Две кружки кофе

Она проснулась. - Мигель? - невнятно пробормотала Люси, ещё даже не открыв глаза, и прозвучало это скорее как «Мьель». Слабо дёрнула рукой, обратив внимание на катетер. - Что... Что... Мигель подскочил к ней как ошпаренный, как только увидел, что она двинулась. Резко захотелось стиснуть её в крепких объятиях, расцеловывая каждый дюйм её лица - как же она его напугала! - но её состояние этого не позволяло. Мигель аккуратно положил её поднятую руку обратно на одеяло. - Ш-ш-ш, всё в порядке, милая, не волнуйся ни о чём. - лёгким движением он убрал волосы с её лба, погладив по щеке, и от этого простого жеста Люси сразу стало спокойно. Сейчас она накачана всевозможными лекарствами и едва соображает, но Мигель здесь значит все хорошо. - Мы... дома? - промямлила она, мутным взглядом осматривая больничную палату. - Скоро будем, Люс. - утвердительно кивнул Мигель, держа её за руку. Говорил он тихо и ласково. - Поспи ещё, тебе надо набраться сил. Люси перевела взгляд на Мигеля, сидящего рядом, решительно и серьёзно посмотрела прямо в глаза. Мигелю показалось, что она собирается сказать нечто важное: - Я так и знала, что рыбы могут плавать. А ты мне не верил. - выдала она, довольно закивав. На мгновение он замер, пытаясь как-то применить её слова к их нынешней ситуации, но потом понял, что это всего лишь бред человека под обезболивающими. Но то, с каким сосредоточенным видом она это сказала! Мигель невольно улыбнулся, поцеловав костяшки её пальцев. - Да, не верил. Что ж, ты была права. - Конечно права, я всегда права! - сказала она заплетающимся языком, весело потрепав его по щеке. Он ещё давно заметил, что Люси всегда делает так, когда пьяна. Его это только умиляло. - Пить хочешь? - Не-а. - громко протянула Люси. - Хочу посмотреть как рыбы плавают! - Она вырисовывала что-то пальцем в воздухе, а Мигель, замерев, неотрывно смотрел на её лицо, такое расслабленное и беззаботное сейчас. - Устроишь мне это, Мьель? - Да. - произнёс он твердо. А потом, поколебавшись, все же осторожно спросил: - Что ты помнишь, милая моя? Люси, обдумывая его вопрос, посмотрела на своё стертое в кровь запястье и хмыкнула: - Кто-то сломал моё растение... - она сделала иронично-скорбное лицо, поджав губы. - Оно было таким хорошим... Мигель озабоченно и расстроенно свёл брови, наблюдая за ней и стискивая её руку сильнее. Само собой, это он не из-за растения. - Мне так жаль. - прошептал он, чувствуя, как начинает жечь глаза. - А ещё... - благоговейно промолвила Люси, зачарованно глядя в тёмное окно. - Я помню, как весь мир горел... • • • Если коротко, вот что случилось: После того, как Мигель решил было, что его любимая мертва, и того, как она невероятным образом оказалась жива, они вместе собирались бежать из горящего здания... - Боже... Люс, ты... Ты... - Мигель не мог связно говорить из-за нахлынувших эмоций. Он крепко прижимал её к своей груди, прикрыв голову и подняв на руки. Бежав к выходу, он слышал судорожное и хриплое дыхание Люси у своего уха. До что уж там, ему самому уже было плохо и он просто не представляет, каково ей. - Это правда ты? - прошептала она тихо, не мигая, смотря на него. Лицо её было измазано в золе и Мигель отчётливо мог видеть светлые дорожки от слёз на нём. Он со страхом глядел на неё, гадая, осознаёт ли она, что сейчас происходит вокруг. Выглядела Люси на удивление спокойно для человека, которого секунду назад чуть не пристрелили. А может, она и не увидела Томпсона. Но кто всё же выстрелил в него? - Да, да, милая, мы почти вышли... - Мигель через маску прижался щекой к её лбу. - Ещё немного. Всё, что только могло гореть в этом здании, уже сгорело и сейчас лишь тихонько тлело, окончательно превращаясь в пепел. А воздух... Дышать было уже просто нечем. Толкнув дверь спиной, Мигель наконец вышел на воздух. Продолжал лить дождь, хоть и не такой сильный как накануне. У здания уже сверкали мигалки нескольких полицейских машин и машин скорой помощи. Мигель подбежал к врачам и, сбивчиво объяснив им ранение на голове Люси, осторожно положил её на носилки. К тому моменту она была без сознания и Мигель испугался, что она мертва - второй раз за день, это уже слишком! Но выдохнул, увидев, как прерывисто вздымается и опускается её грудь. - Извините, но вы нам мешаете. - произнёс врач, пытаясь осмотреть Люси. Мигель покорно отошёл и, обойдя носилки, встал с другой стороны, нависнув над ней и прикрывая от дождя. Взгляд его неизменно был прикован к Люси. Из-за волнения и растерянности он чуть было не снял маску прямо у всех на виду, желая, чтобы Люси видела его лицо. - Она будет в порядке? - едва не заикаясь, на эмоциях выкрикнул Мигель, склонившись к ней, но не смея притронуться. Врач, напряжённо нахмурившись, надевал дыхательную маску на Люси. Тогда Мигелю стоило подумать, как все это выглядит со стороны: Человек-Паук (все ещё отчаянно пытающийся оставить свою личность в секрете), задыхаясь от ужаса, спрашивает о состоянии какой-то девушки. Тут и самый последний идиот сообразит, что к чему, и они опять в заднице. Сейчас ему стоило выдохнуть, хотя бы попытаться выглядеть спокойно и, сделав шаг назад, немного безразличным тоном поинтересоваться о состоянии Люси. Это в идеале. Возможно, Мигель и смог бы поступить как нужно, но тут одна загвоздка - врач так и не ответил на его вопрос. Мигель широко распахнутыми глазами смотрел на него. Может, не услышал? - Она... Выживет? - медленно и с нажимом спросил он ещё раз, теряя последние капли самообладания. - ...Не могу ничего обещать, сэр. - после тяжёлой и многозначительной паузы проговорил врач, крайне подозрительно глянув на Человека-Паука. - Но я сделаю все возможное, клянусь. Теперь Мигель ничего не слышал, только оглушительный звон стоял у него в ушах. - Нет-нет-нет... - неслышно прошептал он спокойным и каким-то убеждающим тоном, всё же взяв её лицо в ладони. - Она сильная, она справится. Обязательно. Он поцеловал Люси в щеку и прижался своим виском к её, настойчиво шепча ей на ухо: - Люсия, не поступай так со мной, я не шучу. Умоляю, давай ради меня. - Люси должна знать, что он рядом и не оставит её. • • • Как оказалось, выстрелы, что до этого гремели в горящем здании, производили террористы. Они без разбору стали стрелять по полицейским на улице и внутри. В конце концов, почти все из преступников были убиты, а остальные схвачены. В тот день погиб Капитан Меллон. Мигель узнал об этом только намного, возмутительно позже, на следующий день. И да, логичное предположение - это он убил Томпсона - буквально спас жизнь Люси. Мигель не понимал, как мог его не заметить. Даже когда все стихло, он ведь не слышал его! Позже к нему в голову закралась одна отвратительная мысль: а может Меллон кричал? Звал на помощь Человека-Паука, пока тот, забыв обо всем на свете, старался спасти Люси? Как бы то ни было, Капитан Меллон, глава полицейского отдела Куинса, погиб на службе под обломками горящего здания на Кэстелл-авеню 12 октября предположительно в 20:40. Когда Мигель узнал об этой новости (она застала его в коридоре больницы, где находилась Люси, а репортаж о вчерашнем пожаре шёл по телевизору), то сначала не мог поверить. Просто...Что? Это неправильно, какая-то ошибка. Они ошиблись. Чуть позже Мигель решил, что это его вина. Потом начал чувствовать чистую ненависть на себя и свою неизменную беспомощность при таких ситуациях. Не углядел, сделал недостаточно, как всегда. Самое ужасное в его работе то, что он не может спасти всех. Как бы не старался. Он пытался всеми силами сохранить жизнь Люси, а в итоге погиб кто-то другой, невинный. Тот паренёк Джонни две недели назад, Капитан Меллон вчера. Люси завтра. Мигель много думал об этом в последнее и пришёл к безрадостному выводу, что сеет вокруг себя лишь смерть. В этот раз ей невероятно повезло, но такое больше не повторится. Что теперь делать? Как же несправедливо. • • • 14 октября выдалось дождливым и промозглым, подстать настроению. Мигель разбирал сумку около Люси, пока та вяло наблюдала за его действиями. Он навестил её квартиру и привёз некоторые вещи. Одежду, зубную щётку, пару книг, даже одно из растений (он его починил как смог, после того, как нашёл сломанным на полу, жить будет) - всё необходимое для жизни в больнице (Мигель не знает, как надолго) и всё то, что может помочь ей чувствовать себя спокойнее во время пребывания в ней. Это самое меньшее, что он может сделать сейчас. - Завтра ещё что-нибудь принесу. - сказал Мигель, складывая одежду в шкаф. - хочешь что-нибудь конкретное? - Спасибо. - сквозь сжатые зубы ответила Люси. Мигель повернулся к ней и отметил, что она белая как простыня, хотя секунду назад была в норме. Ну, относительно в норме. - Что-то болит сейчас, милая? - он подошёл, садясь рядом и желая проверить её температуру, но когда протянул руку, Люси отстранилась. Тогда внутри у него остро кольнуло. Она промычала что-то в ответ, закрыв глаза, а в следующее мгновение внезапно согнулась за край кровати и её вырвало в посуду, что стояла на полу. Мигель, хоть и удивился, не растерялся, и придержал волосы Люси, утешающе гладя по спине. Он ни в коем случае не испытывал отвращения или чего-либо подобного, ведь это его Люси и он любит её, что бы ни происходило. Рвало её довольно долго, сначала обедом, потом остатками завтрака. Остановившись, Люси откинулась обратно на спинку кровати. Все её тело нещадно била крупная дрожь, а на лбу выступили капельки пота - вот так выглядит сотрясение мозга. Мигель аккуратно вытер её лицо полотенцем и подал воды, очистив посуду. Люси сделала глоток и поморщилась. - Знаю, любимая. Но попей ещё, тебе станет лучше. - ласково проговорил он. Она, поколебавшись, сделала ещё один глоток и отложила стакан, подтянув колени к груди и укутавшись одеялом до подбородка. Мигель размеренно гладил её по ноге, снова ощущая это вязкое, невыносимое чувство собственной вины. - Тебе что-нибудь нужно? Люси как-то затравленно взглянула на него. Мигелю это совсем не понравилось. - Не надо менять жалеть. - зло и раздражённо проговорила она сильно дрожащим голосом, и в резко наступившей тишине было слышно её неровное дыхание. - Не надо. - Забота - не проявление жалости, любовь моя. - убедительно ответил Мигель, серьёзно смотря на неё. - Всё хорошо, отдохни. Люси на секунду замерла, а потом, прикрыв глаза рукой, промолвила: - Прости. - Тебе не за что извиняться. - нежно, но строго отозвался он, убрав руку её с лица и поцеловав ладонь. Холодную как лёд. - Побудешь со мной? - спросила она дрожащими губами спустя несколько минут. Мигель, кивнув, проверил её лоб - температуры нет, и осторожно лёг слева от неё, едва помещаясь на больничной койке, и обнял со спины, подтыкая вокруг неё одеяло. - Поцелуй меня один раз, поцелуй второй и потом когда-нибудь ещё... - едва слышно запела Люси. У Мигеля внутри сердце разорвалось на части, но совладав с эмоциями, он закончил строчку: - Это было долгое, долгое время... Они лежали в тишине и последнее, что сказала Люси, перед тем, как провалиться в сон, было: - Не уходи. Как такая, казалось бы, простая просьба может вызвать настолько неоднозначный шквал эмоций и всевозможных мыслей в голове человека? - Я... - Мигель запнулся. Что он должен ей сказать, и что он хочет ей сказать? А что она хочет услышать? - Я никуда не уйду. - он соврал. • • • На протяжении всего этого времени проблема Мигеля с ядом в его крови никуда не девалась. Но теперь он смог излечиться. Если коротко, вот как это было: Он запомнил каждое слово, что сказал ему Томпсон об этом яде - они выкрали его из «Алхемакса», доработали сами, он имеет долгосрочный эффект и Мигель принимал его всего несколько раз. Ученому-биохимику это уже о многом говорит. Собравшись, он наведался в «Алхемакс». Не то чтобы туда можно попасть так легко, но он сумел. Изучил весь имеющийся у них список различных ядов (которых у них, кстати, до неприличия много), прихватив несколько с собой, чтобы позже взять пробу. Дальше направился в свою лабораторию и снова взялся за микроскоп. Теперь дело пойдёт быстрее, ведь он точно знает, что ищет, но почему-то опять ничего не сработало. Мигель задумался. После этого он опять проник в лабораторию своей старой знакомой - Серены Пател. Да, в любых других обстоятельствах он бы ни за что не обратился к ней, но сейчас все иначе. У неё точно есть какая-то информация, и Мигель рассчитывал на её добровольное сотрудничество, ведь... Он спас жизнь ей и ещё нескольким своим врагам пару дней назад. Если бы не он, полицейские искали бы сейчас их обуглившиеся тела под обломками здания на Кэстелл-авеню, и Мигель надеется, что этого факта будет достаточно, чтобы на время притушить её неизмеримое эго и заставить помочь с решением его проблемы. Этого оказалось достаточно. Мягко говоря, Серена была не рада его видеть, а ещё у неё был траур - как оказалось, они со Скорпионом были очень близки, но это Мигелю сказала, само собой, не она. Выяснилось, что над созданием того самого яда, что убил Скорпиона, работала главным образом она и это...Это ужасно. Она буквально убила его. Но Мигелю это было не особо важно, у самого проблем выше крыши. Он быстренько выведал нужную информацию и, даже коротко поблагодарив, ушёл прочь. Одно вещество Мигель не учёл в своем исследовании и теперь, когда Серена подсказала, он наконец смог преобразовать этот мерзкий яд в лечебную сыворотку. Конечно, никаких гарантий у него не было, но он перепроверил все данные по сто раз, чтобы в этот раз точно не ошибиться. Как только Мигель вколол себе первую инъекцию, не почувствовал ничего особенного и даже разочаровался, но чуть позже, летя по городу на паутине, вдруг заметил то давно забытое чувство невесомости и лёгкости в полёте. И никакого свинца в конечностях. Наконец-то. Сработало. • • • На следующий день Люси сняли с обезболивающих. Когда Мигель вошёл в её палату, она сидела в кресле у кровати и, отвернувшись, смотрела в светлое окно. Всего на одно мгновение Мигель заметил какую-то тень на её лице, совсем нехорошую. Должно быть, Люси только теперь осознала, что вообще произошло, и то, как она вела себя в тот день, как не понимала, где находится... Стоя у двери, Мигель впервые забеспокоился о психическом состоянии Люси. - Привет. - сказала она, вдруг изменившись в лице и натянуто улыбнувшись. И глаза у неё засияли как у ребенка, когда Мигель вытащил из-за спины букет душистых ромашек - её любимые цветы. - Ого! Спасибо. - засмеялась она. Мигель, кладя цветы в вазу, спросил как она себя чувствует. - Голова болит. Но от обезболивающих у меня туман в голове, а мне нужно подумать. Опять же, с ними трудно контролировать эмоции. - Люси стыдливо покосилась на него. - Надеюсь, я не говорила никакого бреда? - Не беспокойся, от тебя пьяной я и не такой бред слышал. - посмеялся Мигель. - Аа, тогда ладно. Позже они сидели за столом и пили суп. Люси почти не ела, но Мигель из-за этого не волновался - то, что она сумела встать с кровати - уже большой прогресс. И, помолчав, она вдруг сказала: - Может нам стоит поговорить об этом? Мигель удивился. Он и сам собирался, попозже, когда Люси немного выздоровеет, но почему-то он думал, что к этой теме нужно подбираться осторожно, а не так с ходу. Что ж, может это и хорошо? Напрягшись, посмотрел по сторонам - в кафетерии почти никого. - Только если ты хочешь. - произнёс Мигель серьёзно, отложив еду. - Не хочу. - Люси сделала то же самое, мельком глянув на него. - Но надо. Кивнув, он начал, стараясь говорить безэмоционально: - Это была таже группировка, что устраивала набеги на базы «Алхемакса» в последний месяц. Они хотели убить всех сверхлюдей этого города. Люси от удивления раскрыла рот. - Для этого они схватили тебя. - Мигель указал на Люси, боясь посмотреть на неё, а голос все равно дрогнул. - Как приманку. - пожав плечами, опустошенно вымолвил он, изнутри сгорая от чувства вины. - Как приманку. - повторил Мигель, всё же решившись и подняв глаза на Люси. Та смотрела на него, и Мигель впервые не мог понять, что выражает её взгляд. Это длилось всего секунду, потом Люси плавно подняла свою руку и накрыла ею его запястье. - Мигель, послушай меня. Ты знаешь, я тебя не виню... - Того, что я сам себя виню, вполне достаточно. - сказал он холодно. Покачав головой, она до боли сжала его запястье: - Но ведь теперь всё хорошо, мы оба живы, я иду на поправку. Пожалуйста, не мучай себя мыслями на подобие: «а что, если бы...». Все уже случилось. Просто отпусти. Ради меня. Мигель ошарашенно смотрел на Люси. Разве не он сейчас должен её успокаивать? Откуда у неё вообще столько сил, этого неубиваемого оптимизма и надежды на лучшее? Мигель никогда не понимал и вряд ли когда-нибудь поймёт. С ним она всегда выглядит так беззаботно, и Мигель только сейчас понял, что не может вспомнить ни одного дня, когда видел её не в духе. Ну так ведь не бывает. А теперь с ней случилось самое кошмарное из всего возможного, но смотрите, через неделю она уже как ни в чем не бывало улыбается и смеётся вместе с ним! (А может она только притворяется?) Он в который раз подумал, что не достоин Люси. Так и есть. - Мы будем вместе, и разберемся со всем вместе. - закончила она, глядя на стол. Мигель окаменел. - Конечно. Люси бросила на него взгляд, а потом сразу отвела в сторону, он сделал то же самое. В воздухе повис какой-то неозвученный вопрос. А в головах обоих в тот момент билась, словно одичавшая птица в клетке, одна на двоих навязчивая мысль, которую они оба так пытались оттолкнуть всеми силами