Чёрная роса

Когда лис проснулся, то обнаружил себя в одной кровати с Не Хуай Саном. Тот крепко обнимал его, но все ещё спал. Лис решил не изменять своим привычкам и обнял его в ответ. Прислонив уши к голове, он уткнулся носом «Незнайке» в ключицу. Так как Не Хуай Сан знал о его сущности девятихвостого лиса, то не было смысла скрывать лисьи ушки. К тому же, Главе Ордена нравилось их гладить. — Ммм… Шань-Шань, ты давно не спишь? — Нет, вот только что проснулся… Спи, шелковичка… — Шань-Шань! Я же просил так меня не называть… Не Хуай Сан от смущения даже спрятался под одеялом и отвернулся. Лис от этого слегка хихикнул. — Ну прости, Не Пин… А сколько я спал? — Целый день. *повернулся лицом к лису* Больше не работай на износ! — Но ведь тогда Не Пин не сможет увидиться со своим старшим братом — Зато ты будешь жив. Мне этого более, чем достаточно. Лис улыбнулся и ещё сильнее прижался к Не Хуай Сану. Они уже три года так жили. Не Мин Цзюэ на одной из охот поймал лиса без хвостов, но зато с бело-сиреневой шерстью. Он решил отдать лисенка младшему брату, чтобы от них обоих хоть какой-то прок был. Самому обладателю Ба Ся тоже лис приглянулся, но увидев восторг на лице Диди, решил оставить ему. Не Хуай Сан заботился о лисенке, а сам получал взамен тепло и успокоительное. Когда, спустя год, Не Мин Цзюэ погиб, лис не отходил от Нового Главы Ордена Цинхэ Не. В тот день Не Хуай Сан впервые увидел настоящий облик лиса и услышал его голос: — Не Пин, хочешь его вновь увидеть? Названный сначала очень сильно испугался, но вскоре успокоился, узнав в нем «Мао Лянь», как он назвал лисенка. — Т-ты ведь М-мао Лянь? Лис посмотрел ему в глаза и кивнул. — Хочешь называть меня так — называй. Хочешь по-другому — называй. Мне шестьсот лет не давали имён, после смерти родителей… — А к-как тебя зовут? Как тебя н-назвали родители? — Чжун Шань Юэ. Не Пин, ты не ответил на мой вопрос. — Даже если и хочу, то что с того?! ОН ПОГИБ! А я не хочу умирать! Призывать душу слишком большой риск, а ритуал самопожертвования запрещён, так как его придумал Вэй Ин! Лис тяжело вздохнул и соскочил с перил веранды. Затем он подошёл к главе ордена и осторожно убрал волосы с его лица. — Ты можешь заключить со мной сделку. Я — создаю артефакт для перемещения во Времени, ты — принимаешь меня в орден. Сойдёт? — Ты состоишь в ордене Цинхэ Не ещё со своего появления в Нечистой Юдоли. — Значит с тебя ничего. — Но… — Недаром меня зовут Повелителем Времени. — Но ведь так будет не честно: ты — всё, я — ничего! — А мне ничего и не надо. Но Не Хуай Сан был непреклонен. Он уже хотел начать фразу, но тут же был перебит — Мне хватает и того, что ты меня приютил, Не Хуай Сан. Спасибо… Голос Чжун Шань был спокойным, мягким и приятным настолько, что очаровывал всех, кто его слышал. Кроме Не Хуай Сана. Того он успокаивал. Не Хуай Сан, неожиданно даже для себя, подался вперёд и сжал Лиса в объятиях. Они были почти одного роста, но второй казался выше из-за прожитых им лет. Чжун Шань сначала застыл от удивления, но потом, вначале нерешительно, а после уверенно, тоже обнял человека. Во время последней ночной охоты, Чжун Шань пошёл вместе с юными адептами. Замаскировавшись под самого обычного адепта, он отправился ловить змей-измерительниц и оборотней. Прошлый глава прибил бы его за это, но нынешний им дорожит. Во время защиты юных адептов, Лис случайно выпустил свою демоническую сущность и применил чары. Когда он обернулся к своим многочисленным шиди, на них не было лиц. Подумать только, оборотень притворился адептом. Неслыханное нахальство и возможно покушение на жизнь Главы! В тот момент уже Лису пришлось защищаться от адептов, а не защищать их. Ученики были немного озадачены тем, что он не нападал. В то же время на той же охоте, адепты ордена Гу Су Лань застали ужасную картину (иллюзию (или не очень 😅🤣🤣)): Один из их шисюнов лежал на земле, задыхаясь, его насиловал демон с огненными волосами, шестью руками и красными полосами на теле, а сам шисюн обзавёлся голубыми драконьими рогами и умолял о прекращении этих действий, при этом называя демона Нэчжой. Рядом лежали сломанные меч и цисяньцинь. Лань Цзинъи чуть не крикнул «Хуа Бин!!!», но Сычжуй вовремя закрыл ему рот ладонью. — Цзинъи, мы сейчас же уходим, потому что раз уж шисюн не справился с ним, то мы — подавно. Адепты ушли сорвались на бег в сторону группы. — Сычжуй, как думаешь, откуда у шисюна рога? — А я откуда знаю? Демоническая магия или кто-то из его родителей демон. Вскоре они добежали до группы. Та притихла, что было странно для подростков. — Лань Минцзу, что случилось? — Здесь демон иллюзий. Это его туман. Вдруг тот самый туман рассеялся, а к группе вышел тот, кого недавно видели с демоном. Хуа Бин держал в руке за волосы странное существо, напоминающее репу или редиску, размером с подушку для сна. — Мы ведь его искали? Сычжуй и Цзинъи при виде шисюна потеряли дар речи — Я ему припомню ту иллюзию, бесстыдник. И вот, 27-ми летний юноша пронзает странное чёрное существо мечом, носящем имя «Да Лун». Ему просто казалось, что так звали его знакомого, но он никак не мог его вспомнить или увидеть. Пару раз он спрашивал о нем приёмного отца, но тот говорил, что расскажет позже. — Шисюн, так это была иллюзия? — Да. А теперь пойдём. Надо поблагодарить И Жена за удачную охоту. × Хорошо, Хуа Бин. Адепты поклонились голубоволосому и пошли за ним в Облачные Глубины. Тот мысленно поблагодарил Хуа Чена за то, что эти ученики поверили ему про то, что это была лишь иллюзия. Точнее, это была частично иллюзия. Цисяньцинь и меч были целыми. Единственным серьёзным последствием было то, что ему могли не поверить. Но, слава Се Ляню, даже Сычжуй повёлся на эту байку, что уж там говорить про остальных… В тот же момент, адепты ордена Цинхэ Не потеряли Лиса из виду. А тот просто слыл в пещеру. Он бы и дальше прятался, если бы не услышал крик о помощи.