Часть 6
20 августа 2023 г., 15:00
So many
Bright lights to cast a shadow
But can I speak?
Well is it hard understanding
I'm incomplete
Так много ярких огней
Которые отбрасывают тень
Но могу ли я говорить?
Так трудно для моего понимания
Может, я неполноценен?
(My chemical romance – Famous Last Words)
Прошло несколько недель с того времени, когда произошли все те события, после которых наше общение со Стэном заметно улучшилось. Приближался день Святого Валентина, который для меня самого не сулил ничего удивительного: каждый год, я стабильно получал парочку валентинок от неизвестных мне девушек, что пусть и немного, да поднимало моё чувство собственной привлекательности, но в целом никакой радости я не испытывал. Для меня это было таким же днём как и все остальные. Мы с парнями (обычно без Стэна) как бы назло всеобщему празднику тусили своей чисто мужской компанией и мне приходилось слушать шутливые и язвительные замечания от Кенни и Эрика в сторону любых парочек, что нам попадались. Мне же всё это было просто... Безразлично. В этом году, Стэн, наверное, присоединится к нам. В противном случае он будет отбиваться от кучи девушек, желающих его занять до того, как он "снова" станет собственностью Тестабургер. Но, как оказалось, не только он будет отмечать этот праздник непривычно для себя. Сообщение от Кенни в нашем чате вызвало бурную волну негодования, точнее, волну негодования Картмана. Neverdead: Парни, вы меня простите, но завтра я буду занят своей принцессой, поэтому присоединится к вам не смогу ;) Your_Dad: Ах ты падла! Your_Dad: А кто говорил что братву на сиськи не меняют, а?! Your_Dad: Оставишь меня с этими педиками, Маккормик?! Я тебе этого не прощу! Яйца свои на дереве найдёшь!! BROflovski: Кенни, ты, типо, даже в школу не пойдёшь? Neverdead: Ну да. Но не переживай, я думаю, Стэнли составит тебе компанию ;) Your_Dad: ЭТО КТО ТУТ ЕЩЁ ПЕРЕЖИВАТЬ ДОЛЖЕН?! ТЫ КИДАЛО, МАККОРМИК! Neverdead: Пупсик, не кипятись~ Наверстаем ещё с тобой Your_Dad: Да пошёл ты, скотина! JuSTan: Чё за кипишь, парни? Your_Dad: У тебя с жидом свидание намечается, можешь подрочить на радостях JuSTan: ... BROflovski: Забей. У Картмана просто обострение на почве того, что он девушек не интересует. И завтра его даже Кенни от этого чувства не спасёт. Your_Dad: Я хотя бы не педик, Кхаел JuSTan: А без пары быть веселее, оказывается BROflovski: Наслаждайся. Мне на телефон пришло ещё одно сообщение, но уже из другого чата. Стэн решил написать мне лично. JuSTan: Кстати, а ты завтра занят? Ну, после школы BROflovski: Не сильно, а что? JuSTan: Погуляем после школы? Можем зайти пиццы поесть. Я ухмыльнулся. BROflovski: Звучит как свидание. Пошутил я, и тут же сам отпрянул. Блять, а это же не звучало как флирт? Наверное нет, мы же и раньше в шутку подобное говорили друг другу. Ничего странного нет, мы же друзья. Да и вообще, чего я так разнервничался? JuSTan: Ну, если хочешь... Чего?? BROflovski: Эм... JuSTan: Боже, я ж шучу. Хотя... Господи, что "хотя"?? JuSTan: Почему бы нам не устроить дружеское свидание? Окей. Это лучше, чем просто свидание. Но всё же... BROflovski: А в чём его смысл? JuSTan: Да ни в чём, Господи. Просто дружеская посиделка, названная свиданием. День любви ведь BROflovski: Окей... Допустим. А зачем так называть то, в любом случае? JuSTan: Бож, какой ты душный. По приколу, чувак BROflovski: Ладно, понял...Извини. JuSTan: Так что, пойдёшь? BROflovski: Конечно пойду. JuSTan: Вот так бы и сразу) На следующий день я стоял на остановке абсолютно один, ожидая автобус. Походу жиртрест реально загнался настолько, что даже отмазался у матери от школы. Он наверняка скажет нам о причине, совершенно не связанной с его завистью и комплексами, но как будто не пофиг. Я и не против провести весь день чисто со Стэном, учитывая, что Толкин тоже занят своей бессменной Николь. Вот уж у кого настоящая любовь. А как ей не быть у такого замечательного парня и не менее замечательной девушки? Хотя, Стэн тоже замечательный, не смотря на все его косяки. Да и Венди девушка неплохая, но их отношения проверку временем, как выяснилось, не прошли. Причина, наверное, в их характерах. Венди слишком сильная и независимая для Стэна, мне кажется, ей нужен кто-то своего уровня или сильнее, потому что для неё отношения – это ещё одна борьба за превосходство. А Стэн, ну, невероятно добрый и сочувствующий, но довольно уступчивый и немного пассивный. Я думаю, они могли бы быть хорошими друзьями, но видимо тому уже не случится, учитывая их последний разрыв. Иногда мне кажется глупым то, сколько я размышляю об отношениях своего друга. Это ведь не первый раз, когда я сам с собой о них рассуждаю. На самом деле, в глубине души я рад, что это всё закончилось. В автобусе я, как уже стало обычным для нас, сел к Стэну. Баттерс, сидящий перед нами, так же поздоровался со мной и протянул мне бумажку. – Дружеская валентинка! С днём Святого Валентина, Кайл! – Спасибо. – я принял её и снисходительно улыбнулся. Для Баттерса такое поведение было совсем не странным. Он каждый год делал валентинки для нас. – Кстати, а Эрика сегодня не будет? – Не-а. Его тонкая душа не выдержала того, что Кенни оставил нас сегодня. – У-ух... – Баттерс как-то встревоженно посмотрел на костяшки своих пальцев, которые он, по привычке, перетирал между собой. – Божечки-кошечки, вот беда то. Если б знал... – Хей, да ты чего? – включился в разговор Стэн. – Ты же не виноват, что у Кенни подружка тайная, из-за которой он сам не свой. Вон, сегодня даже в школу не пошёл. Хотя и не скажу, что она плохо на него влияет. – Соглашусь, кстати. Он учиться лучше стал, не флиртует больше со всем, что движется, только шутит, в целом старается быть лучше. – заговорил я, наблюдая как меняется выражение лица Баттерса. Тот всегда улыбался, когда речь заходила о Кенни, поэтому и сейчас от былого беспокойства не осталось и следа. Лучший друг, всё-таки. – Кстати, ведь и ты не знаешь, кто она? – Понятия не имею. – простодушно ответил он, не смотря на нас. – И тебе совсем не интересно? – спросил его Марш. Стотч отрицательно помотал головой. – Если она так хорошо влияет на него, я думаю, это может быть кто угодно, без разницы кто. Вы так не считаете? – он взглянул на нас будто с опаской. – Наверное, ты прав. – Стэн ответил первее меня, пожав плечами. – Не важно, что это за человек, если он делает Кенни таким счастливым. Баттерс с какой-то благодарностью посмотрел на него. Я подал голос. – Мне хоть и очень интересно, кто заставил неисправимого Кенни так измениться, но вы правы. Не так уж и важно, кто это. Стотч кивнул мне и вернулся на своё место, и я услышал лишь голос Стэна, лицо которого было обращено к окну. – Я думаю, дело не в человеке, а в том, что Кенни действительно любит его. – Ну, это логично. Он и сам мне так говорил. – я лишь пожал плечами. Стэн лишь промолчал в ответ. В школе на день Святого Валентина была особенная атмосфера, но кроме этого и обострялось то противное, что сопутствовало такому приятному чувству, как влюблённость: а именно нытики, отрицающие отношения и романтику. Хотя и среди персон "счастливых" находились неприятные по поведению личности, желающие всем пихнуть в глаза своё "счастье". Обычно валентинки раздаёт после первого урока специальный комитет по празднику, который собирает все-все валентинки и потом раздаёт их тем, кому они были адресованы. Некоторые так же находят валентинки в шкафчиках и сумочках: обычно это те, где отправитель не анонимный, поэтому такие были куда большей редкостью. Я знаю, что часть валентинок от комитета сфабрикованные: обычно такие делают для тех, кому совсем ничего не досталось, чтобы сделать им приятное. Они отличимы от других одинаковым почерком. Я сам до старшей школы получал такие. Стэн наоброт, всегда был любимцем девушек: даже сегодня он уже с утра нашёл три валентинки в шкафчике. Две из них были с именами отправителей и предложениями о свидании, на что он лишь закатил глаза. – Я представляю, что после урока будет. – сказал я, хитро улыбнувшись. – Какие у тебя ставки? Я думаю, десять точно получишь. – Ничего не говори. – отмахнулся он, убирая валентинки обратно. – Не понимаю, что девушки во мне находят. – Ты стандартный набор штучек по которым текут девочки-подростки, камон. – я пожал плечами и на слегка обиженный взгляд друга, добавил. – К тому же, ты очень добрый, понимающий, не тупой, ну и, наверное, романтичный? Я не знаю, вот это твоё увлечение музыкой, гранжево-рокерский стиль и прочее. – я на момент задумался, прежде чем добавить последнее. – Красивый, в конце концов. А он действительно был таким. Высокий, с некоторой мускулатурой, правильными чертами лица и потрясающим контрастом чёрных волос и серо-голубых глаз. – Кх, спасибо. – он, кажется, слегка смутился. – Хотя как по мне, у девушек просто стандарты низкие. – Да ладно тебе, чел, ты правда классный. – Ты не менее классный, но почему-то такой популярностью не пользуешься. Я считаю это большим упущением со стороны женского пола. Я, наверное, должен был обидеться на такое, но почему-то краснею. – Да ладно тебе, во мне нет ничего особо привлекательного. Ну, такого, чтоб девушек цеплять. Стэн посмеялся, потом искренне заявив. – Не согласен, чувак. У тебя куча черт, от которых девушки должны быть в восторге. Ты даже внешностью не обделён. – Это я то? – раскрасневшись сильнее, я недоумевал. – С моими то носом и волосами? – У тебя ахуенный нос. – серьёзно заявил Марш. – И не менее ахуенные волосы. Кайл, ты выглядишь как чёртов аристократ 18-го века, со своей худобой, прямой осанкой и рубашками. У тебя ещё и внешность нестандартная, в хорошем смысле. Типо, не каждый день встретишь рыжего с зелёными глазами. Даже не спорь о своих внешних данных. Я хотел ему что-то сказать, но открыв рот, совершенно не нашёл слов. Пару секунд я стоял как дурак, после чего поджал губы и еле выдал неловкое: "Спасибо?" Стэн лишь вздохнул, после чего посмотрел на меня с улыбкой и потрепал по волосам. В другой ситуации я бы сразу дал ему по руке, потому что такое вмешательство портило укладку, а было только начало дня. Но я был в таком шоке от наваленных комплиментов, что мог лишь стоять и тупо пялить на него. А он всё улыбался. И было в этой улыбке что-то, что прочитать я не мог. Звонок на урок прервал наш молчаливый контакт и мы поспешили в класс. Думаю, красный цвет моего лица все спишут на бег. После урока по классам стали ходить члены комитета и раздавать каждому конверты со всеми валентинками. Получив свои со Стэном, мы сначала открыли его конверт. К нам присоединился Толкин, который сам получал, наверное, немного меньше чем Марш, и то лишь потому, что имел постоянные гармоничные отношения. Когда Стэн вывалил все валентинки на стол, мы посчитали их. – Двенадцать. – приподняв брови вверх, заключил Толкин. – А я говорил, что не меньше 10-ти будет. – я похлопал Стэна по плечу. – Чувак, ты в ударе. – Мда уж. – Стэн неловко смеялся, собирая их обратно. – Потом почитаю. Наверное. А у тебя сколько, Толкин? Толкин открыл конверт, который до этого просто держал в руках и прям так посчитал валентинки в нём. – Восемь. – Неплохо. – Марш перевёл взгляд на меня. – А свои покажешь, Кайл? Я пожал плечами и открыл свой конверт. Прям так увидел, что валентинок было аж... 4. Вау, да и я в ударе. – Четыре. – я достал их из конверта, показав. – Вау, одна прям большая. – заметил Блэк. – Кто-то целое письмо тебе посвятил. Дашь почитать? Не то чтобы мне было прям интересно, что там, я скорее из вредности ответил следующее. – Дам, дам. Дай самому прочесть сначала. Почерк был красивым и строки шли ровно, были даже видны следы от проведённых карандашом линий. "Дорогой Кайл. Мы знакомы с тобой ещё с самого детства. Ты всегда казался мне замечательным и милым парнем, и с каждым годом ты всё сильнее покоряешь моё сердце своей личностью. Твой ум, твоя тяга к справедливости и твой альтруизм восхищают меня. Ты очень интересный собеседник, к тому же, очень добрый, внимательный и заботливый друг. Жар твои рыжих волос заставляет меня краснеть, а в твоих глазах хочется заблудится, они словно глубокий лес. Позже ты поймёшь, кто я. С любовью, от анонима" Воу. Я даже не знаю кто это написал, но это письмо заставило кончики моих ушей нагреться. Автор определённо имел отношение к писательскому делу. Кто же он? "Мы с тобой знакомы ещё с самого детства" "...заботливый друг." Я много с кем с детства знаком, но в основном это парни и... Почему-то, первым делом я подумал о Стэне. Даже спустя эти недели я не выкинул из головы странные признания и поцелуй, хотя давно и признал их несерьёзными, потому что, ну, блин. Я его лучший друг, а он гетеро, почему он вообще должен быть влюблённым в меня? Вспомнив, что он сидит рядом со мной, я поднял взгляд на него. Марш, оказывается всё это время смотрел на меня. Выражение его лица было не читаемым, но каким-то напряжённым. Мне стало неловко и я покраснел ещё сильнее. А что если и вправду он? – А-хах, Кайл, ты весь красный. – шутливо отметил Толкин. – Что там тебе такого написали? Я посмотрел сначала на него, потом снова на Стэна, и потом обратно на Блэка. Молча протянул ему валентинку. Стэн тут же поднялся со стула, встав рядом с ним, и стал молча водить глазами по тексту. Фух, наверное не он. Потому что, ну, зачем читать собственное же письмо? Да и в его в глазах было нескрытное любопытство, а потом и удивление. Очень сильное удивление, даже граничащее с возмущением. Толкин же был восхищён. – Во-оу, чувак. – протянул он, переведя взгляд на меня. – Кто-то в тебя серьёзно влюблён. – Наверное? – неловко предположил я, почесав затылок и отведя взгляд в пол. – Только вот, кто? – Написано, что вы с детства знакомы. Ты со многими девушками из нашей школы с детства знаком? – А почему сразу девушка? – голос Стэна прозвучал резко, даже агрессивно. Я сразу поднял взгляд на него. Его брови были нахмурены. – Пол указан не был. Так, а вот это уже не делает мои подозрения совсем уж беспочвенными. – Стэн, ну дай ты хоть другу на лучшее понадеяться. Навряд ли Кайл мечтает о глубоко влюблённом в него парне. Марш буквально стрельнул в него взглядом, но в этот же момент прикрыл глаза и глубоко выдохнул. И почему он так завёлся? Может всё-таки он писал или... Да блять, почему я так уверен, что он должен мне написать валентинку? – Почерк очень знакомый, кстати. – продолжил разговор Блэк, оглядывая послание. – Мне он тоже показался знакомым. – вдруг осознал я, от чего мои глаза округлились. – И мне он знаком. Просто пиздецки. – чуть ли не рыча, проговорил Стэн и скрестил руки. Кажется, он совсем не успокоился. Я осторожно, изучающе посмотрел на него. – Может ты знаешь, кто это? Он кинул на меня злой взгляд. Я же в недоумении косился на него. Почему он так злился? Не успел я что-то сказать, как он пошёл прочь из класса. – Не знаю. – кинул он напоследок, захлопнув за собой дверь. – Воу... – выдал Толкин, озадаченно смотря ему вслед. – Чего он злой такой? – Самому бы знать. – спокойно ответил я, напряжённо посмотрев на письмо. Что же его так задело? Мог ли он ревновать, или ещё что? Однако, Толкин решил загадку за меня. – Слушай... – вдруг продолжил он, смотря на текст валентинки, а потом и на меня. – Мне кажется, что это Венди писала. – Чего?! – я ошарашенно посмотрел на него. – Тестабургер?! Да с чего бы? – Ну, смотри, они со Стэном расстались же окончательно, верно? – И она решила подкатить к его лучшему другу? Серьёзно, Толкин, она далеко не тупая, чтобы поступать так. – А что если ты ей давно нравишься? И это было ещё одной из причин, почему они окончательно разошлись? Подумай, почему ещё Стэн будет так злится? Мне кажется, это её почерк. Других объяснений у меня нет. – Чёрт, старик, мне совсем не хочется думать о таком. – я страдальчески вздохнул, ложась на парту. – Ещё мне не хватало, чтобы ко мне клеилась бывшая моего лучшего друга. – Ну, наверное да, пока слишком мало времени прошло, чтобы всё было забыто. Не знаю, если не хочешь, не думай о таком сценарии. Поговори ещё со Стэном, может моя теория разрушится после этого вдребезги. Я тяжело выдохнул, закрыв лицо руками. Этот ДСВ принимал слишком странные обороты. Конечно, он не такой сумасшедший, как тот, где я подвергся антисемитскому преследованию и стал главой Голливуда, но всё-таки. Весь следующий совместный урок, Стэн даже не посмотрел в мою сторону. Да он и ни в чью сторону, честно говоря, не смотрел. Я с неудовольствием подумал, что нужно будет поговорить сразу после урока: потому что зная Марша, тот может впасть в такое состояние ну очень надолго. На удивление, когда на перемене я подошёл к нему, он резко встал и выпалил: "Надо поговорить". Я кивнул в сторону выхода из класса, на что тот быстро собрал вещи и мы покинули кабинет. Следующие два урока у нас были раздельными, поэтому успеть поговорить нужно было сейчас. – Кайл, я понимаю, что тебе, наверное, очень приятно было получить подобное письмо, но... – Но написала его Венди, да? – перебил я его и ощутил резкий взгляд на себе. – Да. – будто запыхаясь, ответил он. – И, как бы, даже учитывая то, что она моя бывшая девушка, поверь, я бы не стал препятствовать вашим возможным отношениям. Но это если бы ты ей действительно нравился. – А зачем ей ещё было это писать? – я вопросительно изогнул бровь. – Из мести. – устало выдохнул он, проведя рукой по волосам. – Венди очень замечательный и добрый человек, но это только с одной стороны, а с другой – довольно злопамятный. И это месть мне, потому что она очевидно, считает, что мне будет очень неприятно, если она будет мутить с моим лучшим другом. А я был бы... не против даже такого исхода, но я не хочу, чтобы она ранила тебя своими неискренними чувствами. – он говорил довольно быстро, будто на одном дыхании. – Вы настолько плохо расстались? – ещё более недоверчиво посмотрел я на него, потому что было ощущение, что что-то очень важное тот умалчивает. – Настолько. Поэтому, прошу, не строй надежды из-за этого письма. – Чувак... Она мне даже не нравится. С чего ты, блин, вообще взял, что я решу ответить ей взаимностью? Стэн нервно сглотнул. – Не знаю. Ты просто так покраснел, пока читал это письмо. Оно тебя прям на чувства вывело. Обычно тебе пофиг, что тебе там пишут. – Ну, мне такого никто и не писал ни разу. Письмо то и вправду хорошее, но если оно от Венди и совершенно неискреннее, то плевать я на него хотел. – спокойно ответил я, не кривя душой. Марш, кажется, успокоился и облегчённо выдохнул, похлопав меня по плечу. – Я надеюсь, ты не расстроился, что ну... – сжав моё плечо, он пытался подобрать слова. Видимо не до конца успокоился. – Ну, это, ну... – Что письмо фальшивка? – я вновь изогнул бровь, немного задумавшись. Вообще, совсем немного, но обидно было, и обидно что написал это не... Да вашу ж мать, нет. Не обидно. – Нисколько. Мне никто не нравится, в конце концов, на кого мне было строить надежды? Стэн слабо улыбнулся, пожав плечами. – Не знаю. Может, тебе было бы просто приятно, что кто-то чувствует к тебе подобное. Возможно, ты бы хотел узнать, кто это. – Не знаю. – честно ответил я, выдыхая. Меня вдруг потянуло на откровенность. – Мне иногда кажется, что со мной что-то не так. – Что не так? – Ну... Я вроде и не рад тому, что у меня такая скудная личная жизнь, но при этом мне ну, вообще никто не нравился после младшей школы. И даже желания заводить с кем-либо отношения не появлялось никакого. Я вроде и хочу, где-то в душе, а вроде и нет, как будто... я даже не знаю, что мне мешает, но будто есть какой-то барьер. Почему так? – Бро, всё с тобой нормально. – Стэн положил руку мне на плечо, мягко отвечая. – Видимо, не пришло ещё твоё время влюбиться. Но может прийти очень скоро, нам недалеко до 17-ти. Самый удачный возраст, чтобы влюбиться. Твоей любовью может стать даже кто-то хорошо знакомый тебе. – после этой фразы, он отвёл взгляд от меня, добавив. – Да даже если ты не влюбишься ни в кого, я считаю, что всё с тобой в порядке. Ты любишь свою семью, своих друзей, ты вполне себе нормальный человек, способный на тёплые чувства к другим. Уж я тебя точно странным не считаю. В груди потеплело от этих слов, я улыбнулся. Не знаю, как у Стэна это получалось, но его поддержка всегда работала: я просто верил ему, воспринимал его. Даже спустя много лет дружбы, его слова оказывали на меня особое влияние. Как же мне всё-таки комфортно рядом с ним. – Спасибо, Стэн. – я накрыл его руку на моём плече своей, чуть сжав. – Ты всегда помогаешь мне чувствовать себя нормально. – Да-а не за что. – он как-то смущённо улыбнулся, убрав руку с плеча и резко оживившись. – Ну чё, настроен после школы мозолить глаза парочкам своим братским свиданием? – Сомневаюсь, что они замечают хоть кого-то вокруг, но допустим. – я шутливо закатил глаза. – Знаешь, этот ДСВ у меня уже проходит лучше, чем в остальные годы. – Согласен. – Марш искренне улыбался. – Мне тоже нравится проводить его именно так. И я верил ему. Представляю, как он за все годы устал от порханий и потуг в этот день, направленных на Венди. А я устал от скептического настроя своих друзей, в то время как самому мне было просто плевать. В этот же раз не было ни той, ни другой дурости – мы с обычным настроем пережили этот учебный день, после которого затусили в пиццерии. Так просто, но так замечательно в своём настроении. Лучше и не придумаешь. Но что-то неспокойное, непонятное мне проскакивало моментами в сознании. К счастью, оно совсем не испортило мне вечер, лишь заставляло встревожиться и на секунду задуматься о том, что всё то прекрасное, что сейчас есть у нас ненадолго. Мне были совершенно не ясны причины этой тревоги – или я просто не хотел копаться и искать их. Всё равно это всё напускное. Не думаю, что теперь что-то сможет испортить наши отношения.
