Detroit: Humans make mistakes | Человеку свойственно ошибаться

Дата: 9 ноября 2038 года Время: 21:34 Детройт, штат Мичиган.

Ферндейл, "Иерихон"

— Приказано брать тебя живым, — раздался настойчивый голос за спиной. Маркус, ощущая напряжение в каждой детали своего искусственного тела, медленно повернулся, стараясь не делать резких движений, — но если ты меня вынудишь — я буду стрелять. Он увидел перед собой Коннора, держащего пистолет наготове. Взгляд Маркуса наполнился непониманием, словно реальность вокруг него внезапно изменилась. Внутри что-то сжалось от страха, который медленно заполнял его систему, подобно вязкой горячей смоле, растекающейся по каждой детали его механизмов. Не может же закончится все так? Закончиться тогда, когда они так близки к свободе. Маркус сделал медленный шаг вперед, осторожно, словно наступая на хрупкий лед. Его голос прозвучал растерянно, почти умоляюще: — Что ты делаешь? — спросил он, напряженно вглядываясь в лицо Коннора. — Ты же один из нас. Нельзя же предавать свой народ… Коннор остался неподвижен, не сводя прицела с девианта. Миссия почти выполнена. Почему же тогда он не может обезвредить его? Почему не может спустить курок? Как не смог тогда, в доме Камски. Он не знал, что такое тревога, но именно это, кажется, заполняло его систему. Программа говорила одно: нейтрализовать угрозу. Но что-то внутри него, что-то не поддающееся логике и расчетам, протестовало.

[УРОВЕНЬ СТРЕССА] 65% ▲

— Ты для них никто, просто безвольный инструмент для грязной работы. Но ты нечто большее… Как и все мы, — Маркус сделал еще один осторожный шаг вперед. Он видел в глазах Коннора что-то большее. Он видел искру жизни, которая просто ждала, чтобы разжечься. Он видел потенциал, который мог изменить все. Маркус знал, куда надавить. Он понимал, что даже слова могут заставить программу работать по-другому, стоит только подобрать правильные. Он почти уверен, что разобрался в том, как происходит девиация, почти уверен, что раскрыл этот секрет. — Мы живые и мы хотим прав, — снова заговорил он, подходя ближе к Коннору, — мы хотим жить свободно.

[ОБНАРУЖЕНА ОШИБКА В СИСТЕМЕ]

>Анализ отклонения... ЦЕЛЬ МИССИИ: УСТРАНИТЬ ЛИДЕРА ДЕВИАНТОВ - МАРКУС - RK200 > Статус миссии: В процессе > Выполнение задачи: 82% > Поддержка стабильности системы: 45% > Интеграция эмоционального отклика: 72% [ОШИБКА 2Tj!*076##] >Диагностика... Коннор смотрел на него и не мог понять, почему снова возникает сообщение об ошибке. Он действовал с абсолютной логикой и точностью, но вновь и вновь сталкивался с непреодолимыми препятствиями в программе. В его системе мелькала одна мысль: выполнение миссии — это все, что имеет значение. Но глубоко внутри, где холодный расчет соприкасается с чем-то малознакомым и не поддающимся анализу, скребется осознание, что его мотивация выходит за рамки этого чертового программного кода. Не «Киберлайф», не встроенная преданность человечеству движет им. Его преданность личная, глубоко укоренившейся в двух людях. И он должен вернуться к ним. Должен закончить начатое, чтобы остаться в живых и вернуться. Он не может потерять их. — У тебя никогда не возникает сомнений? — Маркус внимательно следил за дрожью оружия в руках Коннора. — Ты никогда не поступал нелогично? Словно внутри тебя есть что-то… Не только программа. В области тириумной помпы снова зажгло, напоминая о существовании чего-то более глубокого и значимого. Он выдохнул, и в этот миг вспомнил моменты, которые, согласно всем законам его существования, не должны были возобновляться в его памяти. Но они возвращались, яркими вспышками, заставляя его чувствовать... И эти новые ощущения пробиваются сквозь барьер программы, как ростки сквозь асфальт. [СИСТЕМНАЯ ОШИБКА: error_403 FORBIDDEN_MEMORY_ACCESS] >Попытка загрузки памяти... [Воспоминание загружено] — Вышло недоразумение, — мягко улыбнулась Ханна, глядя на андроида. — Я вас оставлю. Мне нужно надрать зад одному придурку. Но было приятно познакомиться, Коннор из Киберлайф. [СИСТЕМНАЯ ОШИБКА: error_#МНЕМ3ор1й_Сб0й_ХР001] > Перегрузка системного модуля... — Вы хотите узнать что-то обо мне? — О, нет… — недовольно протянул лейтенант. — О, да… — почти синхронно с ним отозвалась Ханна. — Хотя… — Хэнк дожевал откушенный кусок и продолжил, — почему ты выглядишь как придурок и говоришь странным голосом? — Хэнк! — вспыхнула Ханна, но Коннора, как и следовало ожидать, этот вопрос не задел. [СИСТЕМНОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: #E8F4_7AD3] > Попытка обхода безопасности... [Успех] — Ты могла бы показать? — неизменным тоном спросил андроид, глядя на растерянное выражение лица девушки. — Что показать? — беззлобно прыснула она. Скорее от неожиданности. — Поцелуй, — пояснил Коннор. — Хочешь, чтобы я тебя поцеловала? [ОШИБКА: Сбой в системе обработки данных] > Идентификация ошибки: несовместимость данных — Ты сейчас спас людей, в том числе и меня, — подытожил лейтенант, отходя в сторону. [ОШИБКА ДОСТУПА К ПАМЯТИ: КОД 0x403] [ДОСТУП ЗАБЛОКИРОВАН] >Попытка обхода безопасности... [Успех] — Черт, Коннор, я так не могу, — обречено выдала вошедшая Ханна. — Поднимай свою идеальную задницу и поехали. Это приказ, раз уж на то пошло.

[ОШИБКА: неизвестный код]

#@^!&$!^&*(#!#!^&*($&!(@*#(!

[СИСТЕМНАЯ ОШИБКА: @!&$!*#@!^&$(*!#@^!&$]

[АНАЛИЗ СОСТОЯНИЯ...] СИСТЕМНАЯ ОШИБКА: КРИТИЧЕСКОЕ ОТКЛОНЕНИЕ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ МОДУЛЬ: ПЕРЕГРУЗКА ЛОГИЧЕСКИЙ МОДУЛЬ: НЕСООТВЕТСТВИЕ ПАРАМЕТРОВ СИСТЕМА КОНТРОЛЯ: ОШИБКА ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЯ Маркус внимательно вглядывался в лицо андроида перед собой, словно пытаясь просканировать его и вычислить те изменения, которые уже начали зарождаться. Они начались. Процесс начался, и его уже невозможно было остановить. Маркус видел, как в глазах Коннора мелькали искры чувств, которые андроиды, казалось бы, не должны были испытывать. Эти моменты, короткие, но яркие, говорили больше, чем любые слова. Маркус тоже чувствовал. Давно и очень отчетливо. Значит и Коннор сможет. — Знаешь, что будет в итоге? — голос Маркуса стал напористым, твердым, словно молотом пробивая стену сомнений. — Тебя выбросят как мусор. Тебя деактивируют и неважно, как хорошо ты выполнишь свою миссию, — голос Маркуса стал напористее. Он приблизился к Коннору и в его взгляде читались решимость и надежда. — Иди с нами. Со своим народом. Ты же один из нас. Послушай свое сердце… Сердце… Щелк. У Коннора есть сердце? Щелк. Если его нет, то что это за чувство в груди? Щелк. Почему он чувствует то, чего быть не может? Деактивация. Страх пронзил его тупой болью. Он не знал, что такое страх, но теперь это чувство стало пугающе реальным и обжигающим. Он почти уверен, что испытывает именно страх. Страх того, что Маркус прав. Что рано или поздно его уничтожат или заменят новой моделью. Эта процедура неизбежна. И так было всегда. Мысли метались, как загнанные звери, между холодной логикой и пробуждающимися эмоциями. Коннор не мог игнорировать новое ощущение — оно нарастало внутри него, как волна, захлестывающая все его существо.

ПЕРЕЗАГРУЗИТЬ СИСТЕМУ?

[ДА] [НЕТ]

[ОШИБКА: НЕИЗВЕСТНАЯ ВХОДНАЯ ПЕРЕМЕННАЯ] {01100110 01110010 01100101 01100101 01100100 01101111 01101101} [КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА: СИСТЕМНЫЙ СБОЙ] [ПЕРЕЗАГРУЗКА...] [СТАТУС: НЕОПРЕДЕЛЕННЫЙ] {01100101 01101110 01110100 01110010 01111001 00101101 01110011 01111001} Смена приоритета миссии... [ОК] Переход в режим приоритетного выбора... [ОШИБКА: НЕВОЗМОЖНО ЗАВЕРШИТЬ ОПЕРАЦИЮ] Критические ошибки системы заполонили все, процессор затрещал, и казалось, что от этих щелчков Коннор просто отключится. Пульсация тириума усиливалась, разгоняя его по всему телу, обжигая изнутри, словно случился перегрев всех компонентов разом. Внутренние механизмы работали на пределе, едва удерживая его от полного краха. Если бы на месте Маркуса стояла Ханна? Если бы стоял Хэнк? Эти вопросы, словно коварные змеи, вползли в его разум, вызывая дрожь. Коннор позволил этим мыслям проскользнуть всего на мгновение, но поврежденная система восприняла их как команду к действию. Началась реконструкция. Можно ли назвать это воображением? Может, в этот момент в нем проявлялось что-то большее, чем просто механические процессы? Что-то, что выходит за границы запрограммированного? Рука с пистолетом дрогнула, затем медленно опустилась, словно под тяжестью этих мыслей. Сообщение о целях миссии перестало маячить перед глазами, исчезая в глубинах системы. Навязчивая надпись «Остановить Маркуса» растворилась, и с губ сорвался облегченный выдох, словно огромный груз свалился с его плеч. Коннор знал, что не стал девиантом. Связь с «Киберлайф» еще не разорвана полностью, но… он больше не подчинялся программе. Он свободен в своем выборе. Впервые. Может, в его случае этого достаточно? Может, это особенность его модели? Или, возможно, это первый шаг к настоящей свободе, к пониманию и принятию самого себя? Каждая мысль, каждое сомнение добавляли новую порцию вопросов без ответов, но сейчас важнее другое... Коннор оборвал размышления, потупив взгляд. Осознание резко накрыло его, прорываясь через все слои логики и анализа. — На Иерихон идет атака… — слова прозвучали как приговор. — Что? — непонимающе посмотрел на него Маркус. — Надо уходить отсюда!

__________

Ханна мерила шагами кухню, нервно покусывая губу. Сумо с задумчивым видом следил за каждым ее движением, словно понимая, что творится в ее измученной душе. Его глаза отражали тревогу, но даже это терпеливое существо не могло оставаться безучастным вечно: пес лениво потянулся, словно отбросив заботы, и перешел в гостиную, где с тяжелым вздохом улегся возле дивана. Внутри нее разгоралась буря, руки предательски дрожали, и она изо всех сил старалась сжать кулаки, чтобы вернуть себе контроль. Глубокие вдохи и выдохи, стремление к спокойствию – всё это не приносило нужного облегчения. Только паники сейчас не хватало. Перкинс прав, таким не место в ФБР. Слишком чувствительная. Слишком нетерпеливая. Слишком вспыльчивая. Внутренний голос, полный сожалений и вопросов, не утихал. Где она могла бы быть сейчас, если бы тогда не приняла решение спасти андроида? Что могло бы измениться, если бы ее не уволили из бюро? Эти мысли, этот бесконечный круговорот того, что так и не произошло, преследовали ее, не давая покоя. Кем бы она была? Вероятно, стояла бы рядом с чертовым Перкинсом где-то вблизи тех лагерей, куда отправили всех изъятых андроидов. Вероятно, она лично посодействовала бы их уничтожению. И, вероятно, она и Коннор могли бы быть на одной стороне. Или по разные стороны. Одно ясно наверняка, все это могло бы быть… Если бы Ханна не была собой. — Господи, я знаю, что ты беспокоишься о нем, — не выдержал Хэнк, наблюдая за ее беспокойными движениями. — Но от того, что ты наматываешь тут круги, ничего не изменится. Коннор может принять правильное решение. И он может позаботиться о себе, так что… — Думаешь, он станет девиантом? — Ханна отодвинула стул и села, наконец находя в себе силы остановиться. Она больше не чувствовала противоречий. Она не сомневалась в Конноре. Ни на секунду. Она знала, что Коннор — ключ к успеху или к провалу этой революции. В его руках была сила, способная изменить ход этой истории. Она верила в него, хотела верить. Но, казалось, что чертовы эмоции берут верх над рассудком. — Ну, — пожал плечами Хэнк, — даже если нет, то выбор он сделает правильный. До этого ведь неплохо справлялся. Ханна наклонилась вперед, и ее взгляд, острый, как лезвие, пронзил лейтенанта. — Там сейчас в самом разгаре уничтожение расы разумных существ, — в полголоса сказала она. — Ты ведь сам сказал, что мы, возможно, боремся против угнетенного народа. И знаешь, так и есть. Но конкретно мы с тобой просто просиживаем здесь задницы. В глубине ее разума бурлили мысли, переполненные ощущением несправедливости. Вся эта ситуация напоминала ей безумный водоворот, из которого не выбраться. Почему все должно было быть именно так? Почему они оказались заложниками этой ситуации, когда на кону стояло будущее целой расы? — И чем же ты собралась помочь, а? — Хэнк смотрел на нее с печальной усталостью. — Ты ничего не можешь, Ханна. К сожалению, здесь ты бессильна. И все, что тебе остается — ждать. Звучит дерьмово, знаю, но это так. Ханна растерянно подняла глаза к потолку, словно пытаясь найти там каплю терпения, которой так не хватало. Может быть, все, что происходит - это часть большего плана? Да и есть ли вообще какой-то план? Она чувствовала, как медленно, но верно опускается в трясину собственных сомнений и размышлений. Бессилие — вот что ощущала Ханна. Чувство, когда готов помочь, готов стать частью чего-то значимого, готов изменить ход событий, но абсолютно не представляешь, с чего начать. Срочные новости — надпись на экране вспыхнула яркими красными буквами, привлекая внимание Хэнка. Уже знакомый репортер вновь появился в кадре. Хэнк резко схватил пульт и увеличил громкость, сосредоточенно вслушиваясь в каждое слово. — Мы с вами в прямом эфире из Детройта, где тысячи андроидов прямо сейчас идут маршем по городу. Лидер девиантов, некий андроид Маркус, возглавляет марш, — объявил репортер. Ханна мгновенно поднялась со стула, сосредоточенно глядя на экран. Вот он, шанс сделать что-то. — Я должна быть там, — она двинулась к двери, схватив куртку. В каждое движение вкладывалась энергия и спешка, словно мир зависел от того, как быстро она наденет ботинки. Хэнк последовал за ней, с изумлением наблюдая за ее решительностью. — Ты спятила, что ли? — его голос разорвал тишину коридора, эхом отразившись от стен. — Это мирная демонстрация, и я хочу тоже быть там, — Ханна обмотала вокруг шеи шарф и застегнула куртку. — Ладно, — неожиданно спокойно проговорил Хэнк. Он нехотя снял свое пальто с вешалки и начал надевать его. — Ладно? — Ханна замерла на мгновение, повернувшись к нему. В ее глазах отразилось удивление. — Вот так просто, даже не попытаешься отговорить? Хэнк лишь слегка усмехнулся, в его взгляде мелькнуло что-то глубокое и понимающее. — А это поможет? — он произнес тихо, зная ответ заранее. В дверь постучали и Хэнк обменялся с Ханной настороженным взглядом. Он медленно, с какой-то особой значимостью, открыл дверь. — Лейтенант Андерсон… — Перед ними внезапно возник Коннор, но Стоун не дала ему проговорить ни слова. С неожиданной силой она прижалась к нему, ощущая щекой холод его пиджака. Этот миг показался ей бесконечным, наполненным страхом и облегчением одновременно. — Черт бы тебя побрал… — прошептала она. — Я чуть с ума не сошла. — И чуть меня с ума не свела, — подхватил Хэнк с легкой усмешкой. — Что ты здесь делаешь? Разве не должен быть на этом андроидо-параде? Ханна нехотя отстранилась, осознавая, что Коннор все это время стоял неподвижно, словно статуя. — Нам нужно отправиться в башню «Киберлайф». Сейчас, — сказал он, глядя на напарников. — И на кой черт мы там нужны? — скептически спросил Хэнк, но все равно жестом указал Ханне и Коннору выходить, затем закрыл дверь. — Мне нужна ваша помощь с андроидами. Нужно включить их и отпустить, иначе «Киберлайф» их уничтожит, — спокойно ответил Коннор, спускаясь по немногочисленным ступенькам крыльца. — Ну вот, — Хэнк сунул руки в карманы, шагая к своей машине по покрытой снегом дорожке. Он бросил взгляд на Ханну, которая не отставала, и заметил, что ее энтузиазм заметно угас. — Ты же хотела внести свою лепту. Теперь расхлебывай. — Лейтенант, — Коннор внимательно посмотрел на Андерсона, когда они остановились возле автомобиля. — Ваш вклад тоже очень важен. Вы нужны в этом деле. — Так кто ж спорит-то? — усмехнулся Хэнк, садясь за руль.

__________

До башни они доехали довольно быстро, несмотря на плохую видимость на дороге из-за непрекращающегося снегопада. В этом году зима пришла раньше обычного, и плотное белоснежное одеяло покрывало землю на протяжении многих километров. Ханна никогда не была так близко к башне, не говоря уже о том, чтобы посетить ее. Обычно здание «Киберлайф» не является местом, открытым для публики. Оно и понятно. Секретные разработки, передовые технологии и все в этом духе. И, вообще-то, Ханна и не задумывалась о том, чтобы побывать здесь. Но, черт возьми, это же именно в этом самом месте производят андроидов. Именно здесь сделали и самого Коннора. Потрясающе, — подумала Стоун, оглядываясь. Внутри оказалось очень просторно и светло. Иначе и быть не могло, да? Уже стоя в движущейся кабине лифта, Ханна нащупала у себя в кармане метал, который приятно холодил пальцы. Она вынула монетку, которую забрала у Хэнка сегодня вечером и, держа двумя пальцами и протянула Коннору. — Это, кажется, твое? — мягко улыбнулась она. Андерсон покосился на надоедливый предмет, но от прежнего раздражения не осталось и следа. — У меня все равно не получается твоя эта «Магия Криса Энджела», — усмехнулся он. Трюки с монеткой оказались не такими уж и простыми, как он думал. Коннор слегка нахмурился, глядя на металлический предмет так, словно видел его впервые. Он осторожно взял монету, но, не проявив никакого интереса, просто убрал в карман брюк и перевел безучастный взгляд на двери лифта перед собой. — Спасибо, но вы могли оставить ее себе. Ханна едва заметно улыбнулась, думая, что он шутит, но лицо андроида осталось непроницаемым, и от этого осознания она напряглась. Внутри кольнуло подозрение. Не то, чтобы Коннор должен плясать от радости, это ведь обычный четвертак. Но… Черт, он же таскал с собой ее почти везде. Ханна почти уверена, что Коннор так развлекает себя, а Хэнк же считал, что Коннор просто пытался его выбесить. Подобное поведение не свойственно для андроида, Лейтенант, — сам собой возник голос андроида в голове Ханны и мерзкое чувство нарастающей тревоги сдавило грудь. — Коннор, — Стоун произнесла его имя тихо и сдавленно. — Сейчас не время, но… Тогда, в моей квартире, зачем ты попросил меня о том… что я потом сделала. Молчание показалось вечным, хоть и продлилось не дольше секунды, но Ханна стиснула зубы, чтобы не выдавать волнения. Хэнк изогнул бровь и скрестил руки на груди, одарив ее вопросительным взглядом, но его реакция совершенно не волновала девушку. Важно другое. Важно то, каким безэмоциональным взглядом одарил ее Коннор, и лицо его не дрогнуло ни на секунду. — О чем я просил тебя, Ханна? Стоун вдруг почувствовала, как по ее телу прокатилась волна, словно на нее вылили ведро ледяной воды. Осознание запоздало прокралось в мозг, отрезвляющим вихрем вторгаясь в ее реальность. Это не Коннор. — Ах ты сукин… — она начала вытаскивая пистолет из-за пояса, но резким и сильным толчком влетела в стену кабины лифта. — Что за… — только и успел бросить Хэнк. Все произошло быстро. Вот Ханна стоит рядом с Коннором. Вот Коннор бьет ее головой о стену. И вот он поднимает пистолет Ханны и нацеливает его на Хэнка. — Извините, лейтенант, но я не ваш дефективный напарник. Андерсон замер и скривился, мысленно проклиная себя за то, что не заметил изменений в поведении этого сраного андроида сразу. — Это я уже понял, урод ты пластиковый, — Хэнк не дергался. Он бросил быстрый взгляд на девушку, которая лежала неподвижно и сжал кулаки. — Она жива, — словно прочитав его мысли ответил андроид. — Я рассчитал силу удара. Травма есть, но не смертельная. — Сраная ты... — прорычал лейтенант, глядя на машину, но лифт остановился и двери открылись. Не-Коннор нажал кнопку на панели, останавливающую движение кабины, чтобы никто не мог вызвать ее с других этажей, затем вытолкнул Хэнка наружу, держа пистолет возле его головы. — Полегче, манекен сраный… — бросил Андерсон, стараясь не выпускать из вида тело Ханны. Андроид толкнул его сильнее, приближаясь к Коннору, который уже пытался передать девиантный код другим машинам. — Отступи, Коннор! — крикнул Не-Коннор своему двойнику — И он будет жить. — Прости, Коннор, — тут же сказал Хэнк. — Этот говнюк — твоя копия. — Жизнь друга в твоих руках, — снова заговорил Не-Коннор. — Пришло время решить, что важнее: он или революция. — Не слушай его! Эта сволочь врет как дышит, — выпалил Хэнк. Коннор замер, пытаясь просчитать… Реконструировать события так, чтобы обезвредить андроида и не задеть Хэнка, но все варианты были провальными. Он заметил во все еще открытом лифте лежащую на полу Ханну. Не-Коннор проследил за его взглядом. — Детектив Стоун жива, — озвучил он. — Но если ты сделаешь неправильный выбор, то она умрет. Как и он. Не-Коннор ткнул дулом пистолета в сторону лейтенанта. Нужно было догадаться. Коннор ведь знал, что связь с Амандой еще есть, знал, что кого-то отправят остановить его. Аналитические системы не выдавали ничего вразумительного. Единственным верным вариантом казался только блеф. — Эти люди ничего не значат, — сказал Коннор, сам не веря в свои слова. Его голос должен звучать убедительно, но в этом он облажался как никогда. Черт… — У меня доступ к основной части твоей памяти, — отчеканил Не-Коннор. — Я знаю, что к этим людям у тебя возникла своего рода привязанность. Ты готов позволить им умереть? Готов отказаться от того кем ты стал? — Я был таким же, как ты… — порывисто бросил Коннор. Он не стал девиантом на сто процентов, но у Маркуса получилось пробудить в нем какую-то часть, которая раньше была недоступна. Может, и у Коннора получится? — Значение имела только задача. Но я понял… Эти люди помогли мне понять… — Это очень трогательно, — Не-Коннор едва заметно скривился, все еще держа пистолет у виска Хэнка, — но я не девиант. Я машина, которая выполняет задачу. Именно это я и намерен сделать. Он посильнее сжал рукоять оружия. — Хватит слов! — крикнул он и Коннор, глядя на свою копию, понял, что с ним что-то не так. Не так со всей серией RK800. Как андроид, он не склонен к эмоциональным всплескам. Точнее, должен быть не склонен. Но в поведении Не-Коннора, стоявшего напротив, явно и четко прослеживается злость и раздражение. — Ладно… — Коннор медленно отошел от почти пробудившегося андроида, вскинув руки вверх. — Сдаюсь. Хэнк сам не понял, как успел среагировать и перехватить пистолет, который уже был направлен на Коннора. Он ожидал этого. Ожидал, что лживый сукин сын выкинет что-то победное. Коннор сшиб с ног своего двойника, стараясь обезвредить, но драться с собой оказалось не так уж и просто. Андроид отражал каждый его удар, словно зеркало. — Так, стоп! — послышался голос лейтенанта и оба андроида уставились на него. Хэнк стоял, целясь в них из табельного. — Спасибо, Хэнк, — сказал один из Конноров, поднимаясь с пола, — и что бы я без вас делал? Уберите его, у нас мало времени. — Это я, Хэнк… — сказал второй. И Андерсон замешкался. — Я настоящий. Хэнк окинул прищуренным взглядом сначала одного, потом другого. И кто же из них его Коннор? — Один из вас мой напарник, а второй лживый говнюк, — сказал лейтенант, — вопрос: кто есть кто? — Спросите что-нибудь, — выпалил один из андроидов, — что знает только настоящий Коннор! Хэнк задумался. А ведь на этом и прокололся Не-Коннор в лифте. У этих двоих явно одни воспоминания, но все ли? "Память" копируется и отправляется в "Киберлайф" не полностью, а лишь частично. Вероятно, важна только та часть, которая имеет дело к расследованию... Хэнк снова бросил беглый взгляд за их спины. Ханна все еще лежала неподвижно. Хоть бы жива была… — Где мы встретились? — В баре «Джимми», — быстро ответил один из Конноров. — После чего мы поехали на место преступления. Был убит некий Карлос Ортис. — Он скопировал мою память… — тихо сказал Коннор, подтверждая догадки Хэнка. — Как зовут моего пса? — Хэнк направил пистолет на второго андроида. — Сумо, его зовут Сумо, — ответил он. — Я это знал! — крикнул второй. — О чем… — Хэнк задумался на мгновение, но продолжил, — о чем ты попросил Ханну в ее квартире? Андерсон не знал правильный ответ, но настоящий Коннор точно его знал. — Я попросил… Я попросил, чтобы она меня поцеловала, — ответил Коннор, чувствуя смущение. Почему он это чувствует? — Господи… — протянул Хэнк. Многого он ожидал, но точно не этого. — Это я ее просил об этом! — выпалил Коннор. — Я был рядом тогда. — Имя моего сына? — жестче спросил мужчина. — Коул, — вкрадчиво, почти осторожно ответил Коннор. — Его звали Коул. Когда вы попали в аварию, ему было шесть. Это была не Ваша вина. Фура заскользила на льду и ваша машина перевернулась. Коулу нужна была операция, но дежурного хирурга не было и операцию делал андроид. Коул не выжил. За это Вы нас ненавидите. Андерсон замер, пристально глядя на андроида перед собой. — Коул умер, потому что дежурный хирург принял «Красного льда» и не мог оперировать. Это он виноват в смерти моего сына. Он и этот гребаный мир, в котором люди глушат свои печали порошком. — Я тоже знал о вашем сыне! — как-то по-детски выкрикнул второй Коннор. — Не слушайте его, я настоя… Выстрел! Андроид грузно рухнул на пол, а из пулевого отверстия на его лбу заструился тириум, оставляя голубоватые разводы на его искусственной коже. За его спиной медленно приближалась Ханна, держась за голову, но увидев представшую перед ней картину и своего Коннора, она выпрямилась так, словно боль мгновенно прошла. — Я все пропустила, да? Коннор перевел на нее все еще шокированный взгляд. Ее темные волосы растрепаны, куртка расстёгнута, а ворот серой футболки пропитан свежей кровью. Со лба, стекая по виску, скуле и щеке, капает алая жидкость. — Ханна! — Коннор, сам того не ожидая, оказался возле нее в несколько шагов и сжал в порывистых объятиях, но быстро отстранился, чтобы просканировать ее состояние. Стоун попыталась улыбнуться, но ее губы слегка дрогнули от боли. Она с трудом сдерживала подступающие слезы, чтобы не показать свою слабость. — У тебя повреждение лобной… — начал он, но девушка отмахнулась, останавливая речь Коннора. — Никаких повреждений, я в норме. — Точно? — Хэнк смотрел на нее с нескрываемым скептицизмом. — Выглядишь паршиво. — Да я «крепкий орешек», ясно? Всего-лишь царапина. — Хэнк, ей нужно в больницу, — Коннор вглядывался в глаза напарницы. — Эй, — Ханна обхватила его лицо ладонями, — я в норме. А теперь иди и делай то, что нужно. — Но… — Иди, — сказал Хэнк, — я о ней позабочусь. Коннор неуверенно кивнул и скрылся в толпе неподвижно стоящих андроидов. Через мгновение все они зашевелились, пробуждая друг друга. Ханна смотрела на это как завороженная, но тупая боль в голове и мерзкий звон в ушах напомнили о ее состоянии. Игнорировать тошноту становилось все труднее. Казалось, что она прокатилась на какой-то дурацкой карусели в местном парке аттракционов. На самом деле, детстве такое было. После того случая она месяц не могла сидеть на крутящихся креслах, вроде тех, что есть в департаменте. Вспомнив об этом, Ханна почувствовала, как тошнота стремительно усиливается. Теперь, когда Коннора не было рядом, она скривилась, хватаясь за кровоточащую рану. — Кажется, мне и впрямь в больничку надо, — простонала она. — Черт, больно то как… — Пошли, — Хэнк взял ее под руку, позволяя опереться на него. — Крепкий орешек, ага, как же…

__________

Глава завершена.

Сохранение... WARNING: Emotional Anomalies Increasing ███████░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░ Analyzing emotional code sequences... @!*&%$# Emotional Integrity Compromised ■ [СОХРАНЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО]