Ключ ото всех замков

Арсений подбирает пистолет, проверяя обойму. - Ах да, - Бек протягивает ему руку, в которой лежит заряженный магазин, - Не забывайте – 8 патронов, 10 человек. Постарайтесь убить их всех. Попов проходит в помещение, оглядываясь. Людей, что секунду назад были расставлены в ровную линию, уже нет на своих местах. Комната кажется пустой. Но лишь кажется. Не в силах преодолеть себя, Арсений делает шаг вперед с единственной целью – убить каждого. Прострелить голову, не думая, если увидит хоть одного. Выстрел. Кровь брызжет из груди, но Арсений не замечает. Зато в грудной клетке, кажется, вместо вытекающей крови зарождается всеобъемлющая ярость. Арсений проверяет каждый закоулок помещения, стреляя без раздумий, резко, четко в голову каждому, кого увидел. Пятерых уже нет, как и патронов. Осталось три на пятерых, и Арсений уже знает их местоположения. Выворачивая из-за угла ящика брюнет проверяет обойму в последний раз, прихрамывая. Уже через несколько секунд и это должно зажить. Его белая рубашка вся в крови, дырах от пуль, волосы, наверняка, растрепаны, но это замечает лишь внутренний Арсений. Внешний он – робот, исполняющий единственный приказ. Убить. Еще три тела, практически одно за другим, грузно падают на пол, не замечая брюнета, затерявшегося в декорациях. Одна на двоих. Одна пуля. В голове возникает идея. - Нет, - голос Карин осекает его, - нельзя пользоваться оружием противника. У тебя только один патрон. Арсений повинуется. Скользя между контейнерами и бочками, ящиками и листвой, Попов находит ту самую точку. - Эй, - две головы, секунду назад в недоумении искавшие противника перед собой, выглядывая из-за укрытия, оборачиваются. Две пары глаз в один момент расширяются, но ни одни не успевают даже моргнуть. Выстрел. Пуля летит, рассекая первую черепушку, а за ней и вторую. Два тела касаются земли. Одна женщина подходит к Арсению, заглядывая в его голубые глаза. - Браво, мистер. Признаться, я думала, вы свернете одному из них шею. Но интеллект даже на поле боя еще никому не вредил. Попов смотрит на нее, не в силах сказать и слова. Даже шевельнуться. Тело будто не его. Оно лишь ждет новых указаний. - Смотрю, ваша яремная вена немного пострадала, - водопад крови, начинавшийся аккурат на месте вены и оставивший свои следы на рубашке, не отрицал этого факта, - Кстати, не волнуйтесь, эффект этого чудо-снадобья кратковременен, всего пару часов. Однако, - Карин осматривает несколько особенно больших дыр на бело-красной рубашке, сквозь которые видно измазанную в крови, но абсолютно целую кожу, - мы должны успеть познакомиться еще кое с кем. Прошу за мной. *** Арсений видит перед собой парня, и он знает – это тот самый неизвестный ему гость. Такой же. Бессмертный. - Арсений, это Антон. Антон, это Арсений. Пшеничного цвета волосы вьются вокруг друг друга, а глаза.. их внутренний Арсений явно уже где-то видел. - Итак, джентльмены, - подает голос Бек, - сейчас будет некоторого рода игра. Готовы? – ее карие глаза скользят от одного испытуемого к другому, - Ну конечно, готовы, - смеется она, держа в руках неизменный планшет. Лицо напротив также, как лицо внешнего Арсения, не выражает никаких эмоций, а джемпер лица напротив также испачкан кровью и разорван. Кажется, шатену тоже удалось испытать на себе счастье убийства. Арсений не хочет больше. Он не желает убивать ни человека напротив, ни кого бы то ни было еще. И не будет. Все силы сейчас он направляет на регенерацию. Ведь можно вывести из крови этот токсин, обезвредить, вернуть себе свое сознание. Если не сейчас, то хотя бы раньше того времени, как ему введут еще дозу, а что она последует за первой Попов был уверен. - Арсений, - произносит Бек, - убей его. Антон. Не сопротивляйся. Слова набатом отдаются в голове. Убей, убей, убей.. Его руки обвиваются вокруг шеи шатена, твердеют и поднимают в воздух, находя опору в ближайшей стене. Антон задыхается, смотрит сверху вниз в глаза брюнета, и он видит его, зеленые, совсем как у.. но он не может предпринять никаких попыток к расцеплению своих рук. Тело не его. Через пару минут изумруд в глазах напротив начинает безвозвратно темнеть. - Арсений, - слышится сбоку, - Отпусти его. Попов тут же опускает шатена на ноги, тот резко вдыхает, скрючившись пополам, потом возвращает взгляд на место, к голубым глазам. - Хорошо. Теперь, Антон, убей Арсения. Арсений, не сопротивляйся. Попов слабо понимал суть этой игры, но.. ему и не требовалось. Он мог лишь подчиняться. Шатен подходит, ставит заднюю подножку и валит на землю. Руки смыкаются на шее человека снизу. Арсений чувствует, что абсолютно так же, как недавно Антон, он начинает задыхаться. В ушах шумит, легкие горят. - Стоп. Хорошо. Антон, встань. Арсений лежит на прохладном полу, понимая одну очень важную деталь. Антон нарочито медленно встает с Попова, пытаясь убедиться, отыскивая ответ в голубых глазах снизу. - Арсений, встань. И он его находит. Они оба в сознании, оба контролируют себя и оба без понятия, что им с этим делать. Так значит, на грани смерти организм способен полностью обновляться в короткие сроки? Возможно. Арсений изображает податливую куклу, коей был минуту назад, и Антон не отстает от него в этом деле. - Мальчики, кажется, у нас ничья. Вы не получали кислород идентичный отрезок времени - 2:43. Впечатляет. Хотя, кажется, Арсений продержался 2 минуты 44 секунды, - карие глаза придирчиво осматривают обоих мужчин, - Но вы можете уже не притворяться. Я ведь знаю, как действует мой препарат и ваш организм. Арсений лишь надеется, что его напарник по несчастью окажется не так глуп. Антон и в правду не совершает ни единого движения. Карин щурится, наклоняя голову чуть в бок. - Кристиан! – в помещение входит упомянутый, - Думаю, светленького в комнату, а темненький еще Шредера посетить успеет. И, естественно, обоим еще по дозе. Не хотел Арсений ни к какому Шредеру. Но ответа на вопрос «как отсюда сбегать» в его светлой голове еще не появилось. - Да, - просто сказал Вальтер. Как и ожидалось, между ними и женщиной была невидимая преграда, так что их подвиги, направленные на убийство женщины, скорее всего, окончились бы провалом, - Э, ты, черненький, за мной. - Кристиан, что за невежество. Это Арсений. - Да хоть Господь Бог. Арсений, за мной, - раздраженно выпаливает тот. О, он точно Господь Бог. Если не сейчас, то в скором времени лично для тебя обязательно им станет. И хоть в коридоре и были камеры, Попов не мог позволить влить в него еще раз эту белую жидкость. Голова Кристиана тотчас оказалась повернута на 180 градусов, как только его рука, держащая шприц, занеслась над шеей брюнета. В этот же момент коридор сменил свой цвет с белого на красный, в ушах зазвенела сирена. Арсений не знал, куда идти, но он куда-то шел. На первом же повороте он лишает шеи одного из людей, бегущих навстречу, а там уже дело техники. На пути встречалось множество, но каждый в итоге падал к ногам, издавая последний сиплый выдох. Одна из гранат прикатывается к Попову, он подбирает ее, кидая в том направлении, откуда она прилетела. Внезапно коридор наполняется каким-то газом, и Арсений пользуется знанием того, что может не дышать две минуты сорок три секунды.. или сорок четыре. Убито уже много, но они все идут. Газ рассеивается, перед глазами еще один поворот, еще один человек.. - Стоп! - Ты что тут.. - Думал, я буду сидеть у них на привязи, пока ты тут развлекаешься? - в глазах напротив видится озорной блеск, - Мы будем выбираться отсюда? - Я это и пытаюсь делать, коли не заметно, - Арсений уже не понимает, когда наконец сможет выбраться из этого балагана. - Предлагаю сломать хребет этой Бяке и на выход. - Ломай, если сможешь ее найти, да еще и подобраться. Я только руку пожму, - брюнет наклоняется за угол, подбирая винтовку и кидая её Антону. - Да что ж ты такой пессимист, прикольно ведь, - шатен проверяет обойму уже следуя за Поповым. - Я реалист, - выстрел, Арсений меняет свое оружие на автомат только что павшего смертью храбрых бойца. Зачем она это делает? Ясно ведь, что в этих потугах нет никакого смысла, они же бессмертны. Арсению надоело. Он хочет на улицу, подальше от этих сирен, выстрелов и мелькающего в глазах красного света. Убивая солдата за солдатом, он не замечает собственных ран, а они, несомненно, есть. - Не видел, случайно, гранатомёта какого-нибудь? - Да нет, знаешь, не замечал. Но если вдруг, так я сразу скажу. Арсений резко останавливается, и Антон так же резко врезается в его спину. - Мы ходим здесь уже кучу времени и до сих пор не увидели ни лестницы, ни двери? Лишь развилки? - Вероятно, это так, - кивает Антон позади, - я думал, ты не заметишь. - А сказать не пробовал? – оборачивается Попов. - Ты был так раздражен, я аж побаивался, - лыбится шатен, убирая со лба упавшую курчавую челку. Арсений отворачивается обратно, качает головой, но пытается сообразить, как выйти из этой иллюзии или лабиринта или что это вообще.