Манифестация

В «У Балу» снова пустынно. За барной стойкой чистит стаканы Рокуро, а Юми оккупировала свой обычный столик. С отъездом семьи она старалась чаще выбираться из агентства на воздух (несмотря на это она все еще сидит в помещении, а не на веранде, выходящей во двор). На этот раз Тодороки ждала не подростков из своей компании, а подпольных героев. Как она выясняла ранее в агентстве Старателя были как герои в центре внимания, так и подпольные. Последние часто ошивались в кофейне, по своим делам, отдыхая, или же просто наблюдая за дочкой начальника. Так как ночью она предпочитала сидеть у себя в комнате, разбирая бумаги, Юми пропускала приход и уход этих скрытных ребят, но Марк из аналитического отдела рассказал ей о парочке. В любом случае, сейчас она ждала не кого-то из подпольщиков агентства, а Сотриголову и Мисс Шутку. Мистер Храбрец был на патруле, а эти двое относительно свободны в этот вечер. Кто-то должен был выслушать ее претензии относительно той пародии на фильм ужаса, спонсором которой послужил Недзу. Колокольчик зазвенел, а в зале зазвучала очень плохая шутка-подкат. Юми закатила глаза. — Мелочь. — Привет, милая! Сотриголова буквально рухнул на стул, тут же прикрывая глаза. Мисс Шутка задорно улыбнулась, подсаживаясь к ним. — Какого черта к нам в агентство приперся Недзу? — С места в карьер? — герой вздохнул, как-будто держал чертово небо на плечах. — Крысиный бог знает все, и нет, я понятия не имею на счет его прихода. — О, кажись я знаю! — женщина чуть придвинулась. — Это же вы, ребятки, хотите свергнуть Комиссию героев?! Как. Много. Энтузиазма. Юми уже устала, и как никогда понимала собрата по черному одеянию. И только потом осознала, что она сказала. Пока Юми грузилась, Рокуро по-кошачьи тихо передвинулся к дверям, закрыв их на ключ. На шум поворота замка Сотриголова вскочил, включая свою причуду, и активируя оружие захвата. Юми сидела спокойно, только потому что знала, что Рокуро свой и вреда лично ей не причинит. Ну, а еще потому он действовал по протоколу, которых прописывала она сама. Мисс Шутка с удовольствием поедала мороженное. — Что ты имеешь ввиду? — якобы спокойный глоток кофе, пока Юми пытается проанализировать ситуацию. — Всего лишь шутку! — героиня подмигнула, но наткнулась на напряженные взгляды наконец севшего коллеги и девчонки, с которой Старатель вынудил их работать. — Какая мрачная у меня сегодня публика, — она притворно нахмурилась, тут же начав говорить серьезно: — Я из другой префектуры. Если бы не мое знакомство со Стеркой, и не просьба директора Недзу, я бы и не вмешивалась, но… — она хитро улыбнулась, а герой почувствовал подставу, активировав причуду. — Все что угодно, ради моего жениха! За барной стойкой что-то упало, пока Юми сдерживала смех, прикрываясь чашкой с остатками кофе. Всего 20 минут, а пол-литра кофе как небывало. У Сотриголовы была такая же ситуация. — Меня не интересуют ваши отношения с Сотриголовой, Мисс Шутка, — Юми постаралась сказать это как можно спокойнее, не выдать подрагивания уголков губ. Судя по взгляду женщины, удавалось ей это слабо. — Меня интересует, что конкретно Вы знаете о нашем проекте. Ей не нравилось так улыбаться, но если она хотела добиться ответов, то и выражение лица должно быть соответствующим: не наглая улыбка хитрой сволочи, а опасная улыбка, улыбка, а не оскал, Юми. Спокойная, радушная улыбка, абсолютно не сочетающаяся с прежним похуизмом. — Как минимум то, о чем вам говорил Недзу на последней встрече. Если вы хотите «сжечь» комиссию, — она хохотнула. — То потребуется что-то на ее замену. Первыми придут Якудза. Если вы не успеете, конечно. Но, — она медленно помешивала расставившее мороженное в мисочке. — Тогда вам нужно сменить название. «Инициатива Мстители», серьезно? — Это неофициально, Мисс. Я Вас услышала. Сотриголова, ваши патрули идут спокойно? Смену темы не заметил бы только глухой, но Юми услышала все, что хотела. Конечно, у нее еще оставалось совместное дело о линчевателях, покрываемых Якудза, но это дело уже другой планерки. — Неплохо, — герой подал знак бармену, чтобы тот подал еще кофе. Когда Рокуро подошел, Юми попросила открыть двери. Все разговоры были закончены. Ей стоило взять еще стаканчик с жидкостью, чуть продлевающей ее желание жить и пойти домой. В агентство. Да какая разница? Она все равно там живет. Стоило выйти на улицу, как перед ней упало тело. Это становится традицией. В прошлый раз Всемогущий, кстати, давший ей квест на Все за Одного, где она почти установила связь с текущим делом линчевателей. А в этот раз перед ней рухнул Кейго Таками. — Миледи, прошу прощения, — подросток резво вскочил на ноги, поднимая в воздух упавшие перья. Юми напряглась, почему-то у нее не было сомнений, что он может использовать их вместо меча. То ли она слышала их разговор с Кэтсу на тренировке по фехтованию, то ли еще что, но еще больше ей не понравилась следующая фраза: — Прогуляемся? Не самый приятный человек в ее жизни выглядел слишком галантным, чтобы просто цыкнуть и свалить на всех парах. Не то чтобы у нее были шансы против этого пернатого. Она смиренно вздохнула, но все же отказавшись принимать руку. Пара минут тишины, пока они не оказываются одни напротив красного сигнала светофора. Мимо пронеслась машина, когда парень наконец заговорил. — У тебя есть мечта, Тодороки? — он закинул руки за голову, хищными глазами, наблюдающий за медленно пьющей кофе девчонкой. Мелкая, длинноволосая копия Старателя изо всех сил игнорировала попутчика. — О чем ты? — ей все же пришлось ответить, когда стало понятно, что продолжения без ответа она не дождется. — Ну, он вздохнул, я мечтаю о жизни настоящих птиц. Свобода, свободный полет, когда не надо беспокоиться ни о чем, — логика, властвующая в мозгах Тодороки съехала с катушек. Она понимала, что парень несет дичь в попытках что-то донести до нее. — Свободная и спокойная жизнь в свое удовольствие? — ее речь едва ли была прервана писком светофора, наконец сменившего цвет. — Да! — кажется, Таками был воодушевлен, что наконец-то его кто-то понял. Жаль, что Юми все еще не отошла от встречи с героями, а до этого Недзу. Не говоря уже о всех переплетениях интриг, за которые ей не доплачивают (да-да, она добралась до бухгалтерии агентства и выторговала себе зарплату). — Жаль, что это неосуществимо… Парень заметно погрустнел, а паранойя Юми визжала о подставе, что ее фокус с улыбкой и контрастом с прежним похуизмом, что эта хорошо скрытая наигранная переменчивость эмоций Таками. Серьезно, у нее будет хоть один спокойный день, когда она не завалена бумажной работой чуть ли не по самые потолки? А в агентстве они были хорошие. Да, ее комната была относительно маленькой, и из-за этих бумаг ей явно стоит приватизировать какой-нибудь кабинет. — Почему? — хотя бы из вежливости, пусть и неискренней, абсолютно нет, но если она хочет получить информацию… — Потому что… А давай-ка зайдем в парк! — он резко свернул в сквер, находившийся внутри двора, прилегающему к агентству. Кажется, последний раз она была здесь с Кинэ в какой-то обеденный перерыв. Эх, хорошие были деньки, когда ее тревожили только возвышающиеся над макушкой Тодороки кипы бумаг, а не чертовы интриги, в которых требовалось ее непосредственное участие. Нет, она не безответственная. Ей просто лень. Вечер был в самом разгаре, поэтому в парке, скрытом кронами деревьев и обширными клумбами было прохладно и большинство лавочек, и даже со столиками, были свободны. — И так?.. — ей не хотелось сидеть еще несколько минут в тишине, пока собеседник соберется с мыслями. К ним подошли несколько бродячих котов. На самом деле они не были бродячими — хозяин раменной кормил их, а работники из студии маникюра в этом же сквере поочереди возили их в грумминг салон на соседней улице. У них было место, куда зайти погреться, но они все еще предпочитали жить в этом сквере, где у них почти всегда была компания из отдыхающих героев. Юми поочередно гладила кошек, забравшихся на ее колени. Она не любила змей именно из-за холодной чешуи, а мягкая, лоснящаяся шерсть всеобщих любимцев была очень теплой. — Любишь кошек? — взгляд Ястреба был слегка удивленным. — Угу, — она отставила пустой стакан на столик, освободив руки для почесушек еще троих шерстяных созданий. — Так что на счет твоей мечты? — она еле сдержала скептицизм на счет слов парня о бездельной жизни. Серьезно, они живут в реальном мире. Если он не собирается заработать кучу денег, одновременно обеспечивая себе пассивных доход, и желательно с нескольких сфер, то это вряд ли осуществимо. Таким образом, под его хотелки подходит только… Ох. — Ты собираешься стать героем? — да, это имело смысл. У героев хорошая зарплата, пониженный пенсионный возраст и, ладно, на самом деле он может уйти в отставку по собственному желанию в любое время, но без выплат. Однако, если он собирается быть героем в центре внимания, то это мерч. Если дойдет хотя бы до второго десятка в рейтинге, то ежемесячные отчисления с мерча превысят его месячную зарплату. — Да, Комиссия героев помогает мне в этом, — читай, «они делают всю работу по пиару, платят мне зарплату, а я нахожусь в фактическом рабстве». После звонка от Нацуо, она не ожидала, что он сам признается в этом. Хотя… Стоило бы. — Это просьба о помощи? — Юми пыталась спросить это шутливо, тянула время, обдумывая, что здесь не так. Темный парк, где она одна, наедине с подозрительным парнем, то что этот парк располагался возле ее фактического дома не слишком менял ситуацию… А нет, меняло. Она гарантировала, что Кейго не заметил шевеление теней за его спиной, а вот сама Юми да. Окей, в этом парке она не одна. Подпольщики вышли на охоту. — Да, — Таками снова кивнул, впившись в девушку хитрыми ястребиными глазами. Тебр стал более глубоким, показывающий, что парень слишком увлечен, производимым впечатлением. Он чуть подвинулся к ней, так что Юми напряглась, хоть и пыталась изобразить, что ее ни капли не напрягает поведение знакомого. — Так, еще раз. Тебе нравятся кошки? Ушастый товарищ на ее коленях зашипел, пытаясь схватить поднимающуюся рядом с ним мужскую руку. — Угу, — теперь она даже не пыталась скрыть дискомфорт. Ситуация была слишком странной и выходящей за рамки. Она хорошо знала скорость реакции героев, что прятались в тенях, ожидая сигнала девочки. Таками аккуратно, будто чувствуя чужое присутствие вытянул руку в сторону пустого стакана, столкнув его со стола. В абсолютной тишине парка — казалось даже легкий ветер, ерошащий до этого листья стих, когда стук пластикового стаканчика об асфальт развеял ее. Секунда замешательства, пока Юми смотрела одновременно на парня, сидящего к лицом к лицу, и краем глаза замечая упавший стакан. Она хихикнула. В следующее мгновение она ржала, кот на ее коленях свалил, оставляя двуногих разбираться со своими проблемами. Кейго отодвинулся, сверкая очаровательно неловко-наглой улыбкой, фыркая на смех девушки. Тени стали менее плотными, будто давая дышать свободнее. Герои не ушли, все еще наблюдая, но чуть успокоившись, когда Тодороки расслабилась. Если бы не тема разговора, девочка бы подумала, что тот всего лишь пытался произвести впечатление. Юми вытерла выступившую влагу на глазах, прищуренными глазами смотря на человека, которого знала только по докладам других и лично — только по совместным спаррингам. — Чего ты хочешь? — слишком ясный и спокойный голос с легкой улыбкой. Кейго не знал ее достаточно близко, поэтому ему на казалось расслабленной, милой, того, чего он в общем то и хотел добиться, будучи лишь влюбленным мальчишкой. Какая жалость, что это было дно. Двойное дно. Тройное дно, дно без дна и одновременно с подземельем, что скрывалось за фасадом легких на подъем, и смущающихся подростков. Им по четырнадцать. И они по уши в заговорах, государственных тайнах, бумажной работе и интригах, что построили сами. Не без помощи взрослых надели маски шпиона и главы мафии, но лучше от этого не становилось. Кейго добивался своего, Юми подыгрывала, получая еще больше. Самая лучшая сделка та — в которой все стороны думают, что наебали друг друга. — Сделку. Они молчали. Юми не изменила мнение, что разговор был не к месту, что она не хотела здесь быть тоже не изменилось, но… Ей было даже чуть чуть весело. Мафия — это якудза. Якудза это японская мафия. Довольно иронично, что ее дело о линчевателях пересекается с тем, что они пытаются сделать. Довольно иронично, что засланец Комиссии хочет сделки с главой Якудза. Ей бы подумать, что он может их крышевать, но ей хочется сохранить хотя бы видимость легальности их деятельности перед этим парнем. — Конкретнее. Она все еще продолжая улыбаться, пока подбирала стаканчик с тротуара, но все еще не отправляя его в мусорку. Ее собеседник взглянул на часы. — Ах да, осталось совсем немного времени, — он выдернул одно из маленьких перышек, проводя им по своему подбородку. — Твоя семья, Тодороки Рей с детьми сейчас у ее родителей? — тени снова сгустились, впрочем, Таками не обращал на это внимания, снова упершись взглядом в девушку. — С ними может произойти очень несчастный случай. — Ха?.. Ей следовало бы следить за своей реакцией, продолжать тенденцию быть милой девочкой. Из-за того, где она замешана, отсутствия качественного опыта и других факторов получалось так себе с самого начала. Маска спала окончательно, когда обнаружилась угроза ЕЕ людям. ЕЕ семье. Таками вытащил из школьного пиджака ручку, кивнув на стакан. — Времени мало, поэтому запиши, я отправлю Старателю, — он поочередно кивнул на то самое перо в руке, и открытое окно в кабинет Старателя. Она согласилась. Таками выполнил уговор и попрощался, обещав писать, смотавшись вместе с порывом ветра. В телефон вбит новый контакт, тут же отправлена смс. Юми: Почему ты это делаешь?

Таками:

Ты мне понравилась.

Юми просидела в парке еще пару часов, окруженная вышедшими из тени героями. Мастика и Сэр Джаспер составляли ей компанию, пока телефон не мигнул уведомлением. Сэтору прислал ссылку на статью. Над заголовком висела фотография с места происшествия. Огонь, яростно пожирающий деревенский домик, Старатель, командующий несколькими героями. Нигде не было видно ее семьи. К троице на скамейке шаркающей походкой, предупреждая о своем присутствии, шел Тошинори. Джаспер подвинулся, освобождая человеку, почти прописавшемуся в их агентстве место, но он проигнорировал, садясь на корточки перед Юми, все еще тупо глядящую в телефон. Она отмерла только когда ладонь, испещренная множеством шрамов и мозолей коснулась ее волос. — Все будет в порядке, — голос стремился успокоить, когда причуда, всколыхнулась. То, что должно было быть снегом на асфальте, покрыло его изморозью и кусками льда, оставленной на всем, кроме людей вокруг нее. Причудливая авария, хах. Голова загудела, когда герои вокруг нее почувствовали новый приступ. Слезы, появившиеся на ее щеках мгновенно замерзли, когда раздался крик. Героев отнесло порывом ледяного ветра. Тодороки кричала в истерике, замораживая парк.