Поклонение Мандариновому Божеству

      Дом семейства Мин       Обед давно был готов и ожидал всех в теплом местечке, чтобы сохранить весь вкус и аромат. Кухня сверкала чистотой. Еще бы! Когда за дело берется госпожа Мин Наён со скалкой наперевес, то все мужчины, обитающие в доме становятся послушными и легкоуправляемыми!       Усталость боролась с волнением, но сон, как на зло не шёл ни к кому. Ну, почти… Хосок, развалившись на кресле, был безжалостно придавлен Чимином. Младший сын Минов драил кухню больше остальных, ибо больше все её и заляпал, и чувствуя за это вину отдавался уборке полностью, и теперь спал на плече друга что-то бормоча во сне.       - Ооо, - с кресла напротив, Сокждин умилялся картине, - Смотри, как тебя счастьем придавило! - достал телефон, - Пара фоток для архива.       Хосок притворно закатил глаза. Последние полчаса парень пытался дозвониться друзьям, втихаря от госпожи Мин и остальных, только вот безрезультатно.       - Чего-то ты нервный какой-то… - размышлял вслух Джин и прищурив глаза что-то набрал в телефоне.       В руках Хосока мигнул телефон с сообщением: «Тоже дозвониться не можешь?». Чон грустно опустил голову и мотнул.       Джин: «Значит им просто не до того! Не стоит раскисать! Мы в них верим»       Хосок читал сообщение и молчал.       Джин: «Ведь, верим же?»       Парень очень боялся за друзей. И если парней он видел последними и с ними было все в норме, то за единственную девушку в их коллективе он безумно переживал.       А еще это письмо, что принесла госпожа Ким… Кстати его Хосок забрал на хранение. Мин Наён, конечно, сопротивлялась, не понимая причину такого поведения и вообще, это предательство со стороны Ким Джуми не принимала, но сдалась, когда Ендон с важным видом САМ принес и выплюнул письмо в руки Чон Хосока.         И если парни держались, не подавая вида, что переживают и волнуются, то госпожа Мин данного факта скрыть не могла. Когда с кухонными делами было покончено, её начало понемногу трясти. С каждой минутой мандраж нарастал.         Любящий муж, видя состояние Наён, решил даже пойти на крайние меры и предложил в качестве успокоительного – чудодейственную настойку. В разумных дозах, естественно! Но госпожа Мин от данного лекарства отказалась и остановилась на ромашковом чае с коньячком… В пропорции 1:5.       После выполнения поручения прокурора господин Мин куда-то позвонил, исчез в недрах кабинета по каким-то делам, а позже ушел в неизвестном направлении, прихватив себе в сообщники адвоката Чхве. Господин Чхве не сильно сопротивлялся, особенно завидев в руках госпожи Наён скалку внушительных калибров.       - Мааам, - Чимин сонно протёр глаза и с некоторым волнением уставился на женщину.       - Да, дорогой? – неожиданно побледнев, госпожа Мин схватилась за сердце и выдала, огорошив всех, - Ох, беда! Сердцем чую, с моими мальчиками не все в порядке… Ох…       - Хос, найди в моём телефоне номер господина Чу, это наш врач, семейный. – и подлетев к матери стал укладывать её на диван, не понимая, что делать дальше, - Маааам… тебе плохо?.. – слезы наполнили глаза парня, сжимавшего ледяную ладонь матери.       Хосок искал в телефоне друга необходимый номер, Сокджин унесся наверх за пледом. И вроде бы все при деле, но из кухни стали доноситься странные звуки – то вода польётся, то посуда загремит… Хосок нервно хихикнув, решил пошутить:       - Чими, все в порядке, просто Ендон решил себе водичку обновить!       Но стоило повернуть голову в сторону кухни, как улыбка с лица Хосока пропала, а глаза стали приобретать округлую форму.       Мандариновое облако медленно двигалось в сторону парней, таща в зубах мокрое полотенце, которое проходя между сильных Ендоновых лап, оставляло широкий мокрый след. Присмотревшись получше (глаза ж не просто так были широко распахнуты, а давали лучший обзор) Хосок увидел на полотенце пузырёк, ложку и мандарин.       - Странный набор, Ваше Святейшество! – Хосок на автомате поклонился и принял из лап Мандаринового поклажу.       Ендон недовольно скорчил моську и пока Хосок знакомился с провизией, отчитывал его на все лады на кошачьем языке, даже не стесняясь в выражениях.       При близком рассмотрении Хосок увидел, что Ендон гремел не просто так, в набор, приводящий в чувства входил: полотенце мокрое, чтобы привести в чувства побледневшую женщину – 1 штука, капли сердечные на основе корня валерианы – 1 штука, ложка чайная – 1 штука и мандарин, дабы закусить горькое послевкусие от лекарства тоже в количестве 1 штуки. Что удивительно, данные капли стояли где-то на верхних полках и учитывая, что у Ендона, все-таки ЛАПКИ, как он достал пузырек – загадка.       - Великий Мандариновый Бог, Ваши способности по истине удивительны и многогранны! Позвольте задать Вам один интересующий всех нас вопрос… - Хосок запнулся, встретив непонимающий взгляд Сокджина, несущего плед, - с… с нашими друзьями все будет в порядке? Они вы…выживут?       Чимин от неожиданности выпустил руку матери из своих. Госпожа Мин резко приподнялась с подушки, а Джин уронив плед во все глаза уставился на, важно задравшего нос, кота.       - Мяу, - утвердительно промурчал кот и стал спокойно вылизывать мокрые от полотенца лапы.       Остров искалеченных душ       Солнце поднималось из-за горизонта, заливая все вокруг красивым оранжевым цветом. Теплота первых лучей достигала продрогшей до костей девушки. Выставив руку за решетку на окне, ловила ладонью свет и чему-то улыбалась.       Воспоминания о родителях теплотой разливались в груди, отчего девушка стала мурлыкать себе под нос мотив старой колыбельной.       Её давно не навещали. Она перестала интересовать господина, имени которого она так до сих пор и не узнала. Но её стабильно, три раза в день кормили. Не сказать, что условия были пригодны для житья, но крыша над головой и теплая еда – тоже вполне себе… Наверное…       Охрана девушку не трогала, а со временем стала даже относиться, как к младшей сестре. Особенно ярковолосый парень. Он часто приносил девчушке книги, которые находил и пересыпал из своей миски побольше мяса. Иногда даже приходил, чтобы немного пообщаться.       Сколько девушка провела в этих стенах – не знала. Отметины на стенах насчитывали около года. До этого – еще год, только в другой комнате. Еще ранее – не помнила, так как там отметин она не ставила и все еще надеялась на свободу.       Время безжалостно мчалось вперед, оставляя лишь грустные воспоминания о прошлом. О том месте, которое можно назвать домом. Там, где остались родные…       Дверь с грохотом открылась и на пороге появился ярковолосый:       - Ён А! Тебе помогут, выходи! Скорее! Ну же… - охранник озирался по сторонам, но девушку не видел. – Э..эй, ты где?       Из дальнего угла комнаты послышалось шевеление, но гомкий выстрел заставил девушку дрогнуть и снова забиться в угол.       - Блядь! – выругался парень и занервничал, - Кажись наших бьют…       Немного подумав, огненноголовый схватив перепуганную девушку за руку, потащил к выходу, объясняя план действий в случае опасности. Та кивала головой в знак согласия, но по лицу было видно, что она ничего не запомнила…       - Ненавижу Вас, придурки! Я из-за Вас поседела нахрен! Вы самые идиотские друзья, какие только могут быть! – кричала охрипшим голосом девушка, прижатая к окровавленному плечу Юнги.       Парень молча улыбался и еще сильнее стискивал любимую, понимая её состояние. Ведь ей столько пришлось пережить в этих стенах. Но теперь всё это не важно. Теперь все они в сборе и почти целы.       Выстрелив, господин Ким получил в бубен от разъярённого Чонгука и храбро упал на пол, теряя сознания. Пуля, выпущенная должником, немного задела пиджак господина Ко и продырявила бок Намджуна, успевшего отпихнуть Юнги в сторону. В той стороне, куда был отпихнут Мин, ошарашенный охранник выставил острозаточенный нож, нанизывая, споткнувшегося парня, как на шампур. «Небольшой порез, а крови шо с порося», выдал Чонгук, подоспев к другу и осмотрев масштаб трагедии. Самого господина Ко вырубил Тэхён, спеша на помощь Чону и ловя потерявшего равновесие Намджуна.       А смелый товарищ прокурор пытался привести в чувства своего друга (которого огрели чем-то увесистым еще этажом ниже), пропуская самый замес. Собственно, там его и охранял Ким Ха Джун и параллельно связываясь с большой землей и Мином-старшим.       Са Ён прижималась к Юнги, отчитывая его и ругая. Она обрабатывала его раны и громко шмыгала носом, ежесекундно спрашивая не больно ли ему. А он смотрел на неё влюблёнными глазами и улыбался, как дурак.       Намджуна лишь немного задело. Тэхён, не рассчитав силу от души приляпал на «лишнее отверстие» друга пластырь, заставив его громко пронзительно скулить.       Девушка всхлипывала и материла всех собравшихся на её помощь друзей, переплетая со словами благодарности. Но даже ругань из уст девушки звучала для парней, как похвала и заставляла улыбаться.       Неожиданно Са Ён замерла и умирающим голосом выдала:       - Юни…       - Са Ён? Что случилось? Тебе плохо? Где болит? – парень не на шутку перепугался, заражая этим чувством остальных парней. Мин осматривал и ощупывал возможные переломы, ссадины и ушибы. Парни окружили девушку с водой, бинтами и бутылкой алкоголя (того самого, что господин Ко доставал из своих закромов).       - Юни… - также безжизненно повторила Са Ён, - я… кушать хочу… - и в подтверждение слов желудок издал громкое «УУУУУрррррр».       - Блин, Са Ён, нахрена так пугать? Я все Ендону расскажу! – парень облегчённо выдохнул, разогнал всех, пробиваясь к поклаже, чмокнул девушку в нос и исчез в глубине рюкзака.       - Нееет, не надо, умоляю! Он же меня нравоучениями досмотри замяукает! – девушка щенячьими глазами смотрела на решив сменить тактику, извинялась и виновато бурчала что-то о том, что бес попутал. Мин достал аппетитный бутерброд, упакованный в плотный пакет с надписью «Для моей маленькой Са Ён». Госпожа Мин лично собирала данный кулинарный шедевр и давала по нему ценные указания сыну.       - Великий Ендон! Госпожа Мин по истине Великая женщина, дай ей Боженька здоровьица! – запричитала Са Ён, запихивая в себя угощение.       - Тэша, посмотри! Меня ранили, – заскулил Чонгук, выпятив нижнюю губу, разбитую на поле боя.       - О Ендон Великий! – Тэхён закатил глаза и подул на губу.       - Тэхён, не будь глупым мальчиком! Тебе почти прямым текстом говорят, а ты…дуть… - Са Ён покачала головой.       - Тссс! Иначе придется лицезреть сцены 18+! – Юнги заговорщически подмигнул, налил горячего чая и протянул девушке, отворачивая её от греха подальше.       Чонгук смущенно опустил глаза и покраснел. А вот Тэхён своей спонтанностью выбил почву из-под ног парня и прижав к себе Чона, страстно впился в его пострадавшие от кулаков губы.       - Хоть бы детей постеснялись! – взвизгнул Ха Джун, появившийся в самый интересный момент, закрывая глаза Хэ Вону. Сам при этом с любопытством наблюдал за сценой для взрослых.       - Кхм-кхм! – над ухом Хэ Вона и Ха Джуна раздался голос Намждуна, - Я, конечно, все понимаю, но не Вы ли не так давно выказывали своё «фи» по поводу данного рода отношений?       - Эт… Мы ж вроде извинились, - извинился прокурор, виновато начёсывая затылок.       - О! Кстати… Друзья… У нас тут проблемка небольшая нарисовалась… - Хэ Вон насупил брови и огорошил, - Связь с большой землей потеряна!       - У меня телефон разрядился, когда я пытался сообщить местоположение, - Ха Джун опустил глаза и ковырнул ножкой пол, - У Хэ Вона тоже телефон сдох…       Юнги похлопал себя по карманам и перевел взгляд на Намджуна, которому свой телефон отдал для связи с Джином.       - Тут такое… дело… Юнги… Ты только не нервничай! – оправдания профессора заставили Мина напрячься, - Я это… когда отбивался… на него нечаянно упал… и немного это… погнул…       - Что сделал?! – глаза Юнги приобрели форму блюдца, - Джуни, малыш, повтори дяде Юнги! Ему показалось странное!       - Погнул… - пропищал Джун и прикрылся руками.       Са Ён вцепилась в футболку Юнги, оттаскивая парня от профессора.       - Юни, успокойся! Это же всего лишь телефон, малыш! – повернула голову парня к себе, девушка впилась в губы Мина, отвлекая его от братоубийства и замахала на Джуна, чтобы он бежал пока не поздно. Юнги опешил и только погрозил спасённому девушкой другу кулаком, увлекаясь долгожданным поцелуем.       - Мож тоже засосёмся? – предложил Ха Джун другу и положил свою руку на плечо товарища, - Я смотрю это заразительно…       - Фу, извращенец! Ты ж мне братом был… А если ты Намджуну – то нельзя ему, он занят. За него Джин тебя на колбасу пустит и Ендону отдаст! – Хэ Вон предупредил друга и отошел от него на пару шагов. Ну так, для успокоения души…       - Извините, я немного задержался! – перед парнями возник запыхавшийся ярковолосый парень.       Молниеносно сгруппировавшись и отпихнув в глубь комнаты Са Ён, парни загородили спинами девушку и напряглись. Кулаки сжались. Тэхён выхватил торчавший в столе резак и направил на нежданного гостя. У всех на лицах читался только один вопрос – бить или не бить?       - Ты чей будешь, милок? -  Намджун посмотрел на охранника сверху вниз, давя авторитетом.       - Я свой… Я Са Ён помогал… потом Ён А привёл, чтобы Вы её с собой забрали! Я не враг, честное слово! Бля буду! – выдал парень и щелкнул большим пальцем по зубу, давая понять, что помыслы его чисты и невинны.       - Нам бы позвонить… - начал было прокурор.       - Легко, телефон в кабинете господина Ко. Он только по нему связывается… Мобильников на острове нет – наказуемо, – извинился парень.       Свет в комнате мигнул и погас, погружая всех в темноту.       - Вот и позвонили… - обречённо выдохнул Чонгук, хватая чью-то руку.