Луна сегодня красива, не правда ли

Сюэ Яну множество раз случалось получать ранения, так что само понятие боли настолько срослось с ним, въелось под кожу, что стало лишь докучливым спутником жизни. Ему также часто приходилось бежать, скрываться, заметать следы и убивать. Убивать несметное количество заклинателей, посланных в погоню за беспринципным преступником, моральным уродом и кровожадным психом. Ему было знакомо чувство загнанного на охоте зверя еще с раннего детства, но спустя столько лет он не думал, что ему придется испытать его вновь. В этот раз все стало слишком опасным. Он помнил, как в течение нескольких дней плутал по тропинкам на окраинах деревень, прятался на постоялых дворах и как столкнулся с заклинателями. Несколько дней погони и отсутствия сна дали о себе знать. Сюэ Ян отвлекся, и меч глубоко вошел в его плоть. Нога перестала его слушаться, так еще и лихорадка от потери крови тормозила движение. В один миг он просто понял, что больше не может идти дальше. Единственное, на что еще хватило сил – это сойти на обочину, чтобы не бросаться в глаза каждому проходящему мимо. Сюэ Ян не помнил, когда отключился. В тот момент, когда он упал среди травы, он уже знал, что умрет. Он чувствовал, как постепенно немели его конечности, как сердце устало останавливалось. Но в какой-то миг где-то вдалеке он услышал грохот металла и чье-то ворчание, а потом нога прострелила болью. Он инстинктивно дернулся, и в ответ на это раздался тихий голос: – Не шевелись. Сознание мгновенно вернулось, Сюэ Ян отшатнулся, игнорируя ревущую боль и готовый защищаться. Он бросил взгляд на говорившего и застыл. Перед ним сидел Сяо Синчэнь. Заклинатель в белых одеждах с повязкой на глазах. Его заклятый враг. С губ Сюэ Яна непроизвольно сорвался выдох: – Ты… Он сам не узнал свой голос. Он прохрипел это так, будто его глотку полоскали кипящим маслом. Сяо Синчэнь слегка нахмурил брови. – Тебе и впрямь не стоит двигаться, иначе твои раны раскроются. Не беспокойся, я спас тебя, а значит – не собираюсь навредить. Сюэ Ян не мог отвести взгляд от заклинателя. Он вспоминал, как тот схватил его. Как помешал. Сяо Синчэнь влез и начал вершить свою проклятую справедливость. Но он ответил за это… Сюэ Ян видел кровавые пятна на повязке заклинателя, и его душу заполняло удовлетворение. Однако он помнил, кому изначально предназначалась эта повязка. И даже тут Сяо Синчэнь решил выделиться и выставить себя героем. Сюэ Ян чувствовал, как его руки немеют от желания вогнать Цзян Цзай в глотку Сяо Синчэню и прокрутить лезвие, превращая внутренности в кашу, но он был слишком слаб. В таком состоянии он не мог противостоять Сяо Синчэню, поэтому, собрав все силы и выдержку, он прохрипел: – Кто ты такой? Резкий голос, больше похожий на скрип, прозвенел над самым ухом: – У тебя, что, глаз нету?! Он бродячий заклинатель, который с огромным трудом принес тебя сюда на своей спине и даже напоил всякими волшебными штуками, а ты все равно такой грубый! Сюэ Ян внимательно оглядел девушку, смотрящую куда-то сквозь него: – Ты слепая? Девчушка на мгновение замерла, но на ее лице тут же отразилась гримаса возмущения, и она гневно затараторила: – А что, ты презираешь слепых? Ну так знай же – слепой тебя спас! Все чихать хотели на тебя, и, если бы не он, ты так и сгнил бы в придорожной канаве! А ты вместо того, чтобы первым делом поблагодарить даоцзана, так грубо себя повел! И таким тоном назвал меня слепой… Пф! Ну и что такого, что я слепая… Сяо Синчэнь дождался, пока девушка выговорится, аккуратно расправил тряпку, которую только что смочил в воде, и обратился к Сюэ Яну: – Не отодвигайся так далеко. Я еще не обработал рану на твоей ноге, – он осторожно приложил ткань, собирая кровь, – Если ее не залечить как можно быстрее, ты можешь превратиться в калеку. Голос Сяо Синчэня был полон доброжелательности. И тогда Сюэ Ян убедился, что заклинатель его не узнал. Это казалось интересным. Придав своему голосу как можно больше признательности, он протянул: – Спасибо за заботу, даоцзан. Сяо Синчэнь мягко улыбнулся и принялся заботливо обрабатывать рану. Сюэ Ян наблюдал за его осторожными движениями, за изящными пальцами, закрепляющими повязку на ноге, за прядями волос, спадающими на худое лицо. Спина этого хрупкого на вид заклинателя в белых одеждах была прямой и твердой, как его клинок, и Сюэ Ян представил, как может сломать его, надавить на красные пятна на месте глаз и причинить боль, но вовремя заставил себя остановиться. – Даоцзан, ты не собираешься спрашивать, кто я такой и почему так сильно изувечен? – спросил он. Сяо Синчэнь мягко проговорил: – Если ты сам не рассказываешь, то и мне незачем знать. Я совершенно случайно наткнулся на тебя и решил протянуть руку помощи, к тому же никаких хлопот ты мне не доставляешь. А после того, как твое тело окрепнет, каждый из нас пойдет своей дорогой. Окажись я тобой, я также бы предпочел, чтобы незнакомцы не совали свой нос в мои дела. Сюэ Ян прыснул. Это было действительно благородно. Прямо в духе Сяо Синчэня. Пускай так. Ему это только на руку. Закончив с перевязкой, Сяо Синчэнь удовлетворенно кивнул и, поправив длинные рукава, взял таз с водой и вынес его в другую комнату. Слепая вышла за ним. Через какое-то время Сяо Синчэнь ушел из дома, и Сюэ Ян решил кое в чем убедиться. Он позвал: – Слепышка, иди сюда Через пару секунд из-за стены донеслось: – Зачем? – Я дам тебе конфету. На несколько мгновений в помещении повисла тишина. – Я их не ем, так что никуда не пойду! Сюэ Яну показалось это забавным. – Так уж прям и не ешь? Или, может быть, ты просто боишься подойти ко мне? Ты же не думаешь, что я действительно не могу двигаться? И что, если ты не придешь ко мне, я не встану и не найду тебя сам? Через минуту в дверях появилась фигура девушки. Она продвигалась вперед, проверяя дорогу бамбуковым шестом. Сюэ Ян бросил конфету ей в грудь. Девушка вздрогнула, когда почувствовала удар, но ее глаза не последовали за прилетевшим в нее предметом. Она обиженно протянула: – Эй! Ты чем там бросаешься! – Это конфета, угощайся. Я совсем забыл, что ты не видишь, – наигранно оправдался Сюэ Ян, – Она лежит у твоих ног. Девушка присела, пошарила вокруг руками и, обнаружив конфету, отправила ее себе в рот. Подпирая рукой подбородок, Сюэ Ян сладко поинтересовался: – Вкусно, Слепышка? И тут его охватил эффект дежавю. Он словно уже слышал этот вопрос, произнесенный своим голосом, и точно знал, что ответит ему девушка. – У меня есть имя. И это не Слепышка. «А-Цин» прозвучало в голове Сюэ Яна. Он не мог понять, что происходит. – Ты не сказала мне своего имени, поэтому мне приходится называть тебя так. – Слушай сюда, – раздраженно выпалила она, – Меня зовут А-Цин. И хватит уже талдычить «Слепышка» да «Слепышка»!». Она резко оборвала свою речь и, пугливо повернувшись в сторону Сюэ Яна, пробурчала: – Ты такой чудной: весь в крови и изранен, но в карманах у тебя конфеты. Сюэ Ян ухмыльнулся: – Ребенком я очень любил сладости, но мне никогда не удавалось их раздобыть и приходилось лишь наблюдать, как другие с жадностью поглощают их. Поэтому я решил, что если когда-нибудь разбогатею, то всегда буду носить с собой целую гору конфет. Девчушка лукаво поинтересовалась: – Значит, у тебя есть еще? – Ну конечно! Я дам тебе еще, если ты подойдешь ближе, – доброжелательно протянул Сюэ Ян. Он чувствовал, что в этой девчонке что-то было не так. Когда она подошла ближе, Сюэ Ян выудил из рукава Цзян Цзай и направил клинок в живот девушке. Она не остановилась ни на секунду. Ничто не опровергало ее слепоту. Тем не менее все в Сюэ Яне твердило, что это ловушка. Но на этот раз он решил, что просто устал. Паранойя и галлюцинации стали следствием потери крови. Он дал А-Цин конфету и спросил: – А куда твой даоцзан отправился посреди ночи? – Скорее всего, на охоту, – проговорила она слишком увлеченная сладостью. – Ты, наверное, хотела сказать, на ночную охоту, – инстинктивно поправил ее Сюэ Ян. – Да? А я думала, это одно и то же. По-моему, никакой разницы: ты всем подряд помогаешь бороться с чудищами, а в ответ не получаешь ни гроша, – протянула она, пережевывая конфету. – Он же слепой. Как он может ходить на ночную охоту? Девчушка опять начала возмущаться, а Сюэ Ян подумал о Сяо Синчэне. Это же был он. Образцовый ученик Баошань Саньжэнь. Конечно, это было в его силах. Он мог бы сражаться, даже если бы лишился всех конечностей. – …даоцзан все равно крут! И его меч такой: шух, шух, шух – очень быстрый! Сюэ Ян мгновенно ухватился за эту оплошность: – Ты ведь ничего не видишь, откуда тогда знаешь, что его меч быстрый? – Он быстрый, потому что я так сказала! Меч даоцзана должен быть быстрым, как же иначе! Может быть, зрячих глаз у меня и нет, но уши-то вот они! Ты вообще на что намекаешь? Опять смотришь на слепых, вроде нас, свысока! Она говорила это так гневно. Такое обожание Сяо Синчэня сквозило в каждой ее фразе, что Сюэ Ян мгновенно потерял к ней интерес. Он думал о Сяо Синчэне. О том, как сломает его. Его подозрения утихли, и он не увидел взгляд, который бросила на него девушка. Уже под утро он слышал шум. Скрип двери и бесшумную походку Сяо Синчэня. Заклинатель поставил кувшин подле кровати Сюэ Яна, а сам разместился где-то в углу комнаты. Сюэ Ян притворялся спящим. Он понял, что Сяо Синчэнь, скорее всего, лег здесь на случай, если раненому понадобится помощь. Через пару минут все стихло, и Сюэ Ян вновь провалился в сон. Он слышал крик, надрывный, переходящий в тихий скулеж. Он чувствовал запах мертвой плоти, запах крови. Ему было безумно холодно. Мороз пронзал до костей. Какой-то пугающий мороз. Он слышал свой тихий на грани истерики голос: «Если ты сейчас же не встанешь, я заставлю твоего дорогого друга Сун Ланя убивать людей…Я истреблю в городе И всех до единого и обращу их в живых мертвецов. Ты же жил здесь так долго, так неужели тебе все равно?.. Я своими собственными руками задушу слепышку А-Цин и отдам ее труп на растерзание псам…» А потом он услышал крик. Свой крик. «Сяо Синчэнь!». И его сердце пронзила боль. Он открыл глаза, обливаясь потом, усиленно пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха. Он смотрел в непроглядную тьму комнаты, и ничего не видел. Тем не менее, он до ужаса боялся закрывать глаза. Он не понимал почему, но был уверен, что не хочет вновь оказаться в этом сне. На то чтобы отдышаться ему потребовалось около пятнадцати минут. Измотанный, он подтянулся на все еще дрожащих руках и сел на кровати. Его одежда была мокрой от пота, и холодный ночной ветер пробирал до костей. Он устало прислонил голову к стене и посмотрел на Сяо Синчэня, спавшего в углу на ворохе соломы. Луна мягким светом освещала тонкие черты его лица. Его грудь бесшумно вздымалась. Он лежал ровно. Так ровно, будто его природа не позволяла ему походить на простого смертного даже во сне. Сюэ Ян смотрел на него, и в этот момент мысль об убийстве Сяо Синчэня пугала его настолько, что он начинал задыхаться.