться и засыпать под унылую погоду за окном, ходить по лужам и пачкать свои кроссовки. От одной мысли становится тошно. Настроение в этот сезон у нее тоже не самое лучшее, особенно, учитывая первые месяцы нового учебного года. Она их просто не выносит, кажется, будто время течет слишком медленно. Из глубоких раздумий выводит хриплый кашель и вопрос, последовавший за ним. — Почему ты плакала до того, как я пришел, Грейс Уинтер? — он спрашивает спокойно, без никакого давления. Девушка делает глубокий вдох. — Из-за подруг. Одиночества. Наверное, просто накопилось. — отвечает Грейс, не желая говорить подробности. Браун это понимает и не настаивает. Есть ли вообще у этого парня изъяны? Понимающий, вежливый, милый и чертовски привлекательный. — Надеюсь скоро все наладится. Слезы — хороший способ облегчить груз твоих переживаний. Грейс кивает и потирает свои руки, которые успели замерзнуть после недолгой прогулки. Картер без лишних слов накидывает свою джинсовку на плечи девушки, как главный герой в самых клишированных мелодрамах. Кто сказал, что клише — плохо? Да и мелодрамы она любит. Уинтер бормочет что-то напоминающее «спасибо» и отводит глаза. На удивление на улице сегодня тихо, никто не нарушает эту идиллию, только сверчки изредка дают знать о себе. — Сколько тебе лет? — внезапно спрашивает девушка. — 18, учусь на первом курсе на архитектора. — Давно вы сюда переехали? — меняя обращение, интересуется Грейс. Картер выдает легкую усмешку. — То, что я старше тебя не означает, что ты должна обращаться ко мне на вы. Я уверен, что разница не такая большая. А насчет вопроса: я переехал с моей мамой и сестрой неделю назад, пока обустраивались не было времени выходить на улицу. — он делает паузу, глядя на ночное небо. — Смотри, какие красивые звезды. — Напоминает Большую Медведицу. — с восхищением подмечаю я. — В детстве я очень любила качаться на качелях с моей тетей, смотря на звезды и угадывая созвездия. Помню мне в душу запало созвездие Андромеды, моя тетя чем-то напоминала саму дочь Кефея и Кассиопеи. Я всегда загадывала одно и то же желание, глядя на это произведение искусства, но, честно говоря, смутно его помню. — Увлекаешься астрономией? — улыбается парень. Его улыбка светит ярче всех созвездий, которые любит Грейс и это выглядит так очаровательно. — Да, мне нравится изучать космос, но я бы не сказала, что уделяю этому много времени. А что любишь ты? — спрашивает Грейс, параллельно следуя за действиями Картера и садясь на слегка прохладную скамью. — Я люблю баскетбол, всегда хотел играть в команде, но меня туда не берут. — уныло произносит Браун, теребя край своей толстовки. — Расскажешь почему? — девушка смотрит ему в глаза. — Это долгая история, не думаю, что тебе это нужно знать. — сказал, как отрезал. Слова неприятно отдаются в ушах. Ей не доверяют. — Хорошо. — вмиг замолкает Грейс, отводя взгляд на небо, чтобы снова не заплакать. Тема доверия ее всегда очень ранит, но она понимает позицию Картера. — Грейс! — раздается из окна в противоположной стороне от скамьи, на которую они присели. — Живо домой! — Я пойду. — быстро произносит Уинтер. — Пока. Она шагает домой в полной мере понимая, что дома ее ждет серьезный разговор с матерью. Гуляла с парнем, да еще и ночью! Ветер слегка бьет по лицу, а по щеке предательски льется слеза. Она сама не знает, почему ее задели слова Картера, но сердце так и щемит неприятной болью. — Стой, Грейс! — кричит парень вдогонку. Девушка доходит до двери своего подъезда, как Браун берет ее за плечи и разворачивает к себе лицом. — То, что я тебе не рассказал, не значит, что я тебе не доверяю. Я просто пока не готов с тобой этим делиться и дело в моих собственных загонах, а не в тебе. — спешно объясняет парень и обнимает девушку, бережно гладя волосы. Уинтер легонько кивает и поднимает уголки губ, а затем скрывается в дверях своего подъезда. Слишком много эмоций за один вечер, слишком резкое сближение и полный беспорядок в голове. Грейс глубоко выдыхает и шагает по лестницам, морально готовясь к нравоучениям мамы.