Начиная с поезда и далее по списку

      Утро началось со странного копошения на кухне. Гермиона поморщилась и накрылась плотным одеялом с головой. На мгновение стало тихо. Едва девушка провалилась в сон, как в соседней комнате что-то с грохотом упало. Послышалось шиканье Малфоя. Волшебница закатила глаза и мысленно застонала. Она откинула одеяло, медленно встала и, не до конца проснувшись, зашаркала в сторону кухни.       Источник шума нашёлся сразу же. На полу лежала железная коробка, крышка от неё валялась в стороне, а вокруг были рассыпаны мелкие чаинки. Тео суетился рядом, старательно собирая всё высыпавшееся обратно в банку. Заслышав шаги, он обернулся.       — Извини, не хотел тебя будить, — парень криво улыбнулся.       Гермиона махнула рукой и поискала глазами другого слизеринца. Тот сидел за столом, вальяжно скрестив длинные ноги, и попивал свой чёрный кофе. На девушку он даже не смотрел: казалось, его очень интересовала кофейная гуща на дне миниатюрной чашечки. Гермиона уже хотела пройти мимо, как вдруг парень грубо поинтересовался:       — Расчёсываться пробовала?       Волшебница раздражённо пожала плечами.       — Не лезть не в своё дело пробовал?       Она гордо вскинула подбородок и промаршировала в ванную комнату. Перед тем, как дверь за ней закрылась, она разобрала злой шёпот Тео: «Мирись давай, я не хочу больше с тобой валетом спать». Гермиона наложила запирающие чары, после чего развернулась к зеркалу. Гнездо на её голове было феноменальных размеров. «Ладно, — подумала про себя девушка, — Малфой был в чём-то прав». Она достала расчёску из оставленной в ванной косметички и принялась разнимать непослушные пряди.       Через несколько минут борьбы со своей шевелюрой она посмотрела в зеркало. «Скверно, — это было единственное слово, в этот момент пришедшее ей в голову. — Вот бы была резинка, хоть пучок сделала бы». Девушка порылась в косметичке, но безрезультатно. Она нахмурилась и стала думать, где бы раздобыть что-то, чем можно было бы собрать волосы. Эта мысль так и не выходила у неё из головы, пока она применяла на себе очищающие заклинания.       Вскоре волшебница закончила, последний раз окинула себя взглядом в зеркале и, недовольная, вышла из ванной. Тео всё так же копошился у кухонных шкафчиков, что-то насвистывая себе под нос. Малфой покачивался на стуле, прикрыв глаза. Одной рукой он держался за стол. Гермиона пробежалась взглядом от жилистого запястья выше, по предплечью, скрытому рукавом белой рубашки, к локтю, как вдруг её глаза удивлённо расширились: прямо поверх ткани у самого сгиба его руки красовалась атласная резинка. Девушка не могла её не узнать: именно её стянул Малфой с волос своей напарницы в злополучный момент «похищения». Волшебница сощурилась и села рядом со слизеринцем. Глаза он так и не открыл, зато качаться на стуле перестал.       — Ничего не хочешь мне вернуть? — раздражённо спросила Гермиона.       Парень нехотя поглядел на усевшуюся рядом гриффиндорку.       — Чего тебе? — ответил он вопросом на вопрос.       — Это, — девушка ткнула пальцем в резинку. — Отдай.       Тео вдруг сорвался с места и бегом бросился в гостиную. Уже оттуда он прокричал: «Пойду поищу совок», после чего послышался стук двери, ведущей в кабинет. Малфой поставил ноги на пол и всем корпусом развернулся к собеседнице.       — Давай так. Я не от большой любви к тебе её ношу, — парень задумчиво покрутил полоску бордовой ткани у себя на предплечье. — Просто у парочек вроде так принято. Эдакое материальное подтверждение для Тео. Не забывай, что в остальном притворяться у нас получается из рук вон плохо, Грейнджер.       Девушка заметила, как подчёркнуто прозвучала её фамилия. «Опять намекает, чтобы я называла его по имени?» — Гермиона нахмурилась.       — Здорово, конечно, но мне бы волосы собрать, Малфой. Мешаются, — она тряхнула головой, чтобы убрать пряди с лица.       — Сейчас придумаю что-нибудь, — пробурчал парень и задумчиво огляделся по сторонам. Вдруг его как будто осенило. Одним быстрым и точным движением он распустил свой галстук. Гермиона отпрянула. На мгновение слизеринец застыл, но вскоре продолжил своими тонкими пальцами развязывать тугой узел. Девушка не шевелилась, не до конца понимая, что он делает. Наконец парень протянул ей узкую полоску тёмно-зелёной ткани.       — Вот, — гордо произнёс он.       — Что — вот? — удивлённо переспросила Гермиона.       — Для волос твоих, — нетерпеливо ответил слизеринец.       Волшебница ещё раз посмотрела на галстук и фыркнула.       — Во-первых, им неудобно завязывать волосы. Ума не приложу, как это по-нормальному сделать с его-то толщиной. Во-вторых, я, кажется, уже говорила, что терпеть не могу этот цвет?       — Понял, — уверенно кивнул Малфой, — значит, я сам.       И прежде, чем Гермиона успела хоть что-то ответить, он наклонился ближе, аккуратным движением приподнял её волосы и отвёл их назад. Шею мазнуло холодом — по избушке гулял сквозняк — однако волшебница даже не вздрогнула. Она замерла. Ей не было страшно, но сердце почему-то пропустило пару ударов. Совсем близко к ней зависло лицо Малфоя. В глаза напарницы он не смотрел, только куда-то за спину. Белые невесомые пряди щекотали ей нос. Девушка скользнула взглядом за них, прошлась по белёсым ресницам, спустилась ниже, к носу, и тут же резко отвела глаза в сторону.       Обстановка показалась ей неприлично интимной. Она хотела отстраниться, однако Малфой опередил её. Он откинулся на спинку своего стула, после чего сказал:       — Поверни-ка голову.       Гермиона послушалась. Парень довольно улыбнулся.       — Как говорится, принимай работу, хозяйка.       Он шутливо указал ладонью на дверь в ванную. Гермионе стало любопытно; она встала и прошла к зеркалу. «Ну точно, — подумала девушка, вертясь перед ним, — его родители также волосы собирают. Что ж, красиво». Волшебница вернулась к столу и снова села рядом с улыбающимся слизеринцем.       — Ну как? — спросил он.       — Где ты такому научился? — вопросом на вопрос ответила Гермиона.       Парень вмиг посерьёзнел и только махнул рукой.       — Да неважно.       «Часто он вот так девушкам волосы собирает?» — промелькнуло в голове у волшебницы. Она хотела задать и этот вопрос, как вдруг на кухню ворвался Тео.       — Помирились? — спросил он с порога, после чего игриво подмигнул сидящей за столом гриффиндорке. — Причёска — супер!       Девушка фыркнула.       — Совок нашёл? — грубо спросила она, раздосадованная тем, что их прервали.       — Нет, — Тео беспечно пожал плечами, после чего продолжил выгребать шкафчики и бороться с кишащими в них тараканами. Гермиона нахмурилась.       — Чем ты вообще занят? — всё же решила поинтересоваться она.       — Генеральной уборкой, — заявил слизеринец, выпуская из палочки очередной залп разящих искр. — Мы с мамой всегда занимались ей в канун Рождества. Мама говорила, что праздновать обязательно нужно в чистоте. Она считала…       Дальше Гермиона не слушала: её как обухом по голове ударило. «Сегодня канун Рождества. Надо же, — Медлительно, болезненно размышляла она. — То самое Рождество, которое я так хотела отпраздновать с семьёй, с друзьями… а в итоге что? Застряла в лесу с двумя незнакомыми парнями. На меня охотятся Пожиратели. Родители меня больше не помнят. Неизвестно, где Рон и Гарри, что с ними. Сказочно». Девушка обессиленно откинулась на спинку стула. Равнодушие накатывало волнами. Не хотелось ни слушать, ни говорить. На несколько мгновений ей стало решительно всё равно.       Вдруг из ниоткуда на стол перед ней рухнула чашка с кофе. Девушка подняла глаза и недоумённо посмотрела на неё, а потом на спорящих о чём-то слизеринцев.       — Да не выдумывай, — говорил Тео, махая в воздухе вытащенной из ящика поварёшкой. — У неё просто низкое давление и всего-то.       Парень оглянулся и кивнул Гермионе.       — Пей давай, взбодришься.       Волшебница послушно сделала несколько глотков. Горький вкус кофе постепенно возвращал на землю. Горячая жидкость разливалась по телу тёплой волной. Замолкшие на несколько минут слизеринцы возобновили свой разговор. Гермиона слушала вполуха.       — Давай устроим праздник, — первым заговорил Тео. — Не понимаю, почему ты противишься.       — Да не то чтобы… — Малфой вертел в руках чашку, внимательно изучая узоры, оставляемые кофейной гущей, — просто нужно много всего подготовить, а времени в обрез. Да и где взять всё необходимое? Украшения, еду?       — Было бы желание, — буркнул Тео. — За едой я могу сгонять, раз вы невыездные. Думаю, смогу найти магловский магазинчик неподалёку.       — А магловские деньги ты где возьмёшь?       — Я дам, — неожиданно для себя включилась в обсуждение Гермиона. — Всё равно запасы нужно пополнить, а то скоро совсем нечего есть будет.       Тео энергично закивал. Малфой перевёл полный удивления взгляд на девушку.       — Хочешь организовать праздник? Сил хватит?       «Уникальная форма заботы», — подумала Гермиона и вяло улыбнулась.       — Лучше уж провести время в делах, нежели сидеть и думать обо всём… произошедшем.       Малфой понимающе кивнул, с дребезгом поставил чашечку на блюдце и громко хлопнул по столу.       — Решено! Тогда мы сами себе организуем Рождество! Нам нужен план.       Тео с готовностью сел за стол, решительно сжимая в руке поварёшку. Девушка так и не могла понять, на что ему сдалась эта железяка.       — Самое главное — это ужин, — заключил темноволосый парень. — Что купить в магазине?       — Давайте приготовим индейку с картошкой и свинки в одеялах, — Гермиона вскочила. — Сейчас принесу ручку и бумажку.       Она вернулась через минуту и резво застрочила по листу.       — Так… картошки возьми побольше… и консервы не забудь… — вскоре она всучила листок Тео.       Слизеринец пробежался по списку глазами и спросил:       — А украшения?       — Лучше не тратить на это деньги, золотой запас у нас небольшой, — Гермиона удручённо вздохнула.       Малфой, всё время до этого как будто гипнотизировавший лист бумаги, наконец оторвал от него свой взгляд и переключился на Гермиону.       — Ещё бумага есть? — отрывисто спросил он.       — Да, целая пачка, — Гермиона недоумённо захлопала глазами. — А что?       — Украшения будут, — парень уверенно кивнул головой.       Тео понимающе заулыбался.       — Давайте, творите, я тогда в магазин.       Он встал из-за стола, подошёл к кухонным шкафчикам и быстро ударил поварёшкой по столешнице. Послышался неприятный липкий хруст.       — Это был последний, — пробормотал Тео, рассматривая останки таракана на орудии убийства. Гермиона поморщилась.       Вскоре ребята собрались в прихожей, чтобы проводить Тео. Малфой надавал советов по безопасности, его напарница — по выбору продуктов. Тео вежливо улыбнулся и скрылся за дверью. Вмиг стало очень тихо. Гермиона украдкой посмотрела на стоящего рядом слизеринца: тот колупал ногтем дверной косяк. Волшебница откашлялась.       — Так… каков план? — спросила она.       — Тащи бумагу — всю, что есть — на кухню, — парень развернулся на пятках и удалился в соседнюю комнату. Девушка недовольно цыкнула, но всё-таки вытащила свою сумку из-под тахты и открыла её.       Через несколько минут напарники сидели за столом друг напротив друга, между ними — стопка листов.       — И? — наконец не выдержала Гермиона.       — Умеешь пользоваться Диффиндо? — спросил Малфой.       — Да, — ответила девушка. — А что порезать надо?       Слизеринец ухмыльнулся.       — Мы будем не резать, а вырезать.       Девушка удивлённо захлопала глазами. Парень взял в руки первый лист бумаги.