Иллюзия счастья

      Настя сладко потянулась, почувствовав, что солнце бьет ей в глаза, выгнулась и вытянула ноги, высунув их из-под теплого одеяла. Как приятно было просыпаться с ощущением радости! Полусонная, она вновь уютно свернулась на своей половине кровати и, улыбаясь, продолжала парить на крыльях эротической фантазии. В такие дни, как сегодня, Новикова любила подольше поваляться в постели, вспоминая события ночи. Страстные поцелуи, прерывистое дыхание, дрожь по всему телу. Для ощущения полного счастья не хватало лишь Вити, но он уехал рано утром. Смирившись со своим недолгим одиночеством, девушка нехотя оторвалась от подушки. Стоило только опустить ноги на холодный пол, как низ живота свело от острого приступа боли. Поморщившись, Настя прижала руку к больному месту и на несколько секунд замерла. Спазм прекратился так же резко, как и начался. Лишь убедившись, что такого не повторится в ближайшие пару минут, она рискнула подняться на ноги.       По пути в ванную комнату Настя первым делом кинула взгляд на часы. Начало одиннадцатого утра, до приема у врача еще целых два часа. Неспешно приняв душ и позавтракав, Новикова стала собираться в больницу. Повод был не самым серьезным. Последнюю неделю у нее то и дело прихватывало живот. Когда это случилось в первый раз, то она сразу же подумала на аппендицит. Когда это случилось в третий раз, она задумалась про воспаления яичника. В молодости матери вырезали левый яичник, и до операции у нее были такие же симптомы. Чтобы не теряться в догадках, Настя решила обратиться к врачу. Лучше добровольно лечь под нож хирурга, чем довести все до самой крайней точки и оказаться на грани жизни и смерти.       Конец августа выдался прохладным и дождливым, поэтому пришлось прихватить с собой не только плащ, но и зонт. Радовало только то, что до больницы идти всего десять минут. И вот за полчаса до назначенного времени Настя в хорошем настроении вышагивала по улице. Навстречу прошел молодой мужчина, улыбнулся и даже подмигнул ей. Новикова хотела ответить тем же, но внезапно ощутила сильный аромат одеколона этого самого мужчины. Запах был до того ужасным, что к горлу подступила тошнота и пришлось отвернуться. Она склонилась над бордюром, но неприятные ощущения постепенно стали стихать. Медленно выпрямившись, Настя несколько раз сделала глубокий вдох и прислушалась к ощущениям собственного организма. Никаких новых сюрпризов не предвиделось. И в больницу Новикова добралась без приключений.       — Добрый день! У меня запись к хирургу Васильченко Андрею Константиновичу, на 12:00.       Оказавшись в регистратуре, девушка назвала свои данные и получила медицинскую карту. За свои недолгие двадцать пять лет Настя еще ни разу серьезно не болела и редко посещала больницы. Поэтому сегодняшний поход стал для нее тем еще испытанием. В бумажке, которую передала медсестра, был лишь номер кабинета. 13. На первом этаже этого кабинета не оказалось. Как и на втором. Лишь на четвертом девушке улыбнулась удача. На поиски нужного кабинета она потратила все оставшееся время, поэтому успела только пригладить волосы и поправить кофту, как в коридор выглянула медсестра.       — Новикова здесь? — волнение накатило с новой силой, стоило Насте войти в стерильно чистое помещение. Врачом оказался мужчина средних лет, с темными густыми волосами и с очками, спущенными на самый кончик носа. Девушке еще не приходилось посещать врача этой специализации, поэтому она в нерешительности замерла на пороге.       — Проходите, не стесняйтесь, — хоть врач и улыбался, но Новикова все равно чувствовала дискомфорт. Было огромное желание просто сбежать отсюда, а домапросто напиться обезболивающих таблеток. Но так бы поступил подросток, а Настя — взрослая девушка. Пытаясь убедить саму себя в этом, она присела на край стула и сложила руки на коленях. — Рассказывайте, что случилось.       — Уже пару дней болит живот. Боль возникает резко, и так же резко исчезает. Чаще всего проявляется по утрам, но бывает и в течении дня. Вот и подумала, может быть, это аппендицит?       — А это мы сейчас и проверим, — Андрей Константинович лишь мельком взглянул в карточку пациентки, явно предпочитая практический подход. — Снимайте обувь и ложитесь на кушетку.       Испытав огромное облегчение от того, что здесь хотя бы не придется раздеваться, Настя быстро скинула балетки и устроилась на указанно месте. Врач осторожно приподнял футболку, после чего начал проводить осмотр. Начиная с места совсем рядом с тазобедренной костью, он медленно пальпировал живот. И с каждой секундой все сильнее хмурился. Такое задумчивое выражение лица не на шутку напугало Новикову, и теперь она даже не знала, хочет ли услышать вердикт Васильченко. Минута прошла совершенно незаметно, и врач уже начал снимать перчатки, жестом разрешив вернуть одеваться.       — У меня что-то серьезное? — не выдержала Настя, которая уже успела накрутить себе самые кошмарные симптомы и болезни.       — Скажите, вы наблюдали в последнее время у себя повышенную температуру? А жидкий стул? Повышенное давление? — на все эти вопросы девушка лишь отрицательно качала головой. –Ну что же, могу сказать одно — боли вызывает точно не аппендицит.       — А что тогда?       — Я сейчас вам выпишу направление к гинекологу, она все посмотрит и точно вам скажет. С моей стороны никаких отклонений и воспалений не обнаружено, — после этой фразы Настя не знала, радоваться ей, или плакать. С одной стороны, аппендицит удалось исключить и тем самым убрать повод для паники. Но с другой стороны, неизвестно, что еще скажет гинеколог. Видимо, все эти мысли хорошо читались на бледном лице девушки, поскольку врач поспешил успокоить. — Все в порядке, это обычный осмотр. Не стоит так переживать.       — Да, конечно. Обычный осмотр.       С трудом выдавив из себя улыбку, Новикова поблагодарила врача и на плохо гнущихся ногах вышла из кабинета. Ей пришлось несколько раз моргнуть, чтобы зрение сфокусировалось на бумагах в руке. 29 кабинет. Повертев головой в разные стороны, она с удивлением обнаружила нужные цифры прямо напротив. Решив не задаваться вопросом, как 13 и 29 кабинет могут быть на одном этаже, Настя несмело ударила пару раз по дверному косяку.       — Входите, — услышав женский голос, Новикова вздохнула чуть свободнее. А увидев, что специалист уже не молодая практикантка, а опытный врач, и вовсе расслабилась.       — Меня направили к вам от хирурга, — она сразу решила выложить все карты на стол, и тем самым избежать неловких вопросов.       — Что же, это интересно. Значит, жалуетесь на боли в нижней части живота, — Вера Андреевна, если верить бейджику на халате, внимательно изучала медицинскую карту. — Когда начался последний цикл?       — Эм… — вопрос застал Настю врасплох, и она начала вспоминать последние события. Кажется, это было в середине июля, как раз накануне выписки из больницы. — Числа 18 июля.       — 18, говорите? — врач кинула взгляд на календарь, и Новикова невольно повторила это движение. Сегодня было 26 августа. — Раньше были задержки?       — Да, довольно часто, — в этом она нисколько не соврала. Гормональный фон постоянно скакал — сказалось то самое изнасилование и стресс после него. Так что на задержки Настя давно перестала обращать внимание и переживать по этому поводу. — Много стресса, особенно в последнее время.       — Ну это мы с вами сейчас и проверим, — Вера Андреевна наконец отложила в сторону карту и потянулась за перчатками. — В углу ширма, снимайте низ и ложитесь на кушетку.       Хоть Настя и пыталась не показывать свое волнение, скрыть мурашки на коже не удавалось. Действуя инстинктивно, она прикрылась руками после того, как сняла всю лишнюю одежду. Вот только врача это нисколько не беспокоила. Бросив один взгляд на пациентку, Вера Андреевна кивнула в сторону кушетки, где уже было подготовлено одноразовое полотенце, и начала доставать приборы. Стараясь не дергаться в моменты, когда кожа соприкасалась с холодной пеленкой, Новикова готовилась к еще одному страшному для себя испытанию. Однако сдержать испуганный вздох, когда врач начала осмотр. Сильно зажмурившись, Настя пыталась отвлечься от происходящего и не думать о чужих пальцах в собственном теле.       — Ой! — на это раз крик вырвался сам собой, когда вместо пальцев доктор решила воспользоваться гинекологическим зеркалом. Ощущения были неприятными, и девушке приходилось прикладывать все силы, чтобы не начать ерзать на месте. Давление в совокупности с холодным покрытием доставляли дискомфорт.       — Лежите пока, я еще не закончила, — Вера Андреевна убрала все приборы в сторону и потянулась к компьютеру. Ее напряженное молчание и сжатые в узкую полоску губы заставляли Настю нервничать.        — Со мной что-то серьезное?       — Пока не знаю. Нужно еще кое-что проверить, — Новиковой хотелось засыпать врача еще вопросами, но та была слишком сосредоточена на настройке аппарата. Поэтому девушке пришлось попридержать язык и настроиться на дальнейшие пытки. Она морально готовилась к еще одному осмотру, но вместо этого Вера Андреевна уверенным движением убрала ее руки с живота, чтобы вылить каплю геля. Все это сопровождалось гнетущим молчанием и бешено бьющимся сердцем Насти. На протяжении двух минут врач водила аппаратом по животу, наклоняя голову и хмурясь еще больше. В момент, когда Новикова была готова взорваться от нетерпения, она отодвинулась назад и протянула салфетку. — Можешь вытираться и одеваться.       — Что со мной?       — Одевайся, потом поговорим.       Вся эта ситуация категорически не нравилась девушке. Дрожащими от нетерпения руками Настя натянула на себя одежду и поспешила вернуться к беседе с врачом. Она хотела получить ответы на вопросы. Операция так операция. Рак так рак. Что угодно, лишь бы уже получить ясность в происходящем.       — У меня что-то серьезное?       — Можно и так сказать, — Вера Андреевна внимательно посмотрела на пациентку. — Вы беременны.       — Я … что?       Для Новиковой на секунду вся жизнь замерла. Она пыталась рассмеяться, сказать что-то об ошибке, но вместо этого открывала и закрывала рот. Первой мыслью было обвинить врача в ошибке и потребовать другого специалиста. Но серьезный взгляд Веры Андреевны говорил о том, что ошибки быть не может.       — Срок еще маленький, около четырех недель, но симптомы могут проявляться уже сейчас. Может быть, замечали за собой повышенную усталость, или частую смену настроения? — сначала Настя собиралась отрицать это, но вспомнила вчерашнюю ссору с Витей из-за неправильно повешенного полотенца. И разговор на повышенных тонах с матерью, хотя такого раньше никогда не было. Вера Андреевна внимательно следила за эмоциями на лице пациентки и все прекрасно поняла. — Это даже хорошо, что вы обратились к нам так рано. Сможем поставить вас раньше на учет, будем следить за развитием плода.       — Я беременна, — прошептала Новикова, неосознанно положив руку на еще плоский живот. Такой же плоский, как и неделю назад. Как и месяц назад. Как и год назад.       — Может быть, вам дать водички? — доктор прекрасно видела, в каком шоковом состоянии находится пациентка, и хотела ей помочь. Но та лишь отрицательно покачала головой. — Тогда выпишу вам направление на повторный осмотр, через три недели. А пока постарайтесь не нервничать, на таком маленьком сроке это особо важно.       — Х-хорошо.       Все, что происходило дальше, было для Насти как в тумане. Она на автомате взяла направление из рук Веры Андреевны, хотя мысленно пребывала совершенно в другом месте. Беременна. Это явно не то, что входило в планы на ближайший год. Новикова и не думала о том, что совсем скоро посвятит свою жизнь ребенку: пеленки, бессонные ночи, детское питание, постоянные крики и истерики. Еще слишком рано для этого. А как же работа? А родители? А как отреагирует Витя? Сотни вопросов крутились в голове Насти, пока она спускалась на первый этаж больницы.       — Ой, девушка, аккуратнее, — в себя привел ее голос. Моргнув пару раз, она испугалась и поспешила отступить на шаг. Прямо перед ней стояла беременная девушка, явно на последних сроках, и осторожно придерживала живот рукой. Слишком поздно Новикова поняла, что чуть не сбила ее.       — Извините, я не специально. Я … не хотела.       Все это Настя едва слышно пробормотала себе под нос, все еще испуганно смотря на другую пациентку больницы. В голове не укладывалось, что всего через несколько месяцев она будет на месте этой самой девушки. Совсем скоро придется забыть о спокойном сне, а вместо этого ограничивать себя в движениях, чтобы ненароком не навредить ребенку. Понимая, что в своих страхах уходит все дальше от реальности, Новикова начала пятиться в сторону выхода, при этом стараясь больше не задевать других пациентов. Лишь оказавшись на свежем воздухе, она опустила плечи вниз и шмыгнула носом. В глазах начали скапливаться слезы, но она решительным движением смахнула влагу со щек. Не время для истерик. Взяв себя в руки, Настя постаралась абстрагироваться от сложившейся ситуации. Подумать о происходящем можно будет и чуть позже, когда не будет косых взглядов. И действительно, стоило только посмотреть по сторонам, как девушка заметила неподалеку старушку, которая с подозрением смотрела прямо на нее. Выдавив из себя улыбку, Настя выпрямила спину и постаралась как можно непринужденнее пойти в сторону дома. При этом она ни на секунду не забывала, что уже не одна.       Справляться с эмоциями становилось сложнее с каждой секундой. Проигнорировав приветствие соседки и никак не отреагировав на облизнувшую ногу собаку в подъезде, девушка дрожащими руками вытащила ключи, с третьей попытки открыла дверь и тут же скатилась вниз с другой стороны. Слезы, которые она так долго сдерживала, наконец получили выход. Настя плакала громко, долго, срывая голос и до боли сжимая кулаки.       Невовремя. Ну почему именно сейчас? Почему все это произошло в тот момент, когда жизнь только стала налаживаться. Только месяц назад съехались с Витей. Только неделю назад ее повысили до старшего преподавателя. Какие могут быть дети?       Звонок домашнего телефона привел Настю в себя. Вытерев слезы рукавом кофты, она еле поднялась на ноги и поплелась к маленькому столику. Искренне надеясь, что это звонят не родители, она взяла трубку.       — Новикова, слушаю, — голос не охрип от слез, уже хорошо.       — Принцесса, я сегодня задержусь, поэтому ужинай без меня, — несомненно, это был Пчёлкин. Только он так ласково обращался к своей девушке.       — Что-то серьезное?       — Дома все расскажу. До вечера, целую.       Не успела девушка ответить, как в трубке послышались короткие гудки. Тяжело вздохнув, Настя вернула трубку на законное место и медленно опустилась на подлокотник кресла. Рука тут же взметнулась к животу, словно уже можно было почувствовать ребенка. Но никаких изменений за этот час не было. Только периодическая ноющая боль в нижней части живота говорила о том, что в организме происходят изменения. И это только начало.       Помотав головой, чтобы отогнать от себя картинку того, как к девятому месяцу ее тело больше будет напоминать шар, Настя поплелась в сторону кухни. К счастью, на необычное сочетание вещей, вроде торта и соленых огурцов, ее еще не тянуло. Поэтому было решено ограничиться вчерашним супом на обед. И все те несколько минут, что суп закипал на плите, Новикова думала о будущем. Чем кормить ребенка? Какие прививки ему ставить? Какие лекарства давать? Как часто гулять с ним на свежем воздухе?       — Черт, черт, черт! — Настя настолько задумалась о будущем ребенке, что пропустила момент, когда суп закипел и стал капать на плиту. Убрав все последствия этого маленького недоразумения, она встала посреди кухни и спрятала лицо в ладонях. На это раз слез не было, лишь чувство беспомощности. — Так, нужно прекращать.       Уговаривая саму себя, что давалось с большим трудом, Новикова все же съела тарелку супа и даже помыла за собой посуду. Вкуса еды она так и не почувствовала, но продолжала жевать из-за необходимости. Правда, на этом все силы закончились. Она едва смогла дойти до кровати, на которую просто беспомощно рухнула. Привычно повернувшись к стенке, девушка подтянула ноги к груди и практически сразу погрузилась в беспокойный сон.       Окровавленные скальпели, мертвые дети, маньяки-врачи, пыточные — вот лишь маленький список того, что приснилось в этот раз Насте. Спала она беспокойно, постоянно ворочаясь и скидывая на пол сначала подушки, а потом и одеяло. Несколько раз Новикова даже открывала глаза, но организм требовал еще отдыха, и она вновь засыпала. Окончательно прогнать с себя сонное состояние девушке удалось лишь ближе к вечеру, когда за окном было темно. С трудом оторвав голову от манящей подушки, она села на кровати и еще несколько минут пыталась прийти в себя. На улице даже включили фонари, а это означает лишь то, что время явно позднее. Разглядев в темноте настенные часы, Настя недовольно нахмурилась. Половина девятого вечера, а Вити дома все еще нет. Что может произойти настолько серьезного, что он задержался? Снова облава милиции? Или на этот раз сцепились с другой группировкой?       Размышления о том, что на самом деле могло произойти с Витей, были нарушены стуком в дверь. Незваный гость был очень нетерпелив, о чем говорили сильные и непрекращающиеся удары по двери. Испугавшись того, что это может быть Пчёлкин, который просто потерял ключи, Настя бросилась к двери. По пути она запнулась об одеяло, но все же смогла устоять на ногах, так сильно было ее желание поскорее увидеть любимого человека. Повернув ключ, она резко распахнула дверь и на пару секунд зависла, пытаясь собрать мысли в кучу.       На пороге квартиры стояла Оля Сурикова. Всегда при макияже, укладке и на каблуках, сейчас она выглядела совершенно по-другому: футболка, штаны, балетки, а волосы на голове просто собраны в небрежный хвост. Но сильнее всего Новикову напугал взгляд подруги: растерянный и одновременно напуганный. Необъяснимая тревога передалась и Насте, которая тут же начала строить различные теории.       — Насть, — даже голос Оли был другим. А присмотревшись, она заметила покрасневшие глаза, говорившие о ее недавних слезах. — Они в больнице.       — Что? — Новикова понадеялась, что ей просто послышалось. Но дрожащие губы Суриковой заставили поверить в реальность происходящего. — Где они?       — Их отвезли в четвертую, — все таким же слабым голосом ответила Оля. — Меня сосед сюда привез, я попросила подождать, надеялась, что ты поедешь со мной. Просто представлю, как зайду в эту больницу …       — Ты все правильно сделала, сейчас мы вместе поедем в эту больницу и оторвем нашим мужчинам голову, чтобы больше не заставляли нас нервничать.       Хоть Настя и говорила уверенно, внутри у нее была настоящая истерика. Но она подавляла все эмоции, ведь только сегодня утром врач ей сказал как можно меньше нервничать. Только похоже, все это нужно было говорить Пчёлкину, из-за которого она и нервничает прямо сейчас. Придерживая подругу под руку, Новикова закрыла квартиру и помогла ей спуститься вниз. Около подъезда действительно стояла припаркованная волга, водитель которой поспешил открыть заднюю дверь при виде Суриковой. За всю дорогу до больницы Настя не вымолвила ни слова, и лишь продолжала обнимать Олю за плечи. Водитель оказался понимающим человеком и тоже не спешил заводить разговор, лишь изредка поглядывая на пассажиров в зеркало заднего вида. Мыслями Новикова была очень далеко — прокручивала в голове варианты того, как Витя мог оказаться в больнице. Подрался? Но из-за такой ерунды его вряд ли бы забрали. Перестрелка? Тогда к этому делу обязательно подключат милицию, и брат начнет задавать лишние вопросы. Попал в аварию? Если за рулем был Космос, то это не удивительно.       Все эти сценарии возможного происшествия крутились в голове Насти вплоть до момента прибытия в больницу. Поблагодарив соседа Оли за неравнодушие, она помогла подруге выйти из машину и несмело повернулась к воротам. Только сейчас страх полностью затопил сердце, заставив думать о самых страшных последствиях. В том числе, и о смерти. Стоило только возникнуть подобной мысли, как Новикова рефлекторно положила руку на живот. Ребенок не должен расти без отца.       — Пойдем? — заметив, что Настя так и не сдвинулась с места, Оля взяла инициативу в свои руки. И вот так, поддерживая друг друга не только физически, но и морально, они нашли в себе силы зайти в больницу. В нос тут же ударил запах спирта, заставив девушек поморщиться. Повсюду бегали не только медсестры, но и пациенты, пытающиеся найти нужный кабинет. Продолжая крепко сжимать ладонь подруги, Оля стала протискивать сквозь других людей, пока не добралась до регистратуры. — Подскажите, где мы можем найти Белова и Пчёлкина? Поступили к вам сегодня, часа два назад.       — Вы им кем приходитесь?       — Невеста, — не задумываясь, ответила Оля. Медсестра бросила подозрительный взгляд на притихшую Настю, но все же потянулась к карточкам пациентов. И после недолгих поисков результат был достигнут.       — Пчёлкин в травмпункте. Белова уже выписали.       Эта новость должна была вызвать облегчение у Новиковой, но вместо этого сердце забилось еще быстрее. Если Сашу уже выписали, а Витю еще нет, насколько серьезно обстоит дело? Настя уже собиралась спросить это у медсестры, как почувствовала резкую боль внизу живота. Из уст вырвался стон, который не остался незамеченным остальными.       — Ты в порядке? Позвать врача? — Оля тут же кинулась к подруге и придержала ее, чтобы та не упала на пол. Посетители вокруг замолчали, подозрительно смотря на разворачивающуюся рядом сцену.       — Не нужно, — Настя медленно распрямилась, игнорируя боль в теле. — Просто спазм, сам пройдет. Лучше пойдем, не будем задерживать остальных.       Сурикова еще пару секунд в задумчивости смотрела на подругу, но потом все же решила прислушаться к ее словам. Придерживая друг друга под локоть, они двинулись вглубь больницы. Отделение травматологии обнаружилось довольно быстро. А еще быстрее девушки заметили троих парней с опущенными головами, сидящих возле одной из дверей. Далеко не сразу они обратили внимание на то, что больше в коридоре не одни. А когда соизволили оторвать взгляд от пола, то столкнулись с двумя разъяренными девушками.       — Напомните мне об этом моменте, если я когда-нибудь захочу начать отношения, — пробормотал Космос, медленно поднимаясь со своего места и пересаживаясь подальше. Точно так же поступил и Фил. Саша же, прекрасно понимая, что ему уже никуда не деться, покорно остался на стуле.       — Где Витя? — Холмогоров, который до этого момента медленно пятился подальше от Оли, теперь с испугом взирал на Настю.       — В 214.       Оставив троих мужчин в надежных руках Суриковой, Новикова начала оглядываться в поисках нужного кабинета. К счастью, он оказался напротив. Она уже протянула руку, чтобы войти, как дверь открылась изнутри. Чудом избежав удара в лоб, Настя отступила на шаг. Человеком, едва не устроившим еще одну травму в этой компании, оказался врач.       — Вы куда? — он подозрительно оглядел девушку.       — К Пчёлкину. Я н-невеста, — неуверенно выговорила девушка, вспомнив, что буквально пять минут назад этот аргумент помог им в регистратуре.       — Идите, невеста. И передайте своему жениху, чтобы был аккуратнее. Следующий раз пуля может пройти не по касательной.       — Пуля? — охрипшим голосом переспросила Новикова, для которой в один момент исчезло все вокруг. В голове не укладывалась эта мысль. Он ведь мог погибнуть!       — Ничего страшного не произошло, — доктор увидел побледневшее лицо Насти и поспешил ее успокоить. Похоже, возиться с потерявшей сознание девушкой ему совершенно не хотелось. — Все раны мы уже обработали, сейчас подпишу ему выписку, и вы с вашим женихом сможете уехать домой.       — Сейчас к нему можно? — Новикова привыкла доверять специалистам, но сейчас куда больше ей хотелось своими глазами увидеть Витю и убедиться, что он в порядке. Что он живой.       — Проходите.       Врач любезно распахнул дверь, позволяя девушке зайти в кабинет. Первое, что бросилось Насте в глаза — окровавленная рубашка, бесформенной кучей лежавшая на столике. Белая одежда, которую она еще утром старательно гладила, сейчас вся пропиталась кровью. При мысли о том, насколько все это серьезно, на глазах Новиковой выступили слезы.       — Принцесса? — раздался позади неуверенный голос Вити. Развернувшись, Настя несколько раз моргнула в попытках сфокусировать зрение. Живой. На ребрах тугая повязка, как и на правом предплечье. На щеке глубокая царапина. На волосах запекшаяся кровь. Истерика, которую Новикова старательно сдерживала последний час, подступила. Вначале она начала шмыгать носом, потом по щекам потекли непрошенные слезы и пришлось спрятать лицо в ладонях. — Что… Как ты здесь оказалась?       — Оля приехала … сказала … что вы в больнице, — между рыданиями выдавила из себя Настя.       — Белый, твою мать! Кто его только за язык тянул! — выругался Витя и слишком резко дернул рукой, тут же застонав от боли. Именно это привело Настю в чувства.       — Серьезно? Ты винишь Сашу? — на щеках Новиковой все еще были дорожки от слез, но плакать больше не хотелось. Эмоции продолжали бушевать внутри. — Между прочим, все твои друзья в порядке и сидят в коридоре! Почему ты вообще оказался здесь? Какого черта произошло?       — Ничего особенного, — попытался оправдаться Пчёлкин. Вот только девушку уже было невозможно остановить.       — Ничего особенного? И ты ждешь, что я поверю в этот бред? — с каждым словом Настя повышала голос от едва сдерживаемого гнева. Ей хотелось, чтобы Витя почувствовал тоже, что она пережила за последний час. — Когда ничего особенного не происходит, ты возвращаешься домой, а не попадаешь в больницу с огнестрельным ранением!       — Я не … Это была случайность, — видимо, Пчёлкин собирался еще раз соврать, но быстро понял, что из этого ничего хорошего не выйдет.       — И какая же «случайность» привела тебя на перестрелку? — даже не скрывая сарказма, поинтересовалась Настя. Вот только он этого не понял.       — Мы собирались немного пересмотреть бизнес и договорились о встрече, чтобы выйти из прежней игры. Но так просто никто не хотел нас отпускать. Это должен был быть обычный разговор, но один из бандитов принес с собой ствол. Я первым это заметил и вмешался, — чем больше слушала Настя, тем больше начинала болеть голова. Ей было плохо от всего этого.       — Послушай себя! Все, что ты мне сейчас рассказал, больше похоже на дешевый спектакль, — к горлу подступила тошнота, но Новикова проигнорировала этот симптом. Как проигнорировала и нарастающую боль внизу живота. Вместо этого она стиснула зубы и продолжила свою пламенную речь. — Ты сделал ровно то, что я просила тебя не делать — снова ввязался в опасное дело!       — Насть?       Это было произнесено на удивление тихо, поэтому Новикова замолчала. Сначала она не поняла причины такого поведения Вити. Ровно до того момента, как не ощутила что-то липкое на внутренней стороне бедра. Опустив голову вниз, она увидела стекающую по ноге кровь. Настя посмотрела на Витю и собиралась попросить о помощи, но приступ боли заставил лишь согнуться пополам и закричать. Громко. Не только от боли, но и от простого осознания, что у нее только что произошел выкидыш.