Спасибо,что «Рапунцель» не нашел барабанную палочку!

      — Что прости? — переспросил Стёпа, посчитав, что неправильно расслышал.       — Подсыпать Левинскому снотворное — всё так же тихо повторил Гриша — Ты не переживай, для здоровья гипертоников это не опасно, его максимум стошнит и в сон клонить начнёт, не более.       Стёпа продолжал недоверчиво смотреть на нового друга.       — Ну подумаешь поспит немного, пусть отдохнёт от нас, а мы от него. — Анисимов улыбнулся, причём так невинно, будто они обсуждали рецепт блинчиков, а не намерение подсыпать человеку снотворное.       — Звучит неплохо… А если у него аллергия? Или дозу не рассчитаем?       — За это тоже можешь не переживать. Наличие аллергии я проверю, а дозу рассчитать не так уж и сложно. На всякий случай можем чуть меньше нужного подсыпать, сработать всё равно должно.       — И как же ты собираешься проверить аллергию?       — Секрет. — Гриша снова улыбнулся. — Ладно, давай продолжим работать, а то так до ночи не управимся.       Стёпа кивнул и развернулся к стеллажу с книгами. К несчастью рядом стоял ещё один стеллаж, требующий разборки, о котором оба во время диалога напрочь забыли, как забыли и о том, что стоял он криво и неровно. Неосторожно обернувшийся Дмитриев случайно задел его плечом и стеллаж опасно наклонился назад. Услышав сопровождавший это действие скрип, юноши обернулись и опять задели несчастный стеллаж, который, не выдержав большего наклона, рухнул с оглушительным грохотом. Кажется, стоявшие на нём книги можно было уже не разбирать.       — ВЫ ЧТО ТВОРИТЕ?! — раздался из-за двери истеричный возглас Владимира Романовича, сопровождаемый звуком быстрых шагов. — ЕСЛИ ВЫ РЕШИЛИ УНИЧТОЖИТЬ ЭТИ НЕВЕРОЯТНО ЦЕННЫЕ РУКОПИСИ, — дверь распахнулась и препод грозно вошёл в библиотеку. — ВАШИ ЖАЛКИЕ ЖИЗНИ СЕЙЧАС ЖЕ ОБОРВУТСЯ И…       Дальше юноши уже не слушали. Они быстро прошли мимо нескольких рядов стеллажей, образовывавших небольшие проходы, заметили в какой из проход направляется Левинский, юркнули в следующий и максимально тихо пошли в сторону выхода из библиотеки. За соседним стеллажом грозным ураганом пронёсся Владимир Дмитриевич. Увидев, что провинившихся студентов и след простыл, Левинский помчался мимо рядов, высматривая в каждом сбежавших. Почуяв опасность, юноши плюнули на скрытность и рванули в сторону выхода. Бегали они быстрее преподавателя, который к тому же находился от них на определённом расстоянии, а потому двери библиотеки захлопнулись раньше, чем Владимир Дмитриевич успел выбежать вслед за студентами, что дало им дополнительную фору.       Юноши выскочили из здания университета и перешли на быстрый шаг. Оба на автомате зашагали в сторону общежития, по дороге обсуждая всё подряд.       В парке у общежития их встретила компания, состоящая из Лёни, Саши, Серёжи, Марфы и Миланы.       — Ну наконец-то он вас отпустил! — воскликнули они.       — Нуууу… по правде говоря мы просто сбежали. — Стёпа виновато улыбнулся.       — Причём так, что универ придётся обходить за три версты… — добавил Гриша.       Ребята недоумевающе уставились на них:       — Ой, да подумаешь сбежали, что тут страшного то?       Учинители погрома в библиотеке переглянулись и, не сдержавшись, громко рассмеялись:       — Мы просто уронили стеллаж с невероятно ценными книгами… судя по реакции Левинского слишком ценными, чтобы оставлять нас после этого в живых.       — Или как минимум без зачёта, — поддакнул Саша. — А там и до отчисления не далеко.       — Что насчёт сделать вид, будто ему всё это приснилось? — неожиданно выдал Гриша.       — Чего?       В глазах Стёпы мелькнуло понимание:       — Действительно! А, вы ж не знаете. Дело в том, что пока мы разбирали книжные полки, мой новый товарищ, кстати знакомьтесь, Гриша. Так вот, он предложил подсыпать Левинскому снотворное.       — Снотворное?       — Ну да, чтоб хоть немного от нас отдохнул, а мы от него. Он же ни разу не пропустил пары и лекции, даже по болезни! Пусть хоть немного выспится на старости лет. К тому же для его здоровья это не опасно вроде…       — Его максимум стошнит и начнёт клонить в сон, не более. — подтвердил Гриша. — Подумает, что заболел и мы чисты. А пока спать будет мы и стеллаж на место поставим и книги заодно допереберём, пусть думает, что мы всё наказание отработали.       — Звучит не плохо… — мечтательно протянул Лёня. Препод ужасно бесил его, так что провести даже одну пару без Левинского звучало просто замечательно.       — Только где мы это снотворное достанем? — скептически спросила Марфа.       — Это я беру на себя. — ответил Гриша. — Заодно проверю у него наличие аллергии.       — Интересно как?       — Секрет.       — Что-то я тебе не доверяю. — нахмурилась Милана. — Мы первый знакомы, а уже планируем отправить препода на больничный!       — Ну что ты, Миланочка, самая крепкая дружба обычно так и начинается! — Стёпа широко улыбнулся и положил руку на плечо Анисимова.       — Крепкая дружба говоришь? Ваша с Лёней началась иначе.       Все кроме Миланы и ничего не понимающего Гриши прыснули.       — Кстати, — вдруг сказал Серёжа. — Левинский конечно не шибко ответственный, но всё же скорее всего сообщит о вашем проёбе максимум через пару дней, так что, полагаю, лучше поспешить. К завтрашней паре философии управишься?       — Постараюсь.       — Ой не нравится мне всё это… — покачала головой Милана.