Ренессанс

> почему я наблюдаю весь вечер за тобой?

Чуть поодаль, почти у самой глади уже потемневшей воды сидел Незборецкий вместе с Селиной, её растрепавшимися блондинистыми кудрями и полной растерянностью во взгляде лимонно-морских очей. Вместе они будто вписывались в полотно безумного художника, оставившего за собою наследие в лице двух незнакомо-близких друг другу людей-произведений. — Вот эта самая лучшая, — смеется парень, тыкая в экран её смартфона, — Скинь мне! Миклашевская показывала ему первые фото в своей галерее, а именно — пейзажи. Музыкант, конечно же, заприметил случайное фото лица девушки и решил пошутить, но малая не оценила. — Так, — хмурится, — Что уже произошло? — Ничего, — прикасается к мокрым ресницам, — Просто продолжаю радоваться твоему подарку. — Ты сумасшедшая девушка, — улыбается блондин, приобнимая подругу, — А плакать-то зачем? — Даже не знаю, — улыбается, посматривая на воду, — Во мне слишком многое сидит. — Начни хотя-бы с одного. — Я не заслуживаю такого отношения, — мотает головой, — Ты делаешь слишком много. — Вам не угодишь, — усмехается парень, — Поверь мне, я не делаю ничего, — убирает руку с плеч, — У тебя всё в жизни связано с заслугой? — Моё мнение субъективно, и мои взгляды не распространяются на всех людей этой планеты. — Это прекрасно, — улыбается, — Только мне бы понять некоторые твои неровные взгляды на жизнь. Она думает, что счастье тоже нужно заслужить, и считает, что оно заключено в двух вещах — дружбе и любви. — Наверное, я многое идеализирую, — находит какой-то камушек и крутит его в руках, — Всегда добиваюсь совершенства. Из-за этого тебе кажутся мои взгляды неровными, — смотрит ему в глаза, — Долго ищу подходящее, чопорно изучаю людей. И мне от этой «идеальности» самой не лучше. Будто мне дали камень в руки, и он тянет меня глубоко вниз. — Меня поражает, что ты даёшь людям советы, которыми сама не пользуешься, — касанием пальцев забирает твердый из рук, — Когда-то ты просила меня не идеализировать тебя. — Бывают осечки, — смеется, наблюдая, как молодой человек пускает «блинчики». — Раз уж ты так серьезно изучаешь людей, — подводит к более близкому разговору, — Как тебе моё внутреннее? Её мысли пристальны. Им не нужно быть гнетущими, им достаточно постоянно быть, только она перестает нагружать себя и скидывает этот вес ему. — Я понимаю, что не имею права тебе это говорить, — опускает глаза вниз, — И сантименты, мнимые надежды и разбитая влюбленность, возможно, задавят меня, — смотрит он на неё непонимающе, — Но, те чувства, о которых ты говорил мне ночью — они взаимны. Любовь к балансированию над пропастью всегда влекла её к тяжелым характерам. Солнце село окончательно. О, как горели его глаза после этих слов! Кирилл улыбается. Он был совсем близко, на расстоянии согнутой руки — девушка могла дотянуться до его ладони мизинцем. А теперь, когда долгое молчание повисло, его кофта на ней давно перестала пахнуть Незборецким. Селина так переживает за их отношения. Копается в себе безостановочно и ищет решения. У неё серьезное лицо, пустая голова и желание быть с ним. Бывает так тревожно, когда он не рядом. Ей дурно. Она бросается взглядом в пролетающих чаек. «Ты ему призналась? Призналась? Ну же! Где, чёрт тебя возьми, твои эмоции!». — Сейчас ты особенно красива, — прерывает тишину, — Я бы сидел так вечно. — Выполняешь план? — усмехается. — Совсем нет, — отводит взгляд, — Даже забыл про него. Кирилл так плотно думает об этом. И что бы не кричали мученики его эпохи, чувства всегда лучше пустоты. — Почему мнимые надежды? — Это же влюблённость, — ежится от его вновь обвивающей руки, — Никогда не знаешь, что будет дальше. — Нужно добиваться результата, — прижимает сильнее, — Разве не ради этого всё происходит? — Ты этого хочешь? — повернуться к нему лицом было ошибкой. Его глаза были слишком близко. Прикрывает свои. Дыхание сбилось. Камни и пыль сражаются — тело пульсирует и выдаёт сбой. Селина всё хорошо видит и без открытых глаз. Она не хочет их открывать. Не хочет сбрасывать с себя горячую руку и нырять в обратную неопределённость. Пусть этот поцелуй случится. Когда блондин только коснулся пальцами её лица, притягивая ближе, и только ощутил прикосновение мягких тканей её губ — сзади раздался возглас. — Селина, — Лиза стояла далеко, но крик ее был слышен четко, — Я хотела попрощаться с вами. Жар спал. Миклашевская встала, окинув невинным взглядом музыканта, и поплелась к девчонке. Как же Незборецкий проклинал себя за этот вечер и неважных людей! Из-за этого не вникнуть в мелочи, не насладиться ими, перефирийные отклики фона отвлекают на себя. — Почему уезжаешь? — хмурится директорша, ёжась от мурашей. — Думаю, мне лучше поспать дома, — как-то смущенно произносит. — Мы могли бы поспать с тобой в одной палатке, — улыбается девушке, слыша возмущенный возглас сзади. — Эй! — Спасибо, ребята, всё хорошо, — смеется Быстрецкая, — Просто хочу домой. — Я с Серегой спать не буду, — смешливо произносит блондин, присоединяясь к женскому полу, — Тебя заберут? — Я вызову такси. — Подожди, — вторая останавливает барменшу от набора кнопок на гаджете, — Я могу отвезти тебя. — На чём, интересно? — непонимающе смотрит молодой человек. — Заводи машину, — улыбчиво произносит блондинка, и, виляя задом, возвращается к столу. Из всей компании Миклашевская единственная не употребила алкоголь за весь вечер. Незборецкий настойчиво жужжал под ухом, что уж лучше он сам сядет за руль, чем малая, но сомнения развеялись из-за разговоров о рейде патрульных на дороге. Когда Быстрецкая попрощалась со всеми, повторно поблагодарив за прекрасный вечер, то комик тут же быстрее всех приземлился на заднее сидение автомобиля — решился проводить девчонку. Пока музыкант усаживался рядом с водительским и ворчал на друга за капли пролитого алкоголя, который он взял с собой «на дорожку», Селина тем временем пожалела о своей уверенности. Кто её только за язык тянул? Девчонка в своей машине оборотов-то не чувствует, что уж говорить об этом внедорожнике? Долго она мялась, пытаясь оттянуть момент движения, а Незборецкий хитро и со скрытой улыбкой подсматривал за её действиями. Всё ей было не так! И тонировка стекол слишком тёмная — видимость была ограничена из-за её привыкшей прозрачности внутри восьмой; и чересчур высоко — безмятежно двигала сидение туда-сюда, поднимая и опуская спинку. — Я извиняюсь, — подаёт голос комик, отвлекаясь от разговора со знакомой, — Мы кого-то еще ждём? — Ждём, — смеется друг, — Пока Селина сообразит, как включить фары. — Я всё знаю! — щёлкает рычажок, — Не торопи меня! Не хочет спрашивать белого ни о чем. Искренне надеется его удивить. Только вот глаза, бегло вспоминающие, как начать движение на автомате, её выдавали. — Так, все, — ставит свой стакан на панель, — Выходи, я сяду. Резким движением малая до отказа выжимает тормоз, переводит коробку в нужный режим, опускает ручник и грубо выдвигается вперёд, быстро отпуская педаль. Чёрный заревел и блондинка поняла, что сделала что-то не так не только по звуку, но и по глазам парня, сидящего рядом. — Кажется, там кто-то наелся песка, — Лиза посматривает назад, замечая Ковалёву, что грозно кричала вслед неслышные слова и отряхивалась от пыли. — Хоть один плюс, — Кирилл касается рук девушки, выруливая так, чтобы не попасть в ямы, — Еще раз кинешь тормоз... Хотелось бы ему сказать что-то, по типу: «поедешь в багажнике»; но внутреннее не дало, поскольку блуждающий взгляд её заставил замолчать. Когда, наконец, тонированный выехал на трассу и внутреннее блондина успокоилось — комик попросил «навалить» музыки и раскрепощенно подпевал иностранной музыке вместе с барменшей. По большей степени, Лиза, конечно, боялась Незборецкого — что-то было в нём, такое… отталкивающее. Еще и принесенные неудобства! Зато весело и нескучно. Этот день ей запомнится надолго. Сейчас бы ехала в чужой машине с неизвестным поляком и грустно выслушивала таксисткие жалобы по поводу повышения цен на бензин. — Что такое ремень безопасности? — саркастично спрашивает музыкант, поглядывая на непристёгнутую. — Тонировка разве не для таких случаев? — усмешенно отвечает, — Я еле вижу что-то внутри, что уж говорить о наруже? — А мне нравится, — перекрикивает музыку Лиза, — Никто не высматривает, чем ты занимаешься в машине. За произнесенную фразу Незборецкий отбил пять даме сзади и продолжил следить за дорогой. Остановившись на светофоре, блондинка открыла окно и установила режим «N» на коробке передач. Повернув голову влево, малая заметила полноватого мужчину лет сорока, что на протяжении всей стоянки подмигивал ей и махал. Автомобиль его выглядел ново, а владелец — грязно и нелепо. — Ты слышишь, что я тебе говорю? — обращается к ней Ти, — Не трогай передачу. — Почему? — непонимающе смотрит. — Когда будешь трогаться — начинай всё заново. — Шо там за бабуин с нервным тиком? — отвлекает двоих комик и все посматривают в сторону рядом стоящей машины. Парни, опустив пару шуток и играюче помахав в ответ недоромантику, заметили, как девушка жадно высматривает секунды на светофоре и стучит ноготками по рулю. — Сыграть хочешь? — ухмыльнувшись, спрашивает белый. — Можно? На её вопрос он лишь посмеялся, вернувшись к распитию алкогольного. Миклашевская пять минут мешкалась, чтобы начать движение на пляже, потому о гонке и говорить было нечего. Хочет показать, что не глупая и может многое. Прижала ладони, но не спешит. Вдох-выдох, три секунды, вдох. Чуть скользнула вперёд по поверхности асфальта. Желтый свет загорается и малая, втираясь шинами в дорогу, въезжает первая на перекресток и нещадно отдаляется от незнакомца, круто поворачивая во двор через пятьсот метров. Елизавета вжалась в сидение, хватаясь за ручку двери, пока Детков, практически, «гулял» по салону, пытаясь удержать бутылку в руках. Остановившись у нужного дома, она дёрнула ручник и улыбчиво смотрела на удивленного блондина. Внутри него боролось добро и зло. Хотелось выразить и довольство содеянным, и поругать за неправные действия. — Можно я просто молча выйду? — артистично говорит Детков, открывая дверь, — Лиза, выходи быстрее, они сумасшедшие, — смеется, — Я не знаю. Быстрецкая мило попрощалась с ребятами и вышла вслед за комиком, оставаясь расставаться на пешеходной дорожке с ним же. — Ты злишься или радуешься? — стыдливо спрашивает длинноволосая. — Теперь мне понятно, почему твоя машина вечно ломается, — скользит ладонями по лицу. — На своей машине я так не делаю, — смеется девица. — И слава Богу, — улыбается музыкант, — Так, на чём мы там остановились на берегу? Блондин подвигается ближе, выпаливая всё еще разговаривающего Деткова с Быстрецкой, но Миклашевская отворачивается. — Попытка была одна, — усмехается. — Не ври, — наигранно хмурится, — Их было уже сотни. — Когда это? — Вспомни, — вздыхает молодой человек, — Можно начать с первой ночевки в твоём доме. — Возможно, — повторяет, — Возможно. — Попытки кончились? — разводит руками. — Ты на меня накричал. — Я на тебя не кричал, — щурится, понимая, что девушка начинает играть, — Просто сказал по поводу тормозов. И вообще, так гонять… — Ты не просто сказал, — перебивает, — Ты даже не договорил! — Это уже твоё мнение, — пародирует слова, — Ладно, не заставлять же мне. — Как хочешь. — Что? Малая тихо смеется и убирает ручник, когда в салон возвращается комик. — Иногда, я не понимаю девчонок, — бубнит Детков. — Ты не представляешь, как я с тобой согласен, — смешливо произносит парень. — Что такое, Сереж, — мило улыбается блондинистая, выезжая со двора, — Понравилась? — Просто хорошая девчонка, — жмёт плечами, — Хотелось бы побольше пообщаться. — Номер хоть попросил? — лениво оборачивается друг. — Бляха-муха! — прикасается к своим волосам, — Забылся. А шо ты сразу не сказал-то? — Я со своими-то отношениями разобраться не могу, — фокусно посматривает в сторону серьезной подруги, — Селина даст номер. — Селина не даст, — темнит она, чем вызывает тихий смешок, — Точнее, нужно сначала спросить разрешение. Парни замолчали, но по их лицам было видно — хотелось засмеяться. — Ой, все, — цокает, прибавляя музыку, — Едьте молча. Вернувшись обратно к компании, девушка поняла, что утомилась. Время шло ближе к двенадцати и той больше хотелось спать, чем чувствовать продолжение банкета. Костёр был давно разожжён, но вокруг него никто не собирался и не сидел с наполненным спокойствием лицом — Максим со своей девушкой ушёл в машину, а остальные продолжили песни-пляски под групповое распитие алкоголя. Ковалева всё тянула спиртное в руки Миклашевской и наговаривала на излишнюю «порядочность» девушки, а та всё твердила, что, впринципе, уже не видит смысла в выпивке. Глаза брюнетки были полузакрыты, с отенком красноты вокруг зрачка. Заметить это можно было только тем, кто знал и чувствовал, что это такое и с чем это есть. Желание сходить в туалет одолело малую после пяти стаканов цитрусового сока и пары глотков вина, которые были в ней лишь для дегустации. Две брюнетки засели в одной из палаток, сказав, что вернутся через некоторое время, но их не было видно рядом уже около часа. Ковалева же усердно ругалась с Некрасовым в сторонке, разводя руками и тыча пальцем в грудь. Она бы могла попросить Деткова сходить с ней вместе, но он пригрустил где-то у костра вместе с бутылкой пива, да и звать его с собой было как-то неудобно. — Кирилл, — отвлекает она его от разлития апероля, — Можешь сходить со мной кое-куда? Выражение лица его надо было видеть! Тот аж пролил спиртное мимо, пытаясь рассмотреть в её глазах красноречивый намёк. Селине же было неловко просить его об этом. — Куда же? — играюче спрашивает, передавая стакан одному из друзей. — Ну, — мнется, — В лес. — Заманчивое предложение, — хмыкает. — Я сейчас пойду одна, — хмурится, поскольку тот заставляет ждать. — Пошли-пошли. Когда двое отошли уже на приличное расстояние, Ковалева решила узнать у Марка, что качался под бит, куда же подевалась пара и что послужило причиной. Тот кинул, что понятия не имеет, и выплюнул шутку про ревность, на что брюнетка лишь раздраженно фыркнула и вернулась к ругани с Андреем. Брели они достаточно долго и молча. Блондин вообще не понимал — зачем они так далеко отправились? А подруга всё шла дальше, выбирая нужное место. Как же стыдно и неудобно делать это на природе в непредназначенном месте. Еще и голубоглазого с собой потащила! Полная глубь леса начиналась поодаль — в начале лишь небольшие деревья, за которыми особо не спрячешься. — Можно вопрос? — затейно говорит парень и останавливается. — Слушаю. — Куда мы идем и зачем? Тот подумал, что малая хочет вывести его на разговор и вернуться к тому, на чём они остановились на берегу. О большем думать он не мог — совсем не та натура. — Неправильный вопрос. — Надеюсь, не грибы собирать? — Не самое лучшее место для грибов, — продолжает идти, сложив руки на груди. — Я могу узнать ответ? — смеется, — Вдруг, ты меня хочешь изнасиловать и убить, а я иду за тобой. Девушка внезапно сворачивает прямо в темноту леса, после чего парень снова останавливается, держа руки в карманах. — Наверное, это будет лучшая смерть, — всё же бредет за ней. — Размечтался, — ухмыляется и под хруст веток заходит за деревья, — Я просто хочу в туалет. — Серьезно? — удивлённо смотрит на силуэт, стараясь всмотреться в лицо. — Можешь дальше не идти за мной. Следи, чтобы никого не было, — жмется за каким-то кустом, — И отвернись! Молодой человек завыл и, шумно вздохнув, всё же отвернулся, смешливо облакотившись рукой о дерево и приняв позу охранника. Как же его облопошили! Да и кто здесь может быть — темнота, позднее время, лес. — Почему нельзя было сделать этого за машинами? Ответа не последовало. Блондин вдумчиво и молча смотрел в сторону берега, стараясь не мешать процессу. Из всего освещения — только луна, отражающаяся в воде. Кирилл еле видел дорогу назад, поэтому и распознал, что ушли они слишком далеко. — А какой это уже уровень отношений, если я сторожу тебя, пока ты писаешь? — смеется. — Высокий, — ветки зашуршали, — Это даже… Фраза оборвалась и послышался женский крик, который дополнился толчком в спину Незборецкого, после чего тот обернулся и почувствовал, как сильный хват его пальцев тянул в сторону обратной дороги. Блондинка даже запнулась о вросшую в землю ветку, но обвившее кольцо рук вернуло ей равновесие. На секунду, тот даже сам испугался. — По мне что-то ползало! — Это ветки, — цокает, — Тебе... На остатке фразы показался тяжелый треск дерева — оглушился он будто-бы где-то рядом. — Это ты шуршишь? — спрашивает Ти. — Хватит пугать, — нервно говорит девушка. По каким-то причинам, она продолжала держать его за руку, — Ты специально это сделал. — Я стою на месте, — посмеиваясь, отрешенно смотрит по сторонам. Пара чётко услышала еще один треск, но уже ближе. Ничего видно не было, как бы те не фокусировали зрение. Внезапно, из-за деревьев выбежала чёрная собака и, ступая массивными своими лапами, выдвинулась в сторону берега. — Боже мой, — хватается за сердце девушка, — У меня аж в груди заболело. — Я сам чуть не умер, — смешливо соглашается парень. — Маленький Кирюша испугался? — пародируя детский голос, лепечет она, отрываясь от его руки. — Кто бы говорил, — щурится, — Сама меня не отпускала. — Видел бы ты своё лицо, — смеется. — А ты разве видишь в темноте? — Нет, но я представила, — мотает головой. — Эй, имей совесть! — разводит руками, — Я тебя охранял. — Охранник испугался собачки. — В следующий раз пойдешь одна, — подлавливает её игру. — Нет! — Да. — Тогда я всем расскажу об этом случае. — Только попробуй! — Уже бегу! Её силуэт размыто отдалялся от него, но парень понимал, что все равно догонит Миклашевскую, несмотря на принятую дозу алкоголя. Мчась под несерьезные угрозы сзади и еле-слышный топот, девушка обернулась, когда звук сзади перестал доносится. Парень стоял и отряхивался от песка, перестав поддерживать смех блондинки и смирившись с проигрышем. Она приблизилась к нему, когда заподозрила что-то не ладное — видно было плохо, но блондин отчетливо рассматривал свою руку и растекся в просьбе включить фонарь на телефоне. Директорша рассмеялась, спустив всё на то, что белый специально остановился, чтобы та признала свой проигрыш, ведь телефона с собой у нее не оказалось. На самом деле, так и было. Кирилл придумал чёткий план, но небольшое ранение он все же получил — толстая и длинная коряга, незаметно торчавшая из-под земли, оставила глубокую царапину внутри ладони и пару кусочков древесины. — Сильно больно? — осматривает его руку, пытаясь поймать освещение хотя-бы от луны. — Не сильно, — старается сдуть песок, что впивался в трещины, — Теперь я могу сказать, что ты меня била, — отшучивается, но девушка не оценивает юмор. — Прости, пожалуйста, — виновато шепчет, нежно проводя по ладони пальцами, — Глупая была идея. Совсем не удивлен её поведению. Птичка в клетке. Порывисто тянет её свободной рукой за талию и впивается в губы блондинки, которые он так желал уже очень давно. Музыкант знал, что это случится именно сегодня. Был серьёзен. Знал, что сегодня они опробуют новые химические реакции. Долгий, нежный и глубокий поцелуй отдавался дрожью в её пальцах, что прикоснулись к его лицу, от чего ледники Незборецкого таяли. Взаимопонимание. Интимность момента. Учащенное сердцебиение. Её смех словно звон радиации, раз услышишь и уже знаешь — заражён и неизлечимо. Ковалева, замечая счастливые лица возвращающейся пары, недовольно хмыкнула и «чокнулась» стаканчиками с Детковым, восставшим от своей мини-депрессии. Ха, она думает, что между ними искры бьются на раз-два. Что это погубит их и они затухнут. Но между ними провода, лопающиеся от напряжения и голода в глазах. Блондинка шла впереди, иногда оборачиваясь на парня, что строил смешливо-угрюмое лицо в связи с той же отдаленностью в расстоянии девушки. — Вы шо? — удивленно смотрит комик, — Я думал вы спать ушли еще сорок минут назад! — Просто кто-то очень принципиальный, — улыбается Незборецкий, посматривая в сторону Селины, что ушла за аптечкой в машину. — А с рукой-то, что? Кто-то из присутствующих пошутил про травмоопасность секса на природе, бросив на смех компанию, и лишь одна Ковалева продолжала стоять с невзрачным лицом. Подозвав Незборецкого к машине, блондинка хотела было уже начать разматывать медицинский бинт, но парень, похмурившись, отказался от помощи. — Тебе самой не смешно? — улыбается и указывает парень на незначительность раны. Когда девушка посмотрела на него суровым и немного жутким взглядом, то Ти сразу же надел маску серьёзности и протянул руку. После проделанной «экзекуции», Миклашевская незаметно нырнула в палатку. Навязчивые мысли нитью тянулись через воспоминания о сегодняшнем дне. Впервые в жизни она наблюдает, как её сад воскрешается день за днём. Кажется, с ним всё срастается. Улыбка натягивается на её лице. Селина знает, что может упасть. Но сейчас её сознание вновь смотрит свысока. Всё снова незначительно. Чувства каплями утонули в организме и оставили после себя спокойные усмешки. Кажется, что всё впереди. Что их столько ждёт, и они обязаны справиться. Никакой тревоги. Спустя некоторое время, когда блондинка уже видела десятый сон и музыка давно перестала играть, рядом приземлилось уставшее тело блондина и накрыло одеялом трясущуюся от холода девушку.