Начиная с поезда и далее по списку

      «Вот ведь… кто за язык дёргал? Ответила бы честно, что у меня и обычными ножницами пользоваться нормально не получается, не то, что волшебными», — думала Гермиона, неумело вырезая фигурки из свёрнутой в треугольник бумаги.       — Первая готова, — провозгласил Малфой.       Одним лёгким движением слизеринец развернул получившуюся у него снежинку. Между его пальцев повисло тонкое кружево бумаги. Гермиона ахнула.       — Здорово, — промямлила она.       — Теперь разворачивай свою, — парень приглашающим жестом указал на треугольник в руках Гермионы.       Упрямиться не было смысла. Волшебница тяжело вздохнула и не глядя развернула то, что у неё вышло. Повисла тишина. «Как она могла получиться настолько кривой», — думала Гермиона, глядя на кособокое и несимметричное нечто, повисшее у неё в руках. Малфой откашлялся.       — Что ж… ты неправильно сложила заготовку, вот всё и получилось так… как получилось, — на последних словах парень сконфузился и стал перебирать своими тонкими пальцами листы белой бумаги. — Давай я покажу первый этап ещё раз.       — А с этим что делать? — Гермиона разочаровано оглядела творение своих рук и положила его на стол.       Малфой взял в руки неудавшуюся снежинку и принялся деловито её сворачивать.       — Послужит мне книжной закладкой, — он мельком глянул на недоумевающее лицо своей собеседницы. — Буду смотреть на неё и вспоминать, что даже лучшие ошибаются.       Гермиона скорчилась.       — Вот это да, мистер Малфой, как глубокомысленно, — заявила девушка наигранно чопорно, передразнивая не то профессора Макгонагалл, не то английскую королеву.       Слизеринец закатил глаза.       — Лучше бы тренировалась, а не надо мной посмеивалась.       — Да ладно, — недовольно буркнула Гермиона и стала сворачивать чистый лист бумаги под пристальным руководством своего напарника.       Через пару часов весь стол был завален обрезками бумаги, а на его краю разместилась целая стопка ажурных снежинок. За это время волшебница наловчилась вырезать фигурки почти так же хорошо, как и её напарник. Слизеринец удовлетворённо вздохнул, откинулся на спинку стула и потянулся. Девушка последовала его примеру.       — Что будем делать дальше? — устало поинтересовалась она.       Волшебник молча протянул руку к лежащей на краю стопке, взял верхнюю снежинку и, держа её двумя пальцами, стал выводить палочкой загадочные вензеля вокруг кусочка бумаги. Сначала украшение затвердело, а затем стало увеличиваться в объёме и терять цвет.       — Заклинание нетающего льда? — деловито уточнила Гермиона.       Парень кивнул и передал ей снежинку. Волшебница протянула руку. Ладонь обожгло холодом. Девушка повертела украшение в руках. Оно как будто бы светилось изнутри, отражая зажжённые в комнате огоньки. Вокруг заплясали солнечные зайчики. Девушка направила одного аккурат в глаз своего напарника, и, когда тот недовольно прищурился, глупо хихикнула.       — Если наигралась уже, — грубо прервал её сидящий напротив волшебник, — помогай с оставшимися снежинками.       Гриффиндорка недовольно закатила глаза, однако отложила в сторону ледяное украшение и принялась за работу.       Вскоре на столе не осталось ни одной бумажной снежинки: все были превращены в ледяные. Напарники поднялись и прибрались на скорую руку.       — И куда теперь всё это вешать… — задумчиво произнесла Гермиона, оглядывая гору заколдованных украшений.       Стоящий рядом волшебник хотел было что-то ответить, но его перебил стук в дверь и раздавшийся снаружи голос:       — Давайте быстрее, нос сейчас на морозе отвалится.       Волшебники бросились ко входу и поскорее впустили кричавшего. Сначала внутрь залетели кульки с продуктами и здоровенный свёрток неясного происхождения, за ними зашёл и сам волшебник. Темноволосый слизеринец поспешно размотал шарф, бросил своё здоровенное пальто на вешалку у двери, а сам, потирая красные замёрзшие руки, быстрым шагом направился к аккуратно опущенным на пол вещам.       — В пакетах продукты, ничего интересного. Зато вот это… — Тео нетерпеливо разрезал своим ножом пластиковые стяжки, перетягивающие вытянутый полутораметровый свёрток, после чего развернул мешковину. Внутри оказалась небольшая тощая ель. Малфой нахмурился.       — Тебя же просили не покупать ничего лишнего.       Тео поспешно замахал руками.       — Я её нашёл на окраине леса! Там срубленные ёлки продавали, за некоторые ничего выручить не смогли, вот и бросили их там. Я и подумал, чего добру пропадать. Подшаманим и будет нам приличное рождественское дерево!       Гермиона мягко потрепала темноволосого волшебника по плечу в знак одобрения и обернулась к его другу.       — Теперь мы знаем, куда вешать снежинки!       Малфой кивнул и обратился к Тео:       — Шамань, мы пока за украшениями сходим.       Когда волшебники вернулись с ледяными снежинками в руках, посреди гостиной уже возвышалось рождественское дерево. Оно стало зеленее и выше, его лапы — объёмнее и раскидистее. Гермиона ахнула. Из-за ели показалось раскрасневшееся от усилий лицо Тео.       — У тебя талант! — воскликнула девушка. — Так восстановить захудалое деревцо… если бы не знала, никогда бы не подумала, что ты слизеринец. Парень смущённо откашлялся.       — Ну вообще… отец сказал, что я должен любой ценой попасть именно на этот факультет. Ну я и уговорил распределительную шляпу. Изначально она хотела отправить меня к пуффендуйцам.       Девушка хихикнула.       — Это многое объясняет.       — Меньше слов, больше дела, — буркнул Малфой и, подойдя ближе к своему другу, грубо всучил ему часть снежинок. Гермиона закатила глаза, но всё-таки присела украшать нижние ветви.       Вскоре ёлка была украшена. Волшебники отошли подальше, чтобы оценить свою работу. Дерево сверкало в ледяном коконе. В комнате как будто стало чуть светлее от солнечных зайчиков, расползшихся по стенам. Девушка радостно улыбнулась.       — Пора бы приготовить ужин, — Тео озабоченно поглядывал на часы. — Времени остаётся всё меньше.       — Я тогда украшу потолок оставшимися снежинками, а вы идите готовить, — вклинился Малфой.       Друзья согласно кивнули друг другу и разошлись.       На кухне тут же закипела работа. Ребята суетились, намывая всё необходимое и подготавливая прочие ингредиенты. Когда всё было готово, они использовали заклинания для чистки картошки и нарезания бекона на тонкие ломтики. Пока невидимые руки выполняли за них всю грязную работу, волшебники устало привалились к кухонному гарнитуру.       — Слушай, — заговорил вдруг Тео, — я хотел поговорить о вас с Драко.       Сердце девушки пропустило удар. «Догадался?» — пронеслось в голове. За этим вопросом последовали страшные картины: вот её хватают Пожиратели смерти, вот — допрашивают… Гермиона постаралась придать своему лицу невозмутимое выражение.       — М-м, — как будто бы безразлично протянула она.       — Я понимаю, — продолжил Тео, — что могу вас стеснять, но мне бы очень не хотелось, чтобы это было так. Ну то есть… в общем, хотел сказать, чтобы вы меня не стеснялись. Не хочу портить ваш отдых.       Гермиона задышала полной грудью — волнение отступило. Она поинтересовалась:       — С чего ты взял, что мы тебя стесняемся?       — Ну, — Тео озадаченно почесал затылок, — ведёте себя как-то странно. Не как парочки обычно, что ли. Никаких прикосновений, да даже не говорите толком, по имени друг друга не называете и всякие миленькие прозвища не используете. Странно в общем.       Волшебница закусила губу.       — Да, ты прав. Нам… неловко, — выдавила она из себя.       — Понимаю. Ну ничего, ещё попривыкнем друг к другу, — Тео лучезарно улыбнулся своей собеседнице и обернулся к разделочной доске. — О, совсем чуть-чуть осталось.       Девушка посмотрела на картошку, находившуюся в её ведении.       — Мне, вроде как, тоже.       А про себя подумала: «Он внимательный. Может что-то заподозрить. Надо бы…»       Малфой вошёл в кухню решительным шагом и остановился у обеденного стола.       — В гостиной уже всё развесил. Пара снежинок ещё осталась, думаю здесь их разместить.       Гермиона судорожно соображала. Она обвела взглядом кухню и наконец нашла то, что ей было нужно. Девушка выдохнула полной грудью, после чего произнесла:       — Драко… передай, пожалуйста, противень со стола.       Чужое и раньше ненавистное имя сорвалось с её уст неуверенно и скомкалось в полёте. Волшебница чертыхнулась: всё вышло не так, как она задумывала. Услышав своё имя, слизеринец едва заметно вздрогнул, однако уже через мгновение протянул девушке нужную посудину. Перед тем, как парень успел отвернуться, Гермиона заметила маленькие красные пятнышки, симметрично вспыхнувшие на его щеках.       — А мы сейчас утку будем мариновать, — вдруг вклинился Тео, обращаясь к своему другу. — Как-то быстро ты закончил в гостиной, нам ещё готовить и готовить.       — Помогу вам потом, если понадобится, — буркнул Драко и взял в руки одно из оставшихся украшений.       Приготовление ужина прошло без сучка и задоринки. Белокурый слизеринец действительно помог после того, как украсил потолок кухни. Он неумело, явно не имея ни малейшей сноровки, заворачивал колбаски в тонко нарезанный бекон. Гермионе приходилось даже чуть-чуть поправлять выходившие из-под его руки заготовки. Драко же не обращал на неё никакого внимания и в процессе готовки всё время молчал. «Неужели он злится? Но на что? Сам же настаивал, чтобы я называла его по имени!» — думала про себя девушка, как-то особенно ожесточённо заворачивая очередную колбаску в бекон. Вскоре все приготовления были окончены, и блюда наконец отправились запекаться.             Ребята сели за стол. Вдруг Тео достал из кармана джинс потрёпанную колоду волшебных карт.       — Ну что, может быть, сыграем?       Драко утвердительно кивнул и вдруг обернулся к своей соседке.       — Гер… Гермиона, — с небольшой запинкой произнёс он, — передай стакан воды. Рядом с тобой стоит.       Девушка уставилась на взявшуюся из ниоткуда кружку, однако быстро спохватилась и передала её своему соседу. Между тем сердце её забилось восторженно, взволнованно.       — Спасибо, — поблагодарил он.       Девушка вяло кивнула в ответ. Тео принялся объяснять правила игры. Гермиона прослушала добрую половину из них, пытаясь успокоить непослушное и необъяснимо быстрое сердцебиение. Наконец карты были розданы. Гермиона посмотрела свою руку. На глаза попался блондинистый король червей. Тот по-щегольски ей подмигнул. Волшебница поспешно отвела взгляд.       Время, проведённое за игрой, пролетело незаметно. Когда блюда допеклись, ребята принялись накрывать на стол. Вскоре всё было готово, и они наконец расселись по своим местам, жадно пожирая пищу глазами. Вдруг Тео вскочил на ноги, как будто резко вспомнив о чём-то важном.       — Секундочку… — парень метнулся к кухонному шкафчику и, распахнув дверцы, стал рыться в его содержимом, — где-то тут было… где же… ага!       С громким возгласом слизеринец достал стеклянную бутылку из недр ящика. При свете свечей золотистая жидкость в ней как будто бы пламенела. «Ну точно, огневиски», — подумала про себя Гермиона, недовольно поглядывая на своих знакомых. Тео на её скептичный взгляд не обратил никакого внимания: налюбовавшись вдоволь на плещущийся в прозрачной бутылке напиток, он наконец сел за стол.       — Давайте стаканы, я разолью, — предложил Тео, довольный своей находкой.       Драко молча протянул свой стакан. Гермиона на мгновение замерла. Поначалу она хотела прочитать нотацию о вреде крепкого алкоголя, однако в итоге не смогла этого сделать — попросту не хватило сил. Усталость обрушилась на девушку с новой силой. Она поставила перед Тео свой стакан.       — Давайте выпьем! За нас! — коротко и по существу провозгласил Тео.       Друзья осушили бокалы. Золотистая жидкость обожгла горло, прошлась огнём по пищеводу и разлилась теплом по пустому желудку. Гермиона с непривычки поморщилась и отставила стакан в сторону.       Рождественский ужин начался.