Глава 1
— Чего читал, колдун? — М, Великую Войну. Если не любишь документальные книги, то особо не понравится.
— Да хоть бы чем тоску эту разогнать. А есть ли ещё книги?
— Ну, про Акавир. Биография Барензии, первые два тома. Магия, рождённая небом. — Читала, читала. Так, а последнюю нет. О чём она? — Что есть камни варла знаешь?</center> Девушка молчала. Пыталась что-то вспомнить, но ничего не выходило. Поток мыслей прервал хрипловатый глас собеседника.— Говоря попроще, это большие куски метеоритного стекла, обладающие чарами. Они были сердцами каждого айлейдского города и… или я путаю? Подожди.
Каджит вынул очень старый образец в переплёте лавандового цвета и пролистнул первые страниц так пять. Задумчиво что-то цитировал шёпотом и пришёл к выводу, что всё напутал.— Нет, сердцем айледских городов была другая диковина. А варла — это такие камни, способные восстановить энергию любого предмета с иссякнувшим зачарованием. — Понятно. — С глубоким вздохом ответила бретонка — А звать тебя как? — Азимаз. — Ази-что? Ну и имечко, среди тебе подобных такого не встречала. — Зато фамилия моя вполне Эльсвейрская по духу. Унтуррус. — Сомнительно, что у котов фамилии есть. «Моя»? Значит, ещё и о себе от первого лица говоришь. Точно не уроженец далёких тропиков и пустынь. — Верно подмечено. А ты кто? — Маденн де Фауста. — Я всё думал-думал, кто по расе. Не из Хай Рока ли? — Да родилась я там, а по взрослению свалила. Паршивое и нудное место. Спросишь, чем же? — Самому горная провинция интересной никогда не казалась. — Ясно, не спросишь. Ну тогда я позадаю вопросов. Раз не скрываешь, что маг, то на какой школе специализируешься? — Разрушение и Восстановление. Понадобятся для работы наёмником. — Эво как. И зачем же в Скайрим тебе ехать?
Тут Азимаз немного сбился с толку. Про работу наймом было байкой, а истинные цели тот скрывал. Пришлось прибегнуть к небольшой импровизации, даже если это могло смутить охранявших повозку легионеров.— Сама посуди: норды по всей своей земле высказывают недовольства по поводу Конкордата. Если дело дойдёт до Гражданской Войны, то наёмники – нарасхват, тем более в армии! К-конечно же, имперской. Да и до этого существуют конфликты на основе религии, что вполне понимает даже Альдмерский Доминион. Не в упрёк, ибо очевидно, что везде будут недовольные. Другой вопрос – как эти недовольства разрешат.
В своей небольшой речи каджит пытался говорить как можно нейтральней по отношению к Империи и Талмору. Но это не соответствует его истинному взгляду. Не сказать, что солидарен с будущими Братьями Бури, лишь понимает тех. Ведь если дело и правда дойдёт до ужаснейшего кровопролития, в эту провинцию может ступить орда Доминиона. Тогда и живого места не останется. По понятным причинам вольное излияние мыслей колдун не мог себе позволить. Так приезжие за разговорами ни о чём и провели остаток поездки. Прибыв в Хелген у Унтурруса был выбор куда направиться: в граничащий с Хаммерфеллом Фолкрит или в Вайтран — сердце Скайрима. Ещё до прибытия маг купил карту местности и хорошенько изучил, потому выбрал для своей деятельности второе. Во владения Ярла Балгруфа Азимаз направился уже пешком и без сопровождающих. Остальные пошли своей дорогой кто куда. Кто-то, скажем, решил отправиться в пестрящие лесами земли Ярла Сиддгейра, промышляя охотой; кто-то собрался через горы в Айварстед, а оттуда либо в Виндхельм, либо в Рифтен. Каджиту же предстояла своя дорога, своя охота. Вот, уже практически прибыл в Ривервуд: виднелись на горизонте местная лесопилка, каменные врата, множество домов с соломенной крышей. Ход проходил параллельно журчащей речке, по ту сторону которой и был путь в большой город. Это было неподалёку от владений с оленем во знамени, потому округа пестрела природой. Даже не пение птиц и высокие деревья, а вой где-то вдалеке, шум воды, еле-видные там лососи и свежий воздух давали знать о жизни вокруг. В отличии от гор здесь всё было краше. Такой контраст с серыми глыбами, осыпанными снегом из-за могучей метели, очевиден. Немалая часть органики на пересечённой границе бы погибла. Нахождение в тёплом месте лишь успокаивало душу. Азимаз прибыл в местную деревушку. Тихое и неприметное место, но способное задержать общей атмосферой: все здесь жили относительно дружно, проблем немного и пока что всем светло, хорошо. К сожалению, чародей не может или, по крайней мере, не хочет надолго тут оставаться. Просто заглянуть хотел к кузнецу и пополнить флягу. Собственно, за первым тот отправился к Алвору. Над заведением его была вывеска, да и то практически рядом.— Короткие клинки продаёте? — Железо, сталь или (не уловил)? — Я не расслышал последнее. — Орихалк. — А почём второй? — Среди всех представленных самый оптимальный и по цене, и по качеству. Вот, скажем, железный слишком тонкий и короткий, с ним далеко не уйдёшь. Потому дешёвенький. А из сплава железа и углерода уже длинней и прочней. За шестьдесят… четыре золотых. Сейчас покажу.
Конечно, колдуну показалось больно дорогим. Всего была в кармане сотня, если не ещё двадцать септимов. Пришлось заглядывать в подсумки: у него уже был кинжал из железа Сиродильской школы, внешне чуть длиннее и тоньше Скайримского собрата. Вытащил из ножен и протянул мужику.— Может, скидочку за… вот это? — Максимальный срез цены – до пятидесяти двух. Больше никак.
И это число не удовлетворило Азимаза. Он убрал оружие обратно и собрался уходить.— Спасибо, не надо.
Последовал же маг ко второму выходу из деревушки. Ведь именно через него можно было пройти к мосту на обратную сторону реки, а оттуда уже и до Вайтрана недалеко. Повезло или нет, однако рядом с этими вратами ещё таверна. И тут осенило: скорее всего снять комнату в крупном городе будет дороже, чем в местном поселении. И пока с деньгами туго, так стоит ли тратить их на недешёвые удовольствия? Решил, что нет. Харчевня была скромненьких размеров, обустроена простовато, всё по разумненьким числам. Сим днём тут пол-Ривервуда и, может, путники какие. Чародей сел за маленькую барную стойку, попросил у хозяина хлеб, ломоть сыра и дешевейший мёд, который был. Рядом с каджитом, очевидно, больше всего нордов. И именно они, по совместительству, самые пьяные. Крики, пляски, ругань и драки. Из другой тарелки ли Азимаз? И да, и нет. В нетрезвом состоянии, быть может, учудит серьёзно. А может ли оказаться в таком положении сейчас? Одна бутылка мёда вряд ли сможет настолько задурманить разум. Да и потом, после трапезы, каджит снял кровать. Он был прав в своих суждениях касаемо цены в захолустье, всего тридцать пять золотых. Учитывая и пищу, нынче у Унтурруса крайне мало средств. Снял плащ и сложил на тумбочку. Теперь можно было лучше разглядеть тёмно-зелёный длинный рукав и фиолетовый накидной воротник со светло-жёлтой стойкой, поверх которых была роба цветом с сиреневого таупа. Проходила та с правого плеча до левого бедра, сжималась поясом с двумя мелкими подсумками и одним большим. Под концом робы были обыкновеннейшие бежевые штаны. Амулет с янтарём всё время болтается на груди и, помимо прочего, придаёт повышенную скорость восстановления магии. Как не тронь его, так сразу холодок по телу. Сапоги были обычнейшие, кожаные. А вот перчатки тонкие, быть может, зачарованные. При этом их часть, где костяшки — тёмного цвета, а где ладонь — красного. Также лицезришь тёмные волосы каджита, зачёсанные вверх. Сзади шевелюра до лопаток, ещё немного заплетена в небольшой хвостик. От висков отросшие бакенбарды того же цвета. Из-за сложного «строения» магического костюма трудно сказать о весе Азимаза. Скорее всего худенький. А вместе с этим и рост мага скуден, сантиметров на 21 ниже среднестатистического неда. Бывало, под алкоголем его и с ребёнком путали. Лишь сняв обувь, рукавицы и пояс тот лёг на плотные доски, покрытые тончайшей тканью. Одеяло из грубо сшитых кусков шкуры какого-нибудь зверя, подушка неудобная. Но каджиту и в голову не приходило об этом жаловаться. Конечно, скучал по мягким постелькам в Сиродиле. Правда стоит иметь в виду, что тут не населённый пункт с хоромами. В прочем, мысли были совершенно не о том. У чародея некая тревога: вот уже приехал, много раз свои действия обдумал. Но те будут настолько рискованны, что далёкие планы могут провалиться, так и не начавшись. Набеги на талморских послов и перевозчиков — это, всё же, не тренировки с магами. Что если совершишь хотя бы один неверный шаг? Унтуррус не мог найти в этом покоя: постоянно вырывать свою жизнь из рук смерти, дабы вновь и вновь в них оказываться. Среди эльфов профессиональные следователи, маги, превосходные медики и рыцари. А ты лишь один, с выученной до уровня адепта магией Разрушения и Восстановления. Вероятность хорошего исхода есть и тут, но величина её небольшая. Это могут улучшить лишь эффект неожиданности, скрытное нападение, разумная стратегия и долго действующие зелья. С последним было туговато: всего-то три эликсира исцеления здоровья и пять восстановления маны. А вот всё остальное зависело от случая и самого нападающего, чем-то похоже на лотерею. Но назад вернуться уже тем более нет никакого смысла: в Сиродиле талморцев ещё больше, денег не осталось, обычная подработка принесёт немного. Ещё ведь вариант и правда в наёмники податься, только вот местные норды до того прекрасно к магии относятся, что возненавидели Коллегию, и сами заклятиями практически не пользуются. В прочем, и на приезжих смотрят не самым добрым взглядом, но каджит пока не знает наверняка. На факте о том, что свернуть с пути уже нельзя, мысли покинули разум. Очи скоро закрылись, а шум перестал быть уловим для кошачьих ушей. Утро настало быстро, даже слишком. Азимаз пытался отогнать мысли о возможном провале и уже оделся. Вышел из трактира, а там никакого рассвета. Тьма, окутанная звёздами. Быть может, были где-то Массер и Секунда, но тех не видно. Вернулся и спросил у хозяина по поводу времени. До восхода солнца всего-то час. Настолько ли маг выспался в повозке, что уже спится очень мало? По крайней мере, желания возвращаться к спальне не было. Уселся за стойку, рядом некий мер. По коже то ли Высший, то ли Тёмный. Но волосы того точно были черноватые, заплетённые в хвост. Лёгкая козлиная бородка, а цвет глаз так и не был виден под чёлкой. Конечно, каджит мог подсмотреть, но то считал несколько некрасивым. Расу можно было бы определить по росту, да вот сам же низкий, ему это даётся труднее. Тем более, если оба сидят на одинаковых стульях. В общем, хотел чародей заказать своего любимого сиродильского бренди, но вспомнил тут же о финансах.— А давайте-ка я вам закажу кружечку? – Промолвил совершенно спокойно эльф, выпив целую бутыль мёда залпом — Сюда захожу частенько да собеседника редко нахожу. — Ну так, а зачем ночью пришли? Днём ранее было уйму народа, ор, танцы и всякое. Что ж сейчас забрели? — Местные бы меня спокойненько не обошли. В Ривервуде даже стражи нет, беспокоиться не о чем им! А вот приезжим стоит. — Если не ошибаюсь, до Вайтрана не прям далеко. Там-то должны быть вежливей, не так ли? — Да там и числа выше, а как говорила жена — дешевизна септим бережёт! — Откуда ж вы, кстати? — Странствую от места к месту, наблюдаю за эпицентром самых интересненьких событий. Годами ранее был на Солстхейме, по ощущениям как среди своих. Правда местные подобным образом не мыслили. И в Имперской столице знал кровавые битвы. А сейчас в Скайримском захолустье. Думаю, слышал, что ситуация накаляется. Чего я всё о себе. Ты-то кто? — Прекрасно понимаю, что происходит. Как и вы… или ты, прибыл в эпицентр ради приключений. К подобным нам относятся тут не очень, однако в руках наёмника магия творит невиданные вещи. Умирают, якобы, по пустой причине, поджигаются от случайной вспышки, попадают под удар молнии, получают серьёзное обморожение в горах! И это только скрытные убийства, банальнейшие примеры. Разрушение, Восстановление, Мистицизм и прочие школы открывают непомерный простор! Хоть в Братство иди! — Звучит как реклама Коллегии в Винтерхолде. Слышал, обвал произошёл лет так семьдесят с лишним назад? Колдунов рук дело. — Напортачить серьёзно может абсолютно каждый, это не повод же саму природу чар возненавидеть. — Как посмотреть. О! Принесли, наконец, бренди ему. И мне тоже, пожалуйста, налейте! — Да даже если взглянуть иначе: кто помимо зелий способен тебя спасти в долгой напряжённой схватке? Кто способен спасти твоих братьев по оружию? – С этими словами каджит совершил глоток сладкого и давно знакомого напитка – К тому же, конкретно ситуация с Коллегией коснулась только самого города. Скажем, Кагренак посодействовал исчезновению собственной расы, но это не повод ненавидеть из-за этого любые эксперименты. – После этого ещё один глоток. — (выпив разом напиток из стакана) Колдун… Как бы мягче сказать, сравнение тупорылое. Про опыты этого двемера известно малое, и непонятно, жива ли эта цивилизация вообще. А в Винтерхолде вполне намеренное испытание, обернувшееся трагедией для неповинных жителей. И это пусть ненамеренным, но преступлением считается! А, ещё бренди нам! — Несмотря на это магия таки способна даровать жизнь. Большая часть всех целителей мира используют школу Восстановления, например. — С таким же успехом Колдовство нужно запретить, так как некроманты относятся к этой школе? Однобокий пример ведь. Восстановление нужно ещё и для защиты, самолечения, охоты на тварей всякоразных. — В прочем, к Обливиону эту тему. Ты упоминал, что странствуешь ради событий. Но просто разве за ними наблюдаешь? — А другого не остаётся. Если буду много где светить, могу и сдохнуть — Очень странно. — Ну где там выпивка?
Хозяин всё искал бутылку со злосчастным питьём. И смог. Сосуды вновь наполнились напитками. Пили ребята много, пили ребята смело, разговаривали долго на подобные, возможно, нудные темы. Может быть, уже и солнце выглянуло средь далёких скал, но никого это не волновало. Многое из обсуждённого сам каджит потом и не вспомнит. Вышли оба как-то в совсем пьяном состоянии на улицу. Себя не стеснялись, обращались друг к другу будто шутя. Не зря же всё-таки правду может сказать либо нетрезвый, либо ребёнок…— Ладно, брат, раз уж мы так поладили смышлёно, *ик* можно и сказать. Я, как бы объяснить, тут не просто так. Поклоняющемуся *ик* одной мрази ищу, да такой *ик* мрази, что нам от него худо было! — И зачем же ты *ик* забрёл в этот кабак дешёвый, ничего не разузнал, и *ик* продолжил с таким мутным типом как я языком болтать? – Эту фразу чародей протараторил. — Да чую, что не местный ты и прячешь что-то! *ик* Интуиция… — Интуиция не раз подобных нам обманывала… Историч-ские примеры знаю! – Это сказал Азимаз уже с приподнятым вверх левым указательным. — Меня никогда не разводила, но признаюсь, кошак ты славный. Сложнее в общении дурака мир не видывал, но славного! — Так подожди, ты ищешь *ик* поклоняющегося по личным нуждам или как? — Да по всем мирским! *ик* Благое дело для собратьев вытворяю. Да тебе почём цели мои? Ищу его и всё…
Здесь у каджита возникло неприятнейшее подозрение. Не уж-то такой эльф, чьё желание быть в эпицентре, является уродцем Талмора? Это такой шанс прервать его миссию, жизнь. И скрыться в иной части владения, продумывая дальше собственную стратегию. Конечно, маг не мог так просто взять кинжал и стереть существование эльфа. Всё же, пусть и с одним большим диалогом, но Азимаз был ранее уверен в его непричастности к таким делам. Было ли разочарование? Можно сказать, но с самого пробуждения у колдуна чувство, что что-то не так. Время пришло, на улочке никого. Осталось лишь завести приятеля в кусты или переулок, где не сможет выбраться. Даже когда Унтуррус пьян, его желания и намерения соответствуют взглядам. Будто совсем неуклюже каджит оттолкнул эльфа меж таверной и домом купцов, и сам почти свалился. Из кармана быстро и небрежно выхватил клинок, намереваясь пробить ткани уже вражьего организма. В этот момент, павший будто бы пришёл в себя.— Уверен, что стоит? Это закончится лишь в тёмном лесу разума.
Он смотрел словно чародею в душу. Но последний будто бы пропустил мимо ушей данные слова, или просто не понял.— Верно, я кое-что скрываю.
Сам талморец слишком медлителен, чтобы встать. А маг наклонился и пронзил грудную клетку того. Тогда всё окуталось алым полотном, приходилось вовремя прикрывать глаза, чтобы брызги не смогли ослепить. Нанёс ещё удар, ещё, ещё и так пока на торсе, казалось бы, совсем стало мало плоти. Даже если кто-то мог с окна наблюдать за зрелищем, Азимаза это не волновало. Не получал удовольствия от процесса, но сам факт искоренения подобных этой личности приносил подобие эйфории. Тело ужасно изуродовано и уже не могло дышать, задерживаться не было смысла. В прочем, всё необходимое давно собрано и даже возвращаться в харчевню не надо. Встал и намерен бежать, но стоит напомнить, нетрезвое состояние не отпускало! Казалось, что сейчас вырубится. Точнее, как «казалось», голова жутко начала болеть, а в глазах темнит. Повалился каджит и потерял сознание, голова приземлилась неподалёку от лестницы, ведущей в трактир... Очи открылись. Абсолютно тихо. Пояс и плащ лежат рядом с кроватью, а из-за двери слышно начало игры на лютне. Такое нарастающее, размеренное. Никакой тревоги, все ведут себя обычно. Чародей не понимал, что происходит. Нацепил обратно ремень с подсумками, плащ на руку повесил и вышел из трактира. Даже словечко хозяину сего заведения не сказал. Не то, что трупа меж домами не было — сам переулок как таковой отсутствовал. В небе облака накрыли ясность, солнце скрылось. Где-то час прошёл после сокрытия лун. Даже похмелья не было у Унтурруса, головной боли или ещё чего. Вполне здрав и следов кровавой пелены не нашёл. Было ли это всё реально? С другой стороны, это объясняет, почему не мог понять, какой именно мер перед кошачьими глазами. Само значение произошедшего вообще не было ясно каджиту. Было ли вещим, было ли совокупностью сомнений? Не может оно по своему построению заставить передумать, ведь последствий убийства тот не видит. Лишь способен додумать. Иногда то, что додумывают, совершенно отличается от действительности и мнений остальных. По чьему-то мнению такой путь окончится лишь жуткой гибелью, а для кого-то бравым восстанием и победой над эльфами. И то, и то — абсолютные крайности, приближенные к разумным выводам. Золотой середины здесь нет и не может быть априори. Если только поступки вовсе не принесут плодов, не вытеснят кого надо и не ослабят ни души, кроме самого деятеля и ближних. Всё зависит от его самого также. В случае правильного ведения «войны», чего-то точно добьётся. Даже смерть может не оказаться преградой, когда разум отвергает амбивалентность своего выбора и движется вперёд. Однако даже так вернётся всё «бумерангом». Вернулся в таверну и за четырнадцать монет пополнил запас фляги, после чего надел мантию и отправился на собственную охоту. Пусть гложут страх и мысли, а момента этого ждал по многим причинам. Приходилось несколько часов выслеживать врагов, казалось, что сегодня улова не будет и придётся дрыхнуть в подворотне. Шёл чародей по лесным тропам, остерегаясь волков, ос и прочих напастей. Сегодня как-то тоскливо: ни души до Вайтрана, ни зверьков мелких не видно, ни буйного течения воды. Была даже мысль, что так до позднего вечера тянуться будет. Честно говоря, Азимаз даже потерял ориентацию и не понимал, где он. Кругом сосны и кусты, а каменная дорога вела невесть куда. Логичней всего было бы притаиться средь зелени, кого-нибудь выждать. Главное, чтобы с такой погодой паршивой дождь не пошёл, слух порежет. А вот ветер стерпеть ещё может, лишь бы он не раскрыл перед всеми расу свою хвостом. В общем, спрятался каджит в кустарники и стал пролезать дальше по дороге. Иногда останавливался за деревьями, прислушиваясь. Но так никого и не находил. Прошло ещё минут сорок пять точно. Уже и небо стало краше, солнце рвалось к горизонту. «Ясно, что же, буду спать на улице!» — Это были последние мысли Унтурруса, пока не отчётливо услышал шаги. Подкрался до дерева и застыл. Похоже, это были те, о ком думает. Судя по топоту, их трое точно. Вот, из-за угла показался Юстициар Талмора в величественном тёмном одеянии с уникальным капюшоном. За спиной пленный. Да, кого-то всё же взяли в заложники. Одет был бедно, взгляд вниз, тихая речь. Вероятно, молитва. Справа и слева от него были двое в эльфийских доспехах. Чем-то по окрасу броня напоминала золото, выглядела изящно и утончённо. А главное — закрывала всё, кроме лица и горла. Какая возможность для ассасинов! В прочем, такая оплошность не только подобного снаряжения касается. Когда талморцы перешли древо, чародей аккуратно выглянул. План действий был таков: Использовать цепную молнию, дабы оглушить двух солдат и вступить в равный бой с Юстициаром. Как правило, те также владеют магическим искусством. Можно было бы использовать купольный щит, искры и огненные стрелы. Помимо прочего, по мере уклонений от волшебных снарядов каджит мог взять в заложники одного из оцепеневших рыцарей и приставить кинжал к горлу. А после убийства использовать для обороны. Единственное, бронированную тушу будет поддерживать на ногах тяжеловато. В целом, можно потом отбросить к выжившему рекруту и снова поджарить электричеством. Самый сложный аспект боя — безусловно, ведущий всю эту шайку. Пленный бросится в бега, и по-хорошему было бы и того убрать. Но Азимаз не мог точно определить длительность сражения. Колебания давно исчезли, колдун готов биться за своё существование и цели. Сейчас начнётся весьма длительная и непростая история, маг это понимает безусловно. Вышел из укрытия и смотрел в спины своим жертвам. В правой ладони возникла синяя аура, а вместе с ней жужжание, маленькие искры. В левой фиолетовое свечение, которое через пару мгновений разрослось до вспышки. Вокруг каджита полупрозрачный овальный купол. С каждой секундой тот сужался, пока не принял форму тела заклинателя. Это звалось «Купольный щит». Другая же рука взяла направление вперёд, к эльфам. Постепенно возросла синяя вспышка от заклинания, затем белая колеблющаяся нить, или даже три устремились к цели. Сюжеты пишут победители, потому Унтуррус окончит своё дело во чтобы то ни стало. Сделает всё возможное, чтобы выйти из партии в эту азартную игру живым.
