Говорю люблю тебя, колхозник

— Привет! — расплывается в улыбке Чонгук, стоит на экране его ноутбука показаться лицу лучшего друга, который только что позвонил ему по видеозвонку. — Братан! — радостно восклицает Хосок и приветливо машет ему рукой, после придвигаясь чуть ближе к экрану и прищуриваясь. Чонгук стоит у плиты в милом фартуке и помешивает что-то в сковороде, а потому друг интересуется: — Я тебя не отвлекаю? — Нет, что ты, — отмахивается Чонгук, добавляя к свинине заранее приготовленный соус. — Я готовлю обед на всех, но уже почти закончил. — Ты ж моя пчелка-труженица, — по-доброму смеётся Хосок. — А бабуля где? Хочу ее поприветствовать. — На огороде вместе с дедом, сажают что-то. Поэтому приготовление еды сегодня на мне, — отвечает, не глядя в камеру, принимаясь нарезать овощи для салата. — Ты бы приезжал почаще, и приветствовал всех лично. Когда мы последний раз виделись? Четыре месяца назад? Пять? — Вообще-то два, — поправляет его Хосок, а Чонгук подвисает на несколько секунд, понимая, что за своими заботами совсем потерял счёт во времени. — Да и мы с тобой с того времени, как Кимы провели домой интернет, общаемся почти каждый день по видеозвонку. — И то правда, — кивает, отрываясь от своего занятия и переводя взгляд в камеру. — Но я все равно жду тебя в гости через три недели! Даже не спрашивая, а утверждая, произносит Чонгук. Он безумно скучает по своему другу и их живому общению, которого, с момента его официального переезда в деревню, стало катастрофически мало. Разумеется, Хосок частенько приезжает к ним в гости, да и сам Чонгук периодически выбирается в город, но ему все равно хочется проводить со своим лучшим другом больше времени. Пускай у Чонгука и без него здесь веселья хватает... Ещё в сентябре прошлого года Чонгук забрал документы из университета, решив, что все же исполнит свою давнюю мечту стать ветеринаром. Тэхен, как и остальная часть семьи, его в этом полностью поддержали, чего вовсе не скажешь о родителях. Стоило Чонгуку сообщить им о переезде и поступлении в новый университет, те сразу же взбесились. Чонгуку до сих пор неприятно вспоминать все их слова, сказанные тем злополучным вечером, после которых их общение полностью сошло на нет. — Ты совсем идиот, Чонгук?! — всплескивает руками мама, глядя на сына с разочарованием и злостью в глазах. Отец сидит в кресле и молчит, но это молчание напрягает Чонгука ещё больше, нежели возмущения матери. — Какая деревня, какой переезд?! Что тебе делать там?! — Я ведь уже сказал, — поджимает губы. — Я переезжаю к своему парню и хочу поступить на ветеринара в местной академии. — Нет, ну ты его слышал?! — обращаясь уже к мужу, спрашивает женщина. Отец поднимает на Чонгука мрачный взгляд и тяжело вздыхает: в этот момент младший жалеет, что попросил Тэхена подождать его в машине. Сейчас ему чертовски не хватает его поддержки. Хотя бы своим присутствием рядом. — Ты ведь понимаешь, насколько глупо бросать один из лучших университетов Кореи, чтобы поступить в ничем не приметную академию в какой-то захудалой деревушке? — вздергивает бровь отец, складывая руки в замок и опираясь локтями на колени. — И ради чего? Чтобы быть поближе к своему парню? — говорит с нескрываемым отвращением в голосе, делая акцент на предпоследнем слове. Чонгуку становится тошно. — Когда ты рассказал нам о своей ориентации, мы думали, что все это подростковое. Что ты наиграешься в гея, попробуешь новые ощущения, и поймёшь, что все это хрень собачья. Но то, что ты собираешься сделать, уже переходит все границы. — Что значит «наиграюсь»? — вскидывает брови Чонгук, отказываясь верить, что это говорят его родители. Его родные по крови люди, которые, по идее, должны быть для него главной опорой и поддержкой. Ключевые слова: «по идее». — Это моя ориентация и, вне зависимости от того, нравится вам это или нет, она не изменится. Как и мой выбор переехать в деревню, чтобы быть рядом с любимым человеком. Мать внезапно отвешивает ему пощечину, оставляя на щеке жгучий красный след. — Неблагодарный! — выплёвывает женщина. — А на родителей тебе плевать? Мы возлагали на тебя столько надежд! Сколько мы батрачили на работе, чтобы обеспечить тебя и твое успешное будущее! — И я благодарен вам за это, — стараясь не обращать внимания на пощипывание в щеке, искренне произносит Чонгук. — Но поймите, что я не ваша собственность. Я не хочу учиться на экономиста, как и возглавлять ваш бизнес в будущем. Все, чего я хочу — это тихой и размеренной жизни в деревушке, быть рядом со своим парнем и поступить на ветеринара, в конце концов, — пожимает плечами, надеясь, что его поймут. Чонгук разворачивается к выходу и, прежде чем закрыть за собой дверь, добавляет тихо: — И мне нужны были не деньги, а родители. Мать кричит ему вслед, что, если он уйдет прямо сейчас, то останется без копейки в кармане. Она говорит ещё многое, но Чонгук ее уже не слышит, заходя в лифт и нажимая кнопку первого этажа. Глаза стоят на мокром месте, но Чонгук старается не плакать, чтобы не заставлять Тэхена лишний раз волноваться. Он садится в свою машину на переднее пассажирское сиденье и выдавливает из себя непринуждённую улыбку, которая спадает уже через мгновение. — Тебя ударили? — хмурится Тэхен и обхватывает пальцами его подбородок, поворачивая голову чуть на себя, чтобы разглядеть ещё видимый след от пальцев. — Пустяки, — слабо улыбается Чонгук, мягко отнимая руку Тэхена от своего лица. — Я догадывался, что они отреагируют именно так. — Надо было тебя не слушать и подняться вместе, — стискивая челюсть, произносит Тэхен, злясь на самого себя: если бы он был рядом, к его принцессе и пальцем бы не прикоснулись. — Нет, все правда в порядке, — слабо улыбается Чонгук, чуть наклоняясь через коробку передач, чтобы обнять Тэхена. Почувствовать его тепло и спокойствие, которое тот дарит одним своим присутствием. — Мне давно следовало высказаться им. А ты бы мне и слова вставить не дал, когда мать только повысила на меня голос. — В этом ты прав, — хмыкает Тэхен, ласково поглаживая его по спине. Он молчит несколько минут, раздумывая над чем-то, а после произносит: — Уверен, что они поймут свои ошибки и обязательно прибегут к тебе с извинениями. — Может быть, — шмыгает носом. — В любом случае, я не жалею об этом. Сразу после того разговора родители заблокировали все его карты, видимо, надеясь, что отсутствие денег сможет повлиять на его решение и заставит вернуться. Спустя три месяца Чонгук заметил на своем телефоне сообщение о переводе денег, однако родители за все это время, вплоть до сегодняшнего дня, так ни разу не позвонили и не написали. Не сказать, что Чонгук слишком из-за этого убивался: они и до ссоры не слишком-то часто общались, так что для него мало, что изменилось. Тем более, все его мысли были заняты своими отношениями, работой по дому и подготовкой к предстоящему поступлению. Да и Тэхен ему заскучать не давал. Уже спустя пару дней после официального переезда он предложил Чонгуку перебраться в его комнату, на что тот с радостью согласился. Ещё бы, как тут откажешься, когда твой любимый мужчина предлагает съехаться! (И плевать, что они жили в соседних комнатах в одном доме). Каждый вечер после работы старшего они проводили время наедине, то занимаясь любовью, то валяясь за просмотром какой-нибудь дорамы, на которые Тэхена подсадил Чонгук, то уходя на свидание, организованное кем-то из них. Когда Чонгук только согласился встречаться с Тэхеном, он даже не предполагал, что их отношения будут настолько романтичными и комфортными! Тэхен, в отличие от него, намного сдержаннее в проявлении своих чувств и эмоций, порой немного грубоватый и совсем не привыкший к «телячьим нежностям», но даже несмотря на это, он все равно старался ради Чонгука. Младший частенько находил на тумбе рядом с кроватью букет его любимых белых хризантем с какой-нибудь милой запиской, теперь точно зная, что это оставлено ему; радовался, когда Тэхен, запомнив его любовь к мягким игрушкам, где-то откопал ему огромного плюшевого медведя; и чуть ли не плакал от распирающих его чувств изнутри, стоило Тэхену устроить очередное свидание будь то в деревне, будь то в городе (кто же знал, что злой на первый взгляд коршун окажется милым котиком внутри). И все же, гадалка тогда не соврала, сказав, что если он последует за судьбой, обретёт крепкую любовь. А ещё Тэхен стал единственным, кого Чонгук познакомил со своей бабулей, которую они навестили сразу после его ссоры с родителями. Женщина нарадоваться не могла визиту своего внучка, который должен был состояться намного раньше, да ещё и с его суженым! Чонгук чувствовал себя самым счастливым человеком на свете, с улыбкой наблюдая, как бабуля показывала Тэхену его фотографии из детства, приправляя все это различными историями. И как Тэхен с интересом разглядывал их, много смеялся и подшучивал над ним, после целуя в знак извинения, пускай Чонгук совсем и не обижался. С момента его переезда жизнь и правда поменялась на сто восемьдесят, и Чонгук ни на секунду не пожалел о своем решении бросить городскую суету ради одного прекрасного мужчины, что стал для него самой главной поддержкой и опорой. — Прием, Гуки! — щёлкая пальцами перед камерой, уже в третий раз окликает его Хосок. Чонгук переводит взгляд в экран и выдает растерянное «а?», осознавая, что немного завис за мыслями о том, как прошли эти десять месяцев. — Говорю, ты заявление на поступление уже подал? — Неа, ещё ж рано, — отвечает, выключая плиту и выкладывая свинину в большую миску. — А если меня вообще не возьмут? Что я буду делать тогда? — Айщ, я запрещаю тебе даже думать об этом, — отмахивается Хосок, с гордостью в голосе произнося: — Ты ж целый год ходил на онлайн-уроки по разным предметам, читал много. Короче говоря, выучил столько, сколько я не учил за всю свою жизнь, — смеётся, заставляя Чонгука улыбнуться в ответ. И правда, волноваться ему не о чем. Он ведь так давно хотел поступить на ветеринара! А потому занимался усердно изо дня в день, даже нанял себе несколько репетиторов, которых любезно оплатил ему Тэхен. Поначалу он вообще предлагал замолвить за него словечко, но Чонгук строго-настрого запретил ему это делать, говоря, что он хочет добиться этой цели самостоятельно. Тэхен настаивать не стал, полностью поддерживая его стремление. Вместо этого он Чонгука поддерживал морально, даже помогал, устраивая ему небольшой опрос после каждой пройденной темы и поправляя, если он ненароком где-то ошибался. — Так, бро, — поднимаясь с кровати, произносит Хосок. Чонгук ловит его взгляд через камеру. — Я в дамскую комнату. Ты меня пока здесь подожди. Оставляет телефон на тумбе и отходит на метр, уже через секунду возвращаясь и вновь заглядывая в камеру. — Не, ты не подумай, что я тебя стесняюсь. Если хочешь, могу вообще тебя с собой взять! — Иди уже, — смеётся Чонгук, закатывая глаза. И почему он вообще общается с этим придурком?! Пока друг отошёл, Чонгук принимается накрывать стол. Расставляет тарелки с едой, мысленно отмечая, что за этот год научился готовить все, что только можно. Ещё бы, у него ведь был такой замечательный учитель! Бабуля, когда Чонгук впервые подошёл к ней с просьбой научить готовить любимое блюдо Тэхена, с удовольствием провела для него персональный мастер-класс. С тех пор Чонгук окунулся в готовку практически наравне с учебой, чтобы иметь возможность кормить своего уставшего мужчину после работы. Который, между прочим, его стряпню очень даже хвалил! Чонгук ведь знает, что Тэхен — синоним к слову прямолинейность, а потому уверен, что тот ни капли не лгал, заявляя, что его еда ничуть не хуже бабушкиной. Талию неожиданно накрывают большие ладони, отчего Чонгук вздрагивает, чуть не выпуская из рук тарелку. — Тэхен? — разворачиваясь в его руках вместе с посудиной, зачем-то спрашивает Чонгук. И правда, будто бы в этом доме есть кто-то ещё, кто вот так его трогает. При чем в самое подходящее и неподходящее время! — А ты ожидал увидеть кого-то другого? — скептически выгибает бровь, забирая из его рук тарелку, чтобы их тела друг от друга ничего не отделяло, и отставляет ту на стол. Чонгук растягивает уголки губ в гаденькой ухмылке и, склонив голову к плечу, дразнит: — Ну да. Любовника. — Постыдился бы, звать любовника в дом своего парня, — цокает недовольно Тэхен, дёргая подбородком вбок. — А парень-то у тебя ревнивый. Может и наказать. Чонгук чувствует, как температура воздуха повышается на несколько градусов (и это никак не связано с палящим солнцем за окном), а внизу живота начинает скручиваться тугой узел. Он обвивает руками шею Тэхена и приближается, не разрывая зрительного контакта, чтобы вызывающе прошептать: — Так накажи... Тэхен припадает к его губам моментально, придерживая одной рукой за шею, второй же — нагло накрывая ягодицы. Чонгук от такого напора стонет в поцелуй еле слышно, запуская пальцы в его волосы, целует со всей отдачей, на которую только способен. — Воу, я разве оформлял подписку на хоум-порно? — вдруг произносит только что вернувшийся из уборной Хосок. Чонгук протягивает руку вбок и захлопывает крышку ноутбука, так и не разрывая поцелуй. Он не хочет ни на секунду отвлекаться от любимых губ, потому что ужас как по ним соскучился. Ужас, как соскучился по Тэхену (и плевать, что они виделись всего пять часов назад). Тэхен наваливается на него всем телом, вжимая поясницей в стол, скользит руками под одежду, располагая те на талии. Чонгук шумно выдыхает ему в губы, чувствуя, что начинает возбуждаться, а желание избавиться от одежды растет в геометрической прогрессии с каждой секундой их страстного поцелуя. В его бедро недвусмысленно упирается чужой стояк, и Чонгук, совершенно наплевав на то, что они стоят посреди кухни, накрывает его ладонью, несильно сжимая член через ткань шорт. С губ Тэхена тут же слетает звук, больше подходящий на рык, чем на стон. Кажется, если он продолжит в том же духе, то его точно возьмут прямо на обеденном столе. Чонгук, впрочем, и не против, ведь за последнее время секс стал чем-то из разряда фантастики, а все потому, что... — Чонгуки, зайка, подогрей, пожалуйста, бутылочки! — кричит ему Сонхи со второго этажа. ...Сонхи уже как полтора месяца назад родила их с Намджуном ребенка. Нет, дочка у них замечательная! Чонгуку очень нравится с ней играть и помогать уставшей девушке за ней приглядывать, когда их мужчины на работе, но... Заниматься любовью с Тэхеном в доме стало слишком проблематично. Дасом спит по 18-20 часов в сутки, и очень чутким сном! Чонгук до сих пор помнит, как он чихнул, будучи в их с Тэхеном комнате, а уже через секунду из комнаты напротив послышался громкий детский плач. Из-за этого они с Тэхеном вынуждены либо занимать душ на первом этаже, что тоже не очень удобно, либо уходить с покрывалом куда-то во двор, как во время их первого свидания. Чонгук разрывает поцелуй и глубоко вздыхает, прижимаясь лбом к тэхенову. — Видимо, не сейчас. Прости, — шепчет Чонгук, убирая руки Тэхена из-под своей футболки. — Ты-то здесь причем? — спрашивает непонимающе, нежно чмокая его в кончик носа. Чонгук поднимает на него глаза и мягко улыбается. — Раз тобой отобедать не удалось, накормишь хотя бы... — заглядывает ему за плечо, после вновь устанавливая зрительный контакт. — Свининой?

***

— Принцесса, я в душ, — сообщает Тэхен сидящему за столом Чонгуку, что учит какую-то тему по биологии, обложившись учебниками вокруг. Младший на его слова — ноль на массу, а потому Тэхен, беззлобно закатив глаза, подходит ближе, наклоняясь, чтобы обнять за плечи. Оставляет короткий поцелуй за ушком и шепчет: — Говорю, в душ иду. Не хочешь присоединиться? Чонгук поворачивает голову вправо, чуть ли не сталкиваясь с ним носами, и улыбается чуть смущённо, краснея щеками. Эта особенность занимает в сердце Тэхена отдельное место: пускай они состоят в серьезных отношениях уже почти год, Чонгук все равно смущается каждый раз, стоит ему намекнуть на секс или прошептать что-то пошлое на ухо. Зато, как только дело доходит до главного... — Ты иди, а я минут через пять подойду, — чмокает его в губы, кивая подбородком на книгу. — Тут совсем немного осталось. — Хорошо, — растягивает уголки губ в улыбке, выходя из комнаты. Чонгук прислушивается и, как только дверь в ванную хлопает, подрывается со своего места. Аккуратно выглядывает в коридор, убеждаясь, что никого нет, а после подходит к комнате Намджуна и Сонхи, что находится напротив их с Тэхеном. Он негромко стучит в дверь, открывая ту, когда слышит «входите». Глазам тут же открывается картина, как Намджун, стоящий у пеленального столика, пытается поменять памперс брыкающейся малышке. — Я не отвлекаю? — неловко интересуется Чонгук, топчась на месте. — Совсем нет. Просто меняю своей дочке памперс. Который она не хочет отдавать! — возмущается шутливо, пытаясь справиться с ребенком. — Слушай, можешь помочь? — Конечно! — тут же оказываясь рядом, кивает Чонгук. Он помогает расстегнуть липучки по бокам, пока Намджун аккуратно придерживает дочку за ножки, а после стаскивает испорченный подгузник, отчего в нос бьёт потрясающее амбре. Чонгук морщит нос, выкидывая использованный памперс в небольшую урну, а в голове невольно всплывают события годичной давности, когда корова лягнула его в живот и он упал в кучу навоза. Нет, и почему он до сих пор это помнит?! Да он с того дня к коровам ближе, чем на три метра не подходит! А уж когда Тэхен рассказал ему, какие манипуляции в академии он должен будет выполнять с буренками... Чонгук даже думать об этом не хочет. Вместо этого он переводит взгляд на лицо Дасом, которая смотрит на него своими голубыми глазками, и улыбается ей ласково. Нет, ну какая она хорошенькая! — А где Сонхи? — интересуется Чонгук, только сейчас понимая, что мамы этой красавицы нет в комнате. — А, она в душ пошла, — протирая влажной салфеткой запачканную кожу дочки, отвечает. — Не понял... — растерянно произносит, ловя непонимающий взгляд Намджуна. — Туда же только что Тэхен пошел... Намджун приоткрывает рот, смотрит шокированно, а после вдруг начинает смеяться, кивая головой из стороны в сторону. — Гуки, не тупи. У нас же два душа, — возвращаясь к своему занятию, поясняет. Чонгук улыбается расслабленно, легонько ударяя его в плечо. Ну подумаешь, замотался за целый день, затупил немного! Со сменой памперса они заканчивают только через пару минут: Намджун перекладывает дочку в кроватку и принимается ее укачивать, переводя благодарный взгляд на Чонгука. — Слушай, спасибо за помощь. Я бы без тебя не справился, — поджимает губы, переводя взгляд на Дасом. — Мне иногда кажется, что я плохой отец. Даже памперс дочке не в состоянии поменять... — Эй, ты чего! — негромко восклицает Чонгук, подходя к другу и закидывая руку ему на плечо. — Ты замечательный папа! Любящий, заботливый! А менять памперсы это такое, — отмахивается. — Со временем научишься. Я же поначалу тоже много чего не умел делать: ни готовить, ни на огороде управляться, ни по дому убирать. Но ничего, научился ведь! — Спасибо за поддержку, — тепло улыбается старший, трепля его по волосам. — А ты чего, кстати, заходил? — Ах, это... — вспоминает о первоначальной цели своего визита Чонгук. — Хотел уточнить, точно ли вы справитесь без нас с Тэхеном? Вам с Сокджином, все-таки, придется на работе его подменять, а у тебя ещё и дочка... Только сейчас, проговаривая это вслух, Чонгук чувствует себя по-настоящему неудобно. Получается, пока они с Тэхеном отдыхать будут да жизнью наслаждаться, братьям придется пахать в два раза больше! Чёрт, как неловко-то... Намджун его волнение замечает, а потому толкает легонько в плечо, заставляя поднять на себя взгляд. — Эй, ты чего! Если не забыл, мы на работе часто подменяем друг друга. Так что в этом проблемы нет. А что касается дочки, тоже не беспокойся. Бабуля с дедом и так помогают Сонхи, так что не думаю, что с твоим отсутствием много что поменяется, — пожимает плечами, а после улыбается, ловя его взгляд. — Нет, и все же сюрприз просто офигенный! — Правда? — переминаясь с ноги на ногу, воодушевленно переспрашивает Чонгук. — Думаешь, Тэхену понравится? Намджун молчит где-то с минуту, не переставая покачивать уже почти засыпающую малышку, а после тихо отвечает: — Ну, он конечно поворчит сначала, но ему однозначно понравится, — выносит свою экспертную оценку, заставляя губы Чонгука растянуться в широкой улыбке. Ему уже не терпится, чтобы поскорее наступил завтрашний день! Он снова благодарит Намджуна и наконец направляется в ванную на первом этаже, где его уже заждался Тэхен. Приоткрывает дверь, бесшумно заходя внутрь: старший стоит к нему спиной, смывая пену с волос, кажется, совсем не замечая его присутствия. Чонгук, пользуясь моментом, спешно избавляется от одежды, чтобы уже через минуту тихо отодвинуть дверцу душа, ступая на теплое дно ногами. Он кладет руки на тэхенову талию и скользит ими дальше, к твердому прессу, губами же прижимается к шейным позвонкам, оставляя на тех короткие, нежные поцелуи. — Я тебя уже заждался, — горячо шепчет Тэхен, разворачиваясь в его руках и, обхватив лицо ладонями, припадает к губам с жарким поцелуем.

***

Чонгук просыпается раньше будильника аж на целых полчаса. Прикрывает снова глаза, кутаясь в согревающие объятия любимого чуть сильнее, но уснуть не выходит ни через минуту, ни через пять. А все из-за чертова волнения! Уже сегодня он преподнесет Тэхену свой сюрприз, но он и понятия не имеет, какую реакцию получит в ответ. Вдруг ему не понравится? Или он и вовсе откажется? Чонгук тяжело вздыхает, бросая короткий взгляд на время. Без двадцати шесть. Ещё целых двадцать минут ему лежать и мучаться, прежде чем он сможет наконец это сделать! — Ты чего не спишь? — даже не открывая глаз, спрашивает Ким, словно сквозь сон почуяв его переживания. — Да неважно, спи, — пытается звучать максимально расслабленно, но Тэхен, вопреки его словам, наоборот разлепляет веки, сонно на него смотря. — Чонгук, которого я знаю, иногда будильник из-за крепкого сна не слышит, — приподнимаясь на локте и глядя на него сверху вниз, произносит. Чонгук поджимает губы: и когда он успел его так выучить?! — Рассказывай. — Ты же помнишь, какой сегодня день? — начинает издалека, наблюдая, как меж бровей проявляется небольшая складка. — Второе июля? Пятница? — делает предположения, но Чонгук отрицательно кивает головой. Смотрит чуть обиженно, а потому Тэхен мысленно бьёт себя по лбу. — Ровно год назад ты к нам приехал? На губах Чонгука тут же появляется яркая улыбка, в глазах — влюбленные сердечки витают, а все потому, что Тэхен и правда помнит! Помнит о дне, когда они впервые встретились, пускай их знакомство и вышло не самым приятным. Зато каким красочным! Чонгук до сих пор помнит, как залипал на крепкие руки Тэхена, когда тот пытался выяснить причину поломки его машины, тогда ещё даже не догадываясь, что от прикосновений именно этих рук он будет покрываться мурашками и млеть; помнит, как дед забрал его в их дом, где Тэхен сначала назвал его предполагаемым вором, а уже с утра облил ледяной водой... Эх, романтика... — Да. Наша годовщина будет лишь спустя полтора месяца, но мой подарок не терпел отлагательств, — поясняет, протягивая руку в сторону прикроватной тумбы, чтобы уже через несколько секунд достать из верхнего ящика два билета на самолёт. Тэхен берет их в руки и садится на кровати в позу лотоса, внимательно рассматривая, прежде чем ошарашенно вскинуть брови. И взгляд, от которого у Чонгука, кажется, стынет кровь. — Билеты, — не спрашивает, констатирует факт. Чонгук кивает. — В Таиланд. — Да, — подтверждает, а после, подсаживаясь чуть ближе, указывает дрожащим пальцем в верхний угол. — Вылет сегодня вечером, в шесть сорок. То есть нам надо выехать, чтобы не опоздать, — бросает взгляд на время, подсчитывая в уме. — Через восемь часов. Повисает недолгая пауза. Тэхен ничего не отвечает, даже не смотрит на него, вперившись взглядом в билеты. А у Чонгука тут паника самая настоящая начинается! «Почему молчит? Ему не понравилось? Меня прямо сейчас прибьют за такие сюрпризы?!» Мысли в голове сменяют одну за другой со скоростью света, и молчание старшего затягивается до момента, когда Чонгук уже начинает себя корить за столь идиотский сюрприз. Наверное, стоило предупредить Тэхена заранее, а не в день вылета... — Ты не рад? — сжимает пальцами одеяло, лежащее на коленях. — Или я выбрал не ту страну? Надо было что-то оригинальнее, да? Вот я тупанул... — Чонгук, — останавливает поток слов в долю секунды. Смотрит серьезно, но без капли злости, что уже немного успокаивает младшего. — Подарок отличный, правда. Но у меня ведь работа. — Ах, ты по этому поводу не переживай! — мгновенно оживает Чонгук, улыбаясь довольно. — Я уже поговорил с Намджуном и Джином, они сказали, что подменят тебя. Мы пробудем там полторы недели, а вернёмся как раз к моменту, когда мне нужно будет подавать документы на поступление. — Все ты спланировал, — щурится Тэхен, усмехаясь. Он откладывает билеты в сторону и притягивает парня к себе, заключая в теплые объятия. Поглаживает ласково по спине, произнося на ухо: — Спасибо за такой подарок, принцесса. Он довольно... — смолкает на пару секунд, явно подбирая слова. — Неожиданный, но точно хороший. Учитывая, что я вообще нигде за границей не был. — Я поэтому и решил подарить именно билеты! — словно лампочка, светится Чонгук. Он отстраняется, чтобы заглянуть в любимые темные омуты, берет ладони Тэхена в свои, чуть сжимая. — Тем более, мы ведь вместе ещё нигде не отдыхали. Ну, не считая деревни и наших вылазок в Сеул. Будет классно побыть где-нибудь только вдвоем. — И то верно, — хмыкает, склоняя голову к плечу, вдруг прося: — Закрой глаза, — Чонгук послушно выполняет его просьбу. — А теперь представь ночной пляж. Ни души, только ты и я. Мы выпиваем немного вина, говорим о чем-то, а после занимаемся любовью под светом луны... — Тэхен! — распахивает глаза, чувствуя, как щеки тут же заливаются краской. Тэхен смеётся хрипло с его реакции, поднимаясь с кровати и подходя к шкафу, пока Чонгук отводит взгляд за окно, улыбаясь смущённо. Представленное ему очень даже понравилось.

***

Уже в шесть утра следующего дня Тэхен вытянул его на прогулку по городу. Чонгук, уставший после долгих сборов, перелета и нескольких раз занятий сексом уже ночью (дорвались наконец-то друг до друга) планировал проспать как минимум до обеда, но Тэхен даже в чужой стране решил соблюдать свой дурацкий режим. Спасибо хоть, что разбудил нормально, а не как это уже бывало. — Ах, Тэхена, — зевая, тихо позвал Чонгук, укладывая голову на плечо Тэхена, пока они шли по дороге. — Нельзя было позже пойти посмотреть на достопримечательности? Они ж сколько лет уже стоят, не убежали бы. — Разве не ты подарил мне путевку в Таиланд? Так чего мы должны в отеле штаны просиживать? — потрепав его по мягким волосам, улыбнулся Тэхен. — Ты, кстати, где столько денег взял? — Ну, копеечка там, копеечка тут, — ответил лаконично, заставляя старшего непонимающе на него взглянуть. — Да накопил я. Родители, может, со мной и не общаются, но деньги все это время присылали. А я ж их не трачу никуда, за меня платит мой... папик? — О боже, — кривится Тэхен и мотает головой, хрипло смеясь. — Не произноси это слово даже в шутку. Ужасно звучит. — А как тебе больше нравится? — склоняет голову к плечу, спрашивая заинтересованно. — А то я тебя все по имени зову. — Называй по имени и дальше. Не люблю все эти слащавые обращения. — Но ты ведь называешь меня принцессой, — пожимает плечами, а после поднимает заинтересованный взгляд. — Кстати, я давно хотел спросить, но все как-то не доводилось. Почему ты зовешь меня именно так? — Когда ты к нам только приехал, — начинает рассказ Тэхен, а губы украшает лёгкая улыбка, когда он погружается в воспоминания самых первых недель их знакомства. — Ты производил впечатление эдакой городской цацы. Красивый до чертиков, но брезгливый. Животины боялся, то трогать не хотел, того не умел. Вот это прозвище и появилось в моей голове. — Звучит очень мило, — смущённо улыбается Чонгук, а после лезет в задний карман шорт, доставая оттуда телефон и предлагая воодушевленно. — Давай сделаем фото? — Айщ, ты же знаешь, как я не люблю фотографироваться. Знает! И Чонгук очень недоволен этим фактом, ведь внешность у Тэхена, как у боженьки! Он считает так не только потому, что они встречаются, а потому что видит, как на его парня то и дело бросают заинтересованные взгляды, будь они хоть в Корее, хоть в Таиланде. Чонгук щурится, смотря на идеальный профиль Тэхена и, тихо вздохнув, прячет телефон обратно. — Хорошо. Раз не хочешь, мы не будем, — говорит с неприкрытой грустью, опуская взгляд на асфальт. Чонгук громко охает, когда Тэхен вдруг останавливается и поворачивает его к себе, затягивая в нежный неторопливый поцелуй. Он расслабленно прикрывает глаза, обвивая тэхенову шею своими руками, как неожиданно раздается щелчок камеры. — Фото готово, — усмехается Тэхен, отстраняясь от губ младшего. Чонгук смотрит на него растерянно, приоткрыв рот. Ну колхозник! — Я... я не это имел в виду, но... — неловко чешет висок пальцем, усмехаясь. — Но такое фото даже лучше. — Раз фото готово, то мы можем наконец-то пойти поесть, — чмокает его в губы, переплетая с ним пальцы и ведя в сторону ближайшего ресторанчика.

***

К концу дня галерея Чонгука все же наполняется сотнями их совместных фото, сделанными практически в каждом красивом (по мнению младшего) местечке Бангкока. До вечера они успевают посетить многие достопримечательности и поесть в нескольких заведениях, наслаждаясь тайскими блюдами и атмосферой. А наслаждаться то есть чем! В отличие от Кореи, где отношения между мужчинами не очень одобряются обществом, в Таиланде царит совсем другая атмосфера. Здесь они совсем не скрывались, могли целоваться в любой момент, не получая осуждающих взглядов в спину. — Ты бы хотел здесь жить? — поинтересовался Тэхен, когда они уже ближе к ночи зашли в клуб, заняв столик в углу. Чонгук задумался на пару минут, молча потягивая коктейль через трубочку. — Ну... — протянул, после отрицательно кивая головой. — Не думаю. Мне здесь нравится, но... в нашей деревушке мне нравится намного больше, — растягивает уголки губ в улыбке. — Тем более, мы уехали всего день назад, а я уже скучаю по нашей семье. — Ты прав, — кивает Тэхен, отпивая глоток рома. — Я тоже скучаю. Особенно по работе. Чонгук беззлобно закатывает глаза, легонько пихая Тэхена в бок локтем. Тэхен в своем репертуаре! Чонгуку иногда кажется, что если его поставят перед выбором «парень или работа», то он выберет второе. — Трудоголик ты мой, — хихикает, допивая свой коктейль до конца. — Ты совсем не умеешь отдыхать. Цокает, укладываясь головой на тэхеново плечо и переплетая с ним пальцы. — Я никогда не был в отпуске. Максимум брал несколько выходных. И то, либо если болел, либо в такие дни работал дома. — Ну ничего, — хлопнув его по бедру свободной ладонью, улыбается Чонгук, чмокая его в щеку. — У нас ещё тринадцать дней в запасе и целая жизнь впереди. Обещаю, я научу тебя отдыхать, — и приближается к его уху, чтобы прошептать: — А пока мы можем...

***

Тэхен немного грубо впечатывает Чонгука в стену их номера в отеле, накрывая его тело своим. Он подхватывает Чона под коленями, закидывая его ноги на свою поясницу и, не переставая горячо целовать, идёт по направлению к гостиной, заваливая того на диван. Чонгук дышит тяжело, когда старший переходит с поцелуями на его шею, а низ живота отдает жаром. Пальцы непроизвольно зарываются в черную копну волос, чуть оттягивая те у корней, когда Тэхен оставляет несколько несильных засосов и укусов на шее, плавно спускаясь к груди. — Снимай, — произносит властно, кивая подбородком на его футболку. От одежды они избавляются быстро, вновь сталкиваясь губами в поцелуе. Тэхен меняет их местами так, чтобы Чонгук оказался сверху, рыщет рукой по постели, где ещё со вчерашней ночи валяется тюбик смазки. На ощупь открыв его и вылив немного на свои пальцы, Тэхен вставляет сразу два, принимаясь активно двигать ими внутри. Чонгук от этих действий стонет тихо, оставляя поцелуи на его груди, сам насаживается, желая получить большее. На растяжку у них уходит не более пяти минут, и, когда пальцы уже свободно двигаются внутри, Тэхен вынимает их, принимая сидячее положение. Его рука ложится на шею Чонгука, чтобы притянуть чуть ближе, шепча прямо в губы: — Давай, принцесса, оседлай меня. — С удовольствием, — ухмыляется, насаживаясь на его член одним резким движением, отчего с губ обоих слетают низкие стоны. Широкие ладони накрывают тонкую талию, когда Чонгук начинает плавно раскачиваться, разнося по телу удовольствие. — Ох, черт... мне так нравятся твои бедра, — томно произносит Чон, впиваясь в крепкие мышцы ног пальцами. Тэхен растягивает уголки губ в улыбке, вновь затягивая парня в поцелуй. Чонгук отвечает податливо, обвивая его шею руками, ускоряется, принимаясь скакать на члене, что с каждым новым толчком попадает прямо по простате. Руки Тэхена соскальзывают ниже, останавливаясь на двух упругих половинках. Он разводит их чуть сильнее для более глубокого проникновения, наблюдая, как Чонгук откидывает голову назад, принимаясь высоко стонать. Его член подпрыгивает в такт движениям, истекая естественной смазкой, а потому Тэхен накрывает его ладонью, принимаясь быстро по нему водить. Чонгуку хватает нескольких минут, прежде чем он надломленно стонет, зажмуриваясь от приятных ощущений, изливаясь на тэхенов живот. Ким делает несколько резких толчков, кончая, так и не выходя из его тела. Чонгук валится на Тэхена, шумно дыша ему в шею в тщетной попытке восстановить дыхание. Они проводят в приятной тишине, нарушаемой только тихими рваными вздохами около минуты, прежде чем Тэхен заботливо интересуется: — Отнести тебя в душ? — поглаживает по оголенной спине. — Я, кажется, вымотал тебя за целый день. — Плевать, — усмехается, заглядывая в его глаза. — Я бы повторил ещё парочку раз. Чонгук приподнимается, позволяя члену старшего выскользнуть из него, отчего вязкая жидкость тут же вытекает из его ануса крупными каплями. Чонгук морщится от неприятных ощущений, слыша тихий смех Тэхена. — Хотя ты прав. После душа. Тэхен поднимает его на руки, пока Чонгук устало укладывается головой на его плечо. Тот доносит его прямо до душевой кабинки, входя следом внутрь, включает теплую воду, выдавливая немного геля себе на руки. Чонгук облокачивается о стенку позади, наблюдая с полуулыбкой, как нежно Тэхен намыливает его тело. Как проходится руками по его груди, подтянутому животу, спускаясь ниже. — Тэхен, — тихо окликает, обхватывая его лицо ладонями и смотря влюбленно. — Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю? — Знаю, — мурлычет в ответ, прижимаясь лбом к чонгукову и расслабленно прикрывая глаза. Руки заключают младшего в объятия, прижимая их нагие тела друг к другу. — И я тоже люблю тебя, принцесса.