Поклонение Мандариновому Божеству

      Остров искалеченных душ. Са Ён       Отсутствие охранника, ушедшего за документами, показалось вечностью. Са Ён все больше нервничала и старалась не смотреть на картину, развернувшуюся перед глазами молодой девушки.       Как только дверь за охранником захлопнулась, господин Ко обезумев, в долю секунды, скинул со стола оставшиеся бумаги на пол и втянул на него побелевшего Ким Гван Сона, пришпиливая его одежду острыми хирургическими инструментами. Перепуганный Ким лежал на одре ожидая самой страшной участи. Молча.       Сердце Са Ён бешено билось о грудную клетку, а тошнота от металлического запаха крови опять подступала к горлу. Нервно сглотнув, подкативший ком, девушка вздрогнула, когда Ко Дэ Гон с диким наслаждением воткнул в кисть господина Кима тот самый крючковатый инструмент. Леденящий душу крик разрезал тишину. А затем… Затем Ко Дэ Гон с силой вырвал из тела господина Кима инструмент, на конце которого повис кусок мяса…       Са Ён вздрогнула и сжала кулаки.       - Тшшш, не кричи, ты пугаешь, нашу крошку! – господин Ко приложил палец к губам, призывая Кима к тишине. В его глазах плескалось безумство. Он поднял руку, перепачканную в крови, вверх и смотря на свет застыл, любуясь красками.       Отшвырнув в сторону крючок, господин Ко застыл, раздумывая над выбором инструмента, затем, что-то решив про себя, взял в руки что-то вроде пассатижей. Он улыбнулся перепуганному Ким Гван Сону и сделал «щелк-щелк» перед его лицом, двигаясь медленно, словно удав на сжавшиеся челюсти испытуемого.       Пассатижи громко лязгнули перед лицом Ким Гван Сона, а затем резко схватив искалеченную руку, повисли мертвой хваткой на безымянном пальце. Хруст и вопль боли смешались в единое, холодя кровь в жилах Са Ён. Безумный мужчина тщательно следил за тем, чтобы девушка смотрела прямо на все его действия и ни в коем случае не отворачивалась.       - За что… - одними губами произнесла девушка и вздрогнула, осознав, что она сделала.       - За что? Хм… Знаешь, Са Ён… - тихо начал Ко Дэ Гон, - когда я впервые попал сюда, мне было лет пять. Мой отец построил эту больницу специально для таких, как я – безумных людей. Здесь их привязывали к больничным койкам и пытали, пытали, пытали… Их кровь окрашивала стены и пол в удивительные узоры… На их лицах читался ужас. Их тела выгибались в странных, нелепых позах. А крики… Ммм… - мужчина закрыл глаза с наслаждением проваливаясь в воспоминания, - Как они кричали… Боже… - господин Ко вздохнул, - Так вот одним из таких пациентов был - Я! Собственный отец разбирал меня по кусочкам, разрывая и разрезая… Ты хоть представляешь, сколько у меня шрамов? А сколько во мне переломанных костей? Я кричал так, что мои связки рвались, а кости хрустели под веревками, державшими меня неподвижно… Но я отомстил… Повзрослев я отомстил своему отцу, за все те опыты, которым подвергался на протяжении многих лет… А потом я втянулся… Мне стало это нравиться…       Девушка с ужасом слушала откровения мужчины. Теперь стало ясно, откуда у господина Ко такие не здоровые увлечения. Неосознанно девушка вздрогнула и впилась ногтями в подлокотники.       На столе, выгнувшись в неестественной позе лежал Ким Гван Сон. Вены на его висках вздулись, а глаза закатились, являя весь ужас боли и страдания перед единственным зрителем – своей дочерью. Девушка сидела неподвижно, наблюдая за сумасшедшим молодым мужчиной и всеми его манипуляциями над бессознательным Кимом.       За эти, чертовы, 15 минут, какие отсутствовал охранник вместе с документами, Ким Гван Сон подвергся самой жестокой пытке в своей жизни. Из его тела торчали острые, крючковатые инструменты различного назначения. А кровь, стекая по столу, падала на пол с громким звуком разлетаясь на вязкие тугие капли, окрашивая весь пол и документы под ногами. До блеска начищенные туфли господина Ко были орошены кровью Ким Гван Сона, лежавшей гранатными зёрнами на дорогой кожаной обуви. Еще горячей.       Внутренний голос Са ЁН кричал «БЕГИ!», но разум подсказывал, что бежать некуда, да и поймают все равно. А если поймают, то следующей жертвой этого сумасшедшего мужчины станет она сама. Наблюдая за пытками господина Кима, девушка вдруг поймала себя на мысли, что ей не жалко отца. От собственных мыслей Са Ён стало мерзко, она не может быть такой!  Стараясь держаться невозмутимой и спокойной, Са Ён вспоминала детскую песенку о маленьком котёнке. Ту самую песню, что ей пела бабушка, когда девочка чего-то боялась…       - Ты меня слушаешь? – рядом с девушкой раздался раздраженный голос господина Ко. Ему было плевать на психическое, физическое или астральное состояние присутствующих в комнате людей. Ему, как неуравновешенному человеку с не одним десятком тяжелых диагнозов, необходимо было выговориться. И самое главное, чтобы его СЛУШАЛИ.       - Да, господин Ко. Я Вас слушаю, просто немного задумалась. – голос Са Ён дрогнул, но она быстро вяла себя в руки.       - О чем? – в глазах мужчины мелькнул огонёк.       - Мне… мне стало любопытно, сколько же Вам лет? – врала девушка, первое, что пришло на ум.       - Мне? – Ко Дэ Гон явно не ожидал подобного вопроса и немного завис, - На данный момент мне 37. А что, плохо выгляжу?       - Нет, наоборот. Я бы не дала Вам… - стук в дверь прервал девушку.       - То, что ты бы мне не дала я уже понял… С одной стороны, это обидно, - протянул задумчиво Ко Дэ Гон, - с другой – у тебя же есть парень, и это логично. Ладно, даже обижаться не буду, – губы мужчины растянулись в «нормальной» улыбке.       На пороге стоял охранник с тонкой чёрной папкой в руках. Выглядел он немного запыхавшимся, на его лбу блестели капельки пота. Мерзкая ухмылка появилась на его невозмутимой роже, когда он, окинув взглядом комнату, увидел бледное лицо девушки. А вот картина «жертвоприношения», видимо была делом обычным в этих кругах, ведь его холодный взгляд мазнув по операционной остановился на господине Ко и его протянутой к документам руке.       Получив в свои руки необходимые бумаги, Ко Дэ Гон раскрыл папку и погрузился в чтение документации. Очнувшийся в этот момент Ким Гван Сон был безжалостно скинут на пол в лужи собственной крови, затихая. Он боялся пошевелиться – вновь оказаться вовлеченным в нечеловеческие пытки ему, естественно не хотелось.       - Итак, крошка Са Ён! Сейчас ты получишь от меня предложение, от которого у тебя нет шансов отказаться! – игривый огонёк мелькнул в глазах Ко Дэ Гона.       Са Ён незаметно прикусила губу, боясь услышать «приговор».       - Здесь, - господин Ко швырнул на стол документы, попав ими в самую большую лужу крови на столе, разбрызгивая её по всему периметру.  Са Ён успела прикрыть лицо руками, - документы, которые тебе необходимо подписать. Возражения, отказы и прочие отклонения моего предложения не принимаются. Держи ручку, крошка.       Ко Дэ Гон протянул девушке красивую перьевую ручку, оставляя на её корпусе отпечатки своих пальцев. Дрожащей рукой девушка приняла письменную принадлежность и зависла над документом.       - А! Самое главное забыл сказать! – обрадовался господин Ко, а у Са Ён сердце перестало биться, ожидая подвох, - Ты внимательно изучай документ, а я пока займусь твоим папочкой!       Кровожадно сверкнув взглядом безумец потянулся за скальпелем, но грохот за дверью заставил мужчину замереть в нерешительности. Послав охрану разобраться в причине громких звуков, Ко Дэ Гон с остервенением пнул Ким Гван Сона, забивая его тело куда-то глубоко под стол. Сам же господин Ко, обойдя стол, схватил за горло Са Ён, прижимая к её сонной артерии лезвие скальпеля.       Звуки потасовки, доносившейся из-за двери, нарастали и становились слышны все четче. Грохот, крики и удары подействовали на господина Ко странным образом – он побледнел, его руки задрожали, и он стал пятиться за стулья, таща за собой девушку.       Дверь резко распахнулась и в комнату влетел (именно влетел) тот самый охранник с мерзким оскалом, оповещая Са Ён о полной победе НАШИХ. Низко пролетев над столом, тело верзилы приземлилось в стопку бумаг, замерев в «скомканном» состоянии. За летуном в бывшую операционную зашли ребята, слегка потрёпанные, но довольные собой.       Юнги растолкал парней и вырвавшись вперед наткнулся на Са Ён захваченную господином Ко. Дернувшись было на выручку к девушке, Мин был резко остановлен Намджуном и Тэхёном. В глазах парней читался гнев и страх за Са Ён.       - Добрый день, господа! – Ко Дэ Гон ухмыльнулся и прижимая скальпель к шее девушки, добавил, - Ну, что же ты, Са Ён, поприветствуй гостей!       Мужчина с силой надавил на голову девушки, принуждая её согнуться в поклоне. Парни выругались и сжали кулаки.       - Хочу Вам сказать, Вы немного не вовремя! Видите ли, мы были заняты подписанием очень важной документации. Вы помешали нашему акту приёма-передачи наследства Ким Са Ён дорогому и уважаемому господину Ко Дэ Гону, в моем лице, в счет погашения долга господина Ким Гван Сона, в лице вон того бездыханного куска мяса, находящегося под моим столом.       - Боюсь, данный акт подписания придется прервать, а госпожу Са Ён отпустить, - спокойный голос Ким Намджуна не вязался с перепуганным взглядом, но профессор держался молодцом и старался контролировать эмоции, говоря тихо, успокаивающе.       - Это почему же? Я привык доводить дело до конца! Тем более, что Вы будете сейчас немного заняты! – топот за дверью мог обозначать только одно – прибыло подкрепление. И оно было не в пользу спасателей.       Комната стала наполняться охраной господина Ко - потрёпанные, целые, различной степени тяжести увечий, с пустыми руками и с пистолетами и ножами наперевес. Численность противника достигла 12 человек, и комната стала тесна для всех находящихся в ней.       Намджун, Тэхён, Чонгук и Юнги вытолкали верзил на более открытое пространство, для развёрнутых махательно-оборонительных действий.       Драка, завязавшаяся между группой поклонников новой религии - Ендонии и цепными псами Ко Дэ Гона, напоминала безумство. В дверном проёме то и дело мелькали руки, ноги и ножи, принадлежавшие не понятно кому. Наблюдая за потасовкой Ко Дэ Гон перестал контролировать себя, а его рука все сильнее прижимала оружие в тонкой шее девушки. Ногти Са Ён впились в руку обидчика, в попытке хоть как-то защититься.         - У тебя нет времени! Подписывай, сука! – крикнул господин Ко встрепенувшись и толкая девушку к столу. – Бери!       Са Ён дрожащими руками взяла в руки ручку и стала листать бумаги к последней странице, туда, где и должна стоять подпись. Очередной тычок в шею и на бумаге начала появляться надпись «Ким Са Ён». Пара капель крови упала на белый лист, смешиваясь с чернилами. Буквы криво ложились на бумагу, но Ко Дэ Гона это мало волновало. Получив желаемое, он с силой толкнул девушку в сторону.       Схватка между Тэхёном и бритоголовым бугаем, переместившаяся в бывшую операционную, перерастала в нечто серьёзнее, чем просто рукопашный бой, когда в руках противника мелькнул нож. Именно он и послужил причиной ранения единственной девушки, так не вовремя став ненужной господину Ко. Лезвие легко вошло в тело девушки, заставляя её застыть от неожиданности и нахлынувшей боли.       Ко Дэ Гон, сжимая черную папку, двигался максимально быстро к выходу. Он не замечал никого и ничего вокруг, его задачей было покинуть место, как можно быстрее и незаметнее.       Увидев, что господин Ко приближается к двери, Са Ён выхватила нож, проделавший в ней лишнее отверстие, и кинула в беглеца. Ким Гван Сон, сидевший тихо в подстолье вдруг решил отомстить за все издевательства над собой и выхватил у побеждённого Тэхёном бугая, так удачно (или нет) свалившегося рядом со столом, пистолет искалеченной рукой и нацелился на дверной проём. Ко Дэ Гон, получив нож в район бедра, засуетился и не заметил манипуляций своего должника.       Ужас застыл на лице Са Ён, когда в коридоре появился Мин Юнги, загородивший дорогу господину Ко. Ким Гван Сон нажал на курок.       Тишину комнаты разрезал выстрел…