Хороший среди плохих

      В маленьком кабинете на кресле развалился Нильсен, и, когда я зашла, поднял на меня взгляд. Ничего не сказав мне, он поставил стакан с водой на стол, подошёл ко мне, рассмотрел, а потом облокотился на стол и сложил руки на груди. Я же стояла на месте, смотрела на него вопросительным взглядом и ждала, когда он уже начнёт что-то говорить, а не просто впустую тратить моё время.       — Так и будем молчать или уже откроешь рот? — развела руки в сторону и выгнула бровь.       Александр вдруг нежно улыбнулся, и моё сердце готово было прыгнуть ему в руки…       «Долбанный сон! Агата, когда ты его забудешь?! Он же тогда просто обнял тебя. А у тебя такая реакция, будто Вы переспали. Господи, прости.»       — Ты подумала о моем предложении? В этой компании очень нужен помощник владельца.       — К чему такая любовь к этой компании? Будто вы там владелец, — я закатила глаза.       — Ну да, но это так, хобби. В основном я владелец компании по производству яхт в Швеции, — спокойно проговорил Александр.       Мои глаза полезли на лоб, а рот раскрылся настолько, что можно было запихнуть туда слона. Тогда я была бы похожа на шляпу, как из сказки Антуана де Сент-Экзюпери «Маленький принц».       — Шучу, — и улыбнулся во все тридцать два зуба.       «Мистер Нильсен, Вы так хорошо шутите, может Вам в стендап пойти?»       — Почему ты так часто думаешь, но не произносишь свои мысли?       Я глупо похлопала глазами пару раз и уставилась на него, совсем не понимая о чем он говорит. Точнее, я могла понять, но если Александр это сказал, значит… он умеет читать мысли?       «О нет, Агата, это беда! Код красный! Код красный! Один шутник умеет читать мысли!»       — А сейчас ты так растерялась, будто думаешь, что я умею читать мысли, — он усмехнулся.       «Это провал…»       — Да не переживай ты так. Не умею я читать мысли. Когда ты думаешь, у тебя всё на лице написано. Явно выражены эмоции.       Я облегчённо выдохнула и решила не думать, пока мой надзиратель находится в метре от меня.       — Так ты подумала? Нужна работа?       — Ну работа мне нужна, но я лучше после отработок пойду по специальности, и тётя мне в этом поможет.       — А тебе до старости будет помогать тётя? — он вопросительно выгнул бровь, а затем нахмурился.       — Нет.       — Вот! — он резко хлопнул в ладоши, и я вздрогнула, — Поэтому я и предлагаю тебе работу. Бери, пока дают. — И ухмыльнулся.       «Извращенец. Хотя если подумать, то я тоже, раз услышала в этой фразе двойной смысл… Упс.»       — Я ещё раз подумаю, — мило натянув улыбку я развернулась и вышла из этого так-часто-посещаемого кабинета.       «Наконец-то я увижу тетушку и смогу её обнять.»       Так как моя тётушка на время забрала мою машину в целях воспитания, я решила поехать на такси. Слава Богу, в моей сумочке осталось немного сбережений и я не успела их всех потратить скитаясь по разным клубам.       — О, привет, — ко мне подошла Ева и улыбнулась. — Ты на такси? Я с тобой.       — А… ты ничего не перепутала?       — Нет. Нам по пути.       — Откуда ты знаешь? — я недовольно сложила руки на груди.       — Я чувствую, подруга, — она подмигнула мне, и как раз в этот момент приехало такси, и темноволосая села в него.       — С каких это пор мы подруги? — я вопросительно подняла бровь и села в такси.       — С тех самых, Агата, как ты, добрая душа, решила подвести меня домой, — она ухмыльнулась, а потом потянулась к водителю и проговорила свой адрес.       — А ты не подумала, что мне не хватит денег? Наверняка водитель попросит больше сумму.       — Агата, ты заказала бизнес-такси. Тут и речи не может быть о нехватке денег.       — Какая самоуверенная… — тихо проговорила я, но похоже Ева меня услышала, и ухмылка вновь появилась на её устах.       Доехали мы до дома Евы спокойно. Мы почти не разговаривали. Я особо не хотела с ней общаться. Не очень она нравилась мне. Слишком… агрессивная. Любит поспорить. Особенно с Сэмом. Они умудрились вчера поссориться, когда сидели в разных концах зала. Милые бабушки, которые их рисовали, были в шоковом состоянии. Я даже видела, как они проклинали Сэма и Еву за то, что мешают им работать. Слава Богам, что Александр этого не услышал. А то бы точно свалил всё на меня. Ну сожгла я этот несчастный дом, и что теперь? Откуда я знала, что Смит его девушка? Но вместо того, чтобы нормально ко мне относиться, он будет меня пилить и пилить! А может, это потому, что я его сбила? Совсем про это забыла… Ну определённо, он злится из-за этого! Я случайно машиной ему мозги не в то русло поправила, и вот теперь я для него объект для того, чтобы спустить свою злость. Ох, чувствую весёлые будут эти полгода…       — Девушка, мы приехали, — из глубоких раздумий меня вывел голос водителя. Я быстро всунула ему сумму денег и поспешила выйти из такси.       Хоть меня не было два дня дома, я успела соскучиться по нашему саду, террасе и даже по Марте — нашей горничной.       — Здравствуйте, Агата, — а вот кстати и она. Любит подкрадываться неожиданно, а потом смеяться взглядом, когда кто-то испугается. Раньше я пугалась и видела, как Марта ухмыляется. Но в этот раз меня не провести.       — Привет, Марта, — я спокойно повернулась к ней и лучезарно улыбнулась. На её лице появился шок.       «Что, Марта, удивлена? Так тебе и надо.»       Марта мне всегда не нравилась. Она очень любила сплетни. И когда что-то происходит, то через пять минут об этом узнаёт весь дом. И моя тётя…       Помню, мне было пятнадцать, и у меня появился мой первый парень. Он был чудесным. И когда я привела его домой, мы решили, что уже пора сделать это вместе. Но когда уже всё было на пике, Марта решила зайти без стука и застать нас. Естественно она подслушивала всё от начала до конца. Мне пришлось заплатить ей за молчание, но было бесполезно. Через полчаса ворвалась в мою комнату тётя и запретила в таком юном возрасте думать о каких-то отношениях. И загрузила меня как можно больше учёбой и всякими разными увлечениями. В какой-то степени, я безумно благодарна тёте за то, что взялась за моё воспитание, подняла на ноги и научила меня много чему. В свои двадцать два я умею метать из лука, готовить не хуже уровня ресторанов, кататься на лошади, танцевать и свободно говорить на не менее чем пяти языках.       Пройдя в дом, я увидела встречающую меня мою любимую тётушку Аннет. Как же я по ней соскучилась! И так рада, что с ней всё хорошо. А то те мозги до сих пор у меня в голове…       — Тётушка! Прости меня за всё! Я люблю тебя!       — Милая моя, я тоже тебя люблю. И зла не держу. Все мы были молодыми и совершали всякие глупости, — она многозначительно подмигнула мне.       — Что ты этим хочешь сказать?       — Пока тебя ждала, вспомнила историю своей молодости, — она мечтательно улыбнулась, и мы пошли на кухню, где нас ждал уже заверенный чай с разными вкусностями. Присев за стол, тётушка начала свой рассказ.       «Когда я была молодой… Примерно мне было столько же, сколько и тебе. Я была такая глупенькая, но с большими целями! Я мечтала открыть свой бизнес. Но я была совершенно одна и вообще не понимала, что нужно делать. Начала с малого. Продавала свою выпечку. На тот момент я даже не подозревала, что мои булочки так будут нравиться посетителям. И уже через полтора года я смогла заработать какую-то сумму. Но я не только пекла булочки. Также я пыталась понять что такое бизнес. Мне так понравилось узнавать о бизнесе всё, что я совсем забыла про себя. Углубилась настолько, что даже перестала замечать людей вокруг.       И однажды, ко мне, в мою недо-пекарню, зашёл очень симпатичный парень. И тут моё молодое сердечко полюбило не только бизнес… Генри был таким… замечательным! Я ему тоже понравилась, поэтому он каждый день в восемь утра заходил за булочкой с маком… А когда мы узнали друг друга поближе, то он поддержал мне и решил мне помогать. Но я надеялась купить маленькое кафе, чтобы дальше продавать свою выпечку, только уже официально, как все нормальные люди. Но Генри сказал, что я создана для большего! А я ему верила… Я продала все свои украшения, и украшения родителей, чтобы были ещё хоть какие-то деньги. Когда родители узнали, что я продала все их семейные реликвии, так злы были и выгнали меня из дома. А я не отчаивалась и мы начали с Генри жить вместе. Но денег так и не хватало, и мы прибегли к ужасным мерам. Мы решили ограбить ювелирный магазин… Нас тогда, конечно, быстро поймали. Но мне так понравилось! Этот адреналин, это удовольствие и страх, который течёт по венам, когда делаешь что-то запретное! Для меня — хорошей девочки, которая мухи не обидит — было круто ловить момент и бежать от злых полицейских. А главное — делать это с моим Генри!       Конечно, мы с украденных драгоценностей ничего не заработали. Нас быстро поймали и посадили в тюрьму. Но нас вытащили наши родители, заплатив им огромную сумму денег. И, конечно же, они взяли из наших с Генри сбережений. А затем они помогли нам с развитием бизнеса. У Генри оказывается был влиятельный дядя, который купил нам маленькое кафе и благодаря ему мы развивались. Мы с Генри поженились. И уже через несколько лет смогли купить свою собственную компанию, которую назвали «Сильвер-Харрис». А потом он оставил весь бизнес на меня… Но я всё равно его люблю, как и он меня. Он всегда верил в меня и знал, что у меня получится.»       — Ну как-то так… — тётя мне поведала такую историю, что я просто не находила подходящих слов! Я всегда думала, что она не способна совершить подобное. Она всегда говорила, как должна вести себя подобающая леди, и брать с неё пример. Получается взяла с неё пример… Только она делала это ради мечты, а я ради… мести.       — Тётушка, это невероятно! Я… у меня нет слов. Спасибо, что рассказала мне. Для меня это важно, — я подошла к тёте и крепко обняла её. Маленькие слезинки непроизвольно начали течь по моему лицу. Для меня это был очень хрупкий и трогательный момент, который никак не хотелось прерывать. Но я понимала, что уже начинаю засыпать. Нехотя разорвав объятья, я искренне улыбнулась.       — Дорогая, ты уже устала. Иди ложись спать, — она нежно поцеловала меня в лоб. — Спасибо, что выслушала меня.       Улыбка не сходила с моего лица. Я направилась на второй этаж и, даже не сходив в душ, провалилась в сон. О душе я подумаю завтра. Сегодня только сон.