Веселые будни черномага

      Эва проснулась от резкого покачивания лодки. Снова ночью писала иероглифы с Рэймссом, конечно же, с кувшином пива. Знал он, как девушку порадовать. Она много раз потом жалела, что так много выпивает. Особенно по утрам, когда становилось дурно. Но всегда принимала предложение выпить. Ну как от такого отказаться?       Похмелье отзывалось в голове неприятной болью, заставляя Эву закрывать глаза и тереть виски. «Как бы эпистат ничего не заподозрил... — мысленно простонала Эва.» Увидит – начнет свой монолог о том, какая Эва дурная, что вместо учёбы предпочитает пиво. И она была с ним согласна. Рэймсс, как будто и не пил ночью. Свеженький, всем машет. Он несколько раз подколол Эву, спрашивая о сорте пива на вечер. Девушка лишь закатывала глаза и гоняла его прочь, вызывая смех у её друга. Повезло, что наставнику на глаза не попадалась сегодня. Точно бы убил.       « Рэймсс виноват во всём, пусть к крокодилам упадëт со своим пивом!» — резкая боль захлестнула Эву, убирая навязчивые мысли.       Лодка причалила к берегу. Здесь уже дожидался, как всегда, улыбчивый Ливий. Он помахал и поприветствовал всех, выражая радость сегодняшней хорошей погоде, только к Эве присмотрелся озадаченно. Едва Эва ответила на его взгляд, как перед ней встал её брат — Исман.       — Эме! Опять пила? — Исман стоял, подперев бока руками. Ему явно не нравилось занятие Эвы по ночам в библиотеке.       — Тише ты! О, Боги, дайте мне сил... И так голова болит, а ты кричишь. — Эва нахмурилась, проклиная все на свете.       — Эме, Эме... Сколько раз я говорил тебе не пить? Кто ж тебя такую пьяницу замуж возьмёт? — Исман посмеялся, положил руку на плечо девушки и немного сжал. Приблизившись к ней, тихо прошептал, — я дам трав или попрошу Ливия передать тебе. Должно стать легче.       Эва лишь кивнула. Повезло же ей с братом. Спина слегка зачесалась, создавая ощущение чужого взгляда. Даже Исман отстранился необычайно резко. Эва резко обернулась и встретилась с глазами цвета чистого неба – с Аменом.       Он оглядел её с головы до ног и собирался был уже подойти, как его откликнул Тизиан, что-то беспокоенно говоря. Взгляд эпистата стал недовольным, а вскоре он удалился, давая Эве шанс выдохнуть.       Тизиан быстро распределил людей и потянул за собой свою команду. Эва была поражена тем, что она не с ним. Всегда была в его команде, а сейчас к другому охотнику приставили. Не знала она его, но некое предчувствие неприятно кололо, заставляя Эву сжимать подол своего лёгкого платья.       Вскоре она увидела его. Шел рядом с Аменом. Их вид контрастировал. Амен был белëсым, а тот мужчина – смуглым. Ниже Амена на голову, возможно даже с шеей, а прическа короткая, почти лысый. Взгляд у него был усталым, а руки были покрыты шрамами.       Эва быстро отвернулась. Вчерашняя закуска грозилась выйти наружу. Но она сумела подавить тошноту. К большому сожалению, с ней не было рядом Дии, которая могла бы придержать её волосы, пока она выворачивала свой желудок. Дия точно бы ругалась на неё всеми дурными словами, а потом спрашивала бы про её самочувствие. Лучшая подруга, не так ли?       Амен издалека наблюдал за ней, закатывая глаза и усмехаясь очередной её попытке показать себя свежей. Хотелось ему поговорить с ней, но оттягивал момент. Пусть лучше станет, а то хуже сделает своими разговорами серьёзными.       День шёл слишком долго. Было жарко, душно, голова раскалывалась, отбирая последние силы. Несколько раз её подгоняли, чтобы быстрей писала, но иероглифы становились всё кривее и кривее, пока у главного их команды не лопнуло терпение. Он выгнал её из дома, где шла летопись. Тот кричал, что она безмозглая. Эва только усмехалась. Она обязательно поспорила бы с ним, но состояние не позволяло.       Девушка стояла на улице, вдыхая свежий воздух. Находиться рядом с больными было очень противно, не говоря уже о том, чтобы просто касаться их. Но, к счастью, это была не её работа.       Издалека она увидела Ливия, который бежал к ней, держа в руке маленький мешочек. Она смирно подождала его, желая как можно скорее вкусить вкус отвара.       — Эва! Травы от Исмана. — Ливий широко улыбнулся ей, протягивая руку с мешочком.       — Спасибо. — Эва взяла травы с руки мужчины и ждала, когда он уйдет, но по всей видимости, Ливий не торопился покидать Эву.       — Сильно же тебя мучает похмелье, — сказал мужчина, подправив прилипшую ко лбу прядь волос.       — Не ваше дело, Ливий Пеллийский. — Эве было неприятно разговаривать на эту тему, сама знала ведь, что похмелье сильное. Ей бы лежать, спать, а она работает.       — Не горячись ты так, просто сказал факт. — Ливий поднял обе руки в примирительном жесте, — наслышан о твоем характере.       Недоумение захлестнуло Эву. Кто уже все рассказал ему? Неужели Исман?       — Кто пускает такие слухи про меня? Нормальный у меня характер, — Эва фыркнула.       — Я, — Низкий и бархатистый голос раздался сбоку, совсем рядом, как гроза среди ясного неба, заставляя двоих вздрогнуть. — Почему прохлаждаетесь, не работаете? — Амен вопросительно изогнул бровь, сжимая руку на рукояти кинжала.       — Я принёс Эвтиде трав по просьбе её брата, эпистат. Доброго дня, — Ливий подмигнул девушке и ушёл восвояси.       Амен проследил за ним, слегка нахмурив брови от подмигивания, а после повернулся к Эве, которая вжалась в стену дома.       — Ну?       — Извините, Господин, я уже ухожу, — Эва быстро развернулась, стараясь как можно быстрее зайти в дом, спасаясь от прожигающих её глаз эпистата.       — Стоять, — Эва встала, как вкопанная, боясь даже дышать, дабы тот не уловил нотки перегара. — Я с твоей спиной разговаривать должен? Развернись.       Эва послушалась, глубже вдохнув воздух.       — Что-то случилось? — Девушка отвела взгляд вдаль.       — После заката зайдешь ко мне. Рэймсса я уже отчитал, осталось только тебя неугомонную. Слишком расслабились в библиотеке, когда никто вас не проверяет. Не забудь, иначе сам тебя приведу, — Амен в последний раз посмотрел на Эву и ушёл, оставляя тонкий шлейф аромата граната и мирта. Учуяв этот запах, тело Эвы расслабилось. Она блаженно закрыла глаза.       Был обеденный перерыв в одной из больших хижин поселения. Все собрались поесть вкусной похлебки, обсуждая друг с другом произошедшие события. Было довольно шумно, отчего голова Эвы раскалывалась все сильнее. Рэймсс и Дия яростно спорили друг с другом, но девушке не было до них дела. Как всегда поссорятся, а потом точно помирятся, дружно кушая за столом.       Эва невольно засмотрелась на стол эпистата, там виднелось много разных яств. Вскоре показался и он сам, зашёл в хижину. Амен прошёл к своему столу, уселся на шёлковые подушки. Напротив него сел Тизиан, который что-то говорил своему начальнику. Амен скучающе осмотрел стол, а потом и людей за ним. Взгляд зацепился за единственную девушку – Эвтиду. Они вдвоём смотрели друг на друга, но Эва, не выдержав зрительного контакта, отвела взгляд.       « Дурная девчонка... » — подумал Амен, улыбаясь своей мысли.       Эва провела рукой по платью и нащупала мешочек с нужными ей травами. Девушка резко встала, случайно привлекая внимание. Она неловко улыбнулась. Под удивленными взглядами друзей быстро юркнула на кухню.       Полная повариха в возрасте суетилась по кухне, кидая овощи в большую кастрюлю. Её чёрные волосы слегка выглядывали из под большого белого платка, падая на глаза. Она напрасно пыталась их сдуть.       — Извините! Могу ли я заварить травы? — спросила Эва с лёгким стыдом.       — Давай, только не путайся под ногами. Ра тебя подери, мясо забыла! — и снова скрылась в соседнем помещении, ворча себе под нос.       Эва поискала маленькую кастрюльку в шкафчиках. Нашла какую-то обгоревшую кружку, но выбора не было. Нужно скорее сварить отвар, а потом уже идти работать. Обед не был вечным. Девушка набрала немного воды и поставила на огонь, после чего начала стучать пальцами по каменной доске. Нервничала сильно.       Когда вода, наконец, закипела, Эва кинула несколько цветков в кружку, мешая деревянной ложкой. Запах был на всю кухню — приятный и вкусный.       — Что за травы такие? Не от боли головной? — резко спросила повариха под ухом у Эвы, заставляя вздрогнуть.       — Да, от боли. Брат дал. — Девушка перемешала отвар и поставила на плиту, остужая.       — Не задерживайся долго, не любят, когда опаздывают, — проворчала женщина, вынося из кухни поднос с пивом.       Эве было тошно смотреть на алкоголь, поэтому она решила быстрей выпить и бежать к друзьям.       Тяжело было пить горячий отвар, но Эва старалась. Краем глаза видела из открытой двери, что люди уходили из столовой, поэтому спешила. Эва отвернулась к окну, вдыхая приятный запах, но только Эва сделала глоток, как дверь распахнулась и прозвучал голос, который она хотела услышать меньше всего :       — Эвтида! Обед уже закончен, что ты тут делаешь? — Амен подошёл к ней.       Эва поперхнулась отваром и начала кашлять, роняя напиток на плиту. Амен удивился и не сильно постучал по спине Эвы. Девушка тяжело дышала, стараясь прийти в себя. Она зло посмотрела на него. От её взгляда Амен слегка сжался, но виду не подал.       — Зачем так врываться?!       Амен помолчал минуту, обдумывая, что сказать, а потом подал голос:       — Я видел, как ты заходила на кухню – это раз. Обед уже закончился – это два. Я хотел узнать, что ты тут делаешь и отправить на работу, — Амен вытер тряпкой, разлившийся на кухонный стол отвар и с лёгким беспокойством посмотрел на девушку.       — Я всего лишь хотела выпить отвар, а не воровать продукты, эпистат. Тем более, кухарка сама дала разрешение на использовании котелка, хм, кружки, — Эва согнула руки в локтях и приподняла бровь, ожидая ответа.       Да он никогда бы и не подумал, что она способна на воровство! Медлить было нельзя, ведь знал, что разговорить его может эта неферут, что мигом о работе забудут вдвоём, поэтому Амен схватил предплечье девушки и поволок за собой из кухни на улицу, не говоря ни слова.       — Отпустите! — Девушка пыталась вырваться, но рука Амена будто прикрепилась к ней намертво, не давая ни малейшего шанса на побег.       Его широкие шаги были невыносимы для Эвы, что ей временами приходилось идти вприпрыжку. Они быстро дошли до дома, где работала Эва, и Амен отпустил её, но мягко, будто только сейчас осознал какую боль приносил этой мертвой хваткой. Девушка быстро сжала своё предплечье, которое покраснело, оставляя след руки мужчины. Амен виновато отвёл глаза, а когда вернул, Эва уже заходила в хижину, поправляя прическу и одежду.       Что-то глубоко в сердце Амена отозвалось болью за хватку, которой он приволок её до дома. Пожалел, что так сделал, но не хотелось ему спорить с ней, а она уже покрывала ядом свой язык, готовясь защищаться. Это раздражало, но и привлекало одновременно мужчину. Не знал он, отчего так получается. Напряженно думая, он дошёл до своей хижины и вошёл в неё.       Все люди, прибывшие из Фив, уже собрались у берега, ожидая отплытия. Эва сидела на песке вдалеке от других, любуясь почти закатным небом. Оно добавляло в свою прекрасную лазурь новые оттенки красок — от слегка желтоватых до едва видных персиковых оттенков. Эва задумалась о Гермополе, как безмятежно могла сидеть на берегу реки часами, думая о своём и не боясь гнева какого-либо человека. Воспоминания так накатывали, но она содрогнулась, вспомнив, что должна к Верховному эпистату придти после заката. Не хотелось ей, но лучше так, чем потом вдвойне получить наказание. Эва встала с песка и на ватных ногах от усталости пошла к лодке, которая мирно покачивалась на лёгком течении.       — Отплываем! — Прокричал Тизиан, убедившись в том, что в лодке собрались все до единого. Плавание обещает быть долгим...