1 "Моя девочка"

Серëжа посмотрел в правый угол, там у ступенек на сцену в напольной вазе дожидался своего часа объёмный букет белоснежных роз. Света вела концерт, в этом ей помогали выпускники. Учащиеся читали стихи по тематическим блокам: о природе, семье, дружбе, знаниях, о людях и жизни, а старшеклассники – о любви. Заполняющие перерывы ребята старательно играли на пианино и скрипке. Также зрители наслаждались красивыми бальными танцами. Шмелëв ничего не понимал в поэзии, ведь в его детстве и юности никогда не присутствовал «шкаф стихов», да и в библиотеку парень был не ходок, но мужчину переполняла гордость за то, как чëтко и интересно Света всё придумала и организовала. Он посматривал на ГаВасю, сидевшую левее, и по её довольному виду, одобрительным кивкам и улыбкам понимал, насколько она рада за свою ученицу и некогда правую руку, опору во многих школьных делах. Где-то дальше по ряду восседала директор школы – его тëща Анна Петровна, с которой семейство Шмелëвых не общалось, и вовсе не по вине молодожëнов. Сейчас родственница-мегера не попадала в поле зрения Сергея, и ничто не омрачало праздник. Поэтический вечер близился к финалу. Завершала его сама Светлана Анатольевна. Шмелëв не знал, что ведущая переоденется и сменит причёску, и когда учительница вышла на сцену, он, согласно его выражению, настолько «обалдел», что даже не сразу признал в этой девушке собственную жену. Неизгладимое впечатление произвело на него закрытое приталенное удлинённое белое платье в меленький чëрный горошек. Это ни в какое сравнение не шло с теми первобытными ощущениями, которые он испытал, увидев Свету в зелёном облегающем и вызывающем платье на репетиции перед конкурсом «Учитель года». Сейчас она стояла в свете софитов в платьице времëн не их общей молодости, а скорее юности их родителей. Точëная, словно статуэтка, миниатюрная, хрупкая, трогательная. Волосы приглажены и собраны в аккуратный пучок. За спиной сражённого наповал мужчины послышались возгласы молодëжного восхищения – образ оценил явно не только он. Меж тем Светлана начала декламацию, но Сергей даже не соображал, про что она читает. Его захлестнула такая волна нежности, что, кажется, он и дышал теперь через раз.