Чёрные сказки про розовый снег

—Привет, Катя. —Рюкзак с книгами громко приземлился на парту.  Даже школа сегодня казалась другой. Она больше не сдавливала тесными коридорами, а взгляды учеников не пугали.  Зеленые глаза с удивлением уставились на соседку. —Привет. —Голос Смирновой был приятным. В нём не послышалось и намека на неприязнь. —Уже привыкла к новому месту?  Что? Это она сейчас с ней говорит?  —Не знаю, ещё не поняла. Но здесь очень красиво. Люблю природу.  Со стороны девушки выглядели как две противоположности которых насильно посадили вместе. Катя — сплошная опрятность с туго заплетенной косой. Даша — в потрепанном жизнью платье и копной непослушных волос.  —Отсюда все сбежать хотят куда подальше, а вы наоборот, в дебри переехали.  —Ты тоже сбежать хочешь?  —Не поверишь, нет. В этом месте есть что-то… —Катя задумчиво стучала пальчиками по парте подбирая правильные слова. —Что-то особенное, то что держит здесь.  Даша уже хотела было что-то ответить как в класс впорхнула Полина. Лицо Смирновой вмиг изменилось.  Брюнетка помахала рукой в знак приветствия.  —Даша! Садись ко мне, Риты сегодня не будет.  —Спасибо за предложение, но мне и с Катей хорошо.  —Ладно… —Выдавила она сквозь зубы, голос чуть прохрипел. Полина сдержанно кивнула, стараясь вернуть себе равновесие.  Не обратив внимания на изменившуюся Морозову, Даша неторопливо оглядела класс — утренних гостей нигде не было. Похоже, ребята всё-таки решили не появляться.

***

Шел второй урок. Вера Васильевна, учитель истории, что-то воодушевленно рассказывала. Женщине, по всей видимости, было абсолютно насрать на то слушает её кто-то или нет.  На столь скучном занятии даже узоры на окнах кажутся до жути увлекательными. Или то, что происходит за пределами школы — любая мелочь вдруг становится важной, лишь бы не слушать этот монотонный голос. —Мишанова? Мишанова! —Толчок локтем в рёбра выдернул её из мыслей. —А? Простите… Повторите, пожалуйста, вопрос. Вера Васильевна смерила её недовольным взглядом, губы скривились. —Чем известен тысяча девятьсот семнадцатый год в истории? —Какой же у неё мерзкий голос, Боже… Знать бы ещё, чем этот год был известен. Даша чуть повернула голову — и в этот момент услышала еле уловимый, почти неслышный шёпот: —Конец династии Романовых. Соседка по парте снова уставилась на тетрадь, и только уголок губ был чуть приподнят — намёк на союзничество. Но, не успев повторить услышанное, дверь в класс распахнуласьтс грохотом ударяясь о стену. Учитель с оханьем повернулась на вошедших.  —Добрый день, извините за опоздание. —Тон был таким, будто это Вера Васильевна должна была извиниться. —Я не поняла, это что за самодеятельность?! Пятифан, Петров, Будаев! Являетесь, когда вздумается, никакой дисциплины! —Голос учительницы задрожал от возмущения, переходя на визг. —Всё расскажу классному руководителю, чтоб знали у меня! —Ага, лады. —Скучающе протянул брюнет и, проходя мимо парты Даши, подмигнул ей.  Кудрявая невольно вздрогнула и бросила на парня удивлённый взгляд. А вот Полина едва сдержалась чтобы не фыркнуть: уголки рта дернулись вниз, а глаза на мгновение потемнели. Её пальцы непроизвольно сжали карандаш — и тот с треском лопнул пополам. Все в классе замерли, услышав резкий хруст. Полина сжала обломки, а лицо её на секунду побледнело от… Злости? Урок продолжался, но она больше не могла сосредоточиться: взгляд её метался по классу, затем вновь останавливался на Роме, который, заметив внезапную тишину, чуть поднял брови. Морозова глубоко вдохнула, чтобы не выдать эмоций, и со звуком положила обломки карандаша на парту, словно это были самые ненужные в мире вещи. Затем медленно вынула из пенала новый стержень, но её рука всё ещё слегка дрожала. Даша украдкой взглянула на подругу и поняла: за невозмутимым фасадом скрывалось разочарование — и этот сломанный карандаш говорил о многом больше, чем любое слово. Катя, чуть наклонившись к соседке, вопросительно вскинула брови. Сероглазая в ответ едва заметно пожала плечами. Они переглянулись — коротко, молча, с лёгким недоумением. Как будто обе уловили, что в воздухе витает нечто странное, но не могли понять, что именно. Прозвенел звонок, все с гулом вылетели из класса. Кто-то курить, кто-то в столовую а кто-то просто хоть ненадолго изменить обстановку. Ушли все. Кроме Кати.  —Кать? Спасибо что помогла на уроке. —Издав смешок продолжила. —Хоть это и не понадобилось. 

***

После учебного дня школа медленно пустела. Учителя запирали кабинеты, по коридору ещё звучали шаги, голоса затихали за поворотами. Даша стояла у тупичка, заталкивая учебник в рюкзак, когда к ней подошла Полина. —Подождёшь? —Спросила она спокойно. —Нам с тобой ведь в одну сторону, так что прогуляемся.  Даша кивнула. Они вышли из школы, шагали по разрисованному мелками асфальту, когда Полина вдруг нарушила тишину. —Ты уже со всеми успела познакомиться? —Спросила она как бы между делом. —Ну… Кое с кем да. —Даша пожала плечами.  —Они обращаются с тобой в шутку сейчас. —Полина приостановилась, её взгляд стал чуть более серьёзным. —Ты же не отсюда, можешь не знать. Они, конечно, умеют притворяться хорошими. Но это те, кто на переменах дымит за школой, ворует из магазинов и дерзит учителям. —Голос её был всё тем же ровным, почти заботливым.  —Это ты о ком сейчас и зачем мне эта информация? —Даша тоже остановилась и прищурилась, чувствуя, как её терпение начинает тонко трещать.  Полина чуть вскинула брови, будто не ожидала, что новая знакомая отреагирует так прямо. —О них, конечно. —Неторопливо произнесла она, скользнув взглядом по школьному двору, где недалеко маячили знакомые силуэты. —О Роме, Антоне, Игоре… Ты же видишь — они делают, что хотят. Им всё сходит с рук. Пару раз улыбнутся — и уже кажутся душой компании. Им не важно, к чему ведёт их веселье. Я не хочу, чтобы они испортили тебе жизнь. Будь осторожна, ладно? Даша кивнула и сухо ответила: —Спасибо, что предупредила. Я подумаю.  Солнце приятно ласкало кожу игристыми лучиками а легкий ветерок придавал бодрости. Детишки с веселыми криками наперегонки бежали к главным воротам в предвкушении свободной от уроков части дня.  Вдруг, прямо у ног одноклассниц, кто-то плюхнулся громко ойкнув.  —Малышка тебе не больно? —Помогая девочке встать спросила Даша.  —Пустяк. —Зеленоглазая одарила Мишанову лучезарной улыбкой. —Меня Оля зовут! А тебя? —Слегка озадачив кудрявую бодро спросила девочка.  —А меня Даша.  Полина чуть отступила в сторону и скрестила руки на груди, наблюдая за происходящим с каким-то напряжённым равнодушием. Но Даша, будто не замечая этого, уже присела на корточки перед Олей. —Ты бы аккуратнее была. —Мягко сказала она, стряхивая с ладошек девочки пыль. —Я старалась! —Оля смешно нахмурилась. —Просто ветер сильный и солнце в глаза. А ещё мне очень-очень хотелось побыстрее на улицу! —Вот оно что. —Усмехнулась Мишанова. —Ну, раз такая срочность — прощаю. —Ты добрая. —Доверительно сказала девочка, беря её за руку. —И красивая! Прям как лесная фея. Тебе бы венок из одуванчиков! —Оля! —Окликнул знакомый голос. К ним поспешно подбежал Антон, слегка запыхавшись. Следом за ним спокойно шагали Ромка с Бяшей. —Ты чего убежала? Мы тебя везде ищем.  —Тошенька, мне было очень грустно наблюдать за улицей через окно, вот я и вышла. Не злись пожалуйста. —Виновато пролепетала девочка.  Рома незаметно подкрался ближе.  —Нянькой подрабатываете? —Поворачивая голову на голос кудрявая и подумать не могла что Пятифан стоит так близко.  —Блять! —Это было через чур громко. Голубые глаза перепугано метнулись в сторону Оли а рука накрыла губы. —Ой, то есть… Блин. —Оплошность Мишановой вызвала смешок у шатена.  Антон прыснул в кулак, а Игорь усмехнулся так, будто подобные сцены случались не впервые. Оля захлопала ресницами, стараясь понять, над чем все смеются. —Ты чего шугаешься, будто я тебя укусить собрался? —Усмехнулся Рома, наслаждаясь пунцовым лицом одноклассницы.  —Ты бы хоть колокольчик на себя нацепил. —Фыркнула Даша, нервно поправляя волосы. —А то крадёшься, как домовой в тапочках. —О, теперь о домовых затирать будешь? —Парень чуть склонил голову набок, напоминая волка. —Давай, расскажи, как тебя в лесу леший водил, я послушаю. С интересом. —Ты же не собираешься ещё пару часов болтать с этим… —Полина на секунду бросила взгляд на Рому, как будто измеряя его своим острым взглядом.  Повернув голову на голос, Пятифан натянул фальшивую улыбочку.  —Полиночка. —Нежно протянул шатен. —Ну чего ты всегда так сурова ко мне?  Остальная компания ребят замерла, словно наблюдая за чем-то секретным, словно подглядывая за тем, как между Полиной и Ромой возникал этот неуловимый, но ощутимый момент напряжения. Полина не торопилась отвечать. Она посмотрела на него с выражением лица, которое можно было бы описать как смесь недовольства и легкой усталости. Затем её губы едва заметно изогнулись в саркастической улыбке. —Потому что ты всегда так предсказуем, Рома. —Её голос был холодным, без тени интереса, на который он и не надеялся. —Ты сам-то понимаешь, как тебя видят окружающие? Ладно, не важно, я ухожу.  Полина развернулась, не давая Роме времени на ответ, и шагнула к выходу школьного двора, не обращая внимания на одноклассников. Даша немного замешкалась, провожая взглядом уходящую подругу. Она ведь сама предложила вместе идти домой. Уже собираясь последовать за Морозовой, Даша вдруг почувствовала, как горячая рука сжала её запястье. Сердце на мгновение пропустило удар, а тело инстинктивно напряглось. Мишанова замерла.  —Пусть идет. —Шепот Ромы обжег щеку.  —Но… Но мы же договаривались. —Сказала она с лёгким сомнением, повернув голову в сторону Полины, которая, не оборачиваясь, шла всё дальше —Иногда проще оставить всё, как есть. —Ответил он с оттенком беспечности в голосе.  В этот момент Бяша, который до этого стоял немного в стороне, ошарашенно наблюдая за происходящим, не выдержал. —Ну нихера себе, на. Вот это шоу. Чё, Рома, опять влюбляешься? —Подколол он, как будто происходящее было не более чем забавной ситуацией. —Уж больно часто за этот день ты к новенькой прижимаешься.  Услышав эти слова, шатен резко обернулся, осознав, что на них всё это время смотрели не только Бяша, но и другие ребята неподалёку. Он мгновенно отпустил запястье Даши и шагнул назад, будто его поймали не на чём-то личном. На лице вновь появилась привычная усмешка — лёгкая, ироничная, как маска. Мишанова стояла неподвижно, будто ещё ощущая тепло его пальцев на своём запястье. Щёки пылали, и не только от смущения — в голове гудело, как после звонка, разбудившего посреди сна. —Ой-ой, романтика пошла. —Хмыкнул Антон, одёрнув капюшон и с видом бывалого знатока добавил: —Только учтите, если сейчас кто-то начнёт читать стихи, я сваливаю.  —Заткнитесь. —Буркнул Рома, бросив на друзей короткий, пронзительный взгляд.  —Вы как в кино, честное слово! —Восторженно выдохнула Оля, сияя глазами. —Аж сердце замерло! Даш, ты останешься? Ну пожалуйста.  —Останусь. —Чуть тише, чем хотелось бы, сказала она.

***

—Я тебе покажу, где раньше белку видела! Она как будто из сказки, честно! —Девочка со светлыми волосами тащила Дашу за руку по тропинке, едва не подпрыгивая от нетерпения. —Как увидишь её, загадай желание. —Серьёзно? Думаешь, белка может исполнить желание? —Удивленно спросила Даша, но всё равно шла за ней. —Ну, конечно! Когда я увидела белку, загадала новую куклу. И мне папа привез её из города! Позади шагали парни, переговариваясь вполголоса и периодически посмеиваясь. Рома держался чуть поодаль, будто намеренно давая ей пространство, но взгляд то и дело цеплялся за кудрявый затылок, будто проверяя — не исчезла ли она, не передумала ли. Тропинка вилась между стволами, и каждый шаг казался Даше не просто прогулкой, а прикосновением к чему-то древнему. Воздух был свежий, будто настоянный на сосновых иголках и первых лесных цветах. Птицы перекликались где-то наверху, и этот нескончаемый разговор звучал как музыка без слов. Даша огляделась. Её сердце билось как-то спокойнее, ровнее, будто лес заглушал тревоги, с которыми она пришла в этот посёлок. В этом зелёном просторе было что-то родное. Необъяснимо тёплое, как воспоминание, которое ты никогда не проживал, но точно знаешь, что оно твоё. Она глубоко вдохнула, позволяя весне наполнить её до краёв. —Красиво… —Прошептала Мишанова, почти себе под нос. И впервые за долгое время ей не хотелось никуда спешить. —Вот она! Вот же она! —Воскликнула Оля, пугая всех своей неожиданной реакцией и радостно подпрыгивая на месте. —Та самая! Я же говорила, как из сказки! Видела? У неё хвост — как метёлка из огня! Только глянь, как скачет! Прямо волшебство, честное слово! Белка, будто поддерживая её восторг, ловко перебежала с одной ветки на другую, мелькая рыжим пятном в просветах листвы. На мгновение она замерла и уставилась на Дашу. Затем, с лёгкостью и грацией, спрыгнула с ветки на более низкую, оказавшись на уровне глаз девушки. Кудрявая замерла, чуть подвинувшись вперёд, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее от удивления. Девушка медленно подняла руку и, слегка помедлив, погладила рыжую шерстку. Мягкая и теплая, она не сопротивлялась, лишь чуть вздрогнув, как будто наслаждаясь вниманием. Белка, сидя на ветке, оставалась неподвижной, позволяя девушке прикоснуться к себе, словно соглашаясь на этот немой, но искренний контакт. Вся сцена выглядела как живое чудо.  —Ну нихуя себе. —Где-то сзади послышался удивленный голос Бяши который спугнул рыжее существо.  Белка, мгновенно насторожившись, вздрогнула и стремительно прыгнула на более высокую ветку, исчезнув в зелени.  —Ты что, реально фея? —С восхищением воскликнула Оля, широко распахнув глаза.  —Ну-ну, только не увлекайся своими магическими фокусами. А то вдруг кто-то подумает, что ты и вправду лесная фея. —Подначил Рома, подмигивая. —Не переживай, я сохраню свои секреты. —Спокойно ответила она, давая понять, что не намерена играть по правилам шатена.  Антон стоял чуть в стороне, его взгляд был тяжёлым, почти задумчивым. Все смеялись, но его лицо оставалось серьёзным. Он знал, что за этим стояло. Для него это было не просто весёлой шуткой. Он видел, что новая знакомая не просто так здесь. Всё, что происходило, не было случайностью, и что её связь с лесом — это не просто забава. Почувствовав его взгляд, Даша чуть наклонила голову, встречая его глаза. В её взгляде мелькнуло какое-то понимание, будто она ощущала его настороженность, даже если не могла точно объяснить, почему. —Чё молчишь, Антон? —С удивлением спросил Рома, заметив серьёзное выражение лица друга.  Антон встряхнул головой и отмахнулся. —Ничего. —Ответил он, но его голос звучал гораздо более серьёзно, чем обычно. —Вспомнил о пропавших детях.  Все замолчали, и на мгновение воздух будто сгустился.  Пропавшие дети…  Она знала, что в посёлке ходят слухи, но старалась не придавать им значения. Говорили шёпотом — о тех, кто однажды ушёл в лес и не вернулся, про свет в чаще, о голосах, зовущих по имени. Но это же просто выдумки, да?  —Ты это серьёзно сейчас? —Тихо спросила она, не глядя на Антона, а куда-то в сторону, будто стараясь услышать в шорохе трав что-то, чего не слышат другие. —Это случилось в мою первую зиму здесь. —Медленно произнёс Антон, не отрывая взгляда от земли.  Никто не перебивал. Даже Рома не рискнул вставить колкость. —Сначала пропала девочка из начальных классов. Потом — мальчик. А ещё наш одноклассник. Они как будто испарились. Ни следов, ни криков ничего. Только один парень сказал, что видел, как кто-то стоял на краю леса. Но описать не смог. Сказал, будто сам образ стирается из головы. —Он замолчал на мгновение, а потом добавил уже почти шёпотом: —Иногда мне кажется, что лес смотрит. Не просто шевелится от ветра — а дышит. И ждёт. Даша почувствовала, как Оля чуть прижалась к её руке.  —Да ладно тебе, Петров. —Фыркнул Рома, скрестив руки на груди. —Опять ты эту муть гонишь. Какой лес? Это же просто маньяк был. Тьма, снег, деревенские байки — воображение у всех играет. —Он усмехнулся, бросив взгляд на остальных. —У нас что ни случай, так сразу ведьмы, лешие, проклятия. А может, просто взрослые просрали всё, как обычно? И теперь сказочки рассказывают, чтоб самим страшно не было. Антон только вздохнул, но спорить не стал. —Р…Рома. —Бяша стушевался, голос дрогнул. Его глаза метались по лесу, на который уже начали опускаться сумерки, превращая зелень в густые, тревожные тени. —Ромыч, на… Чёрный гараж… —Бурят запнулся словно вспомнив что-то ужасное.  —Блять. —Выругался Рома не стесняясь Оли.   —Я туда заглянул. Темно, воняет, всё как надо. Уже хотел обратно бежать, но там внутри что-то заскрёблось. Как будто когти по бетону. А потом — блеяние. Громкое, мерзкое. Прямо у самого уха, будто оно рядом. И тень — я видел, как что-то двигалось внутри. Высокое. С рогами… —Хватит! —Завизжала Оля, прижав ладони к ушам. —Перестань, пожалуйста! Мне страшно! Мишанова тут же опустилась на корточки рядом и обняла девочку, тихо шепча что-то утешительное. Её голос был мягким, почти колыбельным — звучал так, будто мог растопить любой страх. Рома смотрел и не мог отвести глаз. С ним она говорила иначе — быстрая, острая на язык, будто всё время держала дистанцию. А сейчас в её голосе звучало что-то такое, от чего внутри становилось тихо. Нечто тёплое, ласковое, чужое — но почему-то очень нужное. Он неожиданно почувствовал, что всё вокруг как будто на мгновение замедлилось. Что-то в её тоне заставило его захотеть больше — чтобы она говорила так, только с ним. Чтобы этот голос не исчезал, не менялся. Но Рома быстро отогнал эту мысль, удивлённый, что вообще мог её поймать.  —Мне кажется, нам пора домой. —Тихо сказала Мишанова, глядя на остальных. В её голосе не было ни сомнения, ни упрёка — только усталость и что-то невидимое, похожее на беспокойство.