So What If You’ve Been Reborn? [BL] / Ну и что с того, что вы переродились? [BL]

Огненный столб продолжал становиться все гуще и гуще. Восточная часть города уже окуталась черным дымом; бывшие роскошные усадьбы и дворы стали похожи на призрачные преисподние. Дома продолжали рушиться, обгоревшие балки и скелетные каркасы распадались на летучий пепел. Казалось, что этот палящий горячий воздух может прожечь кожу. Чэнь Хэ закашлялся, задыхаясь от дыма и горячего воздуха. Это не помогло; затаив дыхание, он перешел на эмбриональное дыхание*. Он не понимал: ведь только что были только толчки, почему же вдруг появился огненный столб и почему Ши Фэн повел его в сторону пламени? П.п.: Когда культиватор может дышать через поры или даньтянь вместо рта/носа. Когда поднялся столб огня, группа культиваторов не умолкала, крича о том, что кто-то вызвал Каменное Пламя и в своих ссорах намекая, что они могут получить Каменное Пламя, убив его. Значит, все это перед его глазами и есть Каменное Пламя? — Старший брат, это мое? — Чэнь Хэ со странным выражением лица указал на яростно горящее пламя. Сердце Ши Фэна сжалось. Но, увидев, что Чэнь Хэ по-прежнему ведет себя нормально, он облегченно вздохнул.  Чэнь Хэ пробормотал с изумлением:  — Эти люди пришли за мной только ради этого? При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что пламя было странным: ослепительно-красное, края слоились, словно злобный монстр, обхвативший дом своими щупальцами, сжигал его до тех пор, пока не осталось ничего, кроме летящего пепла. — Нет, они ищут не меня, а "ребенка Чэнов", который пострадал у пруда. Старший брат, куда мы идем? — взгляд Чэнь Хэ был сложным и неоднозначным. Он много раз думал и мечтал о возвращении в семью Чэнь, но никогда не думал, что его возвращение будет таким. Ветер со свистом проносился мимо его ушей, принося горячий воздух и дым. Хоть его всегда беспокоил вопрос об утонувшем в пруду, но никто не хотел верить, что их семья может счастливо игнорировать их существование, пренебрегая, не заботясь, даже не удосуживаясь спросить о них. Чэнь Хэ всегда считал, что заблудился в горах, и оказалось, что он был очень близок к истине. Возможно, из-за того, что он страдал запутанной болезнью, неизлечимой в мире смертных, культиваторы долины Хэюань не отправили его обратно. Однако его Старший брат ни разу не упоминал семью Чэнь, да и в подсказках нефритовых сфер тоже не было ничего подобного. Чэнь Хэ всегда подсознательно понимал, что дело далеко не так прекрасно, и поэтому избегал мыслей об этом. Даже приехав в город Юньчжоу, он намеренно забыл о том, что мог бы разыскать своих родственников. В глубине дворов поместья кипящий воздух яростно искажался и деформировался в тесном пространстве, словно множество чудовищ и демонов беспричинно потягивались и гоготали. Чэнь Хэ не мог не дрожать: по духовной энергии, защищавшей его тело, поползли трещины. Разрушенные обломки поместья, выжженные и засохшие деревья - всё это наложилось на его воспоминания. Не стоит заблуждаться, это была семья Чэнь. Здесь не было людей, замышляющих против него, не было братьев и сестер, которые смотрели на него с безразличием или любопытством, не было близких родственников, которые утирали бы слезы от искреннего умиления. Была только усадьба, постепенно разрушающаяся в пламени. Знакомая духовная энергия слилась с ним, и Чэнь Хэ сразу понял, кто его защищает. Поколебавшись, он повернулся и положил голову на плечо Ши Фэна. Он не плакал и не проливал слез, но в его глазах читалось отчаяние. Ши Фэн молча обнял его, и они продолжили путь внутрь. По первоначальному плану они должны были ночью пробраться к пруду на заднем дворе, чтобы найти Каменное Пламя. Со способностями Ши Фэна, даже если бы стены и крыши были заполнены людьми, никто не смог бы даже мечтать о том, чтобы помешать ему. Хоть до Каменного Пламени и нельзя было дотронуться, Ши Фэн мог запечатать его в даньтяне Чэнь Хэ, а когда его уровень культивирования станет достаточно высоким, чтобы контролировать его и безопасно управлять им как оружием, он выпустит его на свободу. Но теперь, когда Каменное Пламя вырвалось на свободу, дело стало крайне хлопотным! Погладив Чэнь Хэ по спине, Ши Фэн посмотрел на бушующее неподалеку пламя. В голове пронеслась мысль: «Найти место, где можно спрятаться. Не используй духовную силу для борьбы с пламенем. Его цель - ты» Ошеломленный Чэнь Хэ не успел ничего понять. Он резко протянул руку, чтобы схватить Ши Фэна, но она оказалась пустой. —Нет, Старший брат, пойдем вместе! — Чэнь смутно догадывался, что Каменное Пламя было очень ценной вещью, иначе культиваторы не стали бы за него сражаться, но в поместье Чэнь не было людей, и было ясно, что что бы это ни было, оно было очень опасно. Ши Фэн был слишком быстр. Пламя взметнулось ввысь и, казалось, поглотило пучок красных одеяний. — Старший брат! Чэнь Хэ погнался за ним, расщепляя голыми руками два упавших баньяновых дерева, но все равно потерял ориентацию в дыму и пламени. Духовная сила Чэнь Хэ проявилась, его тело окуталось слабым золотистым сиянием, но он быстро понял, что это пламя, похоже, способно поглотить все, даже духовную энергию. — Старший брат! — Чэнь Хэ с тревогой огляделся. Он знал, почему Ши Фэн пошел на такой риск: культиваторы не могли быть в кармическом долгу у Неба. Если это так называемое Каменное пламя действительно имело с ним такую глубокую связь, что другие могли получить его, убив его, то, скорее всего, они либо разделили одну и ту же судьбу, либо оно признало его своим владельцем. Независимо от этого, если пламя поглотит город Юньчжоу и сожжет его дотла... Даже Чэнь Хэ, который был довольно смелым, не мог не почувствовать, как его ноги на мгновение ослабевают при одной мысли об этом. — Старший брат, вернись, давай оставим все как есть, я не против деградации в Демоническое Дао, если ты не бросишь меня на произвол судьбы, став демоническим культиватором! — хрипло крикнул Чэнь Хэ. Но в никакого ответа он так и не получил. Осторожно, избегая пламя, Чэнь Хэ проходил мимо каждого горящего дома. Коридор с резными балками и росписями превратился в руины, объятые пламенем. В углу валялась сломанная золотая клетка, перья смеющегося дрозда, находившиеся в ней, рассыпались в прах под языками пламени и бесследно исчезли. Вдруг Чэнь Хэ услышал позади себя шум и уклонился - появился пыльный, растрепанный человек, с силой замахнувшийся на него сломанной деревянной палкой. — Дьявол, это действительно ты! От неосторожного взмаха руки Чэнь Хэ мужчина потерял равновесие и упал. — Шуэр*! — пронзительный хриплый крик заставил Чэнь Хэ на мгновение замереть. Затем он увидел, как такая же растрепанная женщина - настолько, что казалось, будто она выползла из грязевой ямы - прыгнула к мужчине, громко плача. П.п.: Указывает на близость/знакомство с человеком, которого говорящий воспринимает как ребенка. — Ты уже стал проклятием семьи Чэнь, но ты даже вернулся в виде призрака, чтобы уничтожить нас! — мужчина лежал на земле, задыхаясь от дыма и кашляя без остановки, — мама, почему ты меня не послушала, надо было уехать и отделиться от семьи, когда появились призраки, тогда бы мы смогли избежать этой беды. Женщина зарычала еще громче:  — Тебе легко говорить, здесь находится родовой зал семьи Чэнь, как эта старая тварь могла уйти? Каждый год здесь достаточно трупов, чтобы набрать кучу тех, кто умирает в пустыне; как ты думаешь, сколько из них могут стать призраками? Отделиться от семьи - вы с ума сошли, это займет много времени, и мы уже не будем считаться прямыми потомками. А ведь именно старейшины клана решают, кому достанется имущество твоего дяди, ты думаешь, эти старые пердуны дадут тебе высказаться, позволив нам легко отделаться? — Мама, почему ты все еще говоришь о таких вещах, когда дело дошло до этого? Скорее бежим! — Куда бежать? Я лучше умру, чем буду жить в одних страданиях, — женщина плакала и смеялась; когда она подняла голову и увидела Чэнь Хэ, тускло светящегося в свете камина, волосы аккуратные, одежда безупречная, она издала пронзительный вопль, толкнув сына:  — Шуэр, этот дьявол смотрит на меня, убей его! Чэнь Хэ тоже узнал того человека, который проезжал мимо ресторана в тот день, когда он сидел на лошади. Он узнал его не по внешнему виду, а по глазам, наполненным ядовитой ненавистью и негодованием.