One more try to…

Агата не привыкла праздновать Рождество не в семейном кругу. Было в этом для нее что-то немного неправильное, будто подтверждающее, что ее островок стабильности затонул. Мисс Харрингтон была рада, что ей удалось избежать переезда в Шотландию, но все же девушке немного не хватало ее родителей в эти праздничные дни. Молчаливого спокойствия отца и суматошного тепла матери. Агата лишь усмехнулась, вспоминая привычную ей суету. Теперь причиной оной станет она сама на пару с Рэйчел, а не мать. — Я все еще не уверен, что это хорошая идея! Девушка вздрогнула от неожиданного звука, оборачиваясь на бессовестного нарушителя тишины, в миру известного как Александр Кларенс. — Ты уже согласился!— невинно пожала плечами леди Харрингтон. — Я беру своё согласие назад! — последовало в ответ. Девушка лишь покачала головой, скрывая рвущуюся наружу улыбку и вставая со своего места, помогая мужчине с его костюмом: — Ну же, Ваша Светлость, не трусь! — И в мыслях не было! Агате стоило небывалых усилий сдержать хохот от вида своего возлюбленного. Хрупкая все-таки вещь мужское эго. Ранить его проще, чем сосчитать до десяти по-французски. Александр выглядел и правда весьма колоритно. Согласитесь, не так часто можно увидеть члена королевской семьи, наряженного в костюм эльфа. Да, половину лица скрывала сомнительного качества борода, но те, кто был знаком с герцогом Кларенсом лично, определенно не могли его не узнать. Особенно, если учесть, что учить сценарий мужчина наотрез отказался, и вечер обещал быть богатым на импровизацию. Однако за время знакомства с этим строптивым герцогом Агата научилась находить к нему подход. Даже сейчас она, игриво улыбаясь и делая вид, что поправляет ему костюм, преследовала иную цель. Расслабить его, подарить мужчине более праздничный настрой, чем у него был на данную секунду. Пока Александр разносил в пух и прах сценарий, написанный Рэйчел, леди Харрингтон успокаивающе гладила его по плечам, понемногу перемещая свои прикосновения в область мужской груди. Агата заметила, что напряжение в его теле начало медленно отступать, и расстегнула несколько пуговиц на эксцентричном костюме Кларенса. — Вы что делаете, мисс Харрингтон? Девушка подняла на него совершенно невинные глаза и притворилась, что вообще не понимает, о чем ее спрашивают. Теплая тяжелая ладонь легла на ее талию, прижимая ее стройное тело к его подтянутому. Мужской голос зазвучал несколько ниже. Александр чуть наклонил голову, почти касаясь ее приоткрытых губ. Замер в считанных миллиметрах от них. Мисс Харрингтон снова попалась в ловушку, которую сама и расставила. Однако она и не была против. — Я вас достаточно изучил, леди Харрингтон, — усмехнулся мужчина ей в губы. — Вы в этом уверены? — улыбнулась Агата, прильнув к нему сильнее и оставляя на его губах легкий поцелуй. Кларенс перехватил инициативу, углубляя поцелуй и зарываясь ладонью в ее волосы. Девушка прижала ладони к его груди, отвечая на его ласку. Это был всего лишь поцелуй. Один из многих, которые у них были в этом году, но по неведомой причине казавшийся ей особенным, как в принципе случалось с каждым новым его касанием. Наверное, в нём было больше тепла и нежности, чем в прошлых, не менее драгоценных для них обоих. Они не растворялись друг в друге, но прекрасно дополняли одна другого. Поцелуй становился жарче, их языки раз за разом сплетались, танцуя наполненный страстью танго. Объятия становились все откровеннее, и ни один из пары не хотел их прерывать. И плевать на пышный приём, что ждал их внизу. Плевать на чертов бал, на котором один из них рисковал показаться шутом. Плевать на гостей, которым пришлось бы улыбаться лишь из-за соблюдения норм этикета. Плевать, пока он был рядом и их дыхание смешивалось в одно. Девушка чувствовала, как с каждой секундой ей становилось все легче дышать, ведь завязки домашнего платья неумолимо сдавались напору умелых пальцев Александра. Хоть и со стороны эта сцена выглядела все еще немного комично из-за того, что ярко-зеленые сюртук и колпак Рождественского эльфа все еще были на мужчине, Агата и ее визави будто позабыли об этом, увлеченные друг другом. Однако оплошность с излишней одетостью герцога Кларенса, все же быстро была исправлена его нетерпеливой партнершей. Мужчина лишь ухмыльнулся, ненадолго оторвавшись от таких желанных губ. — Признавайся, весь маскарад затевался только ради этого. Леди Харрингтон лишь загадочно улыбнулась. Ее щечки мило порозовели. Когда этот мужчина был рядом, не смущаться от его временами колких фраз категорически не получалось. Она почувствовала, как ее ноги отрываются от земли и она взмывает ввысь, удерживаемая сильными мужскими руками. Коснувшись лопатками мягких подушек, девушка обняла герцога, с удовольствием оставляя на широких плечах неглубокие борозды царапин. Мужчина зашипел, перехватывая ее ладони и поднимая их над ее головой. — Какой боевой котенок… Девушка вздрогнула, когда мужчина задрал юбку на ее нижнем платье и ласковыми движениями коснулся внутренней поверхности ее бедра. Уверенно поднимаясь выше, Александр ласкал свою возлюбленную, с удовольствием подмечая каждое ее движение навстречу ему и каждый ее новый вздох. Наверное, впервые за долгие годы герцогу не столь важно было его собственное удовольствие, сколь хотелось доставить его другому человеку. Он не был эгоистом, однако всколыхнуть в нём эмоции и возродить интерес к дальнейшей жизни смогла лишь непосредственная мисс Харрингтон. Рядом с ней, обретая ее поддержку и ловя на себе взгляды горящих глаз, мужчина впервые после ухода Альберта чувствовал себя живым. Ей хотелось подарить мир во всем его великолепии. Помочь осуществить мечту, что могла казаться иным людям недостижимой. Именно ее смущенную улыбку так мечталось видеть каждое утро. Сказал бы ему кто, что он станет таким сентиментальным и позволит вить из себя веревки, Александр бы лишь рассмеялся им в лицо. Теперь же мнение окружающих лишь теряло в своей значимости для него, хоть и никогда не являлось для мужчины чем-то достойным внимания. — Прошу… Девушка выдохнула это, находясь в полубеспамятстве от блаженства, что было так близко, но раз за разом ускользало. Мужчина ненадолго остановился, прижимая теплую грубоватую ладонь к ее животу. — О чем ты просишь, min lilla katt? —Ты знаешь… Александр не спешил исполнять туманную просьбу, склоняя голову вбок и любуясь ей. Наклонился к ее белоснежной шее, оставляя на ней поцелуй. Затем еще один, все ниже и ниже. Ее вздохи становились все более рваными, однако она попыталась сложить ускользающие мысли в слова: — Алекс… андр… Хочу… тебя всего… Агата вскрикнула, когда герцог, наконец, сделал так, как ей хотелось. Скрестила ноги на его поясе, уничтожая всякое расстояние между их телами. — Умница… Стоило лишь попросить, — выдохнул Александр ей в шею, прикусив тонкую кожу над ее ключицей. Он начал двигаться, внимательно наблюдая за каждым малейшим изменением в ее лице. Любуясь подрагивающими ресницами, прикушенной от удовольствия губой, слушая тихие стоны. Агата казалась ему воплощением того прекрасного, что он так долго себе запрещал, считая себя недостойным. Александр ускорялся, видя, что девушка уже была на грани. За дверью раздался шум от падения чего-то тяжелого, однако увлеченная друг другом пара не обратила на это внимания. Прильнув друг к другу в очередном поцелуе, герцог и Агата потерялись вдвоем в беспощадно обрушившейся на них лавине блаженства. По телам пробежалась приятная дрожь, на несколько мгновений лишая обоих чувства времени и пространства. Александр перекатился на бок, Агата расслабленно прижалась к его груди. Мужчина приобнял ее, оставляя на волосах невесомый поцелуй. Девушка неожиданно усмехнулась: — А Рождественские эльфы и правда умеют исполнять желания. Александр усмехнулся: — Ну еще бы, все-таки недаром они прячут у себя горшочки с волшебным золотом. Наверняка и соблазняют им неискушенных господ, черти. Девушка улыбнувшись, спросила: — То есть ты сейчас сделал ровно это? Мужчина загадочно пошевелил бровями и сказал: — Для Вас, моя леди, я готов быть практически кем угодно, но так низко пасть бы не посмел. Агата коварно улыбнулась, тыкая коготком ему в грудь: — Тогда думаю, самое время снова облачиться эльфом, пока сюда не прибежала разгневанная Рэйчел. Не успел герцог закатить глаза, как за дверью раздался раздраженный возглас: — Рэйчел, я даже не знаю, кто эти ваши эльфы такие! Могу разве что притвориться они и наслать на него проклятье за то, что сбежал!