Ренессанс

> моя паника в груди говорит: «Я утопаю».

Незборецкого передёрнуло. Поняв, что девушка совсем не издевается, а говорит на полном серьезе, челюсть его непроизвольно сжалась. — Ты злишься? — у малой же чёткое ощущение, что ей сейчас лучше ничего не говорить, — Имеешь право, — жмет плечами. — Скажи мне, какого хуя это всё? — палит прямо на незнакомца, говорит на спокойном, — У меня столько вопросов в голове. — И не одного ответа, — дополняет, — Понимаю, — пауза, — Ты можешь сейчас сделать так, как мне нужно? — Объясни мне причину и я попробую, — вздыхает. Пока девушка разжевывала происходящее блондину, парень, что всё время наблюдал за ними, выкурил, казалось, уже пять сигарет. Объяснение заняло всего две минуты, но как же быстро менялись эмоции на лице музыканта за это короткое время! Проблема Миклашевской заключалась в бартере с тем мужчиной — он являлся представителем серьёзной кампании. Работал Владислав со многими иностранными реперами, видел большое количество дерьма и знает — что и как сделать будет правильнее. Двадцатипятилетний заметно ухаживал за Селиной, на что она совсем не отвечала, потому лишь хотела проверить этого «всезнайку» сегодняшним вечером. В эту пятницу они обещнулись обговорить данную тему, и если бы он согласился бартернуться, то после этого блондинка быстренько бы «ливнула» даже с простого общения. Несомненно, Незборецкий услышал всё по-другому. Ему казалось, что девушке придется переспать за долю с этим лакированным гусём, потому он возмущённо матерился и пребывал в «ауте» с мыслей директорши. Либо просто притворялся глупым, поскольку ему данные действия были слишком неприятны. — Что с тобой происходит, ебаный в рот? — тихо говорит артист, совсем не подавая вида для наблюдателя, — Смелости набралась? — ему так хотелось накричать на девушку, — Объясню простым языком, для блондинок. Ты знаешь, что такие дяди делают с такими, как ты? — Я не глупая! — шипит, — Маленькая проверка и всё. — Я тебя спросил, — сжимает её кисть, — Ты знаешь, что они могут сделать? — Что, блять, он может сделать? — нравоучения стали бесить, — Лучше ты расскажи, что ты делал с такой, как я. — Интересно, — хмыкает, — Что же? — На примере Арианы, — отворачивается и, наконец, глушит машину. — Ты сравниваешь себя с ней? — усмешка, — Я тебе могу купить эту долю. — А что, она уже для тебя не человек? — жестикулирует, — Прежде чем смотреть на других, взгляни на себя, — язвительная улыбка, — Один вечер, Кирилл. Я много не прошу. Всё! Выходит из машины, хлопая дверью и поправляя задравшуюся юбку. Наконец-то мужчина дождался девушку, только всё смотрел на недоумевающее лицо на переднем сидении, что продолжало переваривать информацию. Серьёзно задумался о диалоге. Твою мать! Что эта малая вытворяет? Ощущение, что этой девчонке тщательно промыли мозги. Совсем недавно она своими силами добивалась высокопоставленных целей, а теперь думает, что если покрутит задом перед каким-то бедолагой, то всё сойдёт ей с рук. Нет уж, не в его смену. Кириллу казалось всё бредом или чётко выстроенным цирком, только блондинка его не переиграет. — Добрый вечер, — здоровается за руку с мужчиной, прерывая диалог двоих. — О-у, ТиФэст? Наслышан, — улыбается Владислав, заставляя нервничать директоршу, — Простите, имени не знаю. Блять, мужик, ты серьёзно? Эта протяжная буква «Э» натянула ниточки в груди блондина. — Вам необязательно, — хмурый взгляд девушки и Незборецкий самодовольно улыбается, — Я всего лишь партнёр по бизнесу, — Владислав вскинул брови. — Не знал, — тянет уголки губ вниз. — Я рада, что вы познакомились, — ёжится, скрывая злость, — Может быть, пройдём внутрь? — Да, конечно! Малая сверкнула глазами и двое удалились из его поля зрения. Видя, как парень-бедолага нежно поклал свою кисть ей на спину, блондин напрягся ещё больше и призадумался. Казалось, что его честь и достоинство словно унижены. И нужно ему играть в эти игры? Демоны бесоёбили в его голове ещё больше, когда он видел эту «мило» общающуюся пару на втором этаже. Даже не знает, как было бы лучше — если бы они были в кабинете без лишних глаз, или вот так, на публике. Каждый раз, когда этот гусь касался её плеча, рук, спины — Незборецкий просто заливался глотками недавно купленного алкоголя, огрызаясь на вопросы друзей и шутки про куколда. По сути, ничего такого не происходит, но эта невъебических размеров ревность и злость окутала его с ног до головы. Вышел один покурить и подумать над всем происходящим. Столько времени его голова была забита музыкой, что, казалось, он совсем спустил с рук свою возлюбленную. И, возможно, так даже будет правильнее, чтобы проучить его и его безысходность. — Ау! — щёлкает перед его лицом расфуфыренная администраторша. — Е-ебать, — отвлекается от «поедания» дыма, — Что с твоим фейсом? — О, нет, мальчишка снова пришёл оскорблять меня, — язвит, хлопая своими глазками, что чересчур были выделены чёрными стрелками, — Я говорю, что тут есть пепельница. — Спасибо за информацию. Шатенка заметила, что Незборецкий выглядел подавленно. Вероятно, что-то сильно гложило его, от чего он совсем не хотел играть в её игру холодно-горячо. — Всё нормально? — Всё нормально. — О, ясно, — хмыкает, — Ты до сих пор обижен за тот день? — кладет руки на груди, — Прости, но ты меня тогда очень задел. — Нет, Виолетта, я не обижен, — обжигается фильтром. — Какой-то ты не такой, — щурится, — Эй! Расскажи мне что-нибудь, ну же! В курилке появились подвыпившие друзья, от смеха которых хотелось спрятаться куда подальше. Быстрецкая, увидев трущуюся шатенку около блондина, изменилась в лице. На удивление, сзади показалась и сама Селина вместе с Владиславом, но та явилась в помещение совсем не для присоединения к компании. Сквозь громкую музыку что-то рассказывала мужчине, жестикулируя и указывая на стены. Представитель лишь кивал и улыбался девушке, замечая, как та горит очередной идеей. В парне подутихла буря, когда тот заметил, что между этими двумя лишь деловые отношения. Но он расстроен. Расстроен, что она не ему рассказывает свои желания об изменениях. Расстроен, что не ему Миклашевская так улыбается. Расстроен их последним разговором. Пока Кирилл все засматривался на внешний вид блондинки, то позже почувствовал, как из его пальцев вынимают бокал чьи-то горячие руки. Это была администраторша. К её сожалению, она привлекла внимание только лишь компании его друзей, но не его самого. — Селька, — свистит Некрасов директорше, что оборачивается на зов, — Кончай работать, пошли отдыхать! Жестом попросила подождать и нервно заканчивала диалог с Владиславом, что косился на её подвыпивших посетителей. Мужчина всё же согласился на сотрудничество и даже приобнял девушку в знак благодарности, от чего у Незборецкого свело скулы. Двое удалились. Вслед за ними в зал вышла вся компания, разбежавшись кто-куда. Блондин продолжал четко следить за её действиями уже с новым бокалом в руках — девчонка зачем-то поплелась на кухню. — Ты же её не любишь, — рядом всё жужжала шатенка, — Или она тебя. Я пока ещё не поняла. Музыкант вновь молчит, ничего не отвечая на эту колкость. Да и колкостью это не назовешь — казалось, что в чём-то Лейла права. — А тебя когда-нибудь любили? — подаёт он голос, разворачиваясь к ней всем корпусом. — Что? — Любовь, — плечи его расслабились, — Ты знаешь, что это? — Не тебе это спрашивать, — фыркает. — Людей меняем мы сами, — говорит, но будто сам себе, — Есть в этом доля нашей вины. И иногда, я хочу вернуть всё назад. — Бытовуха сжирает всех. — Её даже не было, — хмыкает, — Я её не ощутил. Мы вечно в каком-то движении и совсем нет сил на обычное пребывание дома вместе. — Поплыл мальчик, — усмехается администраторша. — Тебе неинтересно, а мне только сейчас глотку рвать начало, — отпивает алкогольное и морщится. Девчонка пролепетала что-то ещё, но мысли Незборецкого и вправду поплыли. Точнее сказать, даже всплыли, поднявшись со дна. Этот давний трепет, который он испытывал рядом с ней, когда пара встретилась на дне рождении друга. Как она смешливо обращалась к нему на «Вы»; как стеснительно материлась при нём, а после извинялась. Помнит момент, когда он точно понял, что девчонка знает своё дело и свою работу — пришёл тогда впервые к ней в офис. Вспоминает тот вечер, в который блондинка с температурой оказалась у него дома и готовила ему этот чёртов «жареный хлеб». Миклашевская, наконец, вынырнула из помещения и сверкнула в направлении к выходу с тарелкой в руках. Она выдвинулась к парковке, наблюдая, как чёрный Mercedes внимательно следил за её действиями. Владислав был обижен на её отказ поужинать с ним в другом месте, потому ему ничего не оставалось, как собраться и уехать отсюда. В любом случае, на бартер он уже согласился. Эта блондинка казалась ему ветренной — единственное слово, которое он смог подобрать к её нутру, в остальном же — цензура. Сам парень был не «высокого» мышления. Молодому человеку хотелось увидеть в ней девушку, а не женственное подобие машины по изобретению идей о своём бизнесе. Сама Миклашевская же совсем уже не горела никакими намерениями к клубу. Этот «амбициозный» представитель, казалось, был единственным её спасением. И то, оказал он помощь лишь из личных побуждений. А, значит, и этот план провалится, ведь ничего подписано не было. Наверняка брюнет к завтрашнему дню даже не возьмёт трубку. История повторяется. Толстый, рыжий кот показательно причмокивал при поедании куриной грудки прямо у ног директорши. Слава богу, что на улице, кроме припаркованных машин, никого не оказалось — все курили в отведенном помещении. И снова малая делиться своими переживаниями с животными. — Вот такие дела, мистер, — вздыхает она, присаживаясь на корточки, — Это место стало мне таким чужим, что, мне кажется, было бы лучше остаться в роли организатора, — рыжий шугался, когда девчонка гремела ключами в руках, — Наверное, Кирилл был прав. Я совсем не умею работать с людьми, понимаешь? У меня даже в отношениях не пойми что! — хмыкает, — Я стала обижать людей. Близких людей. Старалась превзойти саму себя, гналась за улучшениями своего заведения, а теперь мне абсолютно ничего не нравится. Мне больше ничего не нужно, потому что я не горю этим делом, — поглаживает животное по голове, — И самое глупое, что я не помню, каким я себе его представляла. Девушку окатила вселенская грусть. Казалось бы — у неё все есть! Что ещё нужно? Но это «всё» не стоит ничего. Каждый раз чего-то не хватало. Блондинка часто думала, что она делает недостаточно. А потом и вовсе согласилась со словами своей мамы. Как можно было променять такую работу на вечную возню с бумагами? Но почему же, в самом начале длинноволосая очень горела своими размышлениями о будущем бизнесе! Совсем недавно Александр сказал ей, что, главное — хорошая прибыль. Она больше не выжимает себя на все сто, потому ей становится не по себе. — Нужно тебе дать имя, — задумывается, — И отвезти в хороший приют, я не хочу ещё раз потерять такого верного друга. Ты же пародистый, верно? — улыбается, — Больше смахиваешь на Гарфилда. — Скорее Рыжик, — раздается голос сзади, после чего шерстяной сбегает. — Какая у вас прекрасная фантазия, Кирилл Игоревич! — встает с корточек и разворачивается к собеседнику, — Ещё варианты? — Снова на «Вы»? — белоснежная улыбка виднеется в темноте вместе с угольком сигареты, — Барсик. — Ужас, — усмехается и складывает руки на груди, — А собаку ты бы Шариком назвал, верно? — Тоже неплохо, — жмёт плечами, — Ещё в моём приоритете Рекс, — пара смеется, но, когда наступает момент тишины, парень все же начинает этот разговор, — Домой собираешься возвращаться? — Конечно. Как раз через полчаса собиралась. — Не в квартиру, Селина, — взгляд холодеет. — К тебе? — То есть, уже не к нам? — вскидывает брови. — Я не могу залезть к тебе в голову, — жестикулирует руками, — Гуляю в этой неизвестности. — Вау, — хмыкает, — Можно подробнее? — Ты потерял интерес, признайся, — горло её сдавило адской болью, — Остыл из-за окружающего мира. Вспоминает, как завороженно смотрел на эти изумрудные глаза в свету солнца и, определенно, они никогда не смешивались с другими — Кирилл помнит это на зубок. — Интерпретируешь свои мысли в мои? — выкидывает бычок в урну, выдыхая едкий дым. — Совсем нет, — расслабляет плечи, — Такое случается. — Мы можем поговорить об этом дома? — подходит ближе, — Но я пойму, если ты откажешь. — Можем, — слегка улыбается. — В таком случае, я не буду спрашивать, — притягивает женское тело к себе и нежно целует, улавливая, как чужой Mercedes с рёвом покидает парковку. Ощутил этот вишневый блеск для губ на своих, а также упирающиеся в его грудь холодные женские пальцы. Поцелуй длился недолго, но Незборецкий был особенно доволен, что это произошло. Долгие скучания совсем извели его. Казалось, будто двое проходят этот этап заново. Будто придётся заново завоевать. Однако, если бы девушка отказалась от разговора, то всё сразу бы стало ясно. И слова администраторши стали бы явью. — Даже не назовешь меня идиотом? — нежно кладет свою кисть ей на талию, ведя ко входу, — Кажется, твой пернатый друг всё видел и сбежал, — намекает на Влада. — Назову, — давит улыбку и вздыхает, — Но не по этому поводу. С этим человеком было уже все ясно. Пара вернулась во внутрь, чтобы объявить об уезде, но компания потерялась из виду. Незборецкий всё ходил следом за девушкой, что искала друзей, засматриваясь на её короткую юбку. Кирилл пометил в своей голове, что, чуть позже, об этом также поговорит с блондинкой. По неясной причине директорша решила заглянуть в приоткрытую вип-комнату, где и оказалась вся шайка-лейка. Некрасов уже практически лежал на своей даме, пока та гладила его волосы и раскуривала остывший кальян. В помещении замечены и новые лица, которые оказались давними знакомыми ребят, но Миклашевская совсем их не знала. Естественно, в самой середине вальяжно развалилась администраторша и что-то бурно доказывала Быстрецкой, после чего та, посмотрев на вошедшую подругу и крикнув протяжное «о», вырвалась из рук Деткова. Барменша, запнувшись об чужую сумку, подбежала к блондинке и впилась в её вишнёвые губы, обхватив чужое лицо своими ладонями. Селина с ошарашенными глазами продолжала стоять, лишь раскинув руки и ощутив привкус алкоголя. — Какого? — наконец, Незборецкий отходит от «шокового» состояния и разнимает двух девушек, — Даже я себе столько не позволяю! — усмешенно произносит. Испанский стыд охватил блондинку. Всё-таки, в компании чужие ей люди, а тут Быстрецкая решила исполнить. Стало понятно — барменша напилась.